Часть 21
20 сентября 2024 г., 05:09
Заходя в помещение, Ким приятно удивляется. Вроде и не так далеко от школы, но он здесь никогда не бывал и даже не видел эту кофейню.
Мин сразу идет к дальнему угловому столику в небольшом закуточке – там и глаз поменьше, и возможностей побольше. Юн вешает рюкзак на спинку стула и садится, сразу почти открывая меню.
Как ни странно, младшего совсем не смущает выбор места, а скорее наоборот, радует. Подальше от любопытных глаз. Но в то же время некоторое волнение появляется: а что если Юнги зайдет слишком далеко? Тэхену не хотелось бы с крепким стояком идти в музей, потому что это не даст ему в полной мере насладиться просмотром выставки. В голове будет лишь желание наконец попробовать то запретное, вкусить полностью свой первый раз. И вот это пугает еще больше – Тэхен, который всегда жутко краснел наедине с собой, когда дрочил, и старался сразу же об этом забывать, потому что... ну как так? Отличник, любитель много читать, а занимается какими-то непристойностями. Он не хотел быть столь охочим и одержимым до интимного контакта, но, видимо, организм его уже устал скрывать свое настоящее "я". Несмотря ни на что, он ведь здоровый парень, а получив себе любимого человека, желание почувствовать его усиливалось стократно и от него тяжело было избавиться.
– Тебе придется что-то выбрать, совенок.
Пока листает меню, Юн катает на языке такое обращение к Тэхену. Звучит вроде мило, не обидно. А потому, улыбнувшись своим мыслям, он поднимает взгляд на Кима.
Тяжко вздохнув, специально, чтобы Юнги услышал, младший все-таки сдается. Ладно, придется что-то взять... Порой Мин очень упрям, и даже Тэ не удается его переубедить. Младший берет меню, можно сказать, смотря в него одним глазом. Внезапное "совенок" выбивает почву из-под ног, заставляя уже вместо желания почувствовать наплыв нежности. Он слегка улыбается, все еще не зная, куда себя деть, когда Юн ТАК смотрит на него. Сердце начинает чечетку сумасшедшую отбивать.
– Ну, что ж, тогда я буду пирожок с бобовой пастой и большой лимонад со льдом.
Юнги кивает коротко и идет к кассам делать заказ. Себе Мин решает взять чачжан мен, корн-дог и порцию айс американо. К кофе теперь Юн относился с особым интересом, ведь научился разбираться. Ну, хочется в это верить. Оплатив все, Мин возвращается за стол.
– Заказ через пару минут принесут, – парень садится поближе к однокласснику, прижимаясь своим бедром к чужому. Кима снова будто молнией простреливает. Он сейчас как напряженный нерв. – Тэхен, я... Хотел поговорить о том, что случилось. Не только сегодня утром, а вообще. И тогда, в туалете у меня на работе тоже...
Тэхену кажется, что он вот-вот в обморок грохнется. Что-то сегодня он какой-то гиперчувствительный, сам себя не понимает.
– Ты жалеешь об этом? – почему-то сразу, не подумав, выпалил Тэ, глядя на старшего. Волнение начинает нарастать в геометрической прогрессии и кажется, что разговор ничем хорошим не кончится. Однако Тэхен, понимая, что слишком торопится и возможно даже его нервозность передается Мину, пытается сдерживаться и смягчает вопрос.– Что именно тебя волнует? – уже более спокойным голосом. Как-никак сейчас для них очень важно поговорить по душам.
Старший опускает голову, рассматривая свои пальцы. В какой-то мере ему даже... стыдно? Нет, не то. Но его определенно тревожит тот их разговор. А уж то, что в школе произошло, и подавно. В стенах учебного заведения они не могли нормально это обсудить, так как там всюду носы и уши любопытные. А тут они одни. Ну, фигурально выражаясь. Так-то народу в кафе тоже прилично.
– Вроде того, – Юн неловко чешет затылок, все еще не поднимая взгляда на Кима.
Тэ испуганно замирает. Значит, он все-таки жалеет об их близости? Потому что, когда мальчишка спрашивал, уцепился именно за их близость, которую озвучил Юнги. И хотя это было не единственное, о чем говорил Мин, именно данная мысль укрепилась в голове. Именно поэтому ответ старшего так сильно ударил поддых.
– Я просто терпеть не могу Намджуна. А тут ты еще и ушел из-за стола, чтоб поговорить с ним. Я приревновал.
Юнги говорит практически на одном дыхании, с недовольством. Сейчас бы пнуть что-то или стукнуть кулаком по столу. Вот только это сразу же привлечет к ним внимание остальных посетителей, и тогда уже о близком контакте, на который рассчитывает Мин, и речи быть не может.
Тэ выдыхает и потирает висок пальцами.
– Постой... так ты жалеешь не о нашей близости? – у парня словно новая надежда появилась, и он слегка прикусил губу. Юн слишком напрягся, пока говорил. Было хорошо заметно: между бровей сразу залегла морщинка.
– Спятил? С чего бы мне о таком жалеть? – Мин даже удивленно брови выгибает. Как вообще такая мысль в голову Тэхена закралась? Юнги ведь даже близко ничего такого не имел ввиду. Напротив, парень бы с радостью повторил все те моменты, когда имел возможность касаться, целовать или обнимать своего парня. Блять, как же приятно это звучит "мой парень". Даже колючее сердце Мин Юнги нежно сжимается от мысли, что Тэхен принадлежит ему.
Сегодня в столовой, когда он положил свою руку на бедро Тэ, Мин ощущал такой сильный прилив желания ощутить ладонью чужую кожу, что едва сдерживался. Все чаще в мозг закрадывается мысль: а каково это – спать с парнем? И оттого желание попробовать становилось только крепче.
– Юнги-я, слушай... а ты можешь рассказать, почему ты его ненавидишь? Может, что-то произошло, за что ты не можешь его простить? Поделись со мной этим, – он, как-то даже не думая особо, кладет ладонь поверх чужой руки и мягко сжимает ее.
– Не знаю, не могу толком объяснить, – Мин слегка нервно дергает плечом. – Он просто меня раздражает еще со средней школы. Мы с ним и там в одном классе учились. Я надеялся, что хотя бы в старшей школе мы в разных классах будем, но не повезло. Он весь из себя такой хороший, правильный. Всем угодить пытается. Все его любят. Вот только ничерта он не такой на самом деле. Ты вот знал, что он курит? Ну, сейчас может уже и бросил, а вот в средней школе точно курил. Но скрывал это постоянно, ты что... вдруг репутация запятнается.
Мин говорит так, словно ядом плюется. Намджуна он и правда не переносит. Ни под каким соусом не переваривает. А потому и относится к дружбе Тэхена с ним так негативно.
Парнишка делает глубокий вдох, выпрямляясь и вслушиваясь в слова Юнги. Конечно, ничего не менялось, неприязнь в голосе сохранилась, и Тэ старался изо всех сил успокоить Мина, а вскоре и сам не заметил, что уже гладит его по бедру, другой рукой все так сжимая чужую и гладя большим пальцем ладонь.
– Ого, это неожиданно... Я и не думал, что он курит. Никогда не видел у него сигарет, – Ким облизывает губы, замолкая на какое-то время и судорожно подбирая слова. Как объяснить, что ревновать не к чему? Они просто общаются порой в школе, это даже не сказать, что дружба. Для Тэхена вообще данное определение чуждо. Он не уверен, что умеет дружить, но вот общаться с кем-то хотелось бы. И пока Джун – единственный человек, который, вроде как, изначально не против был с ним общаться и не задирал его из-за внешнего вида. Они в чем-то даже похожи.
– Понимаешь, я... Я не могу полностью отказаться от общения с Джуном. Пойми меня. Мне итак разговаривать не с кем, кроме тебя, – он почти виновато опускает голову. – Твои друзья очень хорошие, но с ними я вряд ли смогу о многом общаться. У нас ведь совсем разные интересы...
