Secret (Secret)

Весеннее солнце уже пробивалось через окна, заливая квартиру приятным дневным светом. Чанбин поставил кружку с остатками кофе в раковину и взглянул на часы, чтобы удостовериться, что он не опаздывает на работу. Утренние пробки всегда его раздражали, однако в этот раз он старался не думать об этом. Добравшись до здания своей компании, он минуту постоял на улице, глядя на то как красиво разбивались солнечные лучи о широкие окна офисов. Его компания хоть и не была одной из тех, что всегда на слуху, но и мелкой её назвать нельзя было. Со вошёл в здание, прикладывая пропуск к турникетам и здороваясь со всем персоналом, который низко кланялся приветствуя начальство. В душе даже иногда что-то приятно щекотало, когда он осознавал что это по-настоящему его компания, которую он сам своим трудом возвёл и расширил. В телефоне он проверил дела на ближайшие пару часов в своём расписании. Сегодня загруженный день, однако он должен пройти спокойно. Выйдя из лифта, Чанбин прошёл по коридору и завернул в приёмную секретаря, которая находилась как раз перед его кабинетом. Он даже не сразу понял, что он увидел. За журнальным столиком на мягком диване сидела его секретарша и… Хи Ён? И они вместе что-то рисовали? Со прокашлялся, пытаясь привлечь внимание женщины. — Президент! Доброе утро, — она вскочила с дивана и низко поклонилась. — Доброе… Секретарь Хон. Это что такое? — Госпожа Хван заходила. Она очень торопилась, но сказала что оставит Хи Ён вам, но так как вас не было… — Спасибо, секретарь Хон. — Со выдохнул, потирая лоб. Они же с Йеджи договорились на вечер. Почему Хи Ён сейчас сидит здесь? Он подошёл к дочери и опустился на корточки. Девочка была так увлечена своим занятием, что даже не заметила Чанбина до этого момента. Она повернула голову, отрываясь от рисования, её глаза тут же округлились и заблестели. — Папа! — Хи Ён бросилась обнимать отца, роняя из рук карандаши. — Папа! — Да-да, это папа. — засмеялся Со, обнимая дочурку максимально осторожно. — Солнышко, давай папа тебя заберёт к себе в кабинет, чтобы мы не мешали секретарю Хон. — мужчина поднял дочь на руки, перехватывая поудобнее и поправляя её кофточку. — Что вы, господин президент, давайте Хи Ён побудет со мной? — Не нужно. Сообщите мне пожалуйста расписание на сегодня и подготовьтесь к собраниям. — Чанбин взял вещи дочери и ушёл вместе с ней в кабинет. К счастью, кабинет был большой и удобно обустроен, так что он усадил девочку за журнальный столик на удобный и мягкий диван, а сам сел за рабочий стол, тут же выуживая мобильный. На экране высветилось несколько непрочитанных сообщений от Йеджи, но он решил сразу же ей позвонить. — Йеджи, — стоило гудкам прекратиться, Со сразу же начал говорить. — Мы же договаривались, что я заберу Хи Ён вечером. — Знаю-знаю, прости. Просто возникли сложности, я… я не успевала бы после работы забрать её, а ещё, — она тяжело выдохнула. — Меня отправляют в командировку на три дня. Сможешь присмотреть за ней? — на фоне был слышен разрывающийся рабочий телефон, голоса и офисный шум. — Я понял. — мужчина постучал пальцами по столу. — Конечно смогу. Это ведь и моя дочь всё-таки… — Спасибо! Я пришлю тебе контакты её няни на всякий случай. — звонок быстро оборвался, так что Чанбин даже не успел ничего ответить. Потерев лоб, мужчина взглянул на дочь, которая возилась с бумагами и карандашами, выводя бессмысленные линии, которые каким-то образом складывались в рисунки. Йеджи конечно устроила ему тот ещё квест. — Господин президент, — секретарь неловко заглянула в кабинет начальника. — Через десять минут совещание. Перенести? — Нет. Я уже иду, — поднявшись, он взглянул на Хи Ён, которая была увлечена рисованием. — Присмотрите за ней, пока я не освобожусь. Если что-то случится — немедленно сообщите мне. — Да, господин президент, — глубоко поклонилась женщина. — Спасибо за ваш труд. — Солнышко, — он присел перед дочкой. — Посидишь с тётей пока папа занят? — Да! — девочка вскинула руку с карандашами. Чанбин очень надеялся, что ничего не случится за время совещания. У него шли две встречи подряд, так что он в какой-то момент погрузился в работу, забыв вообще о существовании каких-то переживаний и проблем. Во время презентации раздался звонок по внутреннему телефону компании. — Господин президент, вас спрашивают, — произнёс ассистент, протягивая трубку. — Кто? — Секретарь Хон. Вздохнув, Со взял трубку и услышал торопливый голос растерянной женщины: — Господин президент, малышка плачет и просится к вам… Что же делать? — Несите её сюда, — Со повесил трубку, продолжая совещание. Через несколько минут зал замер, глядя на то как Со забирает маленькую плачущую девочку с рук секретаря. Через несколько минут малышка успокоились, но все по прежнему глядели молча, боясь и слово сказать. — Продолжаем, — махнул рукой Чанбин, «размораживая» застывших работников. Из-за того что Хи Ён долго не могла находиться одна, отцом было принято решение ходить везде с дочерью. День из-за этого был ещё более сложным и долгим. Вернувшись домой, мужчина повёл дочку в ванную, чтобы помочь ей помыть руки. — Сейчас будем ужинать, так что иди переодеваться. — Да! — девочка активно закивала, потом соскочила со ступеньки и побежала в комнату. Мужчина тоже переоделся, тут же выходя на кухню, чтобы приготовить ужин. Он мог бы обойти доставкой, если бы был один или просто выпил бы, но Хи Ён должна была правильно и хорошо питаться, поэтому нужно было приготовить самому. — Папа! — девочка выскочила на кухню и обняла за ногу. — А можно мультики посмотреть? — Конечно, принцесса, — улыбнулся Со и тут же удивился тому как дочка быстро убежала, словно ураган. Дети в четыре года все такие? Покачав головой, Со продолжить готовить, пока его не прервал настойчивый звонок в дверь. Ошибиться не могли — его пентхаус единственный на этаже элитного комплекса. Отряхнув руки от воды, Чанбин подошёл к домофону, чтобы посмотреть кто стоит по ту сторону двери. — Блядь… — он сжал переносицу, опуская вниз голову. Так не вовремя. В дверь также продолжали звонить и стучать. Вот же… Сжав кулак, Чанбин резко открыл дверь и на него едва не свалилось чужое тело. — Почему так долго? — протянул Сынмин, стоя на пороге