Если сгорим - давай гореть красиво

      — Ты снова здесь.       Рядом с ней раздался вкрадчивый, ленивый голос.       Как же она надеялась, что он будет здесь, а не в любом другом месте.       — Ты снова один.       Прийти сюда. Снова. Очень рискованно. Но она не могла поступить иначе. Не после того решения, которое приняли за неё.Не после судьбы, которую у неё отобрали.       Не после чужой воли, которая удавкой стянула кожу её шеи.       — Я собирался спать.       Деви спешно обвела взглядом комнату и заметила Рама у окна. Он был в одних домашних штанах.       Расслабленный. Полуобнажённый. Такой домашний… такой…       Деви старалась не думать о том, как на его подтянутом плоском животе играл свет луны.       И как сильно ей хотелось прикоснуться к этой коже.       Рам Дубей был её наваждением.       Как иначе объяснить тот факт, что у неё сбилось дыхание только лишь от созерцания его обнаженного торса?       Либо так, либо она сходила с ума.       — Мне уйти?       Дубей мягко рассмеялся и повернулся к ней.       Темная прядь упала ему на глаза и ей тут же захотелось её поправить.       Какой же он красивый. Может она не напрасно пришла к нему?       — А сможешь? Ты ведь зачем-то пришла сюда, маленькая госпожа.       — Я ведь могу спать не один.       Деви вспыхнула как спичка. От его прямоты, от правдивости его слов. От намека, который подразумевал столь нечто слишком греховное и вместе с тем такое волнующее.       Разве не за этим она сюда пришла?       Разве не потому так тщательно выбирала время? Чтобы точно никого не было дома? Чтобы никто не узнал их маленькую тайну.       Никто… пока её не выдадут за лорда и он не потребует своё.       Что ж. Она не обещала лорду, что безропотно примет этот брак и свою судьбу.       Не обещала хранить ему верность и отдать в его руки свою честь.       Она не смирилась и не смириться.       — Так за чем же ты ко мне пожаловала, Дивия?       В легкой улыбке младшего наследника рода ведающих сквозило ленивое удовлетворение.       Он ведь знал ответ. Он сам намекал на него, после всего произошедшего в последнее время ей казалось таким разумным, вполне ожидаемым.       Ведь то, что они уже разделили с Рамом не было чем-то незначительным для неё. И, как надеялась Деви, для него тоже.       — Ты ведь знаешь ответ. Зачем же спрашиваешь?       Сказать прямо о цели своего визита Деви казалось не так просто, как она думала.       А ведь она собиралась уговорить совершить неправильное.       Или наоборот: самое верное из того, что они могли.       — Знаю. Но я хочу услышать тебя.       Рам смотрел на неё с ленивым ожиданием. Он был похож на расслабленного тигра, который внимательно наблюдал за своей жертвой.       Соблазнительным тигром. За желанной жертвой.       — Я даже знаю почему ты на это решилась, но как быть мне?       — Как мне позволить тебе стать его женой, после того как станешь моей?       — Если я сейчас уйду, ты позволишь ему стать моим мужем?       Их взгляды скрестились.       Деви отчаянно хотела разыграть свою судьбу по собственным правилам, Рам — просто хотел её.       Отчаянно. Безбожно. И так неправильно.       Чужая невеста. Запрещённая страсть.       Дивия Шарма была его болезнью.       Острой. Опасной. Неизлечимой.       Впрочем, он и не ждал избавления.       — Разве мы обещали что-то друг другу?       — Разве то, что между нами, так легко отпустить?       Рам сделал три широких шага и этого оказалось достаточно, чтобы оказаться на расстоянии вытянутой руки от той, которую так остро желал, что он едва мог это игнорировать.       Но поступать так с его маленькой госпожой разве он был в праве?       Она сама должна в полной мере осознать чего просила и какие у этого будут последствия.       Дивия Шарма не может ожидать от него, что после того, что произойдет между ними, а он был уверен, что она не уйдет, пока не получит своё, он отпустит её к какому-то надушенному.       Рам Дубей никогда не отказывался от того, что принадлежало ему. Когда его маленькая госпожа вверит себя ему, мир других мужчин будет навечно закрыт для неё.       