Мин сперва дергается, бросая на Кима недовольный взгляд. Но потом, поджав губы, шумно выдыхает, раздувая ноздри. Кажется, придется с этим смириться. Собственно, разве не это ли значит: быть в отношениях? Когда ты уважаешь желания своего партнера, принимаешь его таким, какой он есть, не желая переделать, только... Юнги-то в итоге сильно изменился ради того, чтоб быть с Тэхеном. Почему же Тэхен не может найти себе в друзья кого-то другого? Ладно, однажды они еще вернутся к этой теме.
Тэ сглатывает, не зная, какой реакции ожидать. Он, конечно, пытался сказать как можно мягче, но Юнги достаточно непредсказуем. К счастью, их выручает официант. Едва завидев его, Мин чуть отстраняется от Тэхена, поднимая при этом обе свои руки на стол. Работник кафе подходит к их столику, быстро выставляет все заказанное на стол и тихо уходит, пожелав приятного аппетита. Юн сразу придвигает к Киму его заказ, а к себе придвигает тарелку лапши.
– Ешь, а то на выставку не успеем попасть, – Мин приступает к еде первым.
Тэхен несколько взволнованно зачесал свои кудри назад пальцами и отпил холодного лимонада, чтобы немного прийти в себя и взбодриться, а после уже начал есть пирожок.
Юнги молча ест лапшу, иногда посматривая на Тэхена. Ничего не может с собой поделать. Взгляд вновь и вновь возвращается к тому, к кому сердце тянется. Младший специально ест медленно. Во-первых, потому что особенно есть и не хочет, а во-вторых, не хочет закончить трапезу раньше Юнги, а то Мин, скорее всего, заставит его еще что-то съесть.
– Я схожу в туалет, помою руки, – оповещает Тэхен, заканчивая свой перекус, и поднимается с места, направляясь в сторону уборных.
– Хорошо, – Юн коротко кивает, провожая Кима взглядом. Если честно, на секунду очень захотелось пойти следом за ним и засосать там где-нибудь в кабинке туалета или у раковины. Парень даже дергается, порываясь встать, но вовремя себя останавливает. Если сейчас он не сдержится и зажмет Тэхена в туалете, то на выставку они точно опоздают, а, может, вообще не попадут.
Доев остатки своей лапши, Мин приступает к корн-догу, каждый укус запивая щедрой порцией кофе.
Ким сильно долго не задерживается, все-таки у них время ограничено и он каждый раз себе об этом напоминает. Сделав все свои дела, помыв руки и умывшись, младший выходит из уборной и возвращается за стол, ожидая, пока сам Юнги поест и мысленно молясь всем богам, чтобы он не заставил его съесть еще что-то из своей порции.
– А как ты наткнулся на этого художника? –вдруг спрашивает Мин.
– Он попался мне случайно. Я лазил по разным сайтам и внезапно наткнулся на небольшое объявление. Случайно перешел и как-то заинтересовался. У него интересные работы, написанные акрилом. И меня поразило насколько они выглядят реалистично. Издалека, по-моему, вообще нельзя понять, что это картины, потому что выглядят они прямо как фотокарточки, – Тэхена уже немного начинает нести от вдохновения, но он вовремя останавливается, прерываясь и неловко улыбается.
Мин даже жевать перестает, наблюдая за Кимом, пока тот рассказывает. В этот момент от парня исходит такая волна тепла, счастья и радости. Юну даже кажется на секунду, что аура вокруг него светиться начинает. Тэхен – как теплый, нежный, весенний лучик, к которому хочется тянуться в желании прикоснуться хотя бы на секунду. Парень едва ли не с открытым ртом слушает.
– Наверное, тебе вряд ли это интересно слышать, но я думаю, что ты сам оценишь по достоинству, когда увидишь. Я уже читал отзывы о его выставке, даже пару кадров видел, но мне кажется, вживую смотрится еще лучше.
– Знаешь, совенок, если ты будешь так же светиться, рассматривая его работы, я готов хоть каждый день туда ходить с тобой. Не ради работ, а ради тебя, – Мин с такой мягкой нежностью смотрит на младшего, которой никогда от себя не ожидал и даже не знал, что так может.
Неловко приоткрыв рот, Тэхен будто даже дышать перестает. Это так странно, но из-за Мина сердце бьется еще чаще, и изнутри как будто волна поднимается, накрывая его с головой. А взгляд старшего едва не заставляет голову закружиться от ошарашивающих эмоций. И кто бы подумать мог, что такой дерзкий и пофигистичный ко многим Мин умеет говорить такие слова. Для Тэхена это все еще в новинку и удивляет каждый раз.
Юн быстро доедает остатки своей порции и тоже уходит в туалет помыть руки, ну и нужду справить. Пока он ходит, Ким продолжать думать, невольно улыбается сам себе, прокручивая слова одноклассника в голове. Черт, мурашки по коже.
По возвращении Юн протягивает парню руку раскрытой ладонью вверх.
– Пошли, совенок?
Тэ кивает и аккуратно берет его за руку. Крепко сжав руку Кима в своей, Юнги подхватывает свой рюкзак и идет на улицу. В прокладывании маршрута до музея Мин полностью полагается на своего парня. Будь это какой-нибудь бар, тут, конечно, хулиган взялся бы "рулить", но по подобным местам он не гуляет и совсем не разбирается, а потому просто смиренно идет следом за Тэхеном, куда бы тот его ни повел.
Тэхен сразу достает свободной рукой смартфон и открывает себе карту Сеула, чтобы они уже точно не ошиблись и не пришли в какое-то другое место.
Уже в самом музее, когда они подходят к кассе покупать билет, Юн оплачивает оба, протягивая их Киму так, словно сделал что-то обычное, а потом, положив руку на поясницу, подталкивает его ко входу.
Растерянно похлопав глазами, Тэ вздыхает. Нет, ну неугомонный какой. Но стоит зайти в зал выставки и младший тут же забывает все свои мысленные возмущения, восторженно охая от невероятной красоты композиции, изображенной на каждом полотне.
Во время самой выставки Юн особо не отсвечивает. Просто ходит рядом, иногда улучая момент и ловя Тэхена за руку, чтоб коротко, но крепко сжать. А в основном же просто любуется, только не картинами, а Тэхеном. Юнги хвостиком ходит за Кимом по всему залу.
Ким достаточно долго ходит от одной работы к другой, приглядываясь к деталям, и когда видит что-то особенно интересное или красивое, тут же дергает за руку Юнги, показывая ему. Он делит с ним моменты радости. Мин подвисает, завороженно наблюдая за восхищенным лицом. В эти секунды Тэхен был просто невероятным, даже каким-то слегка нереальным. Словно прекрасный сон.
Когда они обходят весь зал, Тэхену становится даже немного грустно, что все так быстро закончилось.
– Спасибо за то, что ты согласился прийти сюда со мной... Тебе, наверное, не особо было интересно, – он слегка мнет свои пальцы. Конечно, он чувствовал те редкие прикосновения ладони Мина к своей талии или к ладони. И это очень скрасило времяпровождение.
– Почему ты так решил? Мне очень понравилось, – парень пожимает плечами. – Правда, я на картины не особо смотрел. Но я был рад посетить это место. И с радостью пойду сюда еще раз, но только с тобой!
Легкая улыбка на секунду касается губ. Взяв одноклассника за руку, Юнги идет на выход. Тэхен сказал бы, что парни их возраста зачастую предпочитают более активное времяпровождение, где можно потусить, похулиганить, посмеяться. И об этом ему неоднократно говорили одноклассники в Америке. Если Тэ на уроке мог обмолвиться о том, что был в музее, то на следующей же перемене получал кучу тычков и громкие: "Фу, ты что старпер?" или "Неудивительно, что такой зануда никому не сдался". Но сейчас Ким не стал портить атмосферу. И спасибо Юну за честность: он по крайней мере не соврал, что восхищался картинами. Младший тепло улыбнулся в ответ.
– Я бы хотел провести с тобой еще время, но мне пора на работу... – Мину и самому грустно от того, что приходится прощаться, но выбора нет. Ему нужно идти. Он ведь хочет как можно скорее снять себе жилье, чтоб можно было пригласить туда Тэхена. А для этого нужны деньги, так что...
