Водяной

Рин Матсуока проснулся тем утром даже раньше своего соседа Аичиро Нитори. Беспокойная ночь на нем ни капельки не сказалась. Организм давно привык к нагрузкам – как физическим, так и душевным. Узнать, что Хару на одном острове с ним, было мучительно, а когда ночью началась гроза с проливным дождем, противное чувство страха за бывших друзей и одного синеглазого гордеца сдавило грудь. Рин с трудом удержался от того, чтобы не сорваться с кровати прямо посреди ночи, и броситься навстречу своей единственной любви. Рина остановили две вещи: во-первых, если бы он проявил слабость, вся компания Хару посчитала, что теперь ему можно сесть на шею, и ножки свесить; во-вторых, после прогулки под дождем, вид у Матсуоки будет примерно, как у мокрой крысы, потому что зонтика среди взятых в тренировочный лагерь вещей нет. Но, несмотря на то, что умом Рин для себя решил, что не сдвинется с кровати даже на миллиметр и зарылся головой в подушку, наутро он обнаружил, что спит, свесив обе ноги в сторону двери, точно собираясь встать и бежать. «Хару, Хару, вот ты дал то дурацкое обещание не встречаться до соревнований между школами, и сам первым его нарушил, приехав на этот остров! Тебе-то хорошо, а мне каково приходиться? Половину ночи проворочался без сна, представляя спящего тебя. А рядом Макото или Нагису… Хару, почему только я чувствую себя отверженным?» Нитори убежал в столовую, когда Рин все еще крутился перед зеркалом. «В конце-концов, я вполне могу тренироваться, бегая вдоль побережья… Свежий морской воздух, восходящее солнце. Очень романтично. Пусть у меня нет пробежек в плане, но кто мешает мне их добавить? Ну, а сегодня, допустим, первый день тренировок». Рин достал из сумки новый спортивный костюм, который купил в тот день, когда они с Хару столкнулись в последний раз. Прежде Матсуока не собирался носить его в лагере, но ситуация явно требовала выглядеть «на все сто». Натянув костюм, и придирчиво рассматривая собственное отражение, Рин подумал, что не зря так долго проторчал в магазине. Выглядел он круто – тут любая девчонка как увидит, сразу влюбится. Вот только Хару – не девчонка. Да еще и видеть его, до этих самых соревнований, не желает… Когда пришел черед уложить волосы, Рин проявил фантазию. Ему нравились свободно распущенные волосы, словно намекавшие окружающим о своеволии и раскованности их обладателя. Но сегодня Рин решил забрать их в хвостик. Может быть, благодаря этому в глазах Хару он будет выглядеть невиннее и милее? А то в последнюю встречу Матсуока так разошелся, что стыдно вспоминать… Вдруг Хару избегает его, потому, что просто боится, а вовсе не из-за обещания? Так что, такая скромная прическа будет в самый раз. Довольный Рин быстро пробежал мимо столовой, разумеется, не позавтракав. Нитори, заметивший его силуэт, заговорщицки шепнул капитану: — Вам не кажется, что у Рин-сана с утра свидание? Только посмотрите, какой он расфуфыренный! — Глупости, мы вчера весь день тренировались, не было времени бродить по округе и миловаться с местными красотками. – Отрезал капитан, хотя кое-какие подозрения мелькнули и у него. …Рин мечтал, что столкнется на пляже с Хару, который тоже встает довольно рано. Матсуока уже мысленно придумал сорок восемь тем для разговора, который может завязаться на берегу, под первыми лучами солнца. К примеру, спросить, как Хару спалось, что снилось. Или – насколько он улучшил свои навыки пловца. Или, сколько скумбрии у них вчера было на ужин. Ну, и много других вариантов. Но, к сожалению, Нанасе в палатке не оказалось. Когда Рин пробегал мимо их лагеря, вся команда Хару отчего-то уже купалась в море. Никто из них даже не заметил одинокого бегуна. Ругая Хару и всю честную компанию, на чем свет стоит, Рин побежал дальше. В конце-концов, легенду о том, почему он бегает по пляжу с самого утра, лучше подтверждать действием…