Бесконечно вечно

И вот Чимин с Тэхёном едут в Сеул, хотя опаздывали и уже успели испугаться, что придётся ждать следующий поезд и приехать только к вечеру, но всё обошлось. Тэхён уснул сразу же, потому что сначала с большим энтузиазмом расхваливал идею Чимина и точно решил, что пойдёт на сеанс вместе с ним, но потом здраво оценил свои силы и не смог бороться со сном. А Чимин уснуть не может, он только волнуется немного и пытается представить любые исходы их встречи, чтобы в случае чего не растеряться. Но Намджун много раз говорил не бояться и быть собой, а Тэхён не говорит, он просто сам пример подаёт. Нужно, как он — воодушевленно и окрылено, но без трясущихся рук и паники. Вообще Чимин после стал сомневаться, что татуировка прямо-таки хороший подарок, но понял он это уже тогда, когда смотрел на руку с крепко приклеенной сверху эскиза плёнкой. С другой стороны, с татуировки и началось их общение с Юнги, поэтому неизвестно вообще, сколько бы они ещё не знали друг о друге без неё. Получается, это их символ. И вышло довольно нежно, но определённо значимо. Пейзажи за окном быстро сменяются, и Чимин успокаивается, смотря на сугробы и хлопья аккуратно падающего снега. Юнги написал, что их встретит только Чонгук, потому что он не всё успел вчера и на работу всё же заехать придётся. Но обещал точно быть дома не позднее полудня. Когда выходили из поезда, Чимин морально готовился к реакции друга на Чона, но всё равно вздрогнул, когда тот с громкими криками побежал навстречу истинному и сразу же запрыгнул на него, обнимая всеми конечностями. Чимин лишь усмехнулся и мысленно пожелал Гуку удачи, таща за собой два чемодана, один из которых Ким на радостях кинул по пути. Конечно, он ещё минут десять стоял в стороне, чтобы не мешать сладкой парочке, и умилялся, делая пару фотографий, чему Тэхён точно будет рад. Юнги отвлекать не хотелось и он подумал, что Чонгук сам, вероятно, сообщит ему, что встретил и всё хорошо, но телефон зазвонил и Чимин сразу же принял звонок, улыбаясь. — Юнги… м, привет. — Привет, Чимин-и, Чонгук вас встретил? — Да, он сейчас слушает от Тэхёна, что тот хочет свадьбу и желательно летом, — Чимин негромко смеётся, снова умиляясь, — мне совсем слегка жаль твоего друга. — Да он сам такой же, — и смеётся тоже, а Чимин ощущает спокойствие, когда слышит этот голос и поверить не может, что совсем скоро это произойдет лично, не по телефону, — я буду дома где-то через час, а потом можем сходить куда-нибудь, если не устал в дороге, или закажем что-нибудь вкусное и наедимся радостно. — Мне нравится любой вариант, главное, чтобы вместе, — слегка смущённо, с краснеющими щеками. — Хорошо, Мин-и, я постараюсь освободиться быстрее. — Ничего, Юнги, я дождусь тебя. И это всё так греет сердце. У них будет только несколько дней, но они такие желанные, и Чимин уже сейчас может сказать с уверенностью, что самые лучшие. — Пойдём? — Тэхён подходит, держась с Чонгуком за руки. — Привет, Чимин, приятно с тобой познакомиться, — тот красиво улыбается и жмёт руку, а Чимин замечает, что он действительно даже внешне сплошной идеал Тэхёна. — Привет, и мне, — не так уверенно, но отвечает на рукопожатие. Когда вещи были уложены в багажник, а Чимин с заднего сидения наблюдал за искренней нежностью впереди, когда Чон не упускал возможности взять Тэ за руку или оставлял свою на чужой коленке, когда Ким так счастливо улыбался и с безумной любовью в глазах смотрел на Гука, потом аккуратно опускал свою голову ему на плечо, тогда Чимин задумался о том, каким окажется Юнги. Конечно, внешность не имеет значения, ведь между ними уже настолько крепкая связь, которую не разорвать ничем. Просто Мин кажется Чимину тем, кто будет заботиться и любить сильно-сильно, а обнимать крепко-крепко. И это в который раз заставляет что-то внутри трепетать. Квартира просторная и довольно уютная, но Пак сразу же неосознанно распределял в своей голове, что можно было бы добавить, какие цветы поставить, где разместить рамки с фотографиями, и обязательно махровый плед на большую кровать старшего. Тэхён занят Чонгуком, так что Чимину разрешено всё посмотреть и занять себя чем-нибудь, пока греется чайник, или пока Чонгук не найдёт в себе силы оторваться от парня хоть на минутку, потому что Тэхён и пытаться не будет останавливаться. Чимину нравится у Юнги, нравится его запах на подушке, синтезатор у окна и волнующее ожидание. Когда хлопнула входная дверь и послышалось «я дома» тем самым голосом, по коже пробежали мурашки, а руки стали влажными. Он же сейчас увидит своего соулмейта! Прям увидит и даже прикоснуться сможет! Как тут оставаться спокойным? С прихожей слышны разные голоса, значит все уже познакомились и остаётся только Чимин. Он осторожно открывает дверь и выходит, а после теряется абсолютно, потому что вот он Юнги, потому что вот они вместе. — Чимин… — Юнги… Повинуясь желаниям тела, они оба в один шаг оказались так близко друг к другу. Чон и Ким ушли обратно, чтобы оставить этот момент только для них. А Юнги держит чужое лицо в своих руках так нежно и смотрит так же, что у Чимина все его бабочки выпорхнуть