как никто никогда

— С днём рождения! Широкая, искренняя улыбка освещала весь сегодняшний день, сопровождая с самого утра и до этого самого момента. Мегуми неуверенно моргает, глядя на своего однокурсника напротив, так настойчиво давящего лыбу. Они держат в руках по бенгальскому огню, что отбрасывает трепещущий свет на их лица, но, кажется, улыбка Юджи ещё ярче. Мегуми не из тех людей, кто любит свой день рождения. Но сегодняшний смог стать особенным. Мегуми не из тех людей, кто быстро привязывается. Но Юджи он находит очаровательным. И почему-то падает в него быстрее, чем успевает заметить. В этом, по сути, нет ничего особенного — обычная подростковая влюблённость, охватывающая теплом сердце и дарящая бабочки в животе. Вот и сейчас они щекочут черноволосого парня, когда он глядит на Юджи. — Спасибо. — Короткое, но, если быть честным, то искреннее. Мегуми правда никогда не получал столько удовольствия от своего дня рождения. Если о нём не забывал Годжо, то был назойливым весь день, чем только раздражал маленького Фушигуро. Маленький Фушигуро знал, что этот день — особенный, но никогда не чувствовал его таким. До сегодняшнего дня. Юджи заставил его почувствовать настоящую праздничность этого дня: начиная тортом с самого утра, и заканчивая приглашением на вокальный концерт вечером, на который не то что попасть было сложно, про него и узнать было почти невозможно. Но он это сделал. И пускай он не был уверен, понравится ли это Мегуми, его весь день распирало от желания окружить своего товарища счастливыми моментами, которые он потом будет вспоминать с удовольствием. Ему не нужно было знать, как поступить правильно. Он просто чувствовал, что правильно. И он доверял этому чувству. И ни разу не ошибся. Бенгальские огни потухли и парни в приподнятом настроении вернулись в общежитие, ведь час приближался поздний. День рождения подходил к концу. Мегуми был счастлив провести этот день с человеком, который ему нравится. Он не знал, взаимно ли это, но почему-то чувствовал, что в его чувствах нет ничего постыдного или неправильного. Всë казалось правильным. Это чувство покидает его, когда он слышит, как открывается входная дверь в его комнату. Ему не удалось быстро заснуть от полученных за день впечатлений, поэтому он просто лежал, разглядывая трещины на потолке и прокручивая в голове снова и снова моменты этого дня. Скрип двери заставил парня приподняться на локтях и бросить взгляд в сторону поглощающей темноты. — Юджи, это ты? — В лунном просвете удалось заметить копну розовых волос. — Не угадал. — Протянул голос, никак не принадлежавший его однокурснику. Во тьме блеснуло две пары красных глаз. Мегуми подобрался в кровати, напряжённо смотря на силуэт Сукуны. Отношение демона к магу было крайне неоднозначным. За всё короткое время их знакомства Сукуна доставил много проблем колледжу, старейшинам, своему сосуду, нередко порывался кого-то убить, издевался и никогда не упускал возможности захватить тело, каждый раз находя брешь в сознании Юджи. Но когда дело касалось Фушигуро, в его хитрых глазах плескался интерес, одному ему известно чем вызванным. Всё ещё он не причинил ему вреда, по крайней мере, физического. Мегуми не мог не заметить такое особенное отношение к своей персоне от, прости господи, Короля проклятий, и это сразу же его напрягло, но в то же время… интриговало? Что в его голове? О чëм он думает? Чего хочет? Маг терялся в догадках. Сердце его трепетало от предвкушения каждый раз, когда лицо однокурсника покрывалось проклятыми татуировками. Он начал относиться к этому слишком просто. Слишком много доверия возложил на того, кто ему даже другом никогда не станет. Фушигуро просто хотелось… подойти к краю. Узнать, что будет за ним. Что будет с ним. Обожжëтся ли? Упадёт? Пожалеет? Может, стоило бы вложить больше стараний в