***
Финал – всегда тревожно. Некий тремор присутствует, да и в воздухе летает огромная энергетика соперничества. Такого даже не было во время испытаний и готических залах, что на самом деле не является странным. Чем ближе объявление результатов, тем больше негатива выплёскивается. Каждый сидящей здесь уверен в своей победе. Уверен в том, что именно он заберёт эту синюю руку. Каждый желает этого. Уверенный в себе Раппопорт сидит, улыбаясь ярко. От него не исходит вот этого духа соперничества. Он просто счастлив, что может делить это пространство вместе с сильнейшими. Марьяна гордая всё причитает себе под нос о том, что не сможет смириться с победой Шамана. О том, что его выигрыш будет не обоснован и не ясен ей. В недоговании она. С лиц улыбка милая сходит, заменяясь язвительной, когда в зал входит Максим. Радость его тезки сменяется на холодный пронзительный взгляд. Женщина же скалится недовольно, явно негодуя от его присутствия здесь. Разговор не клеится вовсе. Сейчас они все друг другу враги. Обстановку своим приходом Олег разряжает, который сквозь толпу фанатов потерялся. Долгое время проходил мимо их. Умилялся. И вмиг счастливым становился. В какой-то момент даже стало всё равно, что родители не приехали и не поддержали его. У него есть опора. Есть люди которые поддержат его, не смотри ни на что. Они его сила. Его магия. Мелкие презентики вручает. И, о хвала небесам, они срабатывают как надо. Энергетика в зале меняется, что ни может не радовать. Теперь как-то приятно стало ожидать первого гостя на их торжестве. Есть быть честным, то Влад смог целиком и полностью засмущать Шепса. Да, он не отдал голос за него, а предпочёл Марьяну. Но слова, которые сказанны были, приятным гулом по сердцу разносились. « Это тот случай, когда младший брат, превзошёл старшего.» Как же он давно мечтал эти слова услышать. И вот наконец-то он до них дорос, что затмевает всё на своём пути. По факту он уже добился того, чего хотел. Наконец-то его перестанут сравнивать с братом. Осталось только руку забрать и уехать домой, отдыхать. А вот поздравления от Мери самые приятные, не смотря на всю ситуацию с Сашей, она, как и раньше относится к Олегу. И это правда очень мило и так по родному. После поздравлений Керро остаётся приятный осадок, что поздравления Мариам он просто прослушивает, прибывая в некой прострации. Но на победиля двадцатой битвы включается в прежнее русло и слушает наставления. Никто в принципе никогда не узнает, что благодаря этому парнише он пошёл на этот сезон. А не стал ждать, как брат, своих двадцати семи. Можно сказать Дмитрий Матвеев стал для него вдохновителем, который показал и доказал, что возраст не влияет на голосование. Важно лишь одно – опыт, который ты умело преподносить зрителям, участником и понятым. Олег в скромную речь вслушивается. Из неё узнает, что тот за Максима болеет, но уверен в его победе. Что невероятно льстит. У них даже получается завести односложный диалог, который выстраивается на их схожести и интересах. Стоял бы Дима в зале он обязательно поймал его после съёмок и раскрутил на пару прогулок. Всё же хочется в силу возраста и схожести найти себе новых знакомых. Особенно практиков.***
— Знаешь, вот на тот момент, я задумывался о каких-то взаимоотношений вместе с ним, но вот эти разные страны мне не дали этого сделать. О чём я, кстати, очень жалею. Он замечательный человек. – Заключает он. — Я так понимаю: ты очень им дорожишь? — Очень. Наверное, он сыграл большую роль в моей жизни и я сейчас являюсь тем, кем собственно говоря вы и привыкли меня видеть. Если бы не он, то вряд-ли бы вы узнали обо мне. — Хм, тогда расскажешь, как вы познакомились и зародилась ваша дружба? Я думаю об этом будет интересно узнать не только мне, но и твоим поклонникам. — Как я говорил наше знакомство произошло на первых съемках проекта, но знаешь оно было поверхностное. Тогда ни он, ни я не думали о том, что в последствии мы можем стать друзьями. – Ухмыляясь слегка, проговаривает. Эти воспоминания теплом по грудной клетке раздаются. Уж, очень приятны эти прожитые моменты. Будь его воля, он обязательно бы прожил их заново. — От коллег к дружбе? На самом деле это же