– Все в порядке, я понимаю, – мальчишка осторожно сжимает ладонь Мина в своей и, наконец, когда они отходят чуть подальше, Тэхен останавливается, вставая напротив Юна.
– Чем... будешь заниматься вечером? Снова за уроки сядешь?
– Наверное, да, займусь уроками. Я итак слишком расслабился. Ты меня избаловал, – тихо смеется. Конечно, не всерьез. Но благодаря Юнги Тэ начал чувствовать себя более важным, более нужным. Будто бы даже... живым.
По коже снова мурашки проходятся, а с губ срывается резкий выдох. Юнги становится слишком слабым перед этим парнем. Наверное, даже бесхребетным. Не может ничего с собой поделать. Да, черт побери, ему этого хочется. Он так долго жаждал любви, неосознанно, конечно. Это было скорее внутреннее подсознательное желание. И сейчас, когда рядом есть тот, кто это желание исполняет, Юнги чувствует себя по-настоящему счастливым.
– Будь осторожнее, хорошо? До завтра, – бегло оглянувшись вокруг, Ким быстро целует Юнги в щеку, а если быть точнее – в уголок губ.
– До завтра, – едва слышно срывается с губ, прежде чем Мин разворачивается и уходит в сторону остановки.
Мальчишка же направляется в другую сторону, но тоже к автобусной остановке, поскольку отсюда ему проще добраться до дома именно этим видом транспорта. Не может правда идти спокойно, так и хочется, тянет обернуться, но он не оборачивается. "Это будет уж слишком одержимо выглядеть", – думает он. Успешно сев в нужный транспорт, Тэхен прикрывает глаза. Уже когда он подъезжает к дому, его телефон вибрирует пришедшим сообщением. Тэ его читает и расплывается в улыбке.
На работу Юн приезжает с легким опозданием, если это можно так назвать. Нет, к официальному началу своей смены он, конечно, успевает, но у них принято приходить минут за пятнадцать до начала рабочего дня, чтоб успеть переодеться и подготовиться. И так как он слегка задержался, то приходится впопыхах переодеваться.
– Косячишь, школьник, – Сонхва шутливо журит парня. – Передаю бразды правления. Хорошей тебе смены.
– Ага, – коротко отзывается Мин.
Хлопнув младшего по плечу, Сонхва уходит, а Юнги официально заступает на пост, так сказать. И как на удачу – в кофейне никого. Достав телефон, парень быстро пишет смс Тэхену.
"Напиши, как будешь дома. Хочу знать, что ты добрался без приключений"
Сообщение улетает в момент, когда над дверью звенит колокольчик.
– Добро пожаловать, – Юнги подходит к кассе и выдает, пожалуй, самую искреннюю улыбку. Не потому, что рад видеть пришедшего посетителя (которого даже не знает), а потому что вспоминает о прогулке с Тэхеном, о времени, проведенном с Тэхеном... Воспоминания о самом Тэхене отзываются внутри теплом и приятным трепетом.
Минут через пятнадцать Тэ оказывается в квартире и сразу из коридора, даже обувь свою не стянув, наконец пишет ответное смс Юнги.
"Я дома, все хорошо. Спасибо за сегодня ;)"
Правда, зайдя на кухню, он замечает свет в комнате матери. Ким чуть приоткрывает дверь и на скрип женщина оборачивается.
– Ох, Тэхен? Ты гулял где-то? – Бахи что-то печатала в мобильном, но отвлеклась на сына.
– Да, я прогулялся с другом, – Ким кивает с легкой улыбкой, а женщина чуть щурится.
– Это с тем самым, которого мы видели? – мальчишка кивает еще несколько раз. – Ты уверен, что ему следует доверять? В тот раз мне показалось, что он какой-то несколько нелюдимый. И даже... злой, – задумчиво хмыкает Бахи.
– Что? Он хороший, мам. Тебе показалось. У него просто проблемы с родителями, его не хотят слышать и слушать. Такое бывает.
На этих словах женщина сильнее хмурится.
– Главное, чтобы он тебя не подначивал вести себя так же. Пожалуйста, имей голову на плечах, не старайся подражать никому.
Тэхен опешил конкретно. С чего бы вдруг матери так о нем печься? Обычно ее даже не волновало его состояние, его вид, его друзья (которых, в принципе, и не было), даже на вечеринку с кучей народу его одевала. А сейчас что поменялось, когда он действительно подружился сблизился с человеком? Почему это стало неугодным?
– Ты же предлагала ему зайти к нам домой тогда. Что изменилось сейчас в тебе? - удивленно задает волнующий вопрос Ким.
– Не во мне. Это ты меняешься. И я боюсь, как бы он не испортил тебя, не испортил тебе жизнь.
– Боже, мама, да чем? – уже несколько раздраженно произносит парнишка. В моменте аж захотелось сказать, что Юнги уже его "испортил" дрочкой в туалете кинотеатра, и Тэ этому несказанно счастлив. Но к счастью мозг включился вовремя. Это точно будет лишней информацией. – Сначала ты хочешь, чтобы я сходил на вечеринку, а сейчас запрещаешь видеться с одним человеком?
– Стоп, Тэ. Не переворачивай мои слова, я не говорила, что запрещаю. Всего лишь хочу, чтобы ты воспринял мои слова всерьез и был настороже.
Ким даже не дает договорить женщине и уходит на половине ее речи, которую та уже пытается докричать до сына.
Бахи потерла лоб и тяжело вздохнула. Да, материнская связь и желание влезть в жизнь сына у нее зачастую появляется, только когда начинаются проблемы на личном фронте. И раньше Тэхен всегда был рядышком. Это создавало ощущение, что Бахи не остается одна, даже когда даст ему свободу, однако сейчас все поменялось. Тэ стал чаще бывать вне дома. По крайне мере, так женщине казалось, потому как в своей квартире она тоже бывала редко, но, когда бывала – Тэхена чаще всего в квартире не наблюдалось.
Казалось бы, сама ведь хотела, чтобы ее сын, наконец, вливался в социум, а когда он действительно начал, мать поняла, что это заставляет ее ощущать полную пустоту. Трудно отпускать сына от себя, когда ты понимаешь, что он уже начинает отдаляться. Так еще и реагирует как-то слишком агрессивно. Явно тот парень имеет влияние на Тэхена, вот только женщина пока даже не догадывается какое...
Тэ уходит к себе в комнату, закрывая дверь, и плюхается устало на кровать. Было так хорошо, а мать сейчас подпортила настроение своими глупостями.
Немного полежав, младший достал нужные тетради и учебники и принялся изучать материалы к завтрашнему дню. Иногда прерывался, задумывался, отчего несколько терялся во времени. В итоге закончил он к полуночи и после быстро направился в душ.
Телефон в кармане вибрирует от прилетевшего сообщения, и парень едва удерживает себя от того, чтоб бросить приготовление напитка и поскорее увидеть, что ему ответил Тэхен. В том, что сообщение пришло именно от него, Юнги не сомневается. С друзьями они не переписываются, а всегда созваниваются, если вдруг что. Так что отправитель был определен однозначно. Проводив посетителей легким поклоном, Юнги хватается за телефон, словно бы от этого сообщения зависело чье-то благополучие (хотя, когда это такие вещи волновали Мина?). Пробежавшись глазами по тексту, Юнги выдыхает облегченно. Теперь-то можно полноценно перевести все свое внимание на работу. И словно услышав это, в кофейню снова заходят люди.
– Добро пожаловать, – уже на автомате отзывается парень, поднимая глаза и обнаруживая там... свою сестру.
– Ух ты, так ты правда работать устроился?
– Соми?! Ты что тут делаешь?
– Ты же дома не появляешься, как еще с тобой увидеться? – девочка обиженно дует губы, подходя к стойке. И тут же расплывается улыбкой довольной. – Приготовишь мне латте с карамельным сиропом?
Мин кивает только, пробивая заказ, который оплачивает со своей карты (оказывается, щедрости ему не занимать...), и сразу идет готовить напиток.