его квартиры. От него слабо веяло алкоголем, а губы растягивались в улыбке. — Какого чёрта ты тут забыл? — зашипел Чанбин, хватая болтающееся пьяное тело за ворот. — Проваливай, пьянь. — Ты всё ещё злишься? Я погорячился сказав, что мы расстаёмся. — выпятив губу вперёд, а потом стал медленно опускаться на колени. — Мне попросить прощения на коленях? Выставить руки вперёд или же… — он высунул язык вперёд, сощурившись. — Придурок, — Со дёрнул его, заставляя подняться с пола. — Проваливай, мне некогда с тобой возиться. — Сладенький, ты действительно злишься? — Отвали. Ким, фыркнув, завалился в квартиру, тут же направляясь к широкому дивану. Рухнув на него, Сынмин закрыл лицо рукой и застонал. — Эй, выметайся! — Я посплю тут немного, а потом поговорим, — Сынмин повернулся на бок, закрывая глаза. — Вот же… — Со уже не знал что предпринять, чтобы выгонять этого урода из своей квартиры. — Папа! — Хи Ён влетела в комнату и застыла перед диваном, глядя на Кима, который тоже вытянулся, глядя на неё. — Ой… дядя Сынмин. — Цветочек, — Ким протянул было к ней руки, но Со быстро подхватил дочь на руки, лишь бы тот к ней не приблизился. — Ну-ка, ты! Стой на месте! — недовольно протянул Чанбин хмурясь. — Что? Что такое? — Солнышко, — лицо Со мгновенно разгладилось, а то стал мягче, стоило ему повернуться к дочери. — Посмотри мультики в комнате пока я готовлю ужин, ладно? И как только ужин будет готов, я позову тебя. — А дядя Сынмин? — Он тоже будет тут, ждать тебя. Опустив дочь на пол, Чанбин проследил за тем, как та нерешительно направилась в комнату, глядя то на отца, то на Кима. Когда Хи Ён ушла, Чанбин резко повернулся к Киму, гневно посмотрев на него. — Не хмурься. — Ким прижал руки к себе, при этом продолжая выглядеть немного манерно. — Ты выглядишь жутко… Со лишь покачал головой и вернулся к приготовлению ужина, в попытке отвлечься и не убить этого придурка. Неловко проведя ладонями по своим бёдрам, Ким стал прохаживаться по помещению, рассматривая напряжённую спину мужчины. Любой другой уже ушёл бы, поняв, что он не вовремя, но Сынмин не планировал отступать. — И давно Хи Ён у тебя? — С сегодняшнего утра. Она побудет со мной несколько дней, пока Йеджи в командировке, — сдержанно ответил Чанбин, хотя в его голосе явно сквозила усталость. — Слушай, смени одежду и сходи в душ. От тебя алкоголем несёт, а тут Хи Ён. — Я понял, — закатил глаза Сынмин, а потом, быстро подойдя к мужчине, он шлёпнул его по заднице и поспешил в душ. — Эй! — недовольно рявкнул Со, но не успел схватить его. Благодаря отсутствию людей на кухне, ему удалось насладиться уединением и тишиной в течении сорока минут, пока готовился ужин. Расставив всё на столе, мужчина проверил, чтобы еда была не сильно горячей для Хи Ён, и пошёл звать дочь. Возник ещё один вопрос — где придурок Сынмин? Ответ появился также мгновенно, как он оказался в комнате дочери. Сынмин сидел на полу, его волосы были в полном беспорядке из-за множество ярких детских заколок и резинок. Нелепые хвостики и косички украшали его голову, пока он смирно терпел пытку «красотой». Хи Ён ходила вокруг него, увешивая бусами и заколками, то и дело отвлекаясь на мультик. — Еда… ужин готов, — прокашлялся Чанбин, разрушая атмосферу уединения. — О, отлично, — Ким встрепенулся, поворачиваясь к хозяину дома. Хи Ён тут же переключила внимание на отца, а потом и вовсе проигнорировала взрослых и самостоятельно направилась к столу. Ким тоже собрался выйти из комнаты, но мужчина выставил руку, остановив его. Ладонь Чанбина твёрдо легла ему на грудь, останавливая. — И сними с себя это всё. — А что? Завидно? Или боишься не сдержаться из-за моей ослепительной красоты? — хмыкнул Сынмин, а потом стал медленно с себя снимать все аксессуары. Ужин прошёл в удивительном спокойствии, даже несмотря на болтовню Хи Ён. После ужина Чанбин помог приготовиться дочери ко сну, почитал ей сказку и, когда девочка уснула, со спокойной душой, насколько это было возможно, вышел из комнаты. Сынмин уже справился с мытьём посуды и развалился на диване, потягивая вино. Чанбин молча, лишь с тяжёлым выходом, опустился рядом, беря свой бокал, в котором оставалось ещё немного вина. — В прошлый раз произошло недопонимание, и я перегнул. Ну знаешь, я был не совсем в себе, поэтому сгоряча ляпнул, что мы… что мы расстаёмся. — Сынмин замер, глядя на Со, который, кажется, совсем его не слушал. Он сидел с закрытыми глазами, и было больше похоже на то, что он спал. — Ты слышишь меня? Я тут ему речь толкаю, ошибку свою признаю, а он спит? — отставив бокал, он подобрался к нему ближе и похлопал по щеке. — Я тебя прекрасно слышу, — открыв глаза, Чанбин повернулся к Киму, на лице которого смешались удивление и недовольство. — И что ты мне скажешь? — А что я должен тебе сказать? — пожал плечами Со, убирая пустой бокал. — Ты всё объяснил, я всё понял. — Ты как сухарь. Я удивлён как Йеджи тебя терпит, — фыркнул Сынмин, складывая руки на груди. — Мы не расстались. — Ну если ты сказал, что те слова были ошибкой… Значит нет, — хмыкнул Со, поднявшись с дивана. — Спасибо, — пробурчал Ким, закатывая глаза. — Я устал. Ты можешь или остаться, или уйти. — сунув руки в карманы домашних брюк, Чанбин скрылся из вида в коридоре. Его жизнь была наполнена бесконечными американскими горками и эмоциональными качелями. В его жизни было две женщины — жена, с которой у него хоть и были близкие дружественные отношения, но выслушивать от неё приходилось, и дочь — маленькая копия будущей женщины, которая уже имела свои хотелки, потребности и капризы. И Со, в целом, не жаловался, ведь ему очень хотелось, чтобы его дочь выросла здоровой, счастливой и сильной, поэтому изо всех сил старался быть для неё, если не идеальным, то хотя бы хорошим отцом. И помимо двух женщин в его жизни был Ким Сынмин — натуральная заноза в заднице, который мог посоревноваться с Йеджи и Хи Ён вместе взятых по количеству истерик. Хуже бабы иногда. И всё это ложилось на плечи одного Чанбина — надо было одарить любовью, выслушать и осчастливить трёх близких ему людей, которые, как-никак, вроде были его семьёй. — Помяни чёрта, — пробормотал Со, почувствовав как рядом с ним лёг Сынмин. — Кровать огромная, чего приклеился ко