редкость, как вам удалось? — Ха-ха-ха, я на самом деле не знаю, как нам это удалось. Но все коллеги по цеху задавались этим вопросом. Кто-то считал, что мы для охватов выставляем в социальные сети нашу «дружбу», а кто-то считал, что из-за взаимовыгоды. Десяточку все дела. Ведущий понятливо кивает и всё же решает, что правда стоить узнать о том, как же у них дружба зародилась. — Это всё конечно хорошо, а как всё же вы начали более тесное общение? — Изначально я после первого его испытания поставил ему десятку, написав под ней, что шестьдесят третий регион – мощь. Он кстати положительно на это отреагировал, нам даже, после съемок, удалось покурить вместе. – Со всей искренностью рассказывает, наверное, впервые за долгое время он может себе позволить такую роскошь. — Но на этом, на время, все закончилось, но вот примерно через неделю, возможно, полторы у нас на съёмках состоялся достаточно философский разговор про мотоциклы. Экранного времени нам не хватило, чтобы обсудить и довести его до конца. Поэтому собственно говоря после их окончания, мы уехали ко мне и за чашкой кофе заканчивали этот разговор.***
Теплый май сменил холодные апрельские съёмки. Сейчас на улице приятно находиться. Всё цветёт кругом. Сразу жизненная энергия помещается внутрь живых душ. Новые съемки готического зала. Новые оценки и придирки коллег. Сегодня они обсуждают испытание трёх сильных женщин. У Олега нет абсолютно никаких вопросов к прохождению, но вот к подставе от Марьяны и Вики он негодует. Разве можно так поступить? Лина чисто по-человечески попросила, а на нее набросились, не дав в полной мере показать свои силы. — Представь, мы с тобой на мотоциклах. Ты и я, условно. – Начинает рассуждать приятный бархатистый голос. — Мы гоним на мотоциклах. И у тебя голова немного закружилась. Должен ли я пропустить тебя в заезде? Если ты упадешь, то я остановлюсь и подниму тебя. Но Лина не упала. — Если я упаду, то ты вряд-ли остановиться и пнешь меня ещё. Для меня это выглядело так. К сожалению диалог развить дальше не получилось. Съёмочная группа подгоняла. Всем хотелось побыстрее освободиться и домой поехать, к семье. Совсем вскоре досняли материал. И все быстро начали собираться. Такси вызывать. Осталось теперь через толпу фанатов пройти. Хорошо, что в стороне черного входа пусто. Покурить спокойно можно. Серых дым лёгкие заполняет, душу опустошая. И мысли приводит в порядок. — Ты прав. – Раздаётся где-то позади, что заставляет вздрогнуть. — Я не пну тебя, если ты упадешь. — И почему же? – Слегка усмехаясь, задаёт вопрос Шепс. — Ну, вот угостишь меня чашечкой кофе, тогда расскажу. — Манипулятор. Смех заполняет пространство рядом. Так умиротворенно на душе. Нет никакого напряжения. — А что думал, что тебе так легко достанется информация. Я не мертвая душа, чтобы просто так тебе всё выкладывать. — Пойдем. Угощу.***
— Он правда очень классный человек. Я помню каждый момент, проведенный с ним. — Можешь рассказать самый яркий из них? — Да, почему бы и нет. — Он задумывается немного. Рукой, выпавшие из заплетенного хвоста, волосы за уши заправляет. — Это было в Питере. Наше шоу, тогда на перерыв ушло, так называемые «аля каникулы». Я к родителям уехал, в Самару. Мне восстановиться нужно было, ну знаешь, как-то не очень, когда на протяжении нескольких месяцев без отдыха работаешь. Выдыхаешься. Соскучился очень по нему. Списались, а он в Санкт-Петербурге находился в тот момент. А я что? Приехал из Самары в Москву и сразу к нему. — На что не пойдешь ради дружбы. — Ты безусловно прав, ради своих людей я пойду на всё. – Отвечает он и с мыслями собирается, нужно как-то правильно сформулировать мысль. — Эти пару дней особенные очень. Они много изменили в наших взаимоотношениях. — Вы встречались? – Задаёт в полное логичный вопрос, ведь куда ближе дружбы сблизиться можно. Нет в Китае такого обозначения, как «кумовья», к примеру. — Да. Это были для меня первые отношения с парнем. Раньше, я конечно задумывался о том, что могу быть бисексуалом, но вот прям почувствовать это у меня получилось только с ним. Как-то привычно было открыться ему. Помню, изначально мы планировали вместе погулять, но одна наша общая знакомая тоже прибывала в Питере, так что нас было четверо. — А кто из вас первый в чувствах признался? — Он. Это было на второй день прибывание в городе. Мы сняли загородный дом, вместе с знакомыми со съемок. А вечером, будучи немного под градусом, он завёл этот разговор.***