– Как ты узнала, где я работаю? – не отвлекаясь от аппарата, задает вопрос парень.
– Чанбини-оппа сказал, – Соми улыбается широко, глядя на брата. – А тебе идет эта форма.
– Оппа? Давно ли Бин стал оппой для тебя?
– Ну... – девочка прикусывает губу, опуская взгляд в пол, а Юнги, заметив это, аж замирает.
– Втюрилась, – выдает вердикт Мин, возвращаясь к приготовлению напитка.
– И вовсе нет! – фыркает Соми, задирая носик, а у самой щеки краснеют.
Поставив перед сестрой стаканчик с кофе, Юн складывает руки на груди и пристально смотрит на девчонку. Та смущенно опускает взгляд, разглядывая свою обувь.
– И давно? – коротко интересуется старший после долгого молчания. В ответ лишь неуверенно помотали головой. – Ну ты даешь...
Юнги вздыхает, ероша собственные волосы.
Разговаривает с сестрой он еще долго. Временами они прерываются, так как приходят новые посетители, и Юн попросту вынужден вернуться к работе.
– Домой возвращаться думаешь? – Соми вертит трубочкой по уже давно пустому стакану.
– Сдалось оно мне. Поверь, мне там не рады.
– Но я по тебе скучаю, – у Соми глаза едва не слезятся.
– Слушай, я скоро скоплю денег и сниму какую-нибудь комнату. Сможешь приходить ко мне в гости. Не распускай нюни, – Мин мягко опускает руку на чужую макушку.
– Сделай тогда это уже поскорее, – девочка старается-таки улыбнуться. – Ладно, я домой пойду, а то мама ругаться будет.
– Тебе придется слегка подождать.
– Чего? – младшая хлопает удивленно глазами, но их обоих отвлекает звон колокольчика над дверью.
– Не чего, а кого. Его, – Мин кивает на пришедшего друга. Соми тут же оборачивается, натыкаясь взглядом на Чанбина, и личико сразу вспыхивает красным.
Юнги написал другу еще полчаса назад, попросив приехать к кофейне, где он теперь работает и помочь. И Чанбин, как истинный друг, пришел, не отказался.
– Дарова, – Бин здоровается со старшим крепким рукопожатием. – И тебе привет, мелкая, – совершенно не стесняясь, подмигивает девочке. А та только и может глупо улыбаться.
– Слушай, Бин, проводи ее до дома, а? Уже поздно, а у меня смена еще не скоро закончится, – Мин улыбается хитро, глядя то на сестру, то на младшенького. Соми, кажется, краснеет еще сильнее, бросая на брата крайне удивленный взгляд.
– Да без проблем, о чем речь.
Перебросившись еще парочкой фраз и попрощавшись с младшими, Юн возвращается к работе.
Уже лежа в кровати и готовясь ко сну, Ким взял мобильный и заметил, что его сообщение было прочитано. Жаль, конечно, что осталось без ответа.
"Удачной дороги тебе и приятных снов заранее", – печатает он снова и отправляет. Выдохнув, наконец, прикрывает глаза и вскоре засыпает.
сделать вид, что чем-то занят повторить материал. Сколько раз Тэхен просил бросить курить – не сосчитать по пальцам. Но он уже знает прекрасно, что еще одна просьба (или даже десять) ни к чему не приведут. Юн явно привык к такому, а вот новенькому это сильно не нравится, как бы он ни пытался себя настроить более позитивно.
– Ну, чтоб я перестал смотреть, тебе придется мне глаза выколоть, – с улыбкой отвечает Юн, пожимая плечами.
– Идиот, – он тихо фыркает на фразу Мина и поджимает губы.
А хулиган ведь не врет, потому что только отсутствие глаз может заставить его перестать смотреть на Тэхена, если тот рядом. Ну и еще Хосок, который вновь внезапно врывается в кабинет, усаживаясь на парту друзей.
– А че такой довольный? – Чон ухмыляется, переводя взгляд с Юна на чуть смущенного Кима. – Неужто уже урвал сладкого с утра?
– Завидуешь? – в своей наглой манере отвечает Мин, а потом, вполне самодовольно, добавляет: – урвал. И еще урву.
Парень поднимает вверх пиджак, демонстрируя место, где должна была быть пуговица. Хосок даже брови от удивления выгибает. А Тэхен краснеет страшно, опустив голову. Сердце пытается вырваться наружу от всего этого. Что значит фраза Юнги о том, что он "еще урвет"? Точно что-то задумал и, если честно, от предположений уже голова кружится далеко не в самом плохом смысле.
– Не ожидал, – коротко выдает Хо, тихо смеясь после этого. – Я че пришел, поделись сигаретами, мои закончились, – Мин молча достает пачку, отдавая ее другу. – А сам не пойдешь?
– Не, я тут посижу. Понаблюдаю, – парень многозначительно дергает бровями, на что получает усмешку от друга. И, признаться, крайне удивляет этим Тэхена.
– Ну, тогда я пошел, – махнув парням, Чон привычным ураганом скрывается из кабинета, а Юнги возвращается к созерцанию Тэхена.
– Мне не послышалось? – Ким хлопает ресницами, переводя максимально удивленный взгляд на хена.
– Ты о чем? – Юн даже не думает переставать улыбаться.
– И почему ты вдруг отказался покурить? Ты обычно не отказываешься от такого, – прищуривает глаза. – Потом еще скажут, что друзей променял на... – он сглатывает, не договаривая, и снова утыкается в учебник.
– Не переживай, не скажут. Отказался и отказался. Не первый раз так делаю. Мы обычно ходим покурить, чтоб немного расслабиться, а мне сегодня другая вещь сигареты неплохо так заменила. Если ты понимаешь, о чем я.
Юнги поиграл бровями, нахально улыбнувшись, а потом все же лег на парту, продолжая любоваться своим парнем.
У мальчишки кончики ушей гореть начинают из-за намеков. Он смущенно отворачивается, улыбаясь как дурачок. В животе бабочки летают и весь оставшийся день проходит в достаточно хорошем настроении, хотя младший по большей части летает в облаках, мало уделяя внимания учебе. Он все равно уже многое изучил, поэтому может себе позволить.
В целом, этот учебный день прошел весьма неплохо. Наверное, даже очень неплохо. Юнги ведет себя спокойно, на обеде много шутит и смеется с друзьями, после еды все же уходя со всеми покурить. А после уроков не упускает возможности слегка прогуляться с Тэхеном перед работой. Идут они куда глаза глядят.