мне. — Не ворчи. Мы не разговаривали целую неделю. — Сынмин водил ладонью по груди мужчины, очерчивая мышцы сквозь футболку. — Неужели ты не скучал по мне? — Скучал, — после очень долгой паузы, непозволительно долгой после такого вопроса, ответил мужчина. — Видишь? Не так уж и сложно иногда проявлять нежные чувства, — рука Кима всё-таки скользнула под футболку, вызывая табун мурашек. Чанбин резко перехватил его руку за запястье и навис над ним, немного грубовато целуя. Ким застонал от неожиданности, из-за чего его рот открылся шире. Со тут же воспользовался этим, углубляя поцелуй. Найдя наощупь крупные пуговицы кофты Сынмина, Чанбин ловко расстегнул их, проводя пальцами по нежной коже груди и живота. Прервав поцелуй, он стал спускаться ниже, оставляя влажную дорожку от своих губ. Он очень быстро оказался между ног мужчины, стянув с него штаны вместе с бельём — его член уже был в полувозбуждённом состоянии. Чанбин стал прикусывать кожу на внутренней стороне бёдер, заставляя Кима ещё больше возбудиться. Со провёл пальцами по члену Кима, а после взял его в рот, размашисто проводя языком. — Господи, Бинни, — Сынмин застонал, а потом едва ли не вцепился пальцами в волосы Чанбина, прогнувшись в пояснице. — Ты так редко это делаешь… Я же сейчас… Боже… — Ты заткнёшься уже наконец? Или я перестану, — Со оторвался от члена, вскидывая голову. — Просто вставь мне уже, — судорожно прошептал Ким, цепляясь руками за плечи мужчины и притягивая его к себе для поцелуя. Поцелуй был слишком пошлым, слегка смазанным, но таким нетерпеливым. Сынмин прижимался всем телом к Со, сгорая от нетерпения. Тут в дверь постучали, настойчиво и быстро, что привело мужчины в замешательство. — Ты же закрыл дверь? — Да… Но… — Чанбин дёрнулся, садясь на постели. — Там Хи Ён, — он тяжело выдохнул, поправляя одежду. — Оденься, — он взглянул на голого Сынмина, который прикрывал наготу краем одеяла. — Господи, Чанбин! Твой член! — Ким зажал рот рукой, глядя на выпирающий стояк, который виднелся даже через спортивные штаны. — А куда я его дену? — Надень хотя бы халат! — мужчина поднялся с постели, потирая лицо. Стук повторился. — Я подожду в ванной. — он ушёл в ванную, примыкающую к комнате, чтобы не мешать ему. Чанбин накинул халат и открыл дверь, глядя на Хи Ён, которая хлюпала носом и нервно озиралась по сторонам. Свет в коридоре горел, Чанбин всегда оставлял свет включённым, когда Хи Ён была у него — она ведь ещё маленькая и боится темноты. — Что случилось, малышка? — Мне приснился страшный сон… — Теперь всё в порядке, папа рядом, — Со обнял дочку, заставляя её успокоиться и почувствовать себя защищённой. — Папа всегда тебя спасёт. Всё хорошо. — Монстры плохие… — Папа побьёт их всех. Теперь времени на то, чтобы уложить дочь потребовалось больше, а также пришлось ещё добавить несколько капель масла лаванды в её увлажнитель воздуха, чтобы девочка успокоилась. Вся эта ситуация заставила его быстро успокоиться и сойти возбуждение на нет. Как только он отвёл Хи Ён в её комнату, то услышал как Сынмин осторожно вышел из ванной, вероятно, вернувшись в постель. А вот Со спать не хотелось. Он расположился в гостиной, бездумно пялясь в телик где показывали повтор какого-то шоу. В голове одновременно было пусто и шумно. — О чём задумался? — на его плечи легли ладони, а над ухом прошелестело дыхание. — Я соскучился, пойдём обратно в спальню? Мы ведь не закончили… — Я не могу… — протянул Чанбин, сбрасывая руки со своих плечей. — Пока тут Хи Ён, будет проблематично… Знаешь, сложно расслабиться. — Теперь она точно спит. Йеджи говорила, что ей хватает одного раза переполошить дом посреди ночи. — Да, но… — Со неуверенно повёл плечом. — Для начала тебе нужно расслабиться. Прими ванну, — Ким потянул его за собой, и уже через несколько минут они оба сидели в горячей ванной. Чанбин не видел Сынмина, лишь ощущал спиной его грудь, а его руки и ноги аккуратно обвивали его тело. Сынмин поглаживал его плечи, массируя, в попытке расслабить. — Я удивлён, что ты не закатил истерику. — О, ну тогда тебе стоит подождать, потому что поводов у меня масса, ты же знаешь, — Ким посмеялся и его смех подхватил и Со. — Странно всё это… — Ты по-прежнему считаешь меня уродливым? — Ну, мне нравится твой член. Кажется этого достаточно. — Вот как… — Не обижайся, но, — Сынмин выдохнул, водя пальцем по воде. — Красавчиком тебя не назвать, но тем не менее, не знаю почему, но ты мне нравишься. Я жутко ревную тебя к другим женщинам и парням, а также к твоей, пусть и номинально, жене. — Ну, спасибо за откровение, Сынмин-и. — Не часто у нас такое случается, да? — усмехнулся тот, на что Чанбин промолчал. Вода медленно остывала, а они даже и не думали выходить. Чанбин, погружённый в свои мысли, слегка пугал Кима. Иногда он думал, что в голове у такого мужчины как Со. Несмотря на то, что они, вроде как изначально, были из одного слоя, у Чанбина судьба сложилась гораздо труднее и непредсказуемо, нежели к Кима. Они однажды говорили об этом, Чанбин тогда был слишком откровенным из-за чего обнажил всё душу, став уязвимым и несчастным. Это заставило Сынмина немного переосмыслить всё то, через что они прошли. Да, он продолжал вести себя инфантильно, иногда закатывая истерики, едва ли не на ровном месте, но быстро сдувался и всё возвращалось на круги своя. Они по-прежнему тянулись к друг другу. — Может быть тебе стоит взять выходной и провести его с дочерью? — предложил Сынмин, разглядывая профиль мужчины во мраке комнаты. От них обоих веяло паром после ванны, а волосы были слегка влажными и вились. — Кто тогда работать будет? — Всего один выходной. Тебе и так последнее время мало удаётся видеть Хи Ён, — он поудобнее устроился, нагло обняв Со. — Я знаю о чём ты думаешь. — Да ну? — Хи Ён больше привязана к Йеджи, и ты это понимаешь, но в глубине души тебе тоже хочется хоть иногда побыть «лучшим родителем». Чанбин долго молчал, выбирая согласиться с этим «нелепым» утверждением или попытаться его опровергнуть. Но как бы он ни вертел это в своей голове, всё сводилось к тому, что Сынмин, в какой-то степени, был прав. — Я никогда не думал, что стану отцом. И я не знаю хороший ли я человек. Вернее, я точно могу сказать, что я не хороший