Не отпускай меня...

Ноыль Наттарат Тангвай — баснословно богатый парень, наследник крупнейшей в Бангкоке мафии. Будущий глава мафиозного клана Тангвай. Множество взглядов, большие запросы и такие же большие ожидания. Слишком дерзкий омега с характером альфы. Еще в детстве он научился скрывать свой запах — запах яблок. Он познал много жестокости в жизни, а потому решил, что притворяться дерзким и грубым — будет лучше. И с каждым новым заданием своего властного отца и сам начал в это верить. И сейчас, идя за отцом, он заталкивал подальше свою сущность, которая дрожала при виде сильного альфы, а рецепторы обжигало лаймом, отчего омега внутри него скручивался в клубочек и скулил. — Ноыль, я слышал твои люди наступили на хвост этим ночным птицам, что тревожат покой ночного Бангкока. — Да отец, — сухо и коротко ответил парень. — Разберись с ними так, чтобы они не превратились в проблему для нас. И мне бы хотелось иметь в своей коллекции новый байк. Говорят, эти парни знают, где взять товар хорошего качества, — сказал альфа, закуривая сигарету. — Слушаюсь, — так же сухо произнес парень, не обращая внимание на вой своей сущности. В голове пронеслось: «Я должен быть сильным». На самом деле Ноыль не боялся отца, но он видел, что бывает с теми, кто смеет ослушаться его. Даже если ты его сын, он все равно не пощадит. — И да, если они все-таки принесут проблем, сотри их в порошок. — Как скажите, отец, — склонив голову, парень пропустил отца в кабинет и, обернувшись к своему секретарю, сказал: — Собирайся, мы едем посмотреть, что из себя представляют эти ночные журавли или как там их. Пит, лучший друг Ноыля и его правая рука, — человек, который понимает его без слов. Когда Ноыль был в таком состоянии, это означало только одно — он снова должен одолжить омеге свой запах альфы — запах терпкой мяты. У Пита была одна особенность — он мог меняться запахом с омегой без ущерба своему организму. И именно это помогало Ноылю до сих пор обманывать всех и оставаться в живых. Но он должен был всегда оставаться с ним рядом иначе запах сам возвращался к нему… Подумать только, ещё какие-то полгода назад Босс Чайакамон Сэмсонвиттая был простым певцом в барах и ночных клубах, а сейчас ночные гонки гремели его именем и он являлся непревзойдённым королём ночных улиц. — Босс, партия виски уже на месте, распорядись, чтобы все убрали, — сказал Форт, улыбаясь и вручая ему список. — Ого, а цены-то подросли, эй, Трен, сегодня надо очень постараться. — Но, Босс, нынче бензинчик подражал, а ещё в последнее время нас поджимают те самые верзилы на тачках. Говорят, это люди Тангвая, сына того самого мафиози, — закончил Форт, заталкивая в рот чупа-чупс, с которым парень, сколько его знал альфа, не расставался. — Слушайте, а разве его старик не любит байки? Я слышал, у него приличная коллекция этих красавцев, — парень из зала задумчиво посмотрел на Босса и Форта. — Думаю, тебе стоит поговорить с его сыном, вы вроде одного с ним возраста, мол, скажи, что его люди совсем обнаглели, мы хотим мирно гнать своего железного коня, а не слетать с обочины, — вытащив заветную сладость изо рта, сказал омега. — Я тебя понял, Форт, я постараюсь уладить этот конфликт мирно. — Эх, Босс, добрый ты слишком для байкера, — сказал парень, рассмеявшись. Он отвернулся и налил себе стакан вишнёвого сока. Босс всегда удивлялся со своего друга-омеги, который любил все вишневое, хотя и сам пах вишней. — Форт, опять вонять за три километра японской весной будешь? Завязывай уже пить эту гадость. Твой дом и клуб уже провоняли этим запахом. Смех парней разразился по всему залу, но в это самое время дверь распахнулась и зал обдало запахом мяты, который, смешавшись со сладкой вишней, осел на кончике языка приятным ароматом. Босс даже удивился. Он никогда не встречал такого явления, чтобы запахи так свободно смешивались в воздухе. Выходя из машины и надевая очки, Ноыль поправил чёрные перчатки у себя на руках и зашёл внутрь бара. Если это заведение можно было так назвать. Окинув взглядом зал, парень повернулся к Питу, и тот, кивнув в ответ и громко прокашлявшись, сказал: — Господин Тангвай, хотел бы видеть хозяина этого столь чудесного заведения. В баре повисла тишина. — Не думал, что вскоре увижу самого господина Наттарата, да ещё и в моей скромной обители, — вставая с дивана, Босс вышел вперед, протягивая руку. Форт был немного удивлен действиям друга, но быстро взял себя в руки, решив посмотреть, чем все закончится. — Я, Чайакамон Сэмсонвиттая, хозяин этого замечательного бара. Что же привело вас сюда? — опуская руку, видя, что юноша перед ним даже не дернулся. Смерив безэмоциональным взглядом парня перед собой, Ноыль присел на освободившийся диван. — Господин Тангвай хочет предложить вам хорошую сделку, но взамен… — не успев закончить предложение, Пита прервали. — Сделку? Хм… Интересно. А сам господин Тангвай в силах разговаривать? Парень собирался что-то сказать, но омега поднял руку и ответил. — Дальше я сам разберусь, ты можешь быть свободен. Пит был очень удивлен, что друг решил сам вести дела в этот раз, но не сказав ни слова, удалился прочь. Когда за ним захлопнулась дверь, парень сказал: — Думаю, такие разговоры стоит вести в компании хорошей выпивки. У вас имеется такое? Скрипнув зубами, Босс улыбнулся и предложил парню отправиться на второй этаж, в кабинет Форта. Там было более менее тихо и спокойно. Посмотрев другу в глаза, Форт все понял, дав указания официанту принести все необходимое в кабинет.