***
Со свидания в музее проходит почти полтора месяца, которые оказываются на удивление спокойными для Юна. Он больше не сбегает со школы, не мешает учителям вести уроки, на переменах ведет себя практически прилежно (ладно, ладно, пару раз подножки пробегающей шпане ставил, когда с друзьями в коридорах тусовался, ну и курить, конечно же, ходил). В общем, перемены, так сказать, на лицо, чему учителя радовались несказанно. Жаль только вот, что их заслуги в этом не было ни капельки. Почему Юнги вдруг сбавил обороты? Да потому что ему катастрофически не хватало времени, проведенного с Тэхеном, а потому все время, проведенное в школе, хулиган только и делал, что любовался своим парнем. Ну а когда еще ему это делать? В будни сразу после школы Юнги уходил на подработку, успевая лишь проводить своего парня до остановки. В субботу так и вовсе целый день в кофейне проводил. Правда иногда Тэхен все же составлял ему компанию, чему Мин был несказанно счастлив. А в воскресенье двигаться не хотелось совсем, ибо усталость от недели все же давала о себе знать. Но даже несмотря на это, они с Тэ все равно умудрялись иногда ходить гулять в выходной. Тэхен буквально ощущает перемены в поведении Юна. Если раньше это были редкие удивительные проявления его хорошей стороны, то со временем стало понятно, что Мин действительно становится терпимее, спокойнее. И пусть далеко не во всем и не со всеми. Нельзя сказать, что он стал паинькой, но стал себя вести более... по-взрослому что ли. Возможно, на это повлияло наличие, помимо учебы, еще и работы. Как будто этот факт сделал его ответственнее, сильнее, дал стимул. И нет, Тэхен не считал Юнги безнадежным, даже несмотря на то, что он не горел желанием учиться на уроках. Ким хоть и не со всеми привычками старшего мирился, но стал куда лучше его понимать. Они сильно сблизились, пусть и виделись не слишком часто за пределами школы, что уж говорить о чем-то более интимном. С того раза в туалете кинотеатра у них не было никакой близости, кроме ласк сквозь одежду и поцелуев. Элементарно – негде. А еще... до сих пор слишком волнительно. Кажется, Тэ никогда к этому полностью готов не будет. Летние каникулы приближались неумолимо. И, вроде как, это радовало. Раньше в период каникул Мин только и делал, что с друзьями тусил. И в этот раз хотелось, тем более что это их последний год в школе. Хотелось по максимуму получить кайф от этого. Вот только проблема насущная (читайте "работа") не позволяла расслабиться. Опять же, это с какой стороны посмотреть. Ведь чем больше Юнги заработает сейчас, тем быстрее сможет снять жилье. Убьет одним выстрелом двух зайцев. Во-первых, перестанет обременять госпожу Чон, пусть он и отдавал некоторую часть денег ей все это время. Во-вторых, это будет жилье, где он будет своего рода хозяином и сможет пригласить туда Тэхена. Эта мысль согревала, а потому Мин подумывал договориться с начальником о том, чтоб в каникулярное время он выходил на полный график еще пару дней в течение недели, кроме субботы. Осталось лишь Тэхену об этом рассказать. Идя этим утром в школу, Юнги, что для него совсем не свойственно, подбирал слова, как лучше обговорить с Тэхеном этот момент. А Ким почему-то был уверен, что с наступлением летних каникул у них, наконец, будет больше времени и возможности видеться, не отвлекаясь на уроки (подумать только, сам Ким Тэхен и не хочет учиться!). Поэтому, двигаясь по направлению к школе, он довольно улыбается. Зайдя на территорию учебного заведения, мальчишка почти сразу замечает Юна, подходящего к своей "курильной" зоне и чуть ускоряет шаг, оказываясь в два счета за его спиной. – Хэй, привет. Ты рано как-то сегодня, – он слегка улыбается, чуть морщась от солнечного света. Наступает настоящая летняя пора и это не может не радовать. Услышав знакомый голос, Мин оборачивается. Уголки губ почти сразу ползут вверх в легкой полуулыбке. – Да как-то... Само получилось так, – парень чешет затылок, слегка ероша и без того торчащие в разные стороны волосы. Да, может характером Мин и изменился (пусть и не до конца еще), но бунтарская натура все еще проявлялась в не до конца уложенных волосах, высунутой рубашке и расстегнутых пуговицах. Парень смотрит на Юнги и слегка улыбается, потому что вид его был максимально растрепанный, вот только если раньше Тэ это казалось неприемлемым, сейчас кажется очень даже милым. Он словно совенок, который недавно проснулся. И пусть совенок –прозвище, закрепившееся за самим Тэхеном. – Ты снова в библиотеку? – Мин чуть тормозит на дорожке. – Или, если захочешь, подожди немного, пока мы покурим, и потом вместе пойдем в класс. Что скажешь? – Мне нужно сейчас отдать книги, крайний срок выходит. Поэтому я все же пойду. А вы идите курить, – Ким морщится. – Только, пожалуйста, не забудь зажевать жвачкой, а то мне ведь с тобой весь день сидеть, – фырчит младший с легким подколом. Они стали говорить о многом чуть более раскованно. Тэхен уже не боялся как-то задеть Юна, наоборот, был в своих словах абсолютно прямолинеен. Все же они теперь пара. И пусть в школе они все еще просто хорошо общались, урывками целуясь в туалетных кабинках, для Тэ это уже было пределом мечтаний. Юн лишь ухмыляется, наклоняясь чуть ближе к чужому уху. – Странно, но целоваться со мной запах табака тебе не мешает, – и отстраняется, будто ничего такого не сказал. – Столько раз уже это делали, я думал, ты давно привык. – Делали что? – Чанбин останавливается рядом, любопытно приближая ухо к стоящим парням. И уже гораздо тише добавляет: – Вы уже что-то новое опробовали? Юнги только щелкает его по носу, шикая. – Не лезь не в свое дело, пока я не начал интересоваться твоими отношениями с моей сестрой. Со тут же поджимает губы, проводит по ним пальцами, будто застегивая на замок и убегая к остальным парням. – А, может, зайдешь в библиотеку, после того, как покуришь? Я тебя там подожду, – внезапная мысль осенила светлую голову, и он довольной улыбки не сдержал, быстро удаляясь в сторону библиотеки. У них еще полно времени, поэтому идея казалась просто идеальной. Тэхен так давно не прикасался к Юну, им постоянно что-то мешает: люди, работа, школа... Конечно, жутко хочется начать целоваться в любом месте и в любой момент, наплевав на всех, однако он понимает, что дальше наступит пиздец для обоих. – Хорошо, зайду за тобой в библиотеку. Я никогда не против устроить старухе Кан сердечный приступ, – Мин смеется в голос и, коснувшись чужого предплечья, уходит к своим парням. – Ну ты и долго, – бурчит Хосок, протягивая другу сигарету. Свою парень скурил уже наполовину. Умотав в библиотеку, Тэ здоровается с сидевшей там новенькой девушкой лет двадцати восьми. Кажется, она тут первый день, видимо, подрабатывает. Тем даже лучше, что миссис Кан сегодня нет. Ким берет читательский билет и удаляется подальше, вглубь стеллажей, находя небольшой столик там. Библиотека на самом деле была очень обширная, при незнании путей и заплутать можно. Парни стоят за углом школы достаточно долго, успевая перекинуться парой шуток и договорившись о встрече на обеде. После все расходятся по классам. Ну, почти все. Юнги целенаправленно идет к библиотеке. Заходя, он уже готовит себя к моральному уничтожению старой библиотекарши, вот только... увидев на ее месте молодую женщину, Юнги фыркает недовольно и молча проходит вглубь библиотеки на поиски своего парня. Тэ ждет Юнги достаточно долго, осматривая стеллажи и на будущее выискивая какую-нибудь интересную книгу. Он заходит сначала не слишком далеко, чтобы Юн все-таки смог его увидеть, а уж потом они пойдут в самый центр, а, может, и самый конец библиотеки. И когда Тэ слышит, что дверь открывается, напрягается всем телом. Одному богу известно, чем он думал, когда решился на такую авантюру – приличный ученик, отличник и вдруг заманить одного из главных хулиганов школы в библиотеку, в храм всех знаний для того