человек, но я хочу верить, что я могу попытаться стать хорошим отцом. Хотя бы лучше, чем мой… — Ты уже хороший отец, даже если сейчас считаешь иначе. — Правда? Почему? Ким смутился своему же откровению, поэтому поспешил отвернуться, а потом быстро ответил: — Не заставляй меня пояснять. На сегодня мой лимит адекватности и понимания исчерпан. Сынмин и сам не понял от чего так смутился и что заставило его сказать именно это, ведь он мог бы продолжить этот разговор. Вероятно, он слишком боялся того, что возникало между ними с Чанбином в такие моменты. Атмосфера менялась, их души открывались друг другу, они становились более уязвимыми и откровенными, — а он боялся этого всего, боялся, что это может только ухудшить их отношения, добавить новые рычаги давления в случае ссоры, что сделало бы обиды более глубокими и сильными, что однажды, он уверен, привело бы к необратимым последствиям. Утром Чанбин проснулся, когда Сынмин уже почти собрался на работу. Поскольку они, вроде как, встречались, а Чанбин жил один, то некоторые вещи Кима находились у него дома. Что касается квартиры самого Сынмина, то вещи Чанбина там присутствовали в минимальном количестве. Оба практически жили на работе — Со в своей компании, а Ким в своей адвокатской фирме, но, тем не менее, выходные им удавалось, всё-таки, проводить дома. — Мне действительно стоит взять выходной? — Да, — Ким стоял перед зеркалом и завязывал галстук. — И провести его с дочерью. — И что мне делать? — Что ты обычно делаешь, когда забираешь Хи Ён? — мужчина поправил рубашку, получше заправив её в брюки. — Ну… мы обычно куда-то ходим, я ей что-то покупаю… — Позволь ей делать с тобой то, что она захочет. Ты знаешь, детям нравится заплетать косички или красить своих родителей. Поэтому просто устройте чаепитие принцесс, день спа, я не знаю, — Ким пожал плечами, надевая пиджак. Со лишь устало застонал, утыкаясь носом в подушку. Сейчас казалось что компанией управлять намного проще, чем понять чего хочет четырёхлетняя девочка и что для неё будет лучше. — Не кисни, а то твоё и так не симпатичное лицо состарится ещё больше, — Ким оставил поцелуй на макушке мужчины, а потому чуть нахмурился. — И вообще, ты задолжал мне горячий секс. Как только Хи Ён будет у Йеджи, ты… В общем, если ничего не произойдёт, я не прошу тебе этого до самой смерти. — Боюсь и трясусь от страха, — перевернувшись на спину, Чанбин закатил глаза. — Как же я буду жит не прощённый до самой смерти? — Для тебя это будет сущим адом, так что ты просто с нетерпением будешь ждать своей смерти, — прошипел Сынмин, тыкнув его в грудь. — Ну пока, — он вильнул бёдрами и вышел из комнаты. Минуту погодя, мужчина вернулся, и тут же уставился на Чанбина, который даже не шелохнулся. — Даже не проводишь меня? — Не-а. — Совсем? — Ага, — Со уже что-то листал в телефоне, совсем незаинтересованно отвечая Киму. — Вот же придурок, — цокнув языком, Сынмин окончательно покинул комнату. Через несколько минут хлопнула входная дверь. Как только Сынмин ушёл, мужчина принял душ и позвонил секретарю, сообщив, что берёт выходной. Женщина, конечно, удивилась, но спрашивать не стала. И вот для Чанбина начался день полный попыток провести его так, как хотелось бы Хи Ён. Как только девочка услышала, что целый день папа в её распоряжении и делать она будет всё, что захочет, то её глаза загорелись. Именно поэтому теперь Чанбин, обзванивает несколько мест, вёз свою дочь в ближайшую в Сеуле конюшню. — Папа, я принцесса? — спросила Хи Ён, сидя на пони. — Ну конечно, — улыбнулся Со, а сам внутренне съёжился от весеннего ветра. Погода для того, чтобы побыть принцессой была не очень-то подходящей, но Чанбин просто наблюдал за тем, как его дочь, под чётким руководством инструктора, каталась на пони. Катание на пони затянулось на полтора часа, Чанбин уже успел собрать на себе взгляды всех «свободных» женщин и девушек, пока ждал дочь, но Хи Ён продолжала радоваться поездке по сотому кругу. — Солнышко, может уже пойдём? Мне кажется пони уже устал, — Со был уверен, ещё немного и у пони за кружатся голова. — Ну ладно, — протянула Хи Ён, которая не выглядела так уж сильно раздосадованной. После пони, девочка изъявила желание съесть огромную порцию мороженного. Пришлось для начала уговорить девочку поесть нормальной еды, прежде чем набивать живот мороженным. К концу дня, вернувшись домой, мужчина нёс на себе дочь и пакеты с покупками, которые в основном состояли из игрушек. А через несколько лет это будут наряды и косметика… — Папа! — Со только успел выдохнуть, присев на диван, как Хи Ён выскочила перед ним. — Что такое? — словно по щелчку пальцев, Чанбин выпрямился, готовый выполнять задания от дочери. — Давай красоту! — Что? — Со не всегда понимал дочь из-за её слегка непонятной и скудной в силу возраста речи. Хотя она иногда для ребёнка четырёх лет была излишне болтлива. Девочка молча залезла на диван и стала причёсывать отца, заплетая ему нелепые хвостики. Затем она уселась и взяла руку отца, дёргая его пальцы. И неожиданно стала красить ему ногти, высунув язык. Мужчина не сопротивлялся, наблюдая за действиями дочери. Его ногти превратились просто в цветной фейерверк, цирковую арену, взрыв детской фантазии и это меньшее количество эпитетов, которые могли бы хотя бы немного описать его ногти разукрашенные в разные цвета и обклеенные декоративными наклейками. После одной руки девочка успокоилась и унеслась играть в новые игрушки и смотреть мультики в своей комнате. Со рассматривал свою руку, чувствуя неловкость и нежность одновременно. И что ему теперь с этим делать? Вечер уже приближался к поздней ночи, так что Чанбин с большим трудом уложил Хи Ён спать. Из-за того что у неё был насыщенный день она не выдохлась, а наоборот ещё больше завелась, поэтому Чанбину понадобилось больше времени, чем обычно. Едва он уложил спать дочь, как зазвонил телефон. — Не слишком ли поздно для звонка? — В Нью-Йорке сейчас день, — хмыкнула Йеджи, чувствуя как Со устало и тяжело засопел. — Мне понравились те видео. Хи Ён выглядела очень счастливой, сидя на пони. Может стоит ей подарить одного? — Ты слишком её разбаловала, — Со закатил глаза и испугался собственных пальцев, забыв про «маникюр». — А не ты