Рам Дубей был тем ещё собственником, хоть с виду этого и не скажешь. Иногда больше, иногда меньше. Он мог позволить себе отступить, усмирить свое желание обладать чем-то или кем-то. Мог, если хотел чего-то недостаточно сильно.       В отношении же Дивии Шармы поступлений не будет.       Он давал ей последний шанс отступить, передумать.       Только вот её взгляд… Такой чувственный… Обещающий неиспытанное им ещё удовольствие.. Именно он говорил Раму, что она и не думала ни о ком, кроме него.              «Пять лет, Рам. У Дивии Шармы было пять лет, чтобы найти себе достойную партию. Или присмотреться к господину Раю, который стал едва ли не её тенью. Вместо этого она провела это время тоскуя по брату и играя с тобой в гляделки.»              Младшая наследница рода Шарма желала его и без этой нужды, что привела её сегодня к нему. Он видел подтверждение этому достаточно много раз.       Но разве он мог отказать себе в желании услышать из её таких манящих уст?       — Так ты признаешь что между нами что-то происходит?       — Разве это не очевидно?       Деви было трудно сохранять самообладание в его присутствии. Особенно, когда на нём были одни лишь штаны, а к гладкой загорелой коже грудной клетки и живота она могла прикоснуться просто протянув руку.       Что она и сделала…       Тонкие пальчики едва коснулись бронзовой кожи, а улыбка господина Дубея вмиг потеряла былую самоуверенность.       — Я хочу услышать как маленькая госпожа Шарма признает своё поражение.       Игриво улыбнувшись, Деви провела пальчика вверх от пупка. Едва касаясь. Почти невесомо, но вместе с тем непривычно порочно.       Охотником был он, но кто кого соблазнял в этот самый момент?       Она никогда не касалась так мужчины. Впрочем, полуобнажённым она тоже никого прежде не видела.       — Только после господина Дубея.       Пальчики Деви очертили витиеватую фигуру под его грудной клеткой и спустились обратно.       Ей нравилось прикасаться к нему.       Чувствовать как её прохладные пальцы скользят по горячей коже.       Слышать как сбивается дыхание Рама.       Знать, что эта игра доставляла ему не меньшее удовольствие.       — Дивия, ты играешь с огнем.       — Я ведь даже не начинала.       Глубокий мягкий смех Рама ослабил нервозность Деви.       Когда он смеялся — она верила, что всё делала правильно и тревога, что она казалась ему безумно глупой, постепенно сходила на нет.       Ладошка Деви спустилась вниз, к линии штанов. Слегка подцепила край.       Рам накрыл её ладошку своей, останавливая.       — Кто бы мог догадаться, что драгоценная госпожа — ловкая соблазнительница.       Подняв девичью ладонь к своим губам, Рам перевернул внутренней стороной и прикоснулся губами к основанию запястья.       — Не торопись.       Слегка провел кончиком языка, затем снова прикоснулся губами.       — Я не хочу играть с тобой, Дивия. С другими — да, но не с тобой.       Поцелуями Дубей спустился чуть ниже. Медленно продвигаясь по руке.       Деви как завороженная наблюдала за его ловкими махинациями.       Рам Дубей знал как соблазнять девушек и умело использовал эти знания.       Только разве не она сама начала эту игру?       — Я не хочу чтобы моим первым мужчиной был лорд.       Неожиданно Рам обвел её талию рукой и притянул к себе, буквально вжимая в своё сильное, упругое тело. При этом всё ещё продолжая покрывать поцелуями кожу её руки.       Титул ненавистного жениха сорвался рванным вздохом и был едва различим.       Будь воля Деви, она бы и вовсе забыла о его существовании.       — Ты не хочешь с ним? Или хочешь со мной?       Могло показаться что вопрос был задан между делом, но он как притаившийся тигр лишь выжидал.       — Это так важно?       Дубей резко отстранил голову от запястья девушки. Подняв её, он замер в нескольких сантиметрах от лица Деви, от её губ.       Она чувствовала его дыхание. Ощущала каждый миллиметр расстояния, что разделял их.       Разве он не видит? Разве ей нужно говорить, что для неё нет других? Почему ему нравится так мучить её?       —Для меня — да.       Рам наклонил голову ещё ниже. Их лица почти прикасались, но он не спешил даже целовать её, не то, чтобы лишать невинности.       