Не выпендривайся

— БОГ ПОКИНУЛ ТЕБЯ! — проорал Стеин, заткнув голову наушниками и врываясь в помещение. Парень взвыл, кинув «козу» пальцами вверх, но тут же замер в дверном проёме. Прямо перед ним на полу сидел еле живой Оден. Из его рта струйкой стекала кровь, тело пробирали судороги. Он жалобно уставился на друга, одним лишь взглядом моля о помощи. Стеин недоверчиво посмотрел в голубые доверчивые глаза, почти наполнившиеся слезами. И от этого жалкого зрелище душа сатаниста наполнилась радостью, а лицо исказила ухмылка. Металлист откинул назад засаленные чёрные волосы и осторожно снял наушники, положив на полку близ двери. Оден неотрывно смотрел за действиями товарища, изредка подёргиваясь. Патлатый медленно подошёл к Одену, присел возле него на корточки и спросил: — Больно? Длинноволосый захныкал, судорожно кивая головой, всхлипывая и пытаясь что-то промычать сквозь сдерживаемую кровь. — Да?.. — наигранно улыбаясь, спросил Стеин, укладывая парализованное потряхивающееся тело к себе на колени. Он склонился к лицу Одена и шепнул: — Вот и хорошо! Таблетки ударили в голову. Ещё живой разум помутился, а силуэт возвышающегося друга превратился в чёрную мутную кляксу. Туго соображая, блондин попытался спросить: — Что… — но из его рта выплеснулась противная липкая жидкость, и бедолага хрипло закашлялся. — Ай-ай-ай, мой бедный Оден… — с издёвкой цокнул Стеин, хватая полумёртвого друга за подбородок. — Неужели ты дорос до суицида? Стеин перестал сдерживать свою желчь и ехидно загоготал, поворачивая голову товарища на валяющиеся рядом с ним опустошённые банки лекарств. Кровь изо рта Одена полилась водопадом, он снова закашлялся и выплюнул какую-то белую слюну, которая впрочем-то, тут же смешалась с алой жидкостью. Брезгливо одёрнув руку, Стеин поморщился и вытер её о свою чёрную косуху. Однако интерес разгорелся за считанные секунды. — Знаешь, сейчас ты настолько жалок и беспомощен… — загадками разговаривал металлюга, обхватывая Одена за плечи. — Похоже, я пришёл сюда вовремя. — цинично процедил он, уставившись на практически обездвиженное, но всё ещё живое тело. Светловолосый замер, боясь пошевелиться. Стеин продолжил свою чудовищную исповедь, хладнокровно и спокойно, словно готовился к этому всю жизнь: — Ты всегда был тряпкой, Оден. И вокалист из тебя был ничтожным. Что ты умел, кроме того, как выпендриваться перед публикой? Ни-че-го. Он злобно отчеканил последнее слово и с силой зарядил кулаком в грудь соперника. Из Одена вышел ком крови, который тут же облил всё его лицо. Ухмыльнувшись, Стеин склонился к Одену, прижался своим ртом к его, и вновь ударил по груди товарища. Горячая, липкая, сочная кровь просочилась в рот патлатого. Он проглотил всё без омерзения, облизнувшись, как волк перед охотой. — Мало. Нужно больше! — шепнул он, заглядывая прямо в душу парализованного друга. Стеин накинулся на ещё живое тело, разрывая его одежду в клочья. Дорвавшись до торса, он голыми руками надорвал кожу грудной клетки. Оден раскрыл рот, крепко зажмурившись и закричал. Но голоса не было. — Не надо было глотать лезвия, конченный! — воскликнул парень, дорвавшись до мяса. Стеин бросил косой взгляд на приоткрытую коробочку лезвий для канцелярского ножа. Вдруг сатанист резко замер, наслаждаясь видом. Грудная клетка ненавистника почти вскрыта, и скоро он умрёт от болевого шока. Но парень ещё не отыгрался за свои обиды, тем более обезболивающие уже наверняка подействовало, и на время продлило существование Одена. Он готов мстить дальше, мстить до последней капли крови, мстить до потери пульса, мстить до последнего вздоха. Он надорвал кривой разорванный кусок плоти и продолжил пускать кровь, наслаждаясь безмолвным криком жертвы. — Надеялся на то, что смерть будет быстрой и безболезненной?! — в ярости крикнул Стеин и оторвал кусок плоти зубами, разбрызгивая ошмётки крови. Оден перестал кричать. Сейчас он замер, глядя на сидящее перед ним чудовище. Внезапно чёрное мутное пятно рассеялось, и блондин увидел сидящего рядом с ним Стеина чётко и ясно: изо рта стекала кровь и слюна, глаза горели ярко-красным огнём, а за спиной нервно бился чертов хвост! Были ли это наркотические последствия от проглоченных таблеток, или же патлатый товарищ действительно стал демоном, бедняга так и не понял. Но одно понял точно — это был не Стеин. Вернее сказать, это был не тот Стеин, которого он привык видеть. Сейчас сидящий перед ним дьявол казался вполне реальным. Тем временем сатанист выплюнул кусок мертвеющей на глазах плоти и взобрался на всё ещё живого Одена. Ошмётки с неприятным чавканьем приземлились на пол около лица блондина. Стеин медленно стянул штаны с парня, словно растягивая удовольствия и непрерывно пялился прямо в душу товарища своими горящими глазами. Затем его внимание переключилось на ногу. Он с трудом поднял тяжелеющую конечность и взвесил