ли подарил ей квартиру на первый день рождения? — Это про запас! Недвижимость дорожает, а хороших квартир мало! — попытался оправдать свои действия мужчина, на что женщина лишь рассмеялась. — Ты справляешься? — Так говоришь, как будто я безответственный родитель. — Я имею в виду не твои навыки, а выносливость. Хи Ён изматывает. Хотя… наверняка твоя выносливость не шибко хромает, благодаря Сынмину, — она вновь захихикала. — Ладно, мне пора. Эти американцы… Хван даже не попрощалась, сбросив. Это действительно так на неё похоже, в этом вся Йеджи Хван. Со немного поработал, а потом просто отрубился. Утром, проснувшись по будильнику, мужчина вспомнил, что ему опять нужно на работу и в этот раз придётся позвонить няню. Но день не задался с самого утра — лак не отмывался с ногтей, сахар перепутал с солью из-за чего кофе был солёным, а финалом стало то, что машина похоже сломалась, потому что она просто не заводилась дистанционно. — Вау, это что, утренний звонок от моего любимого после полноценного игнорирования моих сообщений вчера вечером? — Ким едко усмехнулся в трубку, но его голос всё же звучал по-доброму. — Мне сейчас вообще не до шуток… Можешь подбросить меня на работу? — А что такое? Сам не можешь? — Машина сломалась. — Вызови водителя. — Тебе сложно что ли?! — Со словно бомба взорвался от одного только диалога, а что же будет дальше? — Ладно-ладно. — похоже Сынмин напрягся после такого. — И… захвати жидкость для снятия лака. — Чего? Через полчаса Сынмин уже был дома у Со, не переставая подшучивать над его «маникюром». — Эй, — Ким на секунду замер, став серьёзным. — Не стирай все. Оставь хотя бы два или один. — Зачем? — Со прислонился бедром к раковине, глядя на Кима, который сидел на краю ванной. — Хи Ён маленькая девочка, которая старалась ради своего отца, чтобы сделать его красивым. А отец взял и всё испортил. — адвокат покачал головой, цокнув языком. — И перестань торопиться. Ты начальник! — Вот поэтому ты хреновый бизнесмен. — фыркнул Чанбин, продолжая стирать лак с ногтей, но всё же на двух пальцах действительно оставил, решив последовать совету мужчины. Няня пришла ровно к тому моменту как Хи Ён проснулась. Девочка уже привыкла к женщине, поэтому ничуть не удивилась ей. Перед уходом, девочка поймала отца за руку, желая ему удачного дня и поставила небольшой штампик на руке. — Она милая, — внезапно произнёс Сынмин, пока вёл машину. Чанбин сидел рядом, листая файлы с документами. — Да-да, — похоже он совершенно не слушал его. — Милый, — Ким положил руку на его бедро и повёл ближе к паху. — Может задержишься ещё на часик? — Ты же в курсе, что нам не хватит этого часика и мы захотим больше? — не отрываясь от документов, произнес спокойно Со. — Да, ты прав, — закивал Сынмин, быстро убирая руку. — Пока, — Чанбин выскочил из машины, как только адвокат затормозил у здания компании. — И тебе… хорошего дня, — разочарованно отозвался Ким, глядя на быстро опустевшее место. Чанбин слишком быстро влился в работу, забыв абсолютно про всё, в том числе про два разукрашенных ногтя и штампик в виде звёздочки. Поэтому он даже не замечал взгляды сотрудников, занятый работой. — Господин президент, — секретарь вошла в его кабинет, занося папки с документами. — Вот договора от инвесторов, встреча назначена на конец месяца. — Да, спасибо, — он отпил уже остывший кофе и сморщился. — Ах да, господин президент, — женщина поджала губы, глядя на руку начальника. — Нужно ли вам средство для снятия лака? — Для чего? — мужчина встрепенулся, поднимая взгляд от монитора. — А… нет. — Знаете, похоже сотрудники оценили это. Ваша популярность на рабочем форуме побила все рекорды месячных обсуждений, — женщина улыбнулась и откланялась, оставляя Со одного. Откинувшись в кресле, мужчина почесал лоб, обдумывая слова своего секретаря. Какая к чёрту популярность на рабочем форуме? Но эти мысли он решил отложить хотя бы до вечера. Дел скопилось много, особенно из-за того что один день был пропущен, поэтому пришлось задержаться. — Эй, ну эй, где тебя носило? — нервно выдохнул Ким, как только Чанбин оказался рядом. — Я работал сверхурочно, — закатил глаза Со. — Ты же тоже работаешь сверхурочно. — Сегодня я освободился пораньше, чтобы забрать тебя, а ты ворчишь. — Ты первый начал, — Чанбин повернулся к нему и хмыкнул, глядя на недовольно сдвинутые брови. — Ладно, не хмурься, сам же говорил морщины появятся. — он потянулся за поцелуем, но Ким дёрнулся в сторону, доставая зеркало. — Где? Уже морщины? Чанбин состроил недовольную гримасу, глядя на колыхания адвоката, пока он пытался разглядеть морщины в зеркале. Не выдержав, мужчина схватил Сынмина и поцеловал. Тот издал какой-то странный звук и мигом ответил на поцелуй. Их дыхание немного сбивалось, поцелуй становился более страстным, от чего хотелось большего. — Пора домой. — Верно, — они с трудом оторвались друг от друга, а Сынмин немного смутился, глядя в сторону. Дома их встретила няня, которая уже уложила спать Хи Ён. Со расплатился с женщиной и даже вызвал ей такси, так как уже было достаточно поздно для возвращения домой на автобусе или метро. — Надеюсь, на работе все оценили твой новый образ, — Ким поиграл бровями, манерно выставив руку, намекнув на маникюр мужчины. — Это… — мужчина замер, глядя куда-то вверх. — Точно. Секретарь Хон сказала что-то про популярность на рабочем форуме. — О чём это ты? — он взял планшет Со, который лежал на стойке. — Рабочий форум? Ты читаешь его? — Зачем? — мужчина раскладывал на тарелке сыр и мясо, пока Ким таскал виноград из пиалы, что стояла на стойке. — Это иногда интересно, — пожал плечами Сынмин, разблокировав планшет и зайдя в аккаунт Чанбина. — Там столько сплетен бывает. А самые главные скандалы — именно там, — он покивал, закидывая ещё несколько виноградин в рот. — В этом весь ты, — улыбнулся Чанбин, открывая бутылку вина. — Ого, — Сынмин заелозил на стуле, листая сообщения на форуме. — Фотки твоих ногтей в топе на первом месте. Прочитать тебе комментарии? — Тебе заняться нечем? — но смех Кима заставил мужчину занервничать. — «Поглядите! Президент компании пришёл сегодня с таким маникюром и штампиком на руке», — Сынмин стал громко водить пальцем по экрану, листая комментарии. — «Такой