Вечер июля. Теплый такой. За окном сверчки поют свои серенады. Умиротворенно. В комнате расположились парни, выпившие слегка. Но это не мешает вести им очередной философский диалог. — Олеж, – вдруг резко как-то голос парня меняется. — Вот, как ты относишься к разным ориентациям? — Ко всем положительно. Ориентация не влияет на человека, следовательно зачем как либо к ней относится? Это часть человека, часть его души и этого не изменить. — Хм, вот знаешь, до Китая я был сто процентов уверен в том, что я натурал из всех натуралов. Думал, что люди, которые любят свой пол – нелюди. Это скорее всего были пацанские замашки из нашего шестисят третьего региона. Но другая нация смогла поменять моё мнение. Плюсом даже открыть для меня нового себя. Я, помню после расставания с Астрид мне приглянулся один парень, и знаешь было такое ощущение, что всё правильно. Но я то никогда не ощущал к ним тяги, хотя скорее думал, что не ощущал. Вот, это коротко временная влюбленность помогла мне вспомнить о том, как мне невзначай понравился одноклассник. Шепс же монолог тихий слушает не перебивает. Лишь во всё сказанное глубже погружается, пытается понять к чему же Дима клонит. — И ты понял, что бисексуал? – Видя одобрительный кивок, продолжает. — Это на самом деле здорово, что ты смог лучше себя узнать. Многого стоит. Я, если быть честным, то не до конца разобрался в себе, в этом плане. — Почему ты так считаешь? — С одной стороны мне нравятся девушки, ну, вот с другой, и парни могу нравится. Но я никогда не пропобовал с ними что-то завести. — Это норма. Если ты чувствуешь подсознанием, что тебе может имплантировать, то следовательно ты понимаешь себя. Так что не будь к себе строг. Тишина резкая наступает, но она приятная. Не давит на голову, а даже наоборот помогает свободно выдохнуть. Шепс на живот переворачивается и голову к другу поворачивает. — Вот ты говорил, что у тебя нет конкретного типажа девушки. А парня есть? — Олеж, в моём вкусе сто процентов кудрявые медиумы.***
— Раз мы начали за отношения, то можешь ответить на пару вопросов в плане них? – Интервьюер спокойно интересуется, знает, что возможно вопросы про отношения это запретная тема. Не зря же человек настолько закрыт в себе. — В России запрещены однополые отношения как вам не было страшно их начинать? Вы же могли попасть под гребёнку. — На самом деле влюбленным всё равно входят ли он под закон или нет. Это неправильно, что одних ущемляют людей за ориентацию, а вторых наоборот выставляют, как эталон. Но вот законы, которые там правят абсолютно не правильные. Молодые парни и девушки не бояться подобных им лесбиянок и геев. Они боятся насильников и душевно больных. Но почему-то за любовь дают от пятнадцати лет лишения свободы, а за преступление от шести. Где справедливость? — Сейчас ты в целом ответил на вопрос, но не ответил про вас. – Замечает. — Сильно личное? — Мы решили жить тихо. В плане, знаешь, не афишировать наши отношения. Плюсом, когда выходили на улицу старались держаться в стороне друг от друга. Вести себя, как друзья. И вроде бы это даже вышло. Хотя было очень тяжело. Ты не можешь ни прикоснуться к любимым рукам, ни губам. Обнять тоже. — Но всё же вы справились, а значит уже достигли высокого уровеня. Олег слегка засмеялся. Он оценил стёб ведущего. — А вот, что на счёт переломных моментов. Они были? — О, да они были. Тоже на одном из испытаний в Анапе. Мы сидели у костра рассказывали про свои мечты. И он сказал, что очень хочет детей. — А в чем заключался перелом, немного не понимаю. — Я не девушка, у меня нет матки и других женских органов, чтобы родить ему дитя. В принципе как и у него. Сложность однополых отношений заключается в том, что родного ребёнка без сложности не выйдет завести.***