её. В попытке самообороны, бедный Оден попытался лягнуть патлатого металлюгу, да только что может сделать полумёртвый против живого? Стеин быстро среагировал, тут же свернув ногу в обратную сторону резким сильным движением. А услышав сипение и всплеск новой порции крови со стороны Одена, рассмеялся. В опечаленных голубых глазах Стеин видел немой вопрос: «За что?» Патлатый качнул уже сломанную ногу и, с тихой яростью, властно процедил: — А это, чтобы ты больше НИКОГДА не смог подняться выше МЕНЯ. Он подхватил вторую ногу и проворно вывернул её в колене. Конечности с треском ломающихся костей и грохотом повалились на пол, как только Стеин встал. Правая нога, ударившись о пол, резко отскочила от него и замерла в неестественном положении в воздухе. Ухмыляющийся Стеин покачал ногу и провернул так, чтобы она осталась на полу, прохрустев сломанной костью ещё раз. Затем наклонился к Одену и, подхватив осунувшееся тельце, с лёгкостью перевернул его на живот. Светловолосый чувствовал каждое прикосновение бывшего друга и с каждым его действием понимал, насколько же он был слеп при жизни. Ревность, банальная ревность к фанатам довела Стеина до состояния демона. Оден чувствовал, как его прогнули в спине и поставили на колени, насколько это было возможно. Ощущения потупились, мыслей не было. Звякнула пряжка ремня, спустились безразмерные штаны с ног, и вот сатанист вплотную преставился к Одену. Обхватив холодными руками тощий зад обездвиженной жертвы, Стеин со всей силы вошёл, тут же начиная сотрясать и без того настрадавшееся тело. Из глаз блондина брызнули слёзы, а изо рта комками потекла неистово отвратительная смесь крови, слюны, слизи и непонятной желчи. Долбёжка была сильной и резкой, всё тело изнывало от боли и содрогалось в конвульсиях. Оден тяжело сипел, борясь с жизнью из последних сил. Сейчас смерть показалась райским наслаждением, сейчас даже ад казался раем. С каждым толчком Стеина, Оден издавал хриплые вздохи, чем-то отдалённо напоминающие стоны. И с каждым таким «вздохом» грудь, до которой дошли острые железяки, надрывалась и рвалась изнутри. Сквозь резкие и яростные толчки Оден услышал фразу, которая даже в таком положении заставила почувствовать себя ещё более ужасно: — Всегда мечтал нагнуть тебя, с того самого дня, как впервые услышал твой голос! — донеслось до ушей сквозь пелену звенящей тишины в ушах. — Ты был слишком прекрасным для сцены — ты был моим конкурентом, это ТЫ всю мою жизнь нагибал меня. МОЯ ОЧЕРЕДЬ! — в припадке орал Стеин, ускоряясь и приближаясь к разрядке. Оден громко вздохнул и закашлялся, всеми силами пытаясь отхаркнуть грёбанные лезвия вместе со сгустками крови, но те плотно осели на стенках организма, продолжая царапать нежную кожу изнутри. Быстро закончив, Стеин натянул штаны и пнул Одена под зад. Тело с грохотом повалилось на пол, парень замер, лёжа на боку. Чувства притупились, бедняга почти умер. Но сознание быстро вернулось, когда он увидел товарища, сидящего возле камина и нагревающего стальной нож. — НЕ…НЕ…НЕ! — пытался хрипло промямлить Оден, но в ответ услышал лишь хихиканье. — За столько лет даже гроулить нормально не научился, горе-вокалист! Стеин подошёл к телу вновь, довольно пугающе улыбаясь, и опустился рядом с головой жертвы. — Ты же был против Сатаны, верно? Верил в Бога, рай, и прочее, так? Оден тупо пялился в глаза насильника, не в силах открыть рот. Ему уже не было страшно — он просто хотел умереть. — Не отвечай, я знаю. — сжалился сатанист и грубо прислонил раскалённую сталь ко лбу Одена. Бедняга истерически завопил, в то же время пытаясь откашляться и отстраниться, но было слишком поздно — клеймо в виде перевёрнутого креста багряно-чёрным пятном расползлось на лбу блондина. Кожа вокруг тут же покрылась волдырями и местами растрескалась, начиная сползать. — Надеялся после смерти на новую счастливую жизнь? Чувак, ты буквально ввязался в метал, расхваливая Сатану в своих песнях. Нет границ между сценой и жизнью, нельзя усидеть на двух стульях одновременно, понимаешь?! — властно молвил Стеин сквозь беззвучный крик жертвы. — Ты сам заклеймил себя в ряды Сатаны и сам подписал себе смертный приговор. А я всего лишь закрепил твои слова, чтобы ты хоть что-то сделал честно в своей грёбанной жизни! Патлатый увидел, как мутнеет взгляд Одена, как пропадает блеск его чистых, светлых, наивных глазах. Посмотрев на раскалённое оружие, он стиснул зубы и вонзил нож в горло бывшего вокалиста по самую рукоять. Кожа с шипением разошлась, мышцы и ткани разорвались, а из раны полились кровь, гной и пена. Из глотки Стеин услышал предсмертное сипение, после которого уже не было вздоха. — Не следовало выпендриваться, Оден. — скорбно процедил парень. Однако на лице заиграла злобная ухмылка. Стеин оценил свою работу и, нервно улыбаясь, сказал трупу: — Ты же понимаешь, что мы ещё не закончили?