Часть 12.
9 января 2024 г., 20:00
Се Лянь исчез. Почти бесследно, два старика, Рон и Эрухабен, понимали, что их ребенок что-то задумал, оставалось только ждать. Остальные же успели подумать, что на сегодня все.
Со стороны входа в зал раздался голос Бога Смерти, что привлек внимание зрителей:
— Дитя не будет на последних четырех главах, у него дела. Пояснять что либо, вам вряд ли кто-то будет, если это касается Се Ляня. Будете развлекаться за счет домыслов друг друга.
И пропал с поля зрения, оставляя только заставку, возникшей перед бессмертными проекции.
Глава 13. Подними это.
Но за этим удовлетворением Кэйл внезапно ощутил холодок на затылке. Всё это было потому, что Рон выпил лимонный чай без каких-либо жалоб. — Несчастный парень, его маленькая месть провалилась. — усмехнулся старый дракон, что с интересом наблюдал за симуляцией. Он особо не был посвящен в моменты, еще до знакомства с ним, и сейчас была лучшая возможность восполнить это не знание, чем он, собственно, и занимался. Клак. Почему звук чашки, опустившейся на стол, был настолько громким. К