почему нельзя выводить на ревность?

***

      — хорошая месть, Володя? — грустно улыбаясь спросил блондин, сидя у выхода из помещения балла.       — ну.. как тебе сказать. — Маяковский кое-как выдавил из себя что-то на подобие слов. он чувствовал себя подавленным, ведь переборщил с «местью». нужно было загладить своб вину. — я хочу извиниться перед Лилей.       — а зачем все это? — возразил голубоглазый недовольно. — то есть ты совершил «это», чтобы просто извиниться?       — мне кажется, что-то пошло не по плану.. — задумчиво и расстроено продавил слова Владимир.       — эх, Володя.. — печально глядя на товарища сказал Есенин. — не было у нас плана! ты больше не поступай так.. вдруг не простит.       друзья встали и схватились за руки и пошли до дома брюнета, извиняться перед Лилей.       они шли молча, блондин с грустной миной все время брал и отпускал руку товарища, переодически согревая и снова пуская в холод.

***

      — постучи, наверно твоя супруга там. — предложил грустноватый Есенин. Владимир послушно постучал, ответа не последовало. — к-хм.. может убежала к девицам-подружаням?       — может.. — брюнет покопался в карманах и нашел ключи. он отворил дверь и товарищи закрыли дверь, затем пройдя на кухню.       парни прошли на кухню и уселись пить теплый чай, ведь все-таки сентябрь на улице.       — что-то жарко.. — Маяковский снял свой пиджак и оставил только рубашку, заправленную в стильные штаны, подкрепленные ремнем.       Сергей бессознательно произвёл тихий-странный стон, что-то типа «мх», сам того не ожидая. в груди стало тепло, но глотков теплого чая не было сделано ни одного. да, Есенин товарищ только его заваривает..       — тебе чай нужен? — относительно серьёзным голосом фыркнул кареглазый.       — «мне нужен ты» — подумал блондин в первую очередь, — д-давай.. ха. парень издал нервный смешок.       Владимир налил чай в две кружки и понёс их на стол, но вдруг Есенин машинально встал и кружка пролилась на Володину рубашку, прямо на грудь. это было последней каплей (как бы иронично не звучало) для Сергея. он подвинулся ещё больше в сторону товарища. он дотронулся до мокрого места и почувствовал соски..       Маяковский схватил за плечо товарища,мол, «что ты делаешь?». но блондин решил быть более решительным.       он чуть залез под рубашку и потрогал глубже, затем его губы прикоснулись к губам друга, и они затянулись в самый когда-либо их смущённый поцелуй..