милашка», «Да, у него ведь есть дочка», «Так мило, что он не стёр их, придя на работу». — Прекрати, — цокнул языком Со, ставя бокалы на стойку, а следом тарелку с закусками. — Перестань! — О, погоди-погоди, тут есть ещё, — Ким хохотал, читая комментарии. — Тут их целая куча! — Эй, — мужчина выхватил планшет из его рук, откладывая в сторону. — Неужели какой-то форум интереснее нашего вечера? — Что за слащавые слова? — фыркнул тот, отпивая вино. Чанбин выпил лишь один бокал вина, после чего стал разминать шею и плечи, которые затекли после долгого сидения за работой. Сынмин водил пальцем по бокалу, смотря на мужчину, и думал чем же тот его так зацепил, что они продолжают встречаться уже так долго? И всё сводилось к тому, что Ким просто не мог нормально сформулировать. — Ты не думал открыть филиал в Америке? — Зачем? Компания-то пока ещё маленькая. — Тогда и я бы открыл филиал там, а потом мы бы переехали, — пожал плечами Ким, смотря на усталого Со. — Зачем? — И поженились бы, балда ты! — не выдержал адвокат и стукнул того ладонью по лбу. — У меня есть жена, а ты никак не угомонишься! — мужчина вскочил со стула, потирая лицо. — Боже, даже помечтать нельзя… — выдохнул тот, поднимаясь следом. *** В помещении было душно, просто нещадно душно. Со стоял по струнке и старался не морщится от света и бьющих в нос духов. Рядом стояла Йеджи, ослепительно прекрасная и очаровывающая всех вокруг. Только вот Чанбин не мог понять, его нос уже настолько забился другими запахами или же духи Йеджи уже так сильно въелись в слизистую? — Как приятно видеть вас вместе. Вы ведь не часто появляетесь на публике как пара, верно? — грудастая женщина, явно прошедшая нескольких пластических хирургов, скалила зубы в улыбке больше подходящей акуле, нежели человеку. — Что есть, то есть, — пожала плечами Йеджи. — На наших плечах дела двух крупных компаний, а также воспитание дочери… — Точно, — её перебил мужчина, стоящий рядом. — Вы ведь живёте раздельно, так значит, можно считать вас, госпожа Хван, матерью-одиночкой? — Напрасно вы перебиваете мою жену, господин Чхве. Не перебивайте людей, стремясь побыстрее сказать глупость, а то люди неправильно вас поймут, — Со едва сдержался, растягивая губы в холодной и снисходительной улыбке. Йеджи хмыкнула, хватая мужа под руку крепче, и повела его в сторону других гостей, с которыми им тоже нужно было поговорить. Со уже утомился, но обещал жене присутствовать с ней на этом «собрании уродов», вернее представителей «высшего общества». И всё потому, что нужно было играть роль жены и мужа. Переходя от одной «кучки напыщенных индюков» к другой, Чанбин зацепился взглядом за другую фигуру, прошедшую слишком близко — Ким Сынмин. Мужчина тоже был со спутницей, вероятно одной из тех девушек, которые были готовы вешаться на шею любому из представителей богатых семей. Их взгляды встретились, Ким только хмыкнул и отвернулся. И что он только тут забыл? Голова уже жутко раскалывалась, алкоголь уже не помогал, поэтому Чанбин решил хотя бы умыть лицо. Мужчина шепнул на ухо жене, что отойдёт ненадолго, и поспешил в туалет. — Господи, хоть где-то работает кондиционер, — выдохнул тот, опираясь руками на раковину и ослабляя галстук. Кажется у него глаза были готовы на лоб вылезти. Дверь в туалет громко хлопнула, заставляя Со оторваться от умывания. Мужчина выключил воду и обернулся, глядя на ухмыляющегося Сынмина, который стоял привалившись к двери. — Вот так встреча, господин Со, — склонив голову, Сынмин закрыл щеколду на двери. — Эй, ты чего задумал? Зачем сортир закрыл? — Ничего, я выставил табличку, сбегают поссать в другой. — Ким оттолкнулся от двери, подходя ближе к мужчине, который продолжал умываться. Капли стекали по его лицу, падали с прядей чёлки. Сынмин оторвал несколько салфеток и протянул их тому, ожидая пока тот вытрет лицо. — Что ты задумал? — Ты был в командировке несколько месяцев, а я разводил богачей и составлял договоры на алименты. — Сынмин обхватил мужчину за шею и поцеловал в висок. — У тебя спермотоксикоз что ли? — Неужели ты не соскучился? — другой рукой Ким стал массировать пах мужчины, из-за чего тот зажмурился и замычал. — А вот внизу у тебя уже всё встало колом. — Ты псих, — прошипел тот, пытаясь оттолкнуть от себя Кима, но он не отлипал. — Для этого я и закрыл туалет, — Сынмин поцеловал его, прижимаясь своим пахом к паху Со. — Я уже готов к тому, чтобы ты трахнул меня здесь. — Извращенец. Не можешь подождать до выходных? — А сам-то можешь? — хмыкнул Сынмин, прислоняясь поясницей к бортику раковин. Внезапно ручку двери стали дёргать, а за дверью послышались голоса. Потом зазвенели ключи, дверь стали открывать. Ким, словно кошка, отпрыгнул на другой конец помещения, резко включив воду. В туалет зашли люди и уборщик, которые тут же странно посмотрели на этих двоих. — Зачем дверь заперли? — спросил мужчина в костюме, сунув руки в карманы. — Что? — Ким вскинул голову, стряхивая воду с рук. — Может она случайно закрылась, когда этот господин вошёл? — он указал на Со, стоящего в другом конце. — Он так её захлопнул, выглядел очень злым. Со недовольно посмотрел на Кима, а потом быстрой походкой вышел из туалета. Член очень явно выпирал через брюки, поэтому Со отвернулся к стене, оперевшись на неё рукой. Он уже не мог нормально соображать и находиться на этом мероприятии. И что он должен сделать сейчас? А что сказать Йеджи? Стоило вспомнить про жену, как телефон в кармане завибрировал, будто требовал ответа сию секунду. — Да? — Где тебя носит? — зашипела в трубку Хван, кажется он даже почувствовал как её длинные ногти застучали о корпус. — Что уже случилось? — Йедж… Мне обязательно присутствовать до конца? Я сейчас умру от удушья. — Господи, как маленький ребёнок, — кажется она закатила глаза. — Быстро дуй в зал. — Но… — Я сказала — быстро. Разговор завершился на этих словах, и Чанбин понял, что нужно всё же выполнить её просьбу. Натянув брюки и поправив пиджак, мужчина зашагал в зал, надеясь не встретить Сынмина в каком-нибудь закоулке. Свет люстр ослепил его, шум голосов оглушил, так что он едва не пошатнулся. Йеджи оказалось найти не так сложно, она буквально испепеляла его взглядом, пока он бродил по залу. — Вот