наружу готовы. А потом Юнги целует так трепетно и ощущается этот момент так же, что бабочки всё же вылетают и будто кружат вокруг. Чимин за шею обнимает и чувствует обжигающее тепло от касания старшего на своей спине. И в этот момент всё такое правильное, что непонятно, как и жилось до. Юнги целует не спеша, но чувственно, а Чимин отвечает отчаянно, старается все свои эмоции передать, ему дыхания не хватает и голову кружит, но оторваться невозможно совсем. Они останавливаются на несколько секунд и смотрят в глаза пристально, а там океаны плещутся и волны о рифы разбиваются. Их топит друг другом. Чимин никогда не был так счастлив как здесь, рядом с Юнги. Теперь и они та самая сладкая парочка, что не отпускают друг друга и смущаются, когда взгляды встречаются за ужином. Юнги с Чонгуком сидят напротив и рассказывают много интересного про работу, обещают показать красивые места Сеула и сами счастливее всех на свете. — Кстати, у меня почти закончился ремонт, но рабочих я отпустил на все праздники, так что уже сегодня мы можем переночевать там, — спокойно говорит Чон и подмигивает Тэхёну, пока тот краснеет, но кивает. Чимин волнуется снова, но не боится. Ему так хочется крепко обнимать старшего во сне, прижимаясь всем телом, что кончики пальцев покалывает от ожидания. Юнги ничего не сделает против его воли, он знает точно. А Мин знает, что младший ещё не готов и заставлять ни в коем случае не будет. Ему вообще ничего в этом мире не нужно, только бы Чимин был рядом. Такой комфортный, уютный и любимый. Чтобы целовал осторожно и обнимал сильно. — Я могу постелить тебе в гостиной, если хочешь, или посплю там сам, — Юнги за руку заводит младшего в комнату, где из света только настольная лампа, отчего всё сразу становится интимнее, и дело тут не то чтобы… просто души открываются больше и сердца огнём горят. — Нет, я… я хочу с тобой, — и голову слегка опускает, чтобы щёки свои алые скрыть. — Хорошо, тогда можем сходить в душ и ложиться, — он почти невесомо убирает чужую прядку волос за ушко и забывает, как дышать, когда слышит: — Вместе? — А ты хочешь? — Да. Чимин вообще не знает, откуда в нём такое, но с Юнги хочется быть ещё ближе, и он не планирует упускать возможности. Но когда Мин медленно снимает свою одежду, смотря пристально в глаза, Чимин видит в них огонь и забывает, как дышать. Свет так же приглушён, а запах лаванды лишь немного успокаивает. — Только не смотри на запястья, — слегка дрожащим голосом говорит младший, когда стягивает не торопясь рубашку. Юнги подходит и целует снова, помогая в процессе. А сам держится из последних сил, потому что парень рядом безумно красивый и тянет к нему, как магнитом. Мин томным взглядом смотрит на истинного, который уже абсолютно голый перед ним, как и он сам. Чимин, получающий очередной вкусный поцелуй, полностью доверяется Юнги, когда тот аккуратно подталкивает его собой назад. Чимин делает маленькие шаги и не замечает ничего вокруг: ни звука закрывающейся стеклянной двери, ни тёплой воды, льющейся сверху; только Юнги и его руки, губы, дыхание; и лишь холодом отрезвляет та же стеклянная стена позади, к которой его прижимает любимое тело. — Я хочу… я хочу сделать тебе подарок, — задыхаясь от эмоций и нехватки кислорода, начинает Чимин и протягивает свою руку, ставя чужую рядом. Юнги смотрит и ощущает так много, а в голове пазл из их смысла складывается. — Я люблю тебя, — и Чимина оглушает совсем этими словами. Он только пытается ответить тем же в секундных перерывах поцелуев. А уже ночью, когда Юнги крепко прижимает его к себе сильными руками, Чимин повторяет эту фразу шёпотом бесчисленное количество раз и смотрит на снег, что за панорамным окном опускается большими хлопьями. А в душе у него цветы распускаются, будто весна, а в сердце у него тёплое умиротворение и любовь, будто морской штиль под солнцем. Их руки переплетены между, а бесконечность и вечность навсегда рядом.

***

Рождество отмечали вчетвером под общую радость и смех. Ещё с утра позвонили с института и сообщили, что Чимина и Хосока выбрали на перевод в Сеульский университет искусств от танцоров, а Тэхёна от художников. Чонгук даже пообещал восстановиться тоже, чтобы больше времени проводить с Тэхёном. А Намджун, когда звонил, чтобы поздравить, сказал, что без Джина теперь и дня провести не сможет, поэтому решил переехать и открыть кофейню в Сеуле. А на следующий день Юнги, как и обещал, устроил самое романтическое свидание. — О, боже, Юнги, вертолёт? Чимин был в восторге ещё тогда, когда оказалось, что Мин умеет им управлять, а город с такой высоты дарил красоту своими огнями, но потом они приземлились на крыше небоскрёба, где небольшой белый шатёр был украшен гирляндами, а внутри были музыканты со скрипками и официант, что выносил невероятно вкусные блюда. Чимин не переставал улыбаться и смущаться, и не мог скрывать своё восхищение. Они много говорили, узнавали друг друга, любили. А вечером Чимин танцевал только для Юнги, когда тот играл красивую мелодию на синтезаторе. А дальше их ждёт лишь счастливое будущее вместе, а любовь их будет жить бесконечно вечно.