Это не случайно

      Кто-то предпочитает в свой единственный выходной пролежать в кровати за просмотром сериала. Кто-то не видит предела совершенству и отправляется в зал на очередную индивидуальную тренировку. Кто-то проводит время с семьей или устраивает шоппинг с друзьями.       Джисон в свой единственный выходной выбирает клуб и несколько сладких алкогольных коктейлей. «Drive» привлекает посетителей яркой неоновой вывеской, оставляющей розовый след чуть ли не на всю длину улицы, а громкие биты слышатся даже за пределами.       Окружающая атмосфера создает ощущение пульсирующей энергии, наполненной музыкой и пляской. Яркие розовые и синие огни мерцают и сливаются с битами. Зал буквально наполнен неуемной жизнью и радостью. Люди в разном настроении и состоянии заполняют пространство, образуя множество отражений в зеркальных стенах.       Дайкири. Лонг-Айленд. Негрони. Несколько ярких шотов с высоким градусом. Приторная, опьяняющая жидкость стекает потоком в горло, быстро наполняя желудок теплым блаженством, горячит и развязывает язык. По мере того как алкоголь разливается в его крови, Джисон все больше отпускает себя, позволяя музыке и ритму властвовать над его телом. Мозг уходит в дикий танец вместе с ногами.       Джисон, не стесняясь, кружит стройными бедрами в самом центре танцпола, цепляя все больше пьяных глаз как парней, так и девушек. Они с интересом пожирают каждое его плавное уверенное движение, изучают медовую кожу, выглядывающую из-под одежды в моменты особенно активных действий. Возможно, среди них есть счастливец, которого Хан выберет в качестве жертвы на одну ночь. Но об этом позже.       Сейчас его волнует только ощущение свободы и эйфории, обволакивающее тело и душу. Он забывает обо всем, кроме своего тела, которое отвечает на каждую ноту музыки с безудержной энергией.       Джисон не собирается уходить отсюда, пока не насладится вечером полностью. Пока его тело не будет ныть от усталости, мышцы — гореть от забытых нагрузок, а дыхание судорожно восстанавливаться.       От жаркого дыхания полусотни людей становится душно, а весь выпитый алкоголь быстро дает о себе знать, и, к несчастью, Джисону приходится отправиться стоять в очереди в туалет. Узкий коридор заполнен стрункой из людей, насыщающих воздух перегаром.       Вслед за ним становится парень чуть выше него. Кажется, они пересекались взглядами, пока один отдавался танцу, а другой выпивал у бара. Хан не придает этому много значения, пока его уха не касается горячее дыхание.       — Ты выглядишь так, будто тебе не помешал бы хороший трах, — прошептал парень, но даже при громких басах, доносящихся издали, было отчетливо слышно.       Джисон не ожидал чего-то подобного, потому сразу же оценил свой сегодняшний образ. Ничего необычного, казалось бы. В его «стандарт» входили: рваные черные джинсы, плотно облегающие ноги и открывающие вид на колени; свободная белая майка и жилет, позволяющий рассмотреть рельефные руки.       Хан повернулся к нему лицом. На его губах играла уверенная ухмылка, когда он произнес:       — Я думал, ты никогда не предложишь.       Джисон дерзко потянул его за болтающийся на шее галстук в первую открывшуюся кабинку. Их выходка не осталась без внимания общественности, которых звала нужда. Однако дальше громогласных воскликов и нескольких стуков по дсп-двери не дошло.       Только они оказались наедине, их губы нашли друг друга, растворяясь в развязном и быстром поцелуе. Между ними произошла вспышка страсти и им не хотелось медлить и оттягивать то, что неизбежно. Оба уже успели изучить друг друга, чтобы точно понять, что они во вкусе.       