ты где, любимый. Я уже заскучала, — она натянуто улыбнулась, беря его под руку. — К сожалению, нам уже пора. — Уже уходите? — удивился вылизанный с ног до головы мужчина, которого легко можно было бы назвать «альфонсом». — Наша дочка всё ещё просыпается посреди ночи, поэтому нужно возвращаться домой. — Вы же живёте раздельно. — не унимался тот же «альфонс». Видимо он любил женщин при деньгах и постарше, таких как Йеджи, и пытался удержать её всеми силами. — Родительская неделя совместного проживания, — недобро проговорил Чанбин, рождая голос из какой-то глубины. После этого им всё же удалось спокойно удалиться и спуститься на парковку. Женщина открыла машину, тут же снимая туфли и садясь за руль. — Эй-эй, ты поедешь сама? — Всё окей, — женщина показала сопровождающий жест, а потом завела машину. — Подбросить или тебя Сынмин заберёт? — Что? — мужчина вытянулся по струнке, чувствуя холодный пот по спине. — Ну я подумала, вдруг ты ему позвонишь и всё такое. Вы ведь не виделись несколько месяцев. — она распустила волосы и помассировала голову. — Так что? — Я не знаю, — пожал плечами тот, оглядывая парковку. — Я мог бы подбросить тебя сам… — Вот ещё, — она покачала головой. — Я сама. Так ты едешь или нет? — Без меня, — он выставил руку, покачав головой. — Мне явно нужно немного проветриться. — Тогда жду тебя в субботу на семейный обед, — Хван улыбнулась, закрыл дверь, и машина быстро выехала с парковочного места. Со выдохнул, встряхивая голову. Он до жути ненавидел все эти мероприятия, на которых ему нужно были присутствовать. И всё потому что он «богач». Но ведь его состояние это тяжёлый труд, а половина даже палец о палец не ударила, получив наследство. Это раздражало. Тишину парковки нарушили несколько громких гудков автомобиля, стоящего неподалёку. Чанбин инстинктивно вскинул голову и обернулся в ту сторону, устремив взгляд на новенькое авто от популярной и дорогой автомобильной компании. — Красотка, одна тут? — в окно высунулся Сынмин, подмигивая мужчине. — Вот же кретин, — пробурчал тот, направляясь к машине. — Какого хера ты устроил на этом грёбанном мероприятии? — О, бедняжка Бинни получил нагоняй от своей злой жёнушки? — захихикал Ким, стоило мужчине опуститься рядом на пассажирское сидение. — Едем ко мне. Я заглажу свою вину перед тобой. — А где твоя… спутница? — неловко проговорил Со, вспоминая, что с адвокатом была какая-то девушка. — Осталась где-то там. Мероприятие полная скука, но она нашла развлечение во флирте со старпёрами. А что? Ты хотел тройничок? — Господи помилуй… — застонал Чанбин, закрывая лицо руками и сползая чуть вниз. — Может прямо в машине? — предложил Ким, резко повернувшись к нему. — Рот закрой. — Отсосать тебе? — Завали табло. — Могу просто подрочить. — Рот закрой свой! — Понял. — пожал плечами мужчина и наконец завёл машину. Ехали они в полной тишине, до тех пор пока Сынмина не взбрело в голову включить «расслабляющую музыку для секса», под гневный взгляд Чанбина он лишь сказал что «задаёт атмосферу заранее». Иногда инфантильное и такое в целом непринуждённое поведение Сынмина раздражало и одновременно беспокоило Со. Почему он постоянно ведётся на это и продолжает встречаться с ним? Вот например, Феликс и Хёнджин… Эти двое пережили столько всего, что просто срослись и уже не могут жить друг без друга. Несмотря на все их разногласия, конфликты и ссоры в начале, сейчас они состоят в крепком и счастливо браке, даже дети есть. А Минхо и Джисон? У этих двоих вообще тишь да гладь и Божья благодать. Хотя Минхо чрезмерно ревнивый из-за чего часто нарывается на скандалы с Ханом, но ведь там тоже искренняя любовь. От таких мыслей аж тошно становилось. А у него что? Чанбин взглянул на Сынмина, который вёл машину, мыча в такт песне. У них никогда не было серьёзных разговор, они никогда не говорили о чувствах. По сути, всё что их связывает это секс. И вроде как его-то всё устраивает, однако Чанбин задумывался о том, что возможно не стоило вестись на свои желания или что-то ещё и нужно было просто оставаться рядом с Йеджи. Был бы примерным семьянином с женой и ребёнком, или хотя бы пытался сделать вид, что это так. Настроение из-за таких мыслей опустилось ниже плинтуса, поэтому когда мужчины уже поднялись в квартиру Сынмина, Со готов был просто сесть в угол с мрачным лицом. — Мне нужно сделать звонок и я сразу же вернусь к тебя, — послав воздушный поцелуй, Ким удалился в другую комнату. Несколько минут на размышления в полной тишине — уйти или остаться? Но вместо этого Чанбин просто пошёл к барной стойке и налил себе полный стакан коньяка, решив даже лёд не добавлять. Он почти что залпом осушил первый стакан и сразу же налил второй. Откуда взялось такое дикое желание напиться в слюни? До этого, пока он был в командировке, всё ведь было хорошо, он скучал пока был в командировке. Или он думал, что скучал? Кажется он по уши в дерьме и окончательно запутался. К тому моменту как Ким закончил разговор по телефону и вышел из комнаты, Чанбин уже сильно опьянел. Сынмин застыл, держа в руке телефон, и смотрел с открытым ртом на Со, который растёкся по стойке. — И как это понимать? — он стал тыкать пальцами в мужчину, чтобы хоть немного привести его в чувства. — А как же жаркая ночь полная страстного секса? Эй! — Отвали. — пробубнил Чанбин, отлипая от стойки. Он засопел, поднимаясь на ноги. — Почему ты себя так ведёшь? Со промолчал, направляясь шаркающей походкой к дивану. Его тошнило от слов, которые копились внутри, хотелось всё выплеснуть, но он знал, что это будет неуместно и ни к чему хорошему не приведёт. Оперевшись руками на спинку дивана, мужчина медленно соображал как ему быть в данной ситуации. Он был не так уж и пьян, просто очень устал. А может ему так казалось? — Бинни, если ты мне не будешь отвечать, то я… — Хорошо. — Что? — Давай просто займёмся сексом, — Чанбин стянул галстук и пиджак, оставшись стоять у дивана. — Где ты хочешь? В спальне? На кухне? На диване? В ванной? — Так, — Сынмин сжал пальцами переносицу, чувствуя подступающую волну раздражения. Ещё немного и он закатит очередную истерику Чанбину. — Что, блядь, уже случилось? Всё же было прекрасно! Ещё в туалете твой член стоял колом! — Я тебя не