Воздух морской приятно лёгкие заполняет. Уже почти конец съемок, на сегодня, совсем чуть-чуть осталось. Коле мелочи доснять и всё можно заселиться в отель. Спокойно выдохнуть и на пару часов погрузиться в сон. Единственное, что сейчас волнует Олега так эта фраза сказанная Димой. «Очень хочу семью. Ребёнка.» Слова болью грудную клетку пронзают. Он не сможет дать своему возлюбленному, то что он хочет. Не потому что сам этого не жаждит, а потому что природа такая. Не сможет он чисто физически забеременеть. Строение его тела абсолютно идентично строению самого настоящего мужчины. Они в кадре сидят. Позируют для пущего эффекта. Скорее даже не будет видно того, что части снимались не сразу. Хотя, явный изменившийся взгляд Шепса младшего может выдать это. Наконец-то звучит финально «Снято!». И все трое экстрасенсов выдыхают облегчённо на сегодня съемка закончена, можно посветить это время себе. Олег хвостиком плетется в номер к чернокнижнику. Ему поговорить хочется. Успокоить мысли бушующие. — Дим, – зовёт мягко, когда они в просторной комнате оказываются. — Да, Олеж? – Парень поворачивается на зов. Замечает, что его любимый подавленный. Даже раздавленный. — Что случилось, родной? — Ты сказал, что семью хочешь, детей. И... — Олег, да я хочу семью и детей. Но я хочу их с тобой. Как ты себе представляешь, вот заявил бы я на всю страну: Я хочу замуж за Олега Шепса. И детей. Если ты переживаешь из-за того, что у тебя нет матки. То забей. Детей можно и из детского дома взять, столько малышей потеряли семью. Или же суррогатное материнство. Всё решаемо.***
— Но вы смогли решить этот момент? — На самом деле мы долго после этого откладывали разговор на эту тему. Как-то не было времени на него. Съёмки, подготовка альбома и уйма других обязанностей. Но да, мы смогли решить этот вопрос. — Как? Много разворотов событий может быть, так какой вы выбрали? — Суррогатное материнство. Единственное, мы так и не решились на него. Нам сказали, что для начала нужно пройти полностью всех врачей, сдать анализы. Но к сожалению на тот момент у нас не было на это времени, поэтому мы отложили этот вопрос до конца проекта.***
За окном снег метёт своими лаптями большими белыми, завивая. Только конец ноября, а зима уже полным ходом вступила в свои права. Сегодня наконец-то получилось выбить двоим выходной. Теперь можно в двоем отдохнуть. Расслабиться. Принять ванну с солью и пеной, прям как они любят. — Дим, помнишь мы с тобой о ребёнке? – что-то похоже на удовлетворительный ответ и продолжает. — Я нашёл пару вариантов хороших, которые могут предоставить услуги. Нужно, чтобы ты посмотрел. И мы выбрали. Брюнет заинтересовано поворачивается к парню, отрываясь от готовки. Улыбается ярко. Всё таки ему повезло с этим малым. — Да, давай посмотрю. – Вытирает руки об полотенце он, и забирает протянутый телефон, чтобы с информацией ознакомиться. Шепс на самом деле постарался. Много хороших вариантов нашёл. Почему-то Диме чувствуется какой-то в этом всём подвох, решает, что сейчас не лучшее время, чтобы затрагивать такую щепетильную тему. — Я думаю, она неплохая будет. Но лучше пообщаться с каждой в живую. – Протягивает он телефон с открытой фотографией и анкетой. — Думаю, ты прав. Но как-нибудь позже. Сейчас некогда. Да, и нам же не принципиально в этом году заводить семью? — Верно. Подождём, время покажет.***
— Давай пока отдалимся немного от личной жизни. Мне очень интересно, как вы провели финал. Ты так часто его упоминаешь в диалоге, что невозможно не заинтересоваться. — Вообще финал был подставной. Когда мы продлевали контракт нам сказали о том, что нужно сделать шоу более комичным, поэтому они решили сделать двух победителей. – Выдыхает грустно как-то, но всё же отвечает на этот вопрос. — У меня давно закончился контракт, да и я больше не работаю на канал, поэтому со спокойной душой могу об этом рассказать. По факту победа была моя. За меня проголосовали намного больше процентов, чем за кого либо, но сценаристы решили, что будет самый писк, если они дорисуют голоса другому. — То есть всё было подстроено? — Именно. Им нужен был контент, а не справедливость. Если бы всё было правдой, они бы вывели проценты на наше «волшбеное» заркало и показали правдивые результаты. А не взятые от куда-то с неба. — Я думаю, это очень обидно. Как ты это пережил? — Как и обычный человек, было тяжело. Но рядом были нужные люди, которые быстро помогли оправиться после всего этого. Помню, в таком состоянии шатком был. Целый год убить в никуда, чтобы участвовать в таком цирке. Куда смотрели мои глаза, я честно, без понятия. — А как твой молодой человек к этому отнёсся? — Поддерживал меня неоднократно. Понимал, что это сильно на мне сказывается. Пытался рядом быть и уделять мне, как можно больше внимания.***