то, чтобы держаться подальше от воплощения зла, проявляющего к тебе неподдельный интерес. Когда-нибудь Мегуми вспомнит об этом. Что же касается Сукуны… Он всегда просто берёт то, что хочет. Делает то, что хочет. Не спрашивая и не выдавая свои мотивы. Именно это в нём пугало, пожалуй, больше всего. Неизвестность. — Что ты делаешь? — Хмурясь спросил Фушигуро, зная, что так просто он отсюда не уйдёт. Пускай прямой угрозы от него он не испытывал, но всё равно ощущал себя кроликом, оказавшимся в ловушке, на которого движется безжалостный монстр. Сердце участило ритм. — Я же не могу пропустить день рождения своего любимого мага, — Сукуна подходит вплотную к кровати, ставит на неё колено и нагибается к Мегуми опасно близко. Парень делает попытку отпрянуть хотя бы чуть-чуть, но на него тут же наваливается массивное тело. Юджи сам по себе крупнее него, а Сукуна и подавно. Он оказывается прижат под его телом. Его руки заводят вверх над головой и прижимают к кровати, но не давят слишком сильно. Рассчитывают силу. Фушигуро сдавленно шипит от резкой перемены своего положения в пространстве. — У меня есть идейка, какой подарок тебе сделать. — Хищно улыбаются ему сверху. Что-то внутри Мегуми от этих слов перевернулось. — Ты с ума сошёл, — недовольно шипит парень, не спрашивая, а констатируя. — Я не буду с тобой трахаться. — О, это мы ещё посмотрим. — Сукуна определённо самое самоуверенное существо из когда-либо существовавших. Сцепив руки парня одной рукой, другой Сукуна резко задирает футболку Мегуми, от чего тот вздрагивает, и всë-таки пытается попробовать вырваться. Хотя и так знает, что это абсолютно бесполезно. Беспомощность начинает заполнять его и остаётся где-то в глотке осадком. Крупная когтистая лапа только сильнее вжимает его руки в кровать, а демон, как будто даже не придав этому никакого значения, опустился к вздымающейся груди Мегуми. Почувствовав горячее дыхание на своей коже и соске, парень рефлекторно вжался в кровать, пытаясь уйти от этих ощущений. Бесполезно. Не менее горячий язык обводил круги вокруг соска, периодически напирая. Мокро, грязно, мерзко — всё, что было в голове Мегуми. Мерзко, ведь действия проклятия отзывались тянущим ощущением в паху. Пока язык дразнил один сосок, вторая рука упала на другой, сжимая и оттягивая. — Ч-чëрт… — Раздалось под Сукуной. Всё в тоне Мегуми говорило, насколько сильно он пытается себя контролировать и сдерживать. — Прекрати… пожалуйста. Оставив эту просьбу без внимания, мужчина проложил мокрую дорожку от груди к паху, положив на него ладонь сквозь штаны. Мелкий вздрог тела под ним заставил его улыбнуться ещё более хищно. — Фушигуро, ты зря сопротивляешься. В конце концов, твоё нетронутое тело жаждет, чтобы его трогали. Разве я не оказываю тебе услугу? — Сукуна улыбается, медленно проводя взглядом по парню снизу вверх, сталкиваясь с затуманенной зеленью, разлившейся в глазах под ним. Ухмыляется своим мыслям. Каким бы сильным не был маг под ним, он всё ещё просто человек, к тому же подросток… Сколько ему там исполнилось? Шестнадцать? Прекрасный возраст, чтобы окунуть черноволосую макушку в пропасть плотских утех, добиться податливости от этого молодого тела. Заставить испытывать его стыд за получение удовольствия от чего-то такого грешного, как секс с демоном. Для Сукуны, у которого, кажется, отсутствовали нормы морали, это было просто развлечением. Ночная тишина комнаты прервалась звонким звуком разрывания одежды. Не удосужившись потратить пару лишних секунд, Сукуна отбросил штаны и нижнее бельё парня, ставшие больше бесполезными тряпками, куда-то на пол. Тело под ним мелко задрожало от этого действия. Одна свободная рука держала мальчишку за бедро, отводя его в сторону, пока обе пары красных глаз оценивающе смотрели на возбуждённый член. Чувство стыда захлестнуло Фушигуро. На