понимаю… — Это я тебя не понимаю! — Ты хотел трахнуться, я предложил. В чём проблема? — Со стоял в полурастёгнутой рубашке, уперев руки в бока. — Вот именно, в чём проблема? Это я у тебя должен спрашивать. Пока меня не было, ты всосал в себя половину бутылки коньяка. В одну харю! — Сынмин повторил его позу, но тут же дёрнулся, скрестив руки на груди. — Тебе так хочется на истерику мою нарваться? — О, это ты хорошо умеешь, — усмехнувшись, Чанбин сел на диван и запрокинул голову. Ещё немного и он действительно выскажется. — Как же задолбало… — И меня. — Что? — И меня задолбало. Всё это. Всё, в чём я существую. У меня нет ни брака, ни нормальных отношений. Мы с тобой не встречаемся, а просто спим вместе и трахаем мозги. Моя жизнь никогда не имела хоть чего-то близкого к тому, что есть у моих друзей. — О чём это ты? — Ким скривил губы, хмурясь. — Любовь. — Со поднялся с дивана, но силы медленно его покидали, поэтому он слегка покачнулся. — Между нами кроме секса ничего нет. И мне… Меня это утомляет. Сынмин открыл рот, не зная даже что ответить. Со впервые так открыто и прямолинейно говорил с ним о своих чувствах и об их отношениях в целом. Они строили из себя пару, но в действительности даже не соответствовали тому, что называют «отношениями». Это действительно походило больше на секс-партнёрство. Мужчина прошёл мимо растерянного Кима в гостевую комнату и больше оттуда не выходил — Сынмин не слышал ни одного звука с первого этажа, лёжа в своей постели наверху. Из-за этих грёбанных слов он всю ночь ворочался и думал, не имея возможности уснуть не дрожа от тревоги. Итог, к которому пришёл Ким — он никогда не озвучивал своих адекватных и нормальных эмоций, держась за Чанбина как за секс-партнёра, как это было в былые школьные времена. Но теперь, думая о том, что Со может уйти — просто уйти, не важно если он уйдёт к кому-то, — такая мысль бесила. Его жена, ребёнок… Сынмин искренне любил Йеджи и Хи Ён, но мысль о том, что Со может уйти туда с концами… Или жить с другой женщиной. Нет, жить с другим мужчиной. Или вообще с молоденьким парнем. Ким бесился от всех этих мыслей. — Ну вот что, — шипел он, спускаясь вниз. — Хочет услышать о моих чувствах? Он о них услышит. Он специально громко распахнул дверь в спальню, где находился Со, но тот даже не шелохнулся, продолжая пребывать в крепком сне. — Вот же кретин, — цокнув языком, Сынмин забрался на постель и уселся поверх одеяла на бёдрах Чанбина. — Эй! Просыпайся! — несколько раз шлёпнув того по лицу, он увидел как глаза Чанбина раскрылись. — Слышишь меня? — Какого… — Так вот слушай, — запыхтел Ким, складывая руки на груди. — Я вчера думал… Эй! — он пощёлкал пальцами перед его лицо. — Не спать! Так вот, я вчера думал о твоих словах. И ты, о ты чёртов придурок, бесишь меня! Я — не такая уж откровенная личность. Мне нравится скрываться за ширмой истерички. Это Хёнджин у нас раскрылся в полной американской гейской ипостаси и пребывает в своём розовом мирке. Это его истинное лицо. А я? Я нет. Это моя маска. Мне тяжело. А ты заставляешь меня чувствовать себя ещё больше… больше меня в дерьмо закатываешь! Вот так сильно тебе хочется чтобы тебя любили? Да подавись ты моей любовью! Как подумаю, что ты можешь кого-то другого трахать, так я убить готов. Ты — сын сучий! — Сынмин… — Задолбало, сука! Не могу я так! — Сынмин… — Хочешь, чтобы я тебе сказал, что я люблю тебя?! Да пошёл ты в жопу! — Сынмин. — Что?! Люблю я тебя, понял?! Оба застыли, глядя друг на друга. У Кима было до ужаса красное лицо, с мелкими белыми пятнами на шее, пальца дрожали, а по щекам скатилось несколько маленьких слезинок. — Я… Тоже не умею говорить о чувствах, но… в этой ситуации, наверное… Я думаю, что в этой ситуации, мне лучше побороть себя и сказать «я тоже тебя люблю»… — О, ты думаешь? — Да… А теперь, не мог бы ты? — Со протянул руку к рукам Сынмина и слегка сдвинул их. В порыве чувств, мужчина даже не заметил, как вцепился пальцами в грудь Со, оставляя следы на коже сквозь ткань рубашки. Они так и продолжали неловко смотреть друг на друга, обдумывая произошедшее. Похоже они всё же смогли принять ситуации и… официально друг для друга «оформить» отношения. И вечно у них всё не как у всех. Особенно у Чанбина. — Может… сделаем вид, что у нас была очень сильная ссора, и мы… после признания в любви могли бы… — неловко проговорил Чанбин, отводя взгляд в сторону. — Позавтракать? — Ну, я имел в виду другое, но можно и позавтракать. — А, нет! Тогда завтрак отложим. Можно и после секса, — одумался Сынмин, развязывая пояс халата. — Это ты ввёл меня в заблуждение своими разговорами. — И снова я, — закатил глаза Со, обхватывая тело Кима достаточно крепко, прежде чем перекатиться по кровати. Теперь Сынмин был подмят под него, а халат не скрывал голую грудь и серые шорты. Чанбин наклонился, медленно проводя носом по шее мужчины, а потом также медленно поцеловал его. Прижав одно колено к себе, Ким обнял Чанбина за шею, позволяя теперь целовать себя не только в губы, но и в ключицы, спускаясь всё ниже, пока в итоге пальцы Кима не скользнули в растрепанные пряди волос Со. Тот оставлял лёгкие отметины, прикусывая кожу, пока не дошёл до резинки шорт. Медленно проведя рукой по внутренней стороне бедра, Чанбин стал стягивать шорты с мужчины. И тут у Сынмина слабо заурчал живот. — Не останавливайся, — прошептал тот, чувствуя лёгкое покалывание кончиков ушей. Чанбин вновь продолжил ласки, целуя колени Сынмина, проводя пальцами по его голени и забираясь под шорты. И вот живот снова заурчал, но уже громче и, как будто бы, настойчивее. Ким готов был убить самого себя, ощущая как его тело предаёт его же самого! Со вновь решил продолжить, полагая, что его об этом попросят, но не успел он даже предпринять что-либо, как живот Сынмина снова заурчал. Мужчина удивлённо уставился на краснеющего адвоката. — Полагаю… — в этот момент заурчал уже его собственный живот. — Всё же стоит сначала позавтракать. А потом можем заняться этим прямо на столе. — он подмигнул, наклоняясь ближе. — Иди ты! В задницу тебя! — Ким сначала пытался отпихнуть его от себя, но потом сдался, смеясь. Их губы соприкоснулись в недолгом и лёгком поцелуе, прежде чем они действительно пошли завтракать.