Минхо стал первым, кто протолкнул язык меж губ. Они самозабвенно исследовали каждый дюйм чужого рта, будто ждали этого вечность. С каждой секундой поцелуй становился все жарче и мокрее. Парень с кошачьим взглядом действовал решительно, притягивая Джи к себе ближе, сминая его рот своим, а вместе с тем собственнически хватая упругую задницу.       — Как тебя зовут? — прохрипел Джисон между влажных поцелуев.       — Зови меня деткой.       — Детка, я не трахаю тех, кого не знаю.       — Какой же ты принципиальный, — он закатил глаза, хоть в темноте и не было видно этого. — Минхо. Меня зовут Минхо.       Парень стянул с себя галстук, откидывая на закрытую крышку унитаза. Туда же отправилась и его рубашка.       Тусклый свет клубной уборной отбрасывал тени на мускулистое тело Минхо, подчеркивая каждую складку его кожи. Джисон глядел с восхищением, когда провел пальцем вниз по его твердым грудным мышцам и остановился на сосках, лаская их. На его животе красовался небольшой шрам, но это придавало только больше мужественности и сексуальности его образу.       Воздух наполнился вздохами, когда Джисон скользнул одной рукой за шею Минхо, притягивая его ближе к своим жаждущим поцелуя губам. Вторая рука одновременно с этим опустилась ниже, чтобы обхватить чужую эрекцию поверх обтягивающих джинсов.       Минхо застонал, сильнее прижимаясь к руке Хана. Его возбуждение жаждало оказаться ближе, чем через плотную ткань. С низким рычанием он обвил рукой шею Джисона и углубил поцелуй. Вкус сладкого алкоголя задержался на их языках, а тесное помещение пропахло страстью, излучаемой их горячими телами.       Внезапно Джи разорвал поцелуй. На его губах заиграла ухмылка, когда он стянул майку, обнажая грудь и плоский живот. Он не мог похвастаться прессом или хотя бы намеком на него, но он точно знал, что его тонкая талия сводила с ума многих.       — Черт, не могу поверить, что позволю тебе трахнуть меня, — с придыханием сказал Минхо, положив свои ладони на объект восхищений.       Их комплекция отличалась — Джисон был более миниатюрный и утонченный, в отличие от Хо. Первый превосходил его разве что в ширине плеч и накаченности рук. И кто бы мог подумать, кто будет призывно раздвигать ноги, желая окунуться в эйфорию быстрого перепиха.       Не желая затягивать момент, Минхо быстро избавился от оставшихся частей своей одежды — джинсов и боксеров — и прислонился грудью к холодной стене, которая ярко контрастировала с его разгоряченной влажной кожей. Джисон едва ли отошел, завидев мощные бедра, между которых хотелось бы оказаться (это он решил отложить на потом, если представится возможность), как перед ним выпятили попку. Он не удержался, чтобы не шлепнуть по ней в ту же секунду, оставляя привлекательный розовый след.       — У тебя есть презики и смазка? — спросил Джи, все еще не отрывая взгляда от него.       — Глянь в джинсах.       В ту же секунду среди валявшейся одежды он нашел необходимые вещи и приступил к растяжке. Почувствовав давление на поясницу, Минхо выгнулся еще сильнее. Его гибкости можно было бы позавидовать.       Разогрев смазку на пальцах, Хан приставил один из них ко входу и скоро вошел, не встретив какого-либо сопротивления.       — Можешь не нежничать, я растягивал себя перед выходом, — подал голос Хо.       Джисону эта информация была только на руку. Следом за указательным пальцем пошел средний, а через минуту добавился безымянный. Движения были резвые, немного грубые, но это только приносило кайфа и заставляло постанывать.       — Боже правый, вставь в меня уже свой член, — скулил Минхо, когда трех пальцев ему стало недостаточно. — Блять, дай сначала посмотреть, стоит ли оно того.       Парень развернулся в сторону Хана, наблюдая, как тот стаскивает с себя джинсы вместе с трусами, неприятно сковывающими движения последние несколько минут. Освободившись от оков, член дернулся, прижимаясь к животу. Мокрая от предэякулята головка блестела в тусклом свету и вызывала у Минхо повышенное слюноотделение, что он невольно облизнулся.       — Я бы отсосал тебе, если бы не хотел так сильно, чтобы ты вставил мне, — сказал он, прежде чем взять длину в руки и сделать несколько размашистых движений.       Плоть в его ладонях смотрелась до безумия правильно. Она была чуть больше, чем у него, как по ширине, так и по длине, и увита венами.       Развернувшись обратно к стене и удобнее облокотившись, он приставил розовую головку к своему колечку мышц и немного насадился, вызывая обоюдный удовлетворенный стон. Джисон не стеснялся после хорошей растяжки действовать быстро. Он лишь немного подождал, пока Минхо привыкнет, а затем стал ускорять темп, входя и выходя на всю длину. Комнатка заполнилась звонкими высокими стонами, исходящими из горла Хо, когда раз за разом ему попадали по комочку нервов.       — Детка, будь чуть потише, — нашептывал Джисон, между делом целуя плечи и шею.       Светлая кожа так и манила, чтобы оставить на ней несколько ярких красных засосов. Хан не отказал себе в таком удовольствии, хоть и не любил помечать незнакомцев.       Кажется, даже за стенкой можно было услышать звук мокрых тел и хлюпающей смазки, пока Джисон яростно вбивался в податливое, отзывающееся на все ласки тело. Запах пота и секса туманил мозг, и Хан не мог долго продержаться. Чувство горячего нутра, плотно обволакивающего его член, чертовски сексуальный парень со стонами, достойными премии «Лучший голос», а еще его фетиш на грязные разговорчики и вскользь проскакивающие фразочки по типу «да, детка, возьми меня жестче» и «блять, твой член чертовски охуенный, так хорошо растягивает меня».       — Я близко, — сообщил Хо, сильнее сжимая пальцы в кулаки.       Его ноги еле держались, а бедра подрагивали, благо крепкая хватка другого мужчины позволяла не упасть. Член отчаянно запульсировал при очередном попадании по простате, выплескивая горячую сперму на кафельную стену.       Спустя несколько мгновений, когда бедра Джисона в очередной раз ударились о ягодицы Минхо, он почувствовал, как внутри него нарастает сильное давление. Он громко застонал, его хватка на талии парня усилилась, когда он в последний раз толкнулся вперед. С хриплым криком он кончил в презерватив. Его бедра задрожали, а звезды заплясали перед глазами.       Медленно они отстранились друг от друга, хватая ртом воздух и пытаясь восстановить сбитое дыхание. Хан аккуратно снял наполненный контрацептив, завязал и поспешил избавиться от него.       — Это было невероятно, — тяжело дыша сообщил Джисон, когда мир вокруг снова обрел четкость.       Минхо обернулся на него и в его глазах плескалось удовольствие, первобытный жар, пока он наслаждался послевкусием их секса. На губах играла пошлая ухмылка, которую Джи поспешил стереть последним мокрым поцелуем, прежде чем они приведут себя в порядок и разбегутся в разные стороны, не встретившись больше никогда.       Вот это Джисон называет настоящим отдыхом. Вот этого он ждал и жаждал целую неделю. Возвращаясь домой, он наконец почувствовал приятную ломоту в теле и снятое напряжение.