его счастье в комнате было темно и не было видно его красных щёк и приоткрытого рта. Опустив бедро мальчишки, Сукуна провёл подушечками пальцев по его животу вниз, двигаясь к основанию члена и обхватывая его пальцами. Недолго думая, он опустился вниз, осторожно облизывая предэякулят и беря головку в рот. Мегуми удивлённо выдохнул и попытался свести ноги вместе, зажимая голову между ног. Сукуне пришлось отпустить его руки из хватки и прижать бëдра, норовящие раздавить его, пока его горячий язык обвивал член, пробиравшийся глубже в глотку. Комната наполнилась мокрыми пошлыми чавкающими звуками вместе с тяжёлым дыханием Мегуми, который не знал, куда себя деть. Это совсем не то, как он хотел, чтобы закончился его день рождения. Его тело произвольно выгибалось в пояснице, а руки метались по простыне. В какой-то момент он занёс ладонь над розовой макушкой, двигающейся вверх-вниз, пытаясь схватить Сукуну за волосы, но страх сковал его тело. В последний момент он представил, что с ним будет, если он позволит себе такое в отношение демона, и перспектива быть разорванным на куски его не привлекла. Сдавленно мыча, он возвращает сжатый кулак к себе и кусает, чтобы сдержать вырывающиеся стоны, другой рукой сминая простынь. Когда близится разрядка, Мегуми зажмуривается и стонет сквозь прокусанную ладонь, но обволакивающий жар и податливая глотка резко пропадают с его члена. Он приоткрывает слезящиеся глаза, и видит над собой облизывающегося демона, что смотрит прямо на него. Он с насмешкой смотрит на тяжело дышащего парня и Фушигуро хочет провалиться сквозь землю. — Ну так вот, Мегуми. Теперь подарок. — Что?.. — Парнишка едва соображает, что ему говорят, в ушах всё ещё звенит сердцебиение. — Подарок — это выбор. Я позволю тебе выбрать. Если ты захочешь — я уйду прямо сейчас. Но я могу остаться и продолжить. — Ухмылка превратилась в полноценную улыбку, когда он приблизился к лицу Мегуми, заглядывая в самую душу. — Знаю, что ты выберешь. Но позволь напомнить: сейчас мне принадлежит тело того, в кого ты тайно влюблён. Поэтому выбирай с умом. Вряд ли этот засранец когда-то сможет доставить тебе и части того удовольствия, что могу я… — Подо… подожди, откуда ты знаешь… — Мегуми пытается уйти от горячего дыхания в своё лицо. Смысл слов сказанных мужчиной доходит до него с задержкой. — Надо быть совсем тупым, чтобы не замечать, Фушигуро. И тебе не повезло влюбиться в совсем тупого. — Прозвучало с отвращением по отношению к собственному сосуду. На секунду, кажется, на самое мгновение, взгляд четырёх глаз из насмехающегося стал сочувствующим. Или Мегуми показалось. Во всяком случае, сейчас Сукуна только ждал ответа, больше не пытаясь напирать. Фушигуро, кажется, опьянëн был самим присутствием Короля проклятий. Иначе он никак не мог объяснить то, как он себя чувствует. И как, почти не раздумывая над предложением, соглашается на эту авантюру. — Хорошо, давай продолжим… — В глазах напротив зажёгся огонь. Мегуми внезапно пожалел о своём решении. Он попытался исправить ситуацию: — Только у меня есть услов… — Осёкся. Знает он, что бывает, если ставить Сукуне условия. — Просьба. Выполнишь? — Зависит от просьбы, крошка Мегуми, — Хищно улыбается демон, проводя рукой по щеке мальчишки. Ему дали разрешение и он уже знает, что возьмёт от этого всë. Предвкушение власти над этим телом сводит его с ума. Мегуми уходит от прикосновения, отворачиваясь. Это больше чтобы Сукуне было сложнее его рассмотреть, чем уйти от его руки. — Можешь… — Он всё ещё сомневается, но откатить и переиграть всё уже не сможет. Остаётся сделать последние шаги к краю и упасть спиной вперёд. Он продолжает на выдохе. -… быть нежным? Пожалуйста. Демон над ним, кажется, на мгновение теряется. Мегуми уже хочется сбросить его с себя и попросить его просто уйти, а самому забыть эту