чтобы... целоваться. Да, на самом деле у Кима не было книг, которые он должен сдать, не за этим сюда пришел, а именно за тем, чтобы побыть наедине и провести время вместе со своим парнем. Когда шаги приближаются, Тэ встает за очередной шкафчик и тут же перехватывает руку Юна, утягивая его, ничего непонимающего, дальше по своеобразному лабиринту. Мин едва на всю библиотеку не матерится, когда его кто-то хватает, но стоит увидеть лицо Тэхена, как парень тут же замолкает, облегченно выдыхая. Правда, понять, куда его тащат, так и не может. Заведя старшего за очередной высокий шкаф, Ким разворачивается и целует Юнги в губы, отчетливо ощущая запах и даже легкий привкус табака. Видимо, слова о жвачке он проигнорировал. Но и ладно, сейчас это совершенно не волнует. Все резко теряет смысл, когда губы Кима припадают к его собственным. Руки на автомате ложатся на талию Тэхена, прижимая к себе ближе. В начале их отношений Юнги думал, что со временем привыкнет к их поцелуям, будет относиться спокойнее. Но он становился лишь более жадным до всего, что мог с ним сделать Тэхен. Ну, или он сам с Тэхеном. В общем, насыщение так и не настало да и вряд ли вообще когда-то придет. Тэхену жутко нравится делать подобное: они, вроде как, давно решили, что Ким в их паре нижний, но это ведь не значит, что он будет безынициативным. Привыкнув, доверившись со временем Юну полностью, парень старался устраивать им время поцелуев в любом месте, потому что сам обожал целоваться до боли в губах. Конечно, потом приходилось ждать, пока припухлость спадет, потому что слишком долго ждавший их близости Юнги не самый нежный человек на свете, да и сам Тэхен – тоже. Они оба, изголодавшиеся друг по другу, целуются как в последний раз. Да, Тэ все еще боится всяческих сплетен и издевок, но в последнее время к нему перестали докапываться, что удивительно. Иногда, конечно, поглядывали скептически и даже с явной гримасой неприязни на лице, однако после того жутковатого случая в туалете, когда его чуть не пустили по рукам, ничего критичного не случалось. Юнги опускает руки на чужие ягодицы, чуть сжимая их и приподнимая вверх. – Мне нравится то, что ты затеял, – улыбается в поцелуй, шепча. И снова губы целует, смакуя. Улыбнувшись в ответ на реплику старшего, Ким прижимается к нему всем телом. Главное – оставить в голове хотя бы каплю здравого смысла и не снести здесь все книги и шкафы от собственного желания погрузиться в пучину вожделения. Стыдно сказать, но Тэ безумно кайфует, когда Юнги хватает его за задницу и сжимает половинки. Задохнуться можно от того, насколько это приятно. Главное не кончить себе в школьные штаны, это же чертова сладостная пытка. И они оба сами на нее подписались. Отстранившись наконец от губ, Тэхен неконтролируемо томно выдыхает и тут же воровато поджимает губы. В библиотеке любой звук звучит куда громче, чем кажется. Он достает из кармана пиджака телефон и включает экран. У них есть еще десять минут до начала урока. Отрываться от одноклассника не хочется совсем, а потому, когда тот отстраняется, Мин недовольно хмурит брови и сам подается вперед. Дыхание у парня такое тяжелое и загнанное, будто он не целовался, а, как минимум, бежал. – Мне уже тяжело сдерживаться, – шепчет Ким. – Мы должны сделать это на каникулах, – не трудно догадаться, о чем говорит Тэ, ведь у них кроме взаимной дрочки так ничего и не было. Тэхен не решался, да и Юн, кажется, тоже. А сейчас состояние возбуждения заставляет говорить все, что скопилось в мыслях. Он чужих слов по телу проходят мурашки. Не от страха, а от предвкушения. Признаться, парень уже и сам едва держится. Все чаще его голову посещает мысль предложить Тэхену просто поехать в отель. Потому что терпеть становится просто невыносимо. – Я только "за", – жарко шепчет в чужие губы, снова чувственно, но коротко целуя. Юнги тяжело сглатывает и отстраняется от Тэхена, делая шаг назад. Пальцы сразу почти запускает в волосы, ероша их и слегка сжимая у корней. Это невыносимо. Каждый раз сдерживать себя, потому что любимому человеку может что-то не понравиться или он может оказаться не готов. Глядя на Тэхена сейчас, Юнги медленно сходит с ума. Возбужденный, с покрасневшими губами и поплывшим взглядом. Такой красивый. Такой идеальный. Сердце екает в груди ровно в том момент, когда Мин резко приближается вновь к Тэхену, уже в следующую секунду вжимая его своим телом в стеллаж с книгами. Парень целует глубоко, грубо, словно голодный зверь. Ким уже успел поправить на себе одежду и хотел было пойти к выходу из библиотеки, когда Юнги его ошарашил, вновь прильнув к губам. Внутри все скрутило новым узлом и, черт, оторваться очень тяжело. Тэ итак через себя переступил с силой, потому что заведенное состояние никуда не делось, но... трахнуться в библиотеке он был точно пока не готов. Поначалу мальчишка понемногу пытается отстранить Юна, упершись руками в его плечи, но тот как скала – действует твердо и самоуверенно. Ким начинает отстранять старшего сильнее и даже возмущенно стонет в поцелуй, прикусив губу старшего с силой. Но и это мало действует. От отчаяния Ким тянет Мина за пиджак, но и это не работает. Юнги целует до безобразия жадно, голодно, грубо. На чужие попытки оттолкнуть его Мин ухмыляется, только сильнее напирая. По итогу младший не сдерживается и ударяет Юнги с силой ладонью по затылку, но второй руки с края пиджака почему-то не убирает. Ошалевший от такого поворота Юнги отстраняется довольно резко, во все глаза глядя на Кима. – Какого хрена, Мин Юнги?! – шипит Тэ, и от шока даже сам не замечает, что в руке остается пуговица от чужого пиджака. – Ошалел?! – Мин даже не почувствовал за всем этим, как его за пиджак дернули. – Чего кулаками машешься? – Да потому что... – Тэ хмурится, несколько растерянный собственным поведением, да и реакцией старшего. – А ты что творишь вообще? Научись терпению. Мы чуть шкафы не снесли. Мин обижено дует губы, опуская голову и потирая затылок. И в этот момент замечает торчащие со своего пиджака нитки. Замирает на пару секунд, а потом начинает тихо смеяться, едва сдерживаясь, чтоб не заржать в голос. Даже рот приходится зажать рукой. Тэхен смотрит на него крайне удивленно. Юнги... смеется? Да, черт, смеется. Быстро подхватив с пола свой рюкзак, Мин едва не бегом покидает библиотеку. Ничего не понимающему Киму только и остается, что пойти следом. Как только дверь за его спиной закрывается, Юн начинает смеяться в голос. Проходящие мимо него школьники смотрят на хулигана, как на умалишенного. Тэхен вообще стоит в полном ахуе, ни дать, ни взять. Сейчас, когда у Мина какой-то еще более истерический смех прорезался, честное слово, дико неловко стало. Тэ тихо выдыхает и подходит ближе, дергая старшего за плечо. – Что с тобой? Юн слегка подуспокаивается, но улыбаться широко не перестает, обнажая в улыбке десна. Он берет парня за руку, раскрывая его ладонь. – Ты блять как ее оторвать вообще умудрился? – Юн забирает из чужих рук пуговицу, убирая ее в карман пиджака. Тэхен даже не понимал, что все это время сжимал в руках инородный предмет, и заметил это, только когда Юн разомкнул его руку. Мальчишка будто сам впервые видел эту пуговицу и, лишь хлопая глазами, поднял взгляд на старшего. А Мин снова подошел почти вплотную к парню. – Тебе придется ее пришить, Ким Тэхен, – и чуть понизив голос, добавляет: – а еще придется очень долго извиняться за это. Кончик юркого языка проходится по губам, пока взгляд хулигана опускается на губы Кима. Черт, присосаться бы к ним снова. Слова Юна поражают и наглость тоже. Парень даже сглатывает, вздрогнув от такого тона. Это оказалось даже более возбуждающе, чем то, что было в библиотеке сейчас. – Ю-Юнги... – не находится ни одного толкового слова, чтобы сказать, но эмоции внутри кипят. Отвлекает обоих звонок. – В класс пошли, а то еще попадет тебе за опоздание. О том, что и ему за опоздание как бы тоже попадет, Мин