Обсессия.

Руслан уже долгое время страдает от недосыпа и побочек, в которые он перетек. Попытки завершить когда-то начатые проекты не продвигаются ни на шаг, а время нещадно бежит вперед. Тушенцов из-за своей потерянности и апатии даже отдых взял, не появляясь нигде в социальных сетях, не отвечая на то и дело всплывающие уведомления от друзей, что который день пытаются до него дописаться. Идея посвятить себя музыке уже звучит не так ярко из уст Руслана, с каждым разом угасая вместе с первоначальными идеями. Стоит лишь перечитать текста, что тот пытается писать, как брови невольно хмурятся, а в глазах не читается ничего кроме злости на себя. Вокруг Тушенцова общество, которому дается все в разы легче, хоть их путь и был наполнен своими трудностями. Руслану кажется, что своим потолком он уперся в чей-то пол, не в силах подняться чуть выше. На фоне играет собственная минусовка, которая устраивала Руслана больше всего, хоть и написанных версий были десятки. Тот, сидя на полу и опираясь спиной на шкаф, вертит в руках сигарету, то и дело осыпая пепел на пол. — Меня пугают эти стены, что в моей голове.. Я ночью думаю о смерти, думаю о тебе. – в который раз повторяет Тушенцов, пытаясь подобрать следующую строчку. Ничего не вяжется, отчего парень пальцами зарывается в свои волосы, опуская голову. Сигарета, кажется, уже дошла до фильтра. Не удосужив ее взгляда, Руслан кидает сигарету в пепельницу, лишь спустя время поднимая глаза на горящий ноутбук. Приходится подняться с пола, чтобы выключить уже надоевшую звуковую дорожку, а после лечь на кровать. Как удобно, что большую часть своих будней он может проводить не покидая комнаты. Телефон валяется под боком, а сил переложить его на тумбочку уже не хватает. Закрывая глаза, голову еще больше начинают заполнять мысли, но все они были не по делу. Руслан вообще жалеет, что умеет думать. И все же усталость давала плоды, потихоньку усыпляя Тушенцова. Но даже во время сна спокойствия он не отыщет. Долгое время ему ничего не снилось, однако каждая картинка, увиденная Русланом во сне, намертво остается в памяти, даже если сам Тушенцов этого не хочет. Тревога, сопровождающая его, являлась не единственным четко выраженным ощущением. По пятам за Русланом ходило и чувство чужого присутствия. Руслан стоит на незнакомом балконе, понимая, что находится во сне, но не знает, что ему ожидать. В руках пачка сигарет, взгляд устремлен на опустевшую ночную улицу, а мысли начинают перебивать чужие тихие шаги. Лишь голосу удается вырвать Тушенцова из плена раздумий. — И долго будешь издеваться над собой? – чужой голос среди напряженной атмосферы звучит уж слишком спокойно и обыденно, отчего Руслан хмурится, смотря на профиль незнакомца. — Ты вообще кто, блять, такой? – глупо пытаться узнать личность того, кто находится даже не в одной с тобой реальности, но Тушенцова это ничуть не останавливает от бессмысленных распросов. — Смотря что узнать хочешь. Происхождение или имя? В любом случае, это не столь важно. Я здесь не для формальностей. Руслан чувствует себя немного бодрее обычного, переключая интерес только на собеседника. Даже во время параличей он следовал мысли, что все это нереальное, так зачем переживать и волноваться по поводу здравого смысла? Особенно, когда рыжий не представлял собой ничего опасного. — Будь по-твоему. С чего ты думаешь, что я издеваюсь над собой? У каждого достижения есть своя жизненная цена. У меня она выражается в эмоциях, а не в избитых до мучительной боли руках. — Потому что пытаешься взять на себя чужой путь, а не приобрести собственный. Без мыслей о своем пути, без вдохновения и без собственного стиля ты не уйдешь дальше фантомного успеха. Руслан начинал закипать. Отчасти из-за того, что он и без того знал правоту чужих слов, но признавать не хотел даже во сне. А вторая причина заключалась в том, что незнакомец лез не в свое дело, даже если он являлся каким-нибудь отголоском совести. — Дай закурить. – продолжает рыжий, а после проявляет некую инициативу, забирая пачку с чужих рук, хозяин которых находился в некоторой растерянности. Обхватив одну сигарету пальцами, поджигает кончик, поднося к губам. Тишина разбавляется выдохами дыма и изредким постукиванием пальцев по подоконнику, – Обдумай глубину того, куда пытаешься закопать себя. Сон обрывается, а Руслан резко открывает глаза, неконтролируемо отводя голову в сторону. За окном его преследует ночь. « Не видел господа, не знаю какой будет итог, но я расписан как икона и опасен как моль. »