нам в другую сторону!

            Первый снег.             Как только крупные хлопья начали покрывать газоны и асфальты Кореи, восьмеро парней, о чем-то бурно споря, вывалились из особняка. Кудрявый брюнет под спину толкал орущего невысокого шатена, по пути надевая ему на голову огромный капюшон, который мгновенно скрыл обзор жертвы.             -Хонджун-хён, нам не стоит расстраивать эйтини! Все ждут нашего исполнения этого тренда!—громкие возгласы сопровождались смехом шестерых парней, стоящих в стороне и не особо осторожничающих, даже не подозревая того, что скоро и они попадут под горячую руку Сонхва.             -А почему я то?—Хонджун кричит, уже не так сильно сопротивляясь перед воздействием своего возлюбленного, а лишь тяжело вздыхает, когда Сонхва подталкивает его в спину, дабы поторапливался.             Выйдя на задний двор, все восьмеро разделились, занимаясь своими делами: жертвы Сонхва, ибо же Чонхо, Сан и Уён, выслушивали монологи старшего о том, что нужно быть немного активнее, они же ведь танцоры! На отсылки Есана по поводу того, что у Чонхо возможно болит колено после недавней операции и не стоит втягивать его в эту "секту ", брюнет напомнил младшему о том, что сам Чонхо недавно носился по всему этажу, демонстрируя свои крепкие голосовые связки.             Хонджун, который слинял за спину возлюбленного в качестве оператора, лишь тихонько хихикал, тем самым издеваясь над мучениками.             -Движения хоть все помнят? —получил три активных кивка в синхрон, Сонхва тяжело выдохнул и развернулся, собираясь удалиться в сторону в качестве режиссёра, но столкнулся лбом ко лбу с капитаном, который, будучи "драмой-квин", начал кричать, падая на покрытый тонким слоем снега газон, поджав колени к груди.             -Джун~и, прости!—Сонхва, упав рядом со своим парнем, обнял того, прижимая к себе.—Не лежи на холодном, дурак! Не хватало мне тебя еще лечить!             Юнхо, который все это время стоял в стороне, держа Минги за руку, усмехнулся, наблюдая за этой драмой. Сон, улыбнувшись, лишь кратко сильнее сжал руку старшего, привлекая его внимания на себя.             -Романтично, правда?—рэпер смотрит на падающие хлопья, носком от кроссовка обводя какие-то круги и параллельно держа за руку Юнхо, который уже посильнее съёжился, зарываясь носом в щекочащий бледную кожу шарф.             -Конечно. Особенно эти парочки.—Юнхо улыбается, смотря на то, как Сонхва, сдавшись, уже лежит на снегу с Хонджуном, обнимая того за торс, спрятанный под слоем укороченной зимней куртки; Есан и Чонхо делают селфи для эйтини, чтобы после выставить фотографии в сеть и показать то, что между их отношениями всё в порядке, а не так, как описывают корейские фанатки, ревнущие Есана. Уён закидывает Сана снежками, после чего старший не остается в стороне и закидывает его в сугроб, довольно улыбаясь. Ничего удивительного.             -Но будет ещё лучше, если ты спрячешь свою прекрасную шевелюру под капюшоном.—Юнхо, легко коснувшись макушки Сона, стряхивает с его шелковистых волос уже подтаявшие снежинки, а после натягивает на его голову капюшон от толстовки и довольно улыбается, предварительно проверив, не открыты ли уши у младшего.             -Ты как моя мама, ей Богу.—Минги, оголяя свои белоснежные зубы, убирает руку, скрепленную в надёжный замочек, в свой карман, вызывая тем самым искреннюю улыбку Юнхо.             Младший всегда говорил, что Юнхо ведет себя, как мамочка, но на самом деле не менее предварительно следит буквально за каждым шагом своей второй половинки: поел ли он (если не поел, то насильно накормит); не сильно ли устал (в худшем случае поцелует и наберет горячую ванну, после чего укутает, словно новорождённого, и уложит спать); не замерз ли (отдаст свою кофту и согреет тёплыми медвежьими объятиями).             Чону только пустышки не хватало в зубах. Рядом с Минги он чувствовал себя совершенно не хёном, а наоборот же, гиперактивным макнэ, требующий внимания, ласки и специального досмотра. Юнхо нравилось то, когда Минги заботился о его состоянии, всегда расспрашивал о его чувствах и радовался, что Сон отвечает ему тем же. Доверительные отношения в их паре были самым завораживающим, что всегда отмечали фанаты, да и сами мемберы.             -А разве это не так? Разве я не заменяю тебе твою маму?–Юнхо, переводя взгляд с Уёна, который пытался вылезти из сугроба, на Минги, обиженно надувает губы. Его без того бледная чистая кожа под светом луны выглядела ещё чище и глаже, завораживая Минги от вида своего парня с каждым разом все сильнее.             -Мою маму мне никто не заменит, Ю-ю. Просто побудь моим парнем хоть на сегодня, а не нудной бабушкой, вяжущей в уголочке в своем кресле-качалке, м?—Минги, утыкаясь носом в лоб старшего, расплывается в улыбке после мимолетного чмока Юнхо, оставленного на его пухлых губах.             За три года отношений Юнхо на самом деле привык целоваться с Минги, уже не ощущая такого стыда и позора, как два с половиной года назад, но всё же иногда включал режим маленького мальчика, впервые поцеловавшего девочку в детском саду. Минги это до мурашек, пробегающих по всему телу младшего разрядами, нравилось и заставляло того сильнее оберегать Юнхо, ощущая себя его стеной, за которой Чон сможет спрятаться от всех бед и препятствий, стоящих перед ним в данный момент, ведь девизом их отношений была такая фраза, которую однажды ляпнул Минги: "Твои проблемы—мои проблемы. Я и ты—это две пельмешки, которые слиплись между собой в кастрюле под названием "жизнь" ".             Обняв Минги, Юнхо уткнулся носом в его челку, выпирающую из-под капюшона, вдыхая запах дорогого шампуня вперемешку с парфюмом, которым Минги пользовался вне зависимости от ситуации. Приятный аромат вишни давал ассоциации у Чона только с рэпером. Так действовал парфюм младшего, фирму которого он не менял уже который год.             -Что на Рождество хочешь?—внезапно поинтересовался Юнхо, не отпуская Минги ни за шаг, а лишь сильнее прижимаясь к тому, заставляя младшего чуть потятиться из-за потери равновесия.             -Каждый год одно и то же желание у меня висит в виш листе, и ты прекрасно знаешь, какое.—Минги, понизивший и без того низкий голос, заставил Юнхо буквально сжаться в комочек от таких махинаций младшего, а тот лишь потрепал макушку Юнхо, невинно поцеловав того в висок.             -А поконкретней? Я не понимаю, Ги~я...—Юнхо, состроив невинную гримасу, улыбнулся, заставляя рэпера закатить глаза и лишь несильно стукнуть по голове старшего, прямо говоря то, что тот глупит.             -Эй, женатики, вы идете Тик-Ток снимать? Только вы остались!–Сонхва, наконец отпустивший бедный макнэ лайн, не включая внезапно пропавшего Минги, махнул рукой, призывая обоих к себе. Не успевший ответить на данную выходку Юнхо, Минги закрыл рот, а после потянул Чона за собой к вокалисту, который уже что-то тараторил.             -Идеология вам понятна? Движения помним?             -Хва-хён, мы будто не ролик в Тик-Ток снимаем, а какой-то документальный фильм, ей Богу.—заметив резко переменившуюся физиономию брюнета, Минги поджал губы, стыдливо опуская голову вниз.             -Итак, камера, мотор, начали!             Заходя в кадр, Минги и Юнхо показушно заигрывали друг с другом, а после уже и начали танцевать. Слой снега, хоть и такого тонкого, приятно хрустел и скрипел под ногами, а на волосы обоих падали снежинки, которые Юнхо первоначально пытался сдувать, но после сдался, продолжив следовать за музыкой, играющей из телефона Сонхва.             По идеологии прошлых роликов, парни должны были взяться под руки и красиво уйти из кадра, с чем прекрасно справились макнэ лайн, снимающиеся ранее, но уже отдыхающие где-то неподалеку.       Как говорится, в семье не без уродов. Взявшись под локти, как и полагалось по решению "гения-режиссера" Пак Сонхва, тем самым движением показывая близость участников группы, Минги потянул Юнхо влево, когда Сонхва уже стоял, ударив себя ладонью по лбу, а Хонджун за кадром покатился со смеху, чуть было не выронив телефон с включенной камерой из отмерзших рук, но вовремя удержал гаджет, почувствовал на себе грозный взгляд возлюбленного.             -Ги~я, нам в другую сторону!—просмеялся Юнхо, потащив Минги к Сонхва, который уже готов был сквозь землю провалиться, но за 5 лет совместной жизни он уже и привык. Думаю, 5 лет назад он бы уже все разнес тут...