даже не думает. Он вообще обычно не обращает внимания на такое. Ну бурчит учитель и бурчит. Что с него взять? В Тэхене столько растерянности и шока, поэтому он только обдумывает все, что было сказано. Юн же не спеша вышагивает до класса. Ожидаемо, учитель оказывается на месте. Тэхен, заходя следом, кланяется, извиняясь за небольшое опоздание, и тут же проходит к своему месту, садясь за парту. Юнги молча проходит на свое место, садится на стул и почти сразу занимает свою любимую позу – подпирает голову рукой, повернувшись к Тэхену. И вроде все как обычно, но отчего-то так весело. Внутри все щекочет и сжимается, стоит только опустить глаза на губы Кима или подумать о том, как Юн заставит того извиняться за оторванную пуговицу. Определиться бы еще с окончательным вариантом "извинения". Класс заполняется звонком на перемену, и учитель, попрощавшись, уходит из кабинета. – Пойдешь курить? – как-то неожиданно сам для себя спрашивает Тэхен. Юн уже хочет растянуться на парте и прикрыть слегка глаза, пока его любимый ботаник будет читать или повторять тему, что он обычно всегда и делает сразу после урока, но прилетевший внезапно вопрос вынуждает замереть, удивлено таращась. Губы медленно тянутся в ухмылке. – А что, хочешь тоже со мной пойти? – Мин даже на спинку стула откидывается, с ухмылкой смотря на младшего. – Или я с сигаретой в губах выгляжу настолько прекрасно, что ты хочешь полюбоваться? – парень говорит как можно тише, но пристального взгляда с Тэ не сводит. Младший только языком цокает. Юнги выглядит довольным, как слон. Тэхен даже возмущение легкое в себе подавляет. – Нет, просто сейчас меня особенно напрягает то, как ты смотришь... – он щурится слегка. – Что задумал? – невольно облизывая губы под настойчивым взглядом, Ким отводит взгляд и пихает Мина коленом под партой, доставая необходимый учебник для того, чтобы***
До начала каникул осталось всего ничего. Юнги пару дней назад, втайне от Тэхена, начал уже смотреть комнаты для съема. Конечно, найти подходящее (не совсем убитое и не дорогое) было очень сложно. Но к поискам подключилась госпожа Чон, обещая что-то хорошее найти. – Я напишу тебе, если вечером будет не очень много клиентов, – Мин крепко сжимает руку одноклассника. – Я буду ждать, – Тэхен обнимает Юнги за плечи и касается его шеи губами так, чтобы никто не видел. Юн шумно выдохнул, прикрыв глаза. Это было до чертиков интимно и приятно, и дернувшийся в штанах член явно был с таким согласен. Отстраняться, конечно, не хочется, но приходится. Правда Тэ неожиданно вспоминает о пуговице, когда взгляд падает на место, где та была пришита. – Пойдем ко мне, я тебе пришью ее, – он кивает многозначительно на пиджак. – Ты же не потерял? Мин с несколько секунд хлопает глазами, пытаясь после поцелуя заставить свой мозг работать. Но поняв-таки, о чем говорит Ким, достает пуговицу из кармана, раскрывая ладонь и демонстрируя ее младшему. – Не знал, что ты умеешь шить. Это же, вроде, девчачье занятие. Хотя, знаешь, меня это радует. Ну, что в нашем доме будет кто-то, кто сможет зашить в случае чего. И, не дав младшему опомниться, Юнги тянет его в сторону остановки. Если он хочет успеть на работу, значит, должен поторопиться, потому что не уверен, что, оказавшись в доме Тэхена, сможет удержаться от поцелуев и облапываний парня. Главное, чтоб госпожи Ким не было дома. Тэхен только мысленно ударяет себя по лбу ладонью. – Да серьезно? Чтобы пришить пуговицу много ума не нужно, для этого необязательно быть швеей, – усмехается парень, однако тут до него доходит смысл сказанного Юном. "В нашем доме"? Вот это действительно поворот. Сердце снова начинает стучать как бешеное, а потому младший замолкает, не решаясь ничего сказать больше по этому поводу. У него просто мысль в нормальное предложение не сформируется. Именно поэтому даже не пикнул, когда Мин потянул его к остановке: пошел без всяких претензий и возмущений. Автобус приехал как по заказу, только стоило им подойти. Доехали они тоже быстро, практически без пробок и светофоров, проведя дорогу в уютном молчании, пряча за сложенными на коленях портфелями переплетенные пальцы. Юнги с удовольствием отметил, что они вполне себе быстро добрались, а значит, у него будет возможность подольше побыть с тем, кто так дорог сердцу. Кажется, удача сегодня на его стороне. Ну и у Тэ, видимо, будет чуть больше времени на аккуратное шитье. Подъезжая на лифте к своему этажу, Тэхен молился, чтобы матери и уж тем более ее ухажёра не было дома. И тут опять невероятная удача! Открыв дверь, Ким не обнаружил ни лишней, ни маминой обуви в коридоре. Облегченно выдохнув, он обернулся на Юнги. Подниматься в чужую квартиру было слегка... волнительно? Странное и новое ощущения для Юна. Он как-то не привык ходить в гости к кому-то, кроме своих парней. Да и у них даже не так часто бывал (Хосок – исключение). Переступая порог, парень на секунду даже почувствовал, как у него сердце замерло. – Снимай пиджак сразу и положи его на диван в гостиной. Я пока вымою руки, а потом ты пойдешь, – Ким и с себя снимает обувь и школьный пиджак, вешая на крючок, после чего идет в ванную. Юн лишь кивает, беспрекословно подчиняясь. Оставив обувь у входа, Мин прошел чуть вглубь, на ходу снимая с себя пиджак. Главное, не наткнуться сейчас на мать Тэхена, а то будет максимально неловко. Оставив вещь в обозначенном месте, Юнги позволил себе слегка осмотреться. Тут было уютно, чисто, вкусно пахло. Парню даже взгрустнулось на секунду: мысли о доме, который когда-то был у него, нахлынули внезапно. Мать тоже часто покупала какие-то освежители, развешивая их повсюду. И постоянно ворчала на Юна, если чувствовала запах сигарет от него или из его комнаты. Младший нервничает и вместе с тем пищать готов. Юнги у него дома. Даже не верится. Он впустил в свое (если так можно сказать) гнездышко другого человека. И человека не простого, а главного хулигана школы, которого он... любит. Да, действительно. Тэхен влюблен. У него слоны в животе чечетку отплясывают. Поэтому пока он моет руки, есть возможность успокоиться и немного унять приятные переживания. Конечно, в первую очередь в голове мысли о самом неприличном, ведь они дома у Тэ. В месте, где Ким впервые обзавелся теоретическими (и не только) познаниями в анальном сексе, растягивал себя, привыкал к новым ощущениям. Оттого невыносимее становилось думать о близости с Юнги. Ее жутко хотелось, но в то же время было очень стремно. Младший, несмотря ни на что, очень боялся сделать что-нибудь не так. Хорошо, что он позвал Юна не на рамен, а лишь пуговицу пришить. Усмехнувшись своим мыслям, он вытер руки и вышел из ванной, направляясь сразу в гостиную, где ждал Мин, своим появлением выводя того из легкого транса мыслей. – Мамы сейчас нет, так что чувствуй себя как дома, – он лезет в одну из тумбочек, где хранятся принадлежности для шитья, и берет коробку с нитками и иголками. – Иди мой руки, я тут справлюсь. А потом, если хочешь, я могу заварить рамен. Перекусишь хотя бы, – улыбнувшись и сев на диван, Тэхен осознает, как это прозвучало. Да что в его голове забыл этот ебучий рамен? Главное, чтобы Юнги не подумал того, что подумал Ким. Старший оборачивается на голос, возвращая своему лицу нейтральное выражение, только кивает на чужие слова. Здесь? Чувствовать себя как дома? – Рамен? – парень ухмыляется, засовывая руки в карманы штанов. – Что, мы уже к такому переходим? Я запомню. Тэхен пытается держать лицо из последних сил, будто не думает ни о чем таком, будто все в пределах допустимого. Мин не возражает, не возникает, лишь идет в ванную, зависнув там чуть дольше, чем можно было бы. Он просто рассматривает все вокруг, запоминая место, в котором живет Тэхен. Когда Юнги уходит, Тэ буквально выдыхает с облегчением, позволяет себе зажмуриться и легонько стукает по лбу, приминая челку. И каким дураком надо быть, спросите вы? Надо быть Ким