Холодный ветер пронизывается насквозь. Пройти через толпу фанатов очень сложно. Их просто уйма. Очень много. Ещё и на улице стоит минусовая температура, что конечности заставляет посинеть. И снова финал. Сново волнение окутывает с ног до головы. Для Олега важна победа в « Битве сильнейший». Он хочет, чтобы поддержка отца была не напрасна. Хочет победить и принести родному человеку победу в зубах. Показать, что он и вправду способен, а не только на словах. Поздравления от бывших соперников приятны. Большая часть отдаёт ему предпочтение и это льстит невероятно. Удивительно, но на этом мероприятии атмосфера дружественная стоит. Подколки есть, но они такие уже обыденные. Привычные. За год уже привыкли к ним. Но она улетучивается в миг, когда речь заходит о проступке Влада. И всё бывай приятное ощущение. Все вокруг, словно гадюки дикие набросились на него. Будто сами никогда побочным не грешили. Двуличные. Спасибо редакторам, что решили этот цирк ещё лучше сделать. Надо же оставить осадок замешательства. Камеры выключаются, пора осуществить переход в другой зал для объявления результатов. Стоя уже на позициях сердце бешено колотиться, так и наровит выпрыгнуть из груди. Четвертое и третье место проходят мимо ушей. За Диму безумно обидно, он большего достоин. В принцепе как и Вика. Только один тут прицепом заехал в финал. Даже в голове слова Голунова возникают. Не тому он их сказал. — И победителем битвы сильнейших экстрасенсов становится – Влад Череватый! — слова будто ножом ударяют по сердцу. Олег руки к глазам прикладывает, чтобы скрыть нежданные слёзы. Как же он мог так провалиться? Он не верит просто, не верит в это. Хотя, по контракту всё так и должно было произойти. Но всё равно безумно больно. Сейчас в объятия Димы хочется. В плечо ему уткнуться и завыть волком. Это не справедливо. Они нехотя походку проводят, хотя на нее правда уже сил нет. Хвала небесам, когда камеры окончательно выключаются и все с друг другом прощаться начинают. А Шепс только и может, что на стенку облокотиться и руками глаза закрыть. Лишь бы его подавленного состояния никто не видел. Сейчас домой хочется. В теплую кровать с любимым человеком. И не надевать на себя маску довольного человечка. Хочется настоящим быть, но такое сейчас он может только с Матвеевым себе позволить. — Олеж, – слышится рядом, а после руки на своих запястьях чувствует. — Это всё наконец-то закончилось. Ты же знаешь, что ты умница? Ты сделал всё, что было в твоих силах и даже больше, родной. — Я провалился, Дим. – Выходит тихо, даже сипло. — Не говори так. Ты выдержал столько всего. Скоро от этой неудачи не останется ни следа. И всё будет, как прежде. Шепс ничего не отвечает, лишь одинокую слезу с лица быстро вытирает. — Поехали домой. Будем лечить тебя. Включим «Ведьмька» и закажем твою любимую пиццу. А позже в Самару съездим, на дачу? —Съездим.***
— Как ваши отношения сложились после проекта? — Печально. Очень. – Закусывая губу, оповещает он. — Как я ранее упоминал, мы проходили всех врачей, чтобы ребёнок был здоровый. И знаешь, не зря. У него нашли доброкачественную опухоль. Врачи давали гарантию того, что всё будет в порядке. — А что произошло? Она оказалась злокачественной? — Нет, дело в том, что врачи допустили ошибку. – Больно об этом вспоминать его же, тогда даже рядом не было. Просто не было. — Я был в Самаре у родителей, нужно было решить пару вопросов. А уже поздно ночью мне сообщили, что он умер. — Я приношу свои соболезнования. — Не стоит. Уже прошло десять лет и я уже смирился с его смертью. — Я даже представить не могу, что ты чувствовал.***