Он дразнил. Он хотел услышать ответы на свои вопросы. Хотел полного поражения.       А ведь ей казалось что её прихода и просьбы будет достаточно.       Но Рам снова делал исключительно так, как хотел сам.       Мягко коснувшись губами лишь уголка её губ, он свободной рукой убрал часть волос девушки в сторону. Следующее ласкающее прикосновение пришлось в висок, затем мочку уха.       Деви была натянута как струна.       Она никак не могла прекратить думать о том, чего хочет больше: чтобы он ускорился со своими играми или не останавливать их и понаблюдать куда они заведут их обоих.       И как она могла думать вообще о чём либо, когда приятный мягкий шепот раздался над её ухом, воздействуя на её нервные клетки самым наглым образом?       — Я хочу тебя. Очень сильно хочу. Ты и сама это видишь. Но чего хочешь ты, Дивия?       Деви протяжно выдохнула, когда те же самые губы слегка прикусили мочку уха, а затем Рам провел по укусу языком.       Деви попыталась сдержать стон, но её тело, маленький предатель, сдало её.       То как она тянулась к нему, как закусила губу в тщетной попытки скрыть нарастающее вожделение… он видел как она хотела его.       Но он всё ещё желал услышать от неё признание.       Ему было до безумия любопытно: способна ли Дивия Шарма признавать свои слабости?       Рам оставил краткий поцелуй на её скуле. Провел языком по основанию челюсти под ухом и спустился вниз.       Деви не спешила отвечать, Рам — останавливаться. Хотя больше того, чтобы играть с ней, он желал впиться в эти сладкие губы и снять с неё всё эти лишние слои ткани.       Он хотел сделать с ней столько всего, что она едва бы могла бы потом нормально ходить ещё долгое время.       После лёгкого укуса в шею, который напомнил обоим прошлый её приход в его комнату, Деви сдалась.       — А если я скажу что и то и другое?       — Я не хочу с лордом. Одна мысль о его прикосновениях вызывает у меня приступ тошноты. Но ни с кем другим на это я бы не решилась.       Его это обрадовало. Он упивался каждым сказанным словом, но ждал чем же она закончит признание.       Деви же показалось что её слов ему было недостаточно.       — Ты ведь всё знаешь, Рам. Столько раз говорил, что видишь по глазам. Разве сейчас нет?       Лёгкий укус. Поцелуй. Жаркое объятие и дурманящая разум близость…       Всё как тогда… Но пойдет ли Рам дальше?       Ответ пришел слишком быстро.       Мужчина провел дорожку поцелует от основания шеи до гортани и неторопливыми поцелуями стал подниматься, к подбородку девушки.       — Твой взгляд полон желания. Твоё тело тает в моих руках, а стоны, которые, как тебе кажется, ты удачно сдерживаешь, ласкают мой слух, но я не хочу лишь физической близости.       — А чего ты хочешь?       Голос Деви сорвался от переполняющих её чувств и мягкого чарующего голоса младшего Дубея.       Он был змеем-искусителем.       Охотником. Как и говорил в прошлый раз.       А Деви по собственной воле, да ещё и с радостью стала его жертвой.       — Тебя. Всю тебя.       Рам наконец добрался до губ девушки, но короткий поцелуй лишь раздразнил.       Она так отчётливо ощущала как напряжение тугим узлом завязывается где-то внизу живота и желала лишь одного: чтобы он не останавливался.       Она готова была признаться ему во всем, что он хотел бы узнать, поведать все тайны сердца, только бы эти руки, что уверенно прижимали её к себе, не отпускали, а губы, сводившие её с ума не прекращали целовать.       — Мне мало лишь твоего тела.       Деви не понимала. Решительно не понимала почему у него сложилось впечатление будто она задумала играть с ним.       Сегодня как никогда раньше она была честна и с ним и собой. В том что чувствовала, чего хотела.       Сегодня… вот что было во всем этом двояко. Она прежде в недосточной мере показывала ему, что он ей очень интересен.       Но неужели он и без слов так ещё и не понял?       — Если бы я не относилась к тебе серьезно, разве была бы здесь?       Деви потянулась к волосам Рама. Дуппатта соскользнула с её плеча и воздушным синим облаком растеклась вокруг девушки.       Проворно развязав ленту, удерживающую его волосы, она улыбнулась.       — Тебе так лучше.       Рам ответил ей соблазнительной ухмылкой и новым поцелуем в уголок губ.       Он больше не мог притворятся, что не понимает её, не видит её ответного желания.       — Гордая госпожа Шарма признает свою слабость в отношении Дубея?       — Ты снова надо мной смеёшься?       Рам ласково, кончиками пальцев огладил щеку девушки.       — Зачем мне это?       — Я лишь наслаждаюсь тем, что девушка, которую я давно желаю, отвечает мне тем же.       И в подтверждении своих слов, Рам обрушил на неё волну своего восхищения и желания порывистым, но поразительно внимательным поцелуем. Страстным, глубоким.       «Он ждал, — поняла Деви. — Ждал моего откровения, чтобы обрушить на меня лавину своего желания. А ведь ещё мгновение назад мне казалось что был расслаблен и ничего из того, о чем мы говорили не трогало его.»       Желанна. Ценима. Как же Деви хотелось именно этого.       Знать, что для Рама Дубея она не очередная добыча. Что она особенная для него.       Рам втянул носом приятный аромат.       Дивия Шарма пахла цитрусом и кардамоном. Сладкая и терпкая. Дурманящая как самая редкая специя.       И на вкус она была такой же.       Ему казалось от поцелуя он не сможет больше желать, но… Её неопытность, её честность и то, как она отдавалась в его власть пьянили сильнее самого крепкого вина.       — Ты для этого дразнил меня?       — А ты?       — Дивия, ты пришла просить сделать тебя своей, но ни слова не сказала, что ты хочешь меня.       — Я не намерен становится лишь инструментом в твоих руках.       — Я никогда бы так не поступила с тобой. Никогда, Рам.       Этого признания Дубею было достаточно, чтобы принять решение.       Впрочем, оно было принято ещё в тот момент, когда он услышал о том, что его Дивию решили отдать лорду.       То всепоглощающее чувство потери. Страх упустить из рук такое желанное счастье.       Они ведь только начали в полной мере осознавать что их связывало.       Он не мог отдать её де Клеру.       Раму стоило бы сказать, что это решение было связано исключительно с заботой о Деви, но он бы слукавил.       Как он мог отдать другому ту, что была его?       Она доверилась ему, отвечая на его ласки. Он видел как интересует её. И впервые ему захотелось взять ответственность за чужие чувства.       Впервые он был рад, что в него влюбились. Безумно рад.       Признать что был покорен сам, он не решался, но уже и не отрицал.       — Я знаю, Дивия.       Прошептал он и снова взял в плен своих поцелуев. В этот раз его поцелуй был медленнее, слаще. Он пытался успокоить Деви. Пытался показать, что с ним она в безопасности.       Девушка вздрогнула, когда он потянулся к завязкам чоли, но даже не попыталась отстраниться.       — Я не собираюсь заниматься этим в одежде.       Шутка, которой он хотел убрать нервозность Деви не удалась.       Тогда он решил поступить иначе.       — Доверься мне, Дивия.       — Я позабочусь о тебе.       И Деви доверилась.       Она позволила Раму Дубею развязать завязки чоли и медленно стянуть его с неё, вместе с тем покрывая поцелуями нежную кожу плеча, ключицы, спускаясь к груди.       Деви всё ещё было неловко, когда чоли соскользнула вниз и оставила её в одной лехенге, но обожание во взгляде Рама избавило её от смущения и излишней скромности.       — Ты так красива…       — Ты так говоришь каждой?       — Нет, только той, кто действительно заслуживает комплиментов — тебе.       Рам прикоснулся к обнаженному животу девушки. Совсем как она ранее.       Мягко огладил нежную кожу. Задумчиво поводил большим пальцем, заставляя её задержать дыхание от ощущения теплой ладони и как немного шероховатая кожа подушечки большого пальца почти что царапала её кожу.       «Разве не должен он сейчас…. Снять и всё остальное?»       «Разве не стоит ему отнести её в постель и приступить….»       Несмотря на всю решимость и желание, которое вызывал у неё Рам, Деви нервничала.       Неопытная. Ничего не знающая. Вдруг он сочтет её…. Неинтересной?       Что если ему не понравится быть с ней? Если она разочарует его?       Ей так нравилось что он относился к ней, как к богине. С восхищением, с желанием и трепетом. Что она не хотела терять этого.       