Тэхеном. Но и Юн, похоже, понял все точно так же. Парень берет, наконец, в руки иголку и пиджак, хватаясь пальцами за удобный кусок ткани, находит торчащую нитку, на которой некогда была пуговица, да и саму пуговицу достает из кармана пиджака. Аккуратно наметив, в каком месте прокалывать ткань, Ким вдевает нитку и начинает пришивать, отвлекаясь от своих похабных мыслей. Наедине с собой это переносилось куда проще, а сейчас, когда дома тот самый предмет твоих влажных фантазий... Как же тяжко! Вернувшись в комнату, Юн садится на диван поближе к Тэхену, закидывая руку на спинку дивана. – Мне интересно, что там было дальше, после рамена? С радостью бы послушал. – Что? Что после рамена? Ты пойдешь на работу... – выдает Ким, забегав взглядом. Продолжает делать вид, что ничего такого не имел ввиду. – Ну, даже не знаю. А что обычно бывает после рамена? – Юн хитро улыбается, наблюдая за Тэхеном. Изящные, аккуратные (как для парня) пальцы просто приковывали к себе взгляд. Слова Юна сбивают с мыслей и в итоге, вместо того, чтобы аккуратно вдеть иголку в отверстие пуговицы, Тэ проколол себе палец, тут же резко дернувшись, потому что это вышло чертовски болезненно. – Черт... Юнги быстро выпрямляется, хватая своей рукой "травмированную" руку Тэхена. На подушечке уже проступала капелька крови. Поднеся палец к своим губам, Мин обхватил ими фалангу, погружая ее полностью в рот и слегка посасывая. Сделал как-то на автомате и только сейчас, подняв взгляд на Тэ, осознал в полной мере картину своих действий. Но даже после этого отстраняться он не спешил. Неожиданное действие Юнги привело в тотальный ступор. Младший буквально замер статуей от чувства не только проявленной заботы, но и гребанного подтекста, который возник сам по себе. Казалось, он даже не дышал, а в животе что-то перевернулось и не один раз. Сердце в груди колотилось бешено, отдавая легкой вибрацией по телу. Мин медленно открывает рот, выпуская палец Тэхена, и почти сразу подается вперед, накрывая его губы поцелуем. Игра в гляделки с Мином не длилась долго, хотя Тэ успел себя морально похоронить после этого. Как же невыносимо – хотеть и не иметь возможности. Но внезапный, обдавший жаром поцелуй сказал все за себя. Тэхен моментально прильнул к старшему, успев воткнуть иголку в пиджак и чуть оттолкнуть ткань на другой край дивана, чтобы не уколоться. Внутри вновь все адски пылало, желание отчасти туманило разум. По телу волной проходится жар, пока губы поочередно захватывают и сминают чужие. Парень как-то на автомате приобнимает Кима одной рукой за талию, упирается второй в диван и практически напором вынуждает Тэхена лечь, нависая над ним. Юнги не хотел, честное слово не хотел ничего такого, когда шел сюда. Нет, конечно, он думал, что они, возможно, немного поцелуются, если вдруг останутся наедине. Но уж никак не ожидал, что будет вжимать младшего в диван собственным весом, потираясь о его бедро стремительно твердеющим органом. Честное слово, еще пара минут таких взаимодействий и он попросту уломает Тэ на секс. Это же издевательство! Как он может быть таким сладким? Как может быть таким красивым? Таким отзывчивым, таким... Юнги рывком отстраняется от Тэхена. Грудь вздымается от частых вдохов через красные, поблескивающие от слюны и слегка приоткрытые губы. – Блять, Тэхен, это пиздец тяжело... В следующий раз я не сдержусь. Младший уже был готов наплевать на все: и на то, что не знает, в какой момент может вернуться мать, и даже на работу Юнги. Да и на все остальное, серьезно. Пока его вдруг не остановил сам Юн. Кажется, у него в голове извилин и разума оказалось больше, нежели у слабого до секса Тэхена. Вот такой вот парадокс. Парень был умен только в учебе. Похлопав глазами, Ким разочарованно проскулил, тут же прикусив внутреннюю сторону щеки до боли. Нельзя же было показать, что он настолько слаб и охоч до секса. Это же... постыдно как-то, нет? – Да, я... я пожалуй... – Тэ судорожно протер лоб ладонью, внезапно замерев на половине фразы. – А сколько времени у тебя до начала смены? Юнги гулко сглатывает, жмуря глаза с силой, чтоб вернуть ясность взгляду и разуму, а то что-то вдруг Ким стал казаться таким притягательным, таким расплывчатым и чертовски возбужденным. Мотнув головой, Юн достает телефон и смотрит на время, из-за чего с губ срывается разочарованных вздох. – Совсем немного. Я смогу побыть у тебя не больше пятнадцати минут, а потом придется бегом идти к остановке, чтоб успеть добраться, – убрав телефон, Мин запускает пальцы в собственные волосы, откидываясь на спинку дивана и закрывая глаза. Надо перестать думать о том, что этого времени вполне хватило бы для того, чтоб подрочить друг другу или... может, даже отсосать. Тэхен готов скулить брошенной собакой. Почему настолько блядски мало времени? Он даже не успеет принять короткий душ, чтобы быть по-настоящему готовым к сексу. Конечно, мальчишка бы безумно хотел, чтобы они никуда не торопились, лежали в кровати, чуть разморенные, и отходили от оргазма... Он не хотел бы куда-то торопиться. Ну вот, опять все мысли свернули не туда. Младший определенно пойдет справляться со своими проблемами после ухода Юнги. А сейчас нужно что-то сделать, чтобы они смогли отвлечься и прийти в себя. – Я сейчас пришью пуговицу до конца. Осталось немного. А ты... мог бы поставить воду в кастрюлю? Пожалуйста. Я думаю, мы успеем пере... Мин довольно резко выпрямляется, влепляя самому себе пощечину. Что угодно, лишь бы очнуться от наваждения, а Тэ абсолютно ошарашенно глядит на него. – Ты в порядке? Что ты сделал, Юнги-я? Зачем? Вздох облегчения сам собой срывается с губ, а стоит Тэхену так искренне (и очень мило) запереживать, как губы тянутся в улыбке. – Зато мыслить стало легче. Потому что мозг уже отказывать начал. Тебе бы лучше поменьше находиться со мной в замкнутых пространствах, иначе, клянусь, я трахну тебя, Тэхен. "Так, может, я тоже этого хочу!" – остается не озвученным. Сглотнув, Юн зачесывает волосы назад. Мозг, может, он и активировал, а вот стояк в штанах так просто не исчезнет. Кажется, пора свалить в ванную. – Я схожу в туалет, а ты пока продолжи пришивать пуговицу. Рамен я не буду, поешь, когда я уйду. Поднявшись на ноги, Юнги спешит ретироваться в туалет, дабы не дразнить ни себя, ни Тэхена лишний раз. Тэ расстраивается еще сильнее. Он надеялся хотя бы немного продлить их времяпровождение, даже несмотря на то, что для обоих это пытка чистой воды. Опустив взгляд, Тэ усаживается и снова берет чужой пиджак, в мгновение втягивая запах, исходящий от него, носом. Приятный, совсем легкий, теплый. Пахнет как сам Юнги и немного сигаретным дымом отдает. Ким тяжело вздыхает. Не хватало еще стать каким-то диким извращенцем до запахов. Он берет иголку в чуть подрагивающую от ощутимого внутреннего возбуждения руку, делает вдох-выдох и начинает доделывать шов. Через пару минут уже затягивает узелок, чтобы ничего не оторвалось так легко, как в этот раз. Вот он и закончил, а желание долбанное никуда не ушло. На секунду представилось, что Юнги делает в туалете. Далеко не факт, что он пошел по малой нужде. Внутри опять все полыхает. Да что же с ним происходит? Гормональный всплеск? Наверное, и правда он, иначе это нельзя объяснить. Юнги прикрывает дверь в уборную, подходя к раковине и упираясь в нее руками. – Пиздец припыли. Чтоб я и бегал от траха... – усмехнувшись самому себе, Мин все же выпрямляется и расстегивает ширинку. Шанс, что член спадет, если он справит нужду – есть. Маленький, но есть. Смыв за собой, Юнги включает воду и ополаскивает руки и лицо прохладной водой. Тэ сидит несколько секунд, размышляя, а потом резко встает с места, сунув иголку в мягкую пуховку, и как-то слишком решительно идет в уборную, резко раскрывая дверь. Юнги даже вздрагивает, оборачиваясь на Кима, все еще держа руки под текущей из крана водой. – Можно я отсосу тебе? Пожалуйста. Я так не могу больше.