Новогодние праздники быстро прошли. Теперь можно полностью своим здоровьем заняться. Анализы все сданы. Осталось только онколога пройти. К нему же и результаты придти должны. Зачем-то ему нужен их анализ крови. — Мы на финишной прямой. Следующие заходим. – Как-то весело произносит Дима. Он искренне счастлив, почти всё сделано. И останется всего пол дела. Но вот Олегу что-то не очень весело. Внутри, какие-то смешанные чувства терзают. Вроде бы и рад, но тревога все эти чувства перекрывает. Ему кажется, что вот-вот что-то да должно произойти и это пугает до негнущихся коленок. — Ты уверен, что всё будет хорошо? – Интересуется. Может любимый маску натянул, да и идит якобы довольный. — Олеж, что может произойти. Всё окей будет. Но, как оказалось не будет. Как только в кабинет входят, врач сразу их удивляет. — Кто из вас Матвеев Дмитрий Андреевич? – Плотнее натягивая маску на нос интересуется он. — Я не хочу вас пугать, но анализы, которые мне пришли не особо хорошие. И мне бы хотелось поинтересоваться о вашем самочувствии. У чернокнижника глаза по пять копеек округляются. Он даже не думал о таком, но лишь кивает. Готов он ответить на вопросы. Вдруг, это какая-то ошибка. — Замечали ли вы острые боли при движении в любой части вашего тела? — Да, но они быстро проходили. Не дольше минуты длились. — Где чаще всего чувствовали боли? — В районе поясницы. Врач же пометки для себя делает. — Как у вас со сном? — Сплю плохо, но это уже стабильно несколько лет. — Я смотрю, у вас есть на каждый мой вопрос ответ и отговорка. В любом случае рекомендую вам сходить на УЗИ, чтобы точно убедиться. Направление напишу. — Осведомляет он. — К вам, Олег, у меня нет вопросов, единственное, я с вами тоже побеседую.***
Четырнадцатое февраля. День всех влюбленных и любимых. А Олег не рядом с Димой. Ему пришлось уехать к своим родителям, решать какие-то проблемы нарастающие. У его парня операция сегодня, но с ним Миша рядом сегодня. Он обещал после того, как всё пройдёт отписаться за брата и за его состояние. Весь день по Самаре катался. Какие-то документы возил с одного конца города на другой, что не особо весёлым занятием является. Где-то внутри пережевания теплются. Всё же ещё неизвестно, как операция пройдёт. Хотя это очень хороший человек. Они его искали долго. Даже досрочно заплатили, чтобы в очереди быть первыми. Уже поздно вечером наконец-то от всех дел освобождается, выдыхая спокойно. Совсем скоро сообщить Миша должен о самочувствии возлюбленного. Олег уже дремлет немного, как на телефон громким оповещением, приходит сообщение. «Дима не выдержал операцию.» Дальше даже сил читать нет. Глаза пелена соленая заполонила. А от души, словно кусок себя оторвали. Слезы по щекам градом кататься, а в голове шум белый. Никак не хочет укладываться информация о том, что Димы больше нет с ним. Нет в живых. По пабликам новости печальные разлетаются. А Шепс, на время, из социальных сетей уходит. Нет, не на время. Навсегда. Просто, невозможно будет видеть купу вопросов о Диме. О соболезновании и прочей ерунде. Сейчас он уходит в себя. Закрывая на своем сердце и разуме, тысячи дверей, чтобы никто не смог к ним пробраться. В апреле перед днём рождения билет в Китай купленны. Он нашёл в вещах возлюбленного ключи от квартиры, в Шанхае. Туда он и полетит, чтобы с горем справиться. Сильным стать. Говорят смена обстановки меняет людей.***
— Я переехал в Шанхай через несколько месяцев после его смерти, вообще изначально на время, чтобы в себя прийти. Но после понял, что не могу вернуться на Родину. И остался здесь. — А как всё же ты попал в киберспорт? — Наверное, на третий или уже четвертый год проживания здесь, я начал увлекаться любительским киберспортом. Часто посещал геймерские клубы. Участвовал в соревнованиях. И на одних из них меня заметил продюссер PXP, и вот я до сих пор играю вместе с ними. — Последний вопрос и будем заканчивать. Я вижу, что сильно тебя замучал. Почему ты всё же триста шестьдесят шестой? — Это был псевдоним моего погибшего парня. Как напоминание о нём, я взял его себе. – Глотая ком в горле, отвечает Олег на этот вопрос. Никто никогда не узнает, как после этого интервью он волосы на себе рвал, чтобы перестать думать о смерти любимого. Никто никогда не узнает. Но он навсегда останется триста шестьдесят шестым.