⋆˖⁺‧₊☽◯☾₊‧⁺˖⋆

      Джисон не помнит, когда в последний раз чувствовал себя таким удовлетворенным и выспавшимся. Даже общее настроение понедельника и загруженность на учебе не волновали его. Его лучший друг — Феликс — не мог обойти мысль о том, что Хан накануне обдолбался, раз его широкая улыбка не переставала ослеплять всех вокруг. Он конечно был рад, но не от всего сердца.       А Джисон в тот момент ощущал, что прошел эту жизнь, раз вчера ему так повезло в клубе. Дефилируя по коридору в сторону аудитории, где должна была проходить следующая пара, он никак не мог отделаться от мысли, что отношения на одну ночь считает самыми приемлемыми для себя. Никаких тебе обязательств, заебов мозгов, а впечатление — если оно положительное — останется на долго. В ином случае, лучше уж не возвращаться к нему, не давать вторых шансов.       Внезапно перед ним возникло знакомое лицо, которое двигалось ему навстречу. Парень смотрел на него уверенно и целенаправленно. Кажется, он не собирается просто пройти мимо. Джисон только и успел подтолкнуть своего друга в спину с фразой «Иди, я догоню». Феликс лишь недоуменно и с возмущением посмотрел на него, но лишних вопросов о подошедшем к нему парне задавать не стал.       — Приветик, крошка, — Минхо звучал самодовольно, а голос не был похож на тот надрывный и хриплый, выстанывающий в душном тесном туалете.       Джисон же не был так радостен, замечая знакомые лица в своем университете. Он не стеснялся своего ночного образа жизни или быстрых перепихов (камон, он взрослый половозрелый парень). Однако, ни с кем, кто спал с ним, он не встречался в обычной повседневной жизни и не вел диалогов. Это чувство странное, немного волнующее, но отрицать, что оно ему не нравится (а если быть точнее, не нравится один конкретный парень, стоящий перед ним), было глупо. Между ними все еще было сексуальное напряжение.       — Классная дырка, — неожиданно Минхо тыкнул его прямо в прорезь на кофте, открывающей вид на гладкую медовую кожу.       — Взаимно, котик, — с ухмылкой отвечает Джисон, подмигивая. Он просто не мог удержаться от ответного флирта.       — Раз уж мы встретились, не хочешь пообедать вместе? — предложил Хо, не отрываясь от коротких поглаживаний одним лишь указательным пальцем.       — У меня сейчас пара.       — Это значит нет?       — Это значит мы идем есть.       Как бы важно не было посетить лекцию, Джисон не мог отказаться от встречи с Минхо и узнать, к чему это все приведет. Слишком большой интерес.       Парень быстро написал Феликсу, что его планы изменились, но все последующие возмущенные сообщения были успешно проигнорированы.       Диалог между ними был наполнен флиртом и намеками, хоть они и говорили о чем-то отдаленном от вчерашней ночи. Джисон, признаться честно, чувствовал себя скованным, ощущая разницу между пьяным, распущенным телом в свете софитов и трезвом самоощущении, будучи в светлой столовой, когда вокруг них сидят еще десятки людей, не подозревающих о их мыслях и воспоминаниях.       Хан готов проклинать себя за то, что родился неуклюжим, когда купленная булочка вылетела из его руки, не добравшись до рта, и упала под стол, прокатившись прямо под ноги Хо. Тот коварно усмехнулся и наклонился, чтобы поднять ее, при этом случайно (читать как: специально) задел область паха Джисона. Тот сразу же покраснел.       — Что случилось, Джисони? — наигранно невинно спросил он. — Сильно скучал по мне?       Хан застонал от разочарования, пока рука потянулась прикрыть промежность, которая с каждой секундой требовала к себе все больше внимания. Сексуальные парни оказывают на него слишком большое влияние. Особенно, если эти самые парни чувствуют превосходство над его жаждущим телом. И с каких это пор он возвращается в свою пубертатную эру?       — Заткнись, Минхо, — пробормотал он, и его лицо покраснело еще больше.       