чёртову ночь. О чëм он думал? Повезёт, если ему прямо сейчас кишки не выпустят. — Хорошо. — В голосе торжествующая улыбка. — Раз ты просишь… по случаю твоего дня рождения, я выполню эту маленькую просьбу. Мегуми, не веря своим ушам, переводит удивлённый взгляд на Сукуну. Тот опускается ближе, Мегуми зажмуривается, ожидая почувствовать дыхание на лице, но ощущает лёгкие поцелуи на своей шее, которые становятся всё более мокрыми. Мегуми прикрывает глаза от удовольствия, когда в его кожу резко впиваются зубы. — Сукуна! — Недовольно морщась от боли, зовёт он того по имени, как будто это могло его вразумить. Может, в другие дни и не смогло бы. Но сегодня — особенный день. И вместо ещё одной порции боли он чувствует щекочущий шею смех. — Прости, прости, увлëкся… Не бойся. — Он зализывает и целует укус, продвигаясь дальше по линии челюсти. Мегуми запрокидывает голову вверх, открывая ему больше пространства. Только сейчас парень ощущает, как демон прижимается к нему всем телом, вжимая в кровать. Он даже может ощущать его возбуждëнную плоть, что трëтся о его тело сквозь пижамные штаны Итадори. Резкое вспоминание о Юджи отзывается уколом вины где-то в подреберье парня. Можно ли считать это изменой? Сукуна думает, что Мегуми согласился на это, ведь у него тело Итадори, но это не так. Об этом Мегуми наоборот старается не думать. Но ведь он так и не признался Юджи в своих чувствах, они не встречаются, значит, нельзя? Нет, Мегуми изменяет не Юджи… он изменяет самому себе. Когда всё это закончится, он будет чувствовать себя отвратительно. Фушигуро возвращается в процесс, когда ощущает очередной укус, но совсем не больной, в районе соска. — Хватит кусаться, — Просит Мегуми, следя за движениями розовых волос на своей груди. — Хватит думать о нëм, когда перед тобой я. — Мегуми кажется, будто ему слышатся нотки ревности в этом голосе. Но это ведь невозможно? Или… Рука проклятия опускается на немного обмякший член мальчишки и делает пару резких движений. Тот податливо отзывается. — Всё ещё не о том думаешь. Я заставлю тебя думать обо мне. — Это, как ни странно, абсолютно ничем не прикрытая угроза. Что-то в Фушигуро начинает трепетать. Сукуна отстраняется буквально на секунду, но тут же возвращается с тюбиком лубриканта. Мегуми наблюдает за его движениями, как он резко выдавливает сразу много содержимого себе на пальцы и смазывает колечко мышц. Смазка приятно холодит разгоряченную кожу. Демон наклоняется к мальчишке, удерживая зрительный контакт, чтобы наблюдать за его реакцией, когда он толкает один палец внутрь. Фушигуро морщится. Сукуна целует уголок его губ. — Всё хорошо. Скажи, если будет больно, понял? Не молчи. — Дождавшись кивка напротив, он протолкнул палец на вторую фалангу. Очень узко. Будет очень тяжело избежать боли, тем более в первый раз. Сукуна наблюдает, как Мегуми кусает губы, поджимая плечи и комкая простыни под собой, глядя куда-то вниз, избегая четырёх глаз напротив. — Можешь обнять меня, если хочешь. Фушигуро поднимает взгляд и глухо хлопает глазами. Правда можно?.. Он так старался избежать лишних прикосновений, но ему правда разрешили? Он осторожно обхватывает Сукуну за плечи, прижимая к себе. Тот упирается ему в плечо и выпускает тихий смешок. Демон ощущает, как хватка вокруг него усиливается, когда он добавляет второй палец. Ему приходится опереться свободной рукой в кровать, чтобы не рухнуть на парня. Он утешающе целует мальчишку в висок. — Ты хорошо справляешься. — Хвалит Сукуна. Мегуми продолжает вжимать тело напротив в себя, сам не осознавая, как невероятно тешит самолюбие Короля проклятий. Пальцы внутри него осторожно оглаживали упругие стенки вокруг и раздвигали их, выбивая вдохи из груди парня. Когда в него проник третий палец, он снова хотел закусить губу, но мужчина опередил его, нежно поцеловав. Он не