Больше всего она боялась показаться ему глупой.       — Я хочу, чтобы ты думала только обо мне сейчас.       Шепот Рама над её ухом заставил все невеселые мысли испуганно разбежаться в разные стороны.       «Может оно и к лучшему.»       — Я и так думала о тебе.       — С таким лицом? Я хочу чтобы красавица думала обо мне исключительно приятные мысли.       Рам наклонился и впился в её губы. Медленно. Сладко. Как тягучая карамель. Как любимая сладость, наслаждение которой хотелось продлить подольше.       Он делал это так уверенно и неспешно, словно у них была вся жизнь, а не несколько украденных часов.       Деви забыла о том, что находилась в чужом доме, в мужской половине. Даже о том, что была полуобнаженная, а её чоли и дупатта валялись бесформенным облаком у её ног.       Она стояла посреди комнаты, целовала единственного мужчину, который сумел тронуть её сердце и ей не хотелось находиться больше нигде.       — Красавица?       — Ты — самое прелестное создание, которое породила дюжина, Дивия.       — Самое чистое. Самое прекрасное.       Рам подняв ладонь вверх, очертил контур девичьей груди и прикоснулся пальцами к соску, а после ласково провел большим пальцем по ореолу.       Стон Деви утонул в поцелуе Рама.       Он знал, что ей понравится и понимание того, что для неё всё это в новинку, только увеличивало его нетерпение.       Довольный от её реакции он взял её сосок между большим и указательным пальцем и слегла потёр между пальцами.       Шершавая кожа подушечек пальцев. Чувствительная кожа соска, которого никто прежде не касался таким образом.       Её тела вообще не касался прежде ни один мужчина.       Рам был первым. И Деви хотела бы чтоб и единственным.       «Только лорд вряд ли согласится с этим.»       — Рааам… — простонала она ему в губы. — Пожалуйста.       Деви не знала чего просила, но он знал.       Мужчина улыбнулся.       — Сейчас, моя госпожа.       Опустил голову, Рам взял другой сосок в рот и слегка прикусил. Продолжая играть с другими пальцами он чередовал лёгкие укусы с медленным посасыванием.       Деви казались его действия до ужаса неприличными, но такими волнующими…. Несмотря на всю непристойность ситуации, она даже не думала просить его остановится.       Наигравшись с одним соском, один приступил к другому, а после жаркими поцелуями осыпал полные полушария её груди.       «И где он этому научился? Сколько таких было у него?»       «Были ли они лучше? Умелее?»       Словно догадываясь, что она думала, Рам, веселясь, хмыкнул.       — Все мои знания нужны для того, чтобы ублажить тебя лучшим образом.       Деви едва удерживалась на ногах. Её крепко держал Рам, но от его ласк, она превращалась в жидкую субстанцию.       Она едва понимала когда острая потребность не отдать свою честь врагу сменилась на яркое желание к самому Дубею. Но как же хорошо ей сейчас было.       — Ублажить? Все знания?       — Маленькой госпоже Шарма любопытно? Тогда я просто обязан показать.       — Рам, что ты…       Деви так и не успела закончить вопрос. Дубей подхватил её на руки, отнес к кровати и бережно уложил на серые шелковые простыни.       Прохладная мягкая ткань приятно холодила кожу в то время как всё внутри Деви пылало.       Не давая возможности ей обдумать всё происходящее, он ловко снял с неё туфельки, маленькие и легкие, отложил их в сторону и опираясь на кровать одним коленом едва навис над Деви.       — Как я давно хотел тебя здесь увидеть.       Рам снова провел ладонью от ложбинки между грудями до пупка и ниже к линии лахенги.       Деви показалось кожа пылала под его пальцами. Он едва касаясь проводил по ней, но была так напряжена и так жаждала его прикосновений, других прикосновений, что всё воспринималось в разы острее.       — В твоей комнате? Я ведь была уже здесь и…       — В моей постели. Нагую. Жаждущую.       — Но действительность оказалась намного лучше.       Дубей потянулся к завязкам лахенги и ловко справившись с ними, стал медленно стягивать её с девушки. Складывалось впечатление, что он много раз проделывал подобное, но Деви решительно отогнала от себя эти мысли. Ей слишком сильно не хотелось думать о других в его объятиях.       — Только эта деталь сейчас здесь лишняя.       Ткань легко поддавалась и несмотря на свою пышность, лахенга довольно быстро оказалась на полу.       — Так ловко. И многих девушек ты раздел?       — Достаточно. Главное, что тебя — никто.       Рам улыбнулся, наклонился к её животу и провел языком чуть ниже живота. Деви рвано выдохнула. Всё было так ново, так ярко.       Ей начинало казаться, что она испытывает слишком много.       Но стыда не было.       Деви чувствовала себя прекрасной и желанной под его вожделенным взглядом.       Ей было уютно с Рамом Дубеем.       Ей было безумно хорошо. Так разве остальное имело значение?       — Ты смеешься над моей неопытностью? Хочешь чтобы я оделась и ушла?       Деви лукавила. Она бы не стала оставлять его. Не на самом интересном. Не после того, как она бесхитростно призналась, что желала его. Не после того что они начали.       Но сообщать это она ему не собиралась.       — Ты не сделаешь это.       Рам прикоснулся к коже губами чуть ниже того места, где недавно был его язык. А после слегка прикусил кожу и провел по укусу языком.       Ему слишком нравится кусаться.       Нравилось ли это ей? Деви пока не решила.       — Ты слишком возбуждена. Ты едва ли дойдешь до конца коридора, прокляв попутно нас обоих. Себя за то, что ушла, меня — что отпустил.       — Оно нам надо?       — Ты слишком уверен в себе.       Деви порывисто выдохнула, когда почувствовала как поцелуями Рам спускается с живота на бедро, а после и ещё ниже.       Было в этом что-то не так. Она подслушала пару разговоров слуг и имела слишком смутное представление о близости между мужчиной и женщиной.              «Что он собирается делать?»       Она едва не ахнула, когда Рам взяв её правую ногу в свои руки, мягко отвёл её в сторону.       Деви решительно не понимала, что он планировал. Но Дубей казалось точно знал что делает и его хитрость был в том, чтобы подразнить её особым образом.       А поцелуи поднимались всё выше и выше.       «Он же не собирается….»       Деви удивлённо охнула, когда Рам уверенно отвёл в сторону и вторую её ногу, а после поцеловал её там.       — Рам, что ты….       Деви вцепилась руками в простыни и сжала их. Она бы свела ноги обратно вместе, но между ними маячила голова Рама и он….       «Великие боги, Рам Дубей не мог целовать в самом сокровенном месте.»       «Должно быть, это сон. Яркий, чувственный, но слишком идеальный, чтобы быть правдой.»       Когда-то Деви представляла как самоуверенный и самодовольный Рам Дубей оказывается у её ног, она не представляла, что это произойдет таким образом.       Когда к своей игре Рам добавил ещё и язык, Деви поняла, что ей это не сниться.       «Такое не может быть сном. Я даже не могла представить, что целовать и касаться языком можно и там.»       — Доставляю своей госпоже удовольствие.       — Твоей?       Деви удивилась и прикусила губу, пока Рам уверенно играл с её лоном. Уверенный, внимательный и поразительно сдержанный.       В отличие от Деви, он всё ещё сохранял свою выдержку. Едва.       Он знал, что делал. Деви так хорошо ощущала, что он прекрасно понимал, что делал и какое действие это оказывало на неё.       Рам самую малость прикусил кожу бедра, немного отвлекаясь и словно наказывая её.       За то, что была такой красивой.       За то, что задавала много вопросов.       За то, что сомневалась в том, что они принадлежали друг другу задолго до того, как он попробовал сладость её губ.       — Я же предупреждал, Дивия. Это решение, оно изменит всё.       Деви прерывисто выдохнула, чувствуя как напряжение только набирало обороты.       Ей нужно было осмыслить сказанное им, но она не могла. То, что он заставлял её чувствовать…       То, что она чувствовала лишь осознавая, что самый желанный жених дюжины был сейчас с ней.       Что именно он так трепетно относился к ней и с таким желанием.       Язык и губы Рама творили с ней немыслимые вещи. Казалось вот-вот она достигнет грани.       Только вот какой была та грань, она лишь догадывалась.       