Остаток обеда прошел в череде кокетливых подшучиваний и намеков, от чего оба чувствовали, что желают продолжения того, что начали накануне.       — Поехали ко мне, — прошептал Джисон хрипло и низко, когда они уже были на выходе из столовой.       Минхо не собирался отказываться. Не после того, как в его боксерах чувствовалось напряжение от одного лишь покачивания задницы Джи в до боли узких джинсах. Он чувствовал, как его член твердеет в предвкушении того, что должно было произойти.       Добравшись до съемной студии, в которой жил младший, они даже не стали утруждать себя светской беседой. Заперев за собой дверь, они начали быстро стягивать одежду с себя и друг друга, оставляя ее следом от прихожей до дивана. Их потребность сводила их с ума от страсти.       Оба потянулись друг к другу, сцепляясь во влажном неаккуратном поцелуе. Минхо толкнул хозяина квартиры на кровать, усаживаясь сверху. Его широкие ладони оглаживали каждый мускул чужого тела, наконец-то чувствуя наслаждение от того, что может рассмотреть его при свете дня. Джисон же уложил свои руки на талии, властно сжимая бока.       Губы Минхо вновь вернулись на пухлые джисоновы, но не надолго — от них он стал спускаться ниже, целуя подбородок, линию челюсти, шею, ключицы и наконец грудь. Правая рука стала ласкать соски, пока между прерывистыми вздохами Хан не прохрипел:       — Не надо, это не моя эрогенная зона.       Хо спорить не стал и сразу же прекратил, двигаясь ниже и касаясь белой ткани боксеров. Он снимал медленно, дразняще, но при том смотрел завороженно вниз, сладко облизываясь от предвкушения, что может почувствовать тяжесть манящего члена на языке.       — Ты бы знал, как я вчера хотел тебе отсосать.       — Теперь твоя мечта может сбыться, — прохрипел Джисон, ожидая этого.       Минхо опустился перед ним на колени, что не было удобным, так как в тонкую кожу упирался жесткий ворс ковра, но это волновало в последнюю очередь. Одной рукой он размазывал естественную смазку по длине, делая плавные движения то вверх, то вниз, в то время как длинный язык мазал по раскрасневшейся, налитой головке.       — Мне нравится твой вкус, — от слов старшего Джисон готов был захлебнуться слюной.       Тот смотрел снизу вверх, прямо в глаза, пошло сверкая своими, но так, что хотелось верить любой его похвале. Вот вам и новый кинк в копилочку.       Минхо не желал долго затягивать, поэтому взял в рот сначала головку, посасывая с причмокиванием, а потом стал насаживаться глубже. Он делал это уверенно, явно имея за плечами хороший опыт и отсутствие рвотного рефлекса. Уже через несколько минут его нос уперся в светлые волосы на лобке, и он промычал, пуская приятную волну по органу.       — Черт, детка, можно трахнуть тебя в рот? — простонал Джисон, схватившись и чуть оттягивая парня за темные пряди волос от себя.       Минхо кивнул, облизываясь и разрывая ниточку слюну, тянущуюся между его губами и плотью.       — Постучи мне по ноге, если будет слишком, — предупредил младший, прежде чем рывком насадить на свой член.       Узость горла ощущалась божественно. Джисон не мог не застонать в голос, каждый раз толкаясь внутрь. Тепло и мокро. Он давно не ощущал подобного. Не каждый из его «быстрых» партнеров позволял такое. Минхо в его топе поднимается все выше. Подсадившись на такой наркотик, будет сложно отказаться или найти хоть что-то похожее.       В уголках кошачьих глаз скапливались мелкие слезы, а по подбородку и шее обильно лилась слюна. Он выглядел таким грязным и развратным, что, однажды посмотрев вниз, Джисон чувствовал, как приближается эякуляция. Черт, он не собирается так быстро заканчивать.       Хан прекратил рваные движения и отпрянул от Хо, вызывая у того разочарованный стон. Ему понравилось быть грубо использованным Джисоном.       — Хочу оседлать тебя, — томно проговорил Минхо, поднимаясь из неудобного положения и выставляя красные колени на обозрение.       