напирал, а Мегуми податливо отвечал ему, впуская в себя. Он чувствовал улыбку на губах напротив. От привычной агрессивности почти ничего не осталось. Мегуми упивался сладкой нежностью, которую ему дарили, и не боялся её забирать из рта своего партнёра. Их языки сплелись воедино так, что Сукуна чуть не забыл, что удерживает вес обоих их тел одной рукой. Он легонько отстранился от поцелуя. — Отдышись. Ненасытный какой… — Усмехнулся мужчина, наблюдая, как сбивчиво дышит под ним парень. Казалось, он и правда может задохнуться, если не проконтролировать. Что за ребёнок… На секунду перестав растягивать парня, Сукуна на пробу согнул пальцы внутри него и достал до комочка нервов, от чего повиснувшее на нëм тело крупно содрогнулось. Парень хныкающе застонал. Демон снова осторожно поцеловал его в уголок глаза, чувствуя соль на языке. — Всё хорошо. Думаю, ты готов. — Он попытался выбраться из хватки, достав пальцы, но его прижали ещё плотнее. Он недоуменно усмехнулся. — Я не смогу войти в тебя в таком положении. Потерпи минуту, Мегуми, хорошо? Мальчишка неохотно отпустил горячее тело, тут же охваченный холодом комнаты. Потеряв из такой близости Сукуну, мысли вновь заполнили его голову. Он мог вырваться из его хватки самостоятельно, если бы хотел. Он мог вообще не разрешать его обнимать. Он мог даже не давать выбор, а просто грубо взять его, а потом убить. Но он на самом деле держит обещание? Почему? И почему Мегуми всё ещё чувствует, что поступает неправильно? Пока парень придавался тревожным мыслям, демон раскатал презерватив на свой член, приставив его к входу мальчишки. — П-постой… — Фушигуро приподнимается на локтях, испуганно глядя на Сукуну. — А он… войдёт? Тот подавил в себе желание закатить глаза. — Не бойся. Твоё тело вместительнее, чем ты думаешь. — Глаза Мегуми снова расширились от страха, и Сукуна осёкся: — Я не вгонюсь в тебя одним движением, успокойся. Всë будет хорошо. Разве я не обещал? Фушигуро выглядел более успокоенным, чем мгновение назад, но всё равно уставился обеспокоенным взглядом на прижатый к нему член. Как будто это укол — если смотреть, то будет не больно. Член медленно, но уверенно вжался в сфинктр, который поддался, впуская в себя чужую плоть. Ясность в глазах Сукуны погасла. Чертовски узко… Он нервно провёл рукой по волосам, зачесывая упавшую чёлку назад, возвращая себе самообладание. Нельзя сейчас сорваться. Не когда на тебя смотрят настолько напуганные глаза, которые тебе доверились. Он наклонился вперёд, позволяя Мегуми снова обнять его. — Больно? — Спросил он, впервые за вечер чувствуя, как в него впиваются короткие ногти. — Да… — Говорит на выдохе парень, жмурясь. Демон просунул руку между ними, успокаивающе поглаживая член парнишки, стараясь облегчить ощущения. Послышался долгий выдох. — Не задерживай дыхание. Дыши нормально. Так быстрее пройдёт боль. — Очередной поцелуй в висок. Заставив парнишку размеренно дышать и поглаживая его член, спустя какое-то время, Сукуна всë-таки почувствовал, как туго обвивающие его мышцы расслабляются. Он вошёл ещё немного и повторил процедуру. Так он смог войти в него на всю длину причинив минимум боли. — Ты молодец, — Почему-то шёпотом, и так его голос звучит ещё ниже. Мегуми снова краснеет, пряча лицо. Вряд ли до сегодняшнего дня он мог себе представить, что похвала может его смутить… Мегуми привыкал к ощущениям, а демон над ним терпеливо ждал. Сукуна всё продолжал удивлять юного мага. Он был готов покляться, что в один момент ему показалось, что демон вот-вот потеряет контроль и сорвëтся, но он был всё также обходителен… И он всё ещё демон. Воплощение зла. Само зло во плоти, что обходится с Мегуми так, словно он хрустальный… Мегуми задумывается, поступает ли он так только из-за просьбы, или из-за чего-то ещё? — Двигайся. — Подаёт голос парень, оценив свои