Спустя 15 минут.

— Ну что ж, господин Тангвай, перейдем к делу? — Хватит ломать комедию, Босс. Мы оба знаем, зачем я пришел сюда. Отцу нужно, чтобы вы прекратили ночные гонки и больше не доставляли ему проблем. А ещё он хочет новый байк в свою коллекцию. Не понимаю, зачем этому старику такие вещи, но раз он хочет, я должен исполнить. — Очень интересно. Когда это ты стал у своего отца на побегушках? — Если я выгляжу в твоих глазах именно так, то, к сожалению, ты ошибся, — Ноыль посмотрел парню в глаза. Он пытался понять, ощутил ли он его запах. Ведь, как только они вошли в кабинет, он изменился. Юноша всегда прятал свой запах. Он не хотел, чтобы все вокруг считали его слабым омегой, вопреки тому образу, что он создавал годами. Именно по этой причине во всех переговорах с ним рядом всегда находился Пит, любезно одалживающий своему другу запах альфы. Такой феномен встречался редко, но встречался. И это называлось реакцией замещения. Босс сидел напротив парня и пытался понять, что изменилось. В кабинете витал странный запах, не похожий на тот, что был до этого. — Господин Тангвай, вы же понимаете, что это невозможно. Гонки — это неотъемлемая часть меня и моей команды. Люди, что приходят на них, платят огромные деньги, и сомневаюсь, что они образуются тому, что они резко прекратятся. — Так значит все дело в деньгах? Хорошо, назови цену. Больше не в силах сдерживать себя, Босс соскочил с кресла и навис над юношей, смотря в его глаза. — Прекращай играть со мной, Тангвай. Я не прекращу гонки, и твоему отцу не запретить мне, делать это. Можешь так и передать. Парень плавно опустил свой взгляд на губы юноши. Ему хотелось поцеловать их. Он не понимал, почему вдруг этот юноша стал притягивать к себе. — Ноыль… Меня зовут, Ноыль, — прошептал юноша. В следующую секунду, Босс прижался к губам Ноыля, а левая рука плавно легла на щеку парня. Он легонько провел языком по губам юноши, и те немного приоткрылись, впуская его внутрь. Они целовались всего несколько секунд, но вдруг Ноыль резко оттолкнул его и вскочил со своего кресла. — Я озвучил тебе то, зачем пришел. Отец даёт тебе неделю, чтобы выполнить это. С этими слова он вышел из кабинета, хлопнув дверью. Босса вдруг осенило. Перед ним был не альфа с запахом мяты, а мягкий и нежный омега, что пах яблоками. Этот вкус остался на его губах и языке. — Ну что ж, господин Тангвай, мы ещё посмотрим, — ухмыляясь, сказал Босс закрытой двери.