Стон один за другим срывались с её губ как бы Деви не старалась. Это, казалось, было выше её сил.       — Тише, Дивия. Ты же не хочешь чтобы нас услышали.       Она не хотела. Хотя, если кто-то вошёл, случился бы скандал и её выдали бы уже за Рама.       Какой заманчивый вариант…       — Ты… Ты не позволяешь мне.       Деви закусила губу. Она бы и хотела быть тише, но не получалось.       Она слишком много чувствовала.       Слишком сильно, чтобы сдерживать всё в себе.       — Громкая.       Рам отстранился. Поднялся. Деви перестала чувствовать его, но так и не открыла глаза.       — Мне не стоило….       — Шшш, Дивия. Я знаю, что делать.       Рам быстро вернулся к ней. Кровать слегка прогнулась под его весом, но Деви испытала облегчение: он не собирался оставлять её на пол пути.       Проведя ладонью по её шее, мужчина коснулся лёгким поцелуем её скулы, а затем стремительно впился в её губы.       Новый поцелуй был не размеренным и осторожным, в нём больше не было той нежности, с какой он целовал ещё некоторое время назад, но вместо неё появилась страсть. Яркая, искрящая, как жидкое пламя, как необузданная стихия.       Несмотря на свою неопытность, а местами даже неуверенность, Деви отвечала ему со всем пылом и отдачей, на которые была способна.       Она тянулась к нему, он — к ней. В этот момент как никогда прежде она чувствовала что они едины.       Даже если это была иллюзия, она была рада обмануться.       Рам касался её тела умело, мягко и в то же время так, словно знал его. Он был похож на музыканта, с восхищением ласкающего свой инструмент.       Его рука опустилась вниз, туда где ещё недавно были его губы.       Рам беспокоился, что она зажмется, и все его усилия возбудить и расслабить девушку пройдут зря. Этот раз был её первым. Она из благородной семьи, с приличным воспитанием.       Он должен быть с ней аккуратнее, сдержаннее. Сделать все лучшим образом. Но он едва мог сдерживаться.       Деви же не испытывала беспокойства и доверилась ему.       — Твое доверие, Дивия. Не дари его каждому.       — Ты — не каждый. Я знаю, что ты никогда не обидишь меня.       Деви едва заметно шире развела ноги, позволяя ему всё, чего он бы не планировал.       — Будь такой только для меня.       Он ввел сначала один палец, затем второй. Ритмичными движениями он пытался подготовить её. Несмотря на её податливость, он не мог позволить себе причинить ей больше дискомфорта или испортить что-то.       Он был ответственен за Деви. И даже в этом не хотел пренебрегать своим долгом. Особенно в этом.       — Будь только со мной.       Деви приобняла его. Как же ей хотелось быть только с ним. Только для него. Но правда… Жестокая правда жизни и происходящего все стремилась их разлучить.       И всё же…. Деви безумно хотелось принадлежать только Раму Дубею.       — Не отдавай меня ему.       Рам не ответил, но то, с каким отчаянием он поцеловал её говорило слишком о многом. Даже больше, чем он когда-либо планировал ей сказать.       Она значила непозволительно много. Слишком, как для того, кто должен был молча наблюдать за всем. Должен был отдать её лорду. Добровольно. На короткое время, но позволить ей ускользнуть из собственных рук.       Он ненавидел себя за то, что не мог выполнить её просьбу. Он собирался позаботиться о ней, но знал, что если они ослушаются Темную Мать, в этот раз расплата будет куда выше.       Только отчего же так болело сердце?       Не потому ли, что его вынуждали жертвовать самым дорогим?       — Я что-то придумаю. Просто потерпи.       Деви согласно кивнула. Она тоже понимала, что спасения из ситуации нет, но она верила Раму. Была уверенна, что он не отпустит её руки.       Горько-сладкий поцелуй прервался, когда его пальцы оставили лоно Деви. Она была готова. И оба ждали того, что должно было произойти дальше.       Рам провел ладонью по волосам Деви, поцеловал в уголок губ, нос, а затем в губы уже куда спокойнее поцелуем. Пальцы Рама сменились чем-то большим. Гораздо большим.       Деви никогда не видела то, что обычно мужчины прятали под штанами, но сейчас она не могла не задуматься как-то, что упиралось в неё, могло поместиться в ней?       — Будет больно, но только в этот раз. Я буду аккуратен.       Рам сначала едва вошел, не продолжая отступил. Затем снова, продвинувшись чуть дальше, но снова отступая. Когда пришел черед более резкого, он замер на мгновение, а затем вместе с более жёстким поцелуем сделал уверенный толчок вперёд и остановился.       Крик Деви утонул в поцелуи Рама, он привлек девушку к себе, позволив телам крепко соприкоснуться. Острая боль вначале ослепила её и она дернулась.       — Шшш, Дивия. Всё хорошо. Сейчас боль отступит.       Деви снова доверилась Раму, постаралась расслабиться в его руках, но какое-то время всё ещё рвано хватала воздух.       — Это неизбежная часть. Прости, Дивия, иначе никак.       — Всё…. В порядке…       Она не была в порядке, но если это была плата за те яркие эмоции что она испытывала ранее, за то, что они с Рамом стали ближе — она была рада её заплатить.       К тому же, он сам сказал, что боль отступит.       — Если ты хочешь, мы можем…       — Прекратить? Нет, я намерена узнать насколько в действительности Рам Дубей хорош в постели.       Рам рассмеялся, уткнувшись ей в шею. Он даже не подозревал, что его гордая невинная госпожа знала о разговорах девадаси.       Но то, что она не собиралась отталкивать его и ещё и шутила, не могло не радовать его.       — Не знал, что госпожа Шарма подслушивает такие разговоры.       Спокойный голос Рама, его нежные прикосновения помогали ей постепенно расслабиться.       Почему-то он действовал на Деви магнетическим образом.       — Разве я могла пройти мимо них? Они так увлеченно говорили о тебе.       — Ревновала? Не стоило. Они всего лишь развлечение на время ритуалов.       Рам чувствовал как тело Деви снова расслабляется и его покидает скованность.       Почувствовав что она снова стала спокойной, он медленно вышел и также медленно вошёл. Затем ещё раз и ещё. Он внимательно наблюдал за сменой эмоций на лице девушки и отмечал что с каждым толчком она всё меньше хмурилась.       — А я?       Рам и не думал ускорятся.       Сначала он думал, что как только её тело привыкнет к нему, он ускорится и утолит всю жажду, что старательно прятал от неё, но неспешная близость его так завлекла, что он решил не торопится.       Ему нравилось изучать Деви, делать так, чтобы комфортнее было ей. Быть кем-то большим, чем мужчина, который желает удовлетворить свою похоть.       Ему хотелось стать её опорой, её стеной. Чтобы с ним она снова могла быть маленькой озорной девочкой, а не сильной госпожой своего рода.       Чтобы она была его девочкой. Той, что заполнила все его мысли.       Деви выгибалась навстречу его толчкам, открывала шею и грудь для поцелуев. Стремилась осыпать его поцелуями.       Они дарили друг другу ласки, словно боялись, что этот раз мог быть их единственный, но каждый пообещал себе, что сделает всё, чтобы не последним.       Рам подождал, пока Деви достигнет пика раньше него. Ему хотелось увидеть её в тот миг, когда она впервые ощутит то самое блаженство, которое должно было стать её наградой за боль от первого раза, за тревогу из-за возможных посягательств графа и за волнение, когда она пробиралась в его дом, в его комнату.       Он хотел, чтобы она получила больше того, за чем пришла. Только удостоверившись в этом, он позволил себе отпустить контроль.              Дискомфорт всё ещё присутствовал в каждом шевелении Деви, удовольствие смешалось с болью, которая всё ещё продолжала стихать, но она была счастлива.       Она добилась того, чего хотела.       — Ты даже лучше.       Тихо выдохнула Деви, стоило Раму скатится с неё и устроится рядом.       — Ммм?       — Лучше, чем о тебе говорят девадаси.       Рам привлек её к себе и прикоснулся губами к её волосам.       — Потому, что я не испытываю к ним ничего из того, что чувствую к тебе, Дивия.       Деви подняла голову и подняв руку, провела пальчиками по линии подбородка Рама.       — И что ты ко мне чувствуешь?       — Слишком много, чтобы делить тебя с кем-то ещё.       Деви улыбнулась.       Ей хотелось остаться здесь навсегда.       В этой комнате. В этой постели. С ним.       А весь остальной мир мог катиться бездну.