ощущения. С первым полноценным толчком Мегуми ощутил как что-то выбивают прямо из его груди. На глазах снова проступили слëзы, и их снова нежно сцеловали. Каждый толчок заставлял мальчишку вздрогнуть. Так как закусить руки он больше не мог, а жизнь ему дороже чем кусать Сукуну, то стоны ритмично выбивались из него, наполняя комнату. Демон не рисковал целовать парня в губы, чтобы тот снова не задохнулся, поэтому отдал предпочтение его плечу и шее. Все ощущения Фушигуро обострились, ему казалось, что Сукуны слишком… много. Тот вбивался в его тело, ласкал языком кожу, придерживал рукой. Всё было вокруг него в этот момент. Мальчишка не мог себе позволить думать о чëм-то отстранëнном, когда все силы уходили на то, чтобы стонать хотя бы тише. Из-за самого себя он даже не слышал, как тяжело дышит Сукуна почти ему в ухо. Мегуми порывается обвить торс демона ногами, но ему не позволяют. В противном случае это бы сильно помешало движениям Сукуны, хоть и углубило бы их соитие. Вместо этого демон выпутывается из объятия и закидывает ногу мальчишки себе на плечо, проникая глубже. Сукуна разворачивает Мегуми набок, меняя направление таким образом, чтобы член каждый раз проезжался по простате, сводя все старания мальчишки стонать тише к нулю. Демон задирает его ногу к изголовью кровати, сильнее открывая себе вид на то, как он трахает мага. Фушигуро кажется, что он вот-вот потеряет сознание. Он пытается смотреть в сторону, потому что в таком положении чувствует себя… испорченным. Ему под челюсть ложится рука, и Мегуми пугается, что его начнут душить, но вместо этого его осторожно разворачивают к себе лицом. Четыре абсолютно ясных глаза смотрят на него так собственнически, что Фушигуро рискует задохнуться даже без удушья. Мальчишка хватается за руку, держащую его за челюсть, пока в него беспорядочно толкаются до дрожи. — Сукуна, я… скоро… — Слова даются ему с трудом, он шепчет, потому что горло начало болеть. — Хорошо. Я тоже. — Демон берёт свободной рукой член Мегуми и начинает двигать в такт своим движениям. Они кончают одновременно, Мегуми зажмуривается до вспышек в глазах. Он сильно сжимается вокруг Сукуны, так что тому приходится немного подождать, прежде чем выйти. Он опускает ногу мальчишки и она безучастно падает рядом с другой ногой. Мегуми обессиленно лежит, даже не в силах открыть глаза. Он пытается по ощущениям определить, что делает демон. Тот, кажется, ходит по комнате. Он просто уйдëт? Хотя Мегуми не знает, что ещё можно сделать, когда всё закончено. Пусть уходит. Он слишком устал. Он уже смиряется с тем, что так и провалится в сон, когда его берут на руки. — Не спи пока. — Шепчут ему на ухо. Мегуми всё-таки открывает глаза и обнаруживает себя почти в двух метрах от земли, в руках демона, который несёт его в ванную. Он бережно кладёт его в ванну, включая тëплую воду. — Как чувствуешь себя? Мальчишка сонно тупит глаза из-за яркого света в ванной. Сейчас он похож на щенка. — Нормально?.. — Он не уверен. — Устал. — Это само собой разумеющееся. — Вздыхает демон. Пока он моет мальчишку, он осматривает его на предмет увечий. Облегченно выдыхает, ничего не находя. Сдержал обещание, получается. Если, конечно, не считать укус в самом начале, после которого на шее остался след его зубов. Но это не считается. Он возвращает чистого Мегуми обратно в кровать и укладывает, накрывая одеялом. Он уже направляется к двери, когда слышит тихое: — Ты уйдёшь? В этот раз он всё-таки закатывает глаза, Мегуми же этого всё равно не увидит. — А что? Хочешь, чтобы я остался? — Поворачивается он с издевающейся улыбкой. — Неужели настолько понравилось? — Нет… забей, уходи. Я передумал. Будет странно, если Юджи проснётся в одной кровати со мной. Силуэт в темноте смеётся, после чего уходит, не сказав ни слова. Фушигуро почти сразу проваливается в сон.