Его голос был глубоким и хрипловатым после того, как им воспользовались, и от этого у Джисона пробежали мурашки по спине, а глаза были полны желания.       — Расскажи, как ты хочешь этого? — принял игру Хан, усаживая старшего к себе на бедра.       — Хочу оттрахать себя твоим членом, пока моя дырка не покраснеет от стимуляции и не сможет без наслаждения принимать чужие члены, потому что они будут меньше твоего, — Джисон ощущал себя в порно, пока Минхо непристойно потирался о его плоть, закусывал губы и закатывал глаза, рассказывая, как хочет быть взятым. — Хочу, чтобы мои ноги задрожали от усталости, пока я буду скакать на тебе, а потом ты грубо будешь вдалбливаться в мое тело, пока я не достигну сверхстимуляции.       Слова звучали сумасшедше и призывающе. Джисон был намерен исполнить чужое желание. Особенно, если оно совпадало с его собственным.       Избавившись от влажного белья Минхо, Хан потянулся за смазкой и начал сразу двумя пальцами растягивать дырочку.       — Ты такой свободный для меня. Я неплохо постарался вчера, если ты до сих пор так хорошо принимаешь несколько пальцев.       — Да, а еще я очень нетерпеливый, — с намеком сказал Хо, и Джисону пришлось быстрее заканчивать с подготовкой, раскатывать презерватив по длине и смазывать его для лучшего скольжения.       После этого старший своей рукой направил член ко входу и насадился. Изо рта вырвался судорожный выдох, когда головка сразу же коснулась комочка нервов. Минхо немного поерзал, стимулируя его и поскуливая, но это не устроило Джи.       — Ты разве не хотел быть вытраханным? — он схватил его за бедра и немного приподнял, чтобы можно было сделать несколько резких и быстрых толчков.       Это сразу же привело Ли в чувство, и он вспомнил об изначальном плане. Парень начал резво насаживаться, с каждым разом издавая все более непристойный и громкий стон. Простата идеально стимулировалась с каждым попаданием, вызывая неконтролируемую дрожь в мышцах. Даже крепкие и накаченные бедра Минхо не могли выдержать такой нагрузки.       Джисон мог видеть, как его член раз за разом скрывается в покрасневшем колечке мышц, мог слышать, как хлюпает смазка, стекающая по бедрам, мог чувствовать запах секса, заполнивший комнату, что не выветрить.       Конец был близок. Как его, так и любовника, поэтому он лишь подливал масла в огонь, несколько раз звонко шлепая чужую упругую ягодицу.       — Да, блять, сделай это сильнее, — голос Минхо совсем сорвался на хрип, пока он вытягивал из себя последние силы.       Он уже кое-как мог подпрыгнуть, кое-как сохранял самообладание, чтобы не кончить и продлить приятное, томящее удовольствие подольше.       Джисон сделал еще один сильный шлепок, и Хо больше не мог удержаться. Он остановился, судорожно сжимаясь вокруг чужого члена, пока из его брызгами полилась белоснежная сперма, пачкая чужой живот, грудь и даже немного попадая на подбородок.       — Блять, как же в тебе хорошо, — низко простонал Хан, наслаждаясь узостью и жаркостью нутра.       То, как его сжимали, привело к пику. Тело Джи содрогалось от чистого удовольствия. Каждое нервное окончание загоралось, когда ощущение наслаждения охватывало его. Презерватив не мог сдержать обильный поток горячей спермы, от чего та начала пачкать низ живота Джисона. Он давно не испытывал такого сильного оргазма.       Вслед за экстазом пришла усталость. Минхо не волновало, что они были оба потные и испачканные, поэтому он завалился сверху, пытаясь восстановить сбитое дыхание.       — В следующий раз хочу, чтобы ты кончил мне на лицо, — прошептал Минхо в шею.       — Следующий раз?       — Да. Теперь я знаю, где ты учишься и живешь. Но не думаю, что ты станешь бегать от меня, — дерзко ухмыльнулся старший.       И он был чертовски прав. Джисон не собирается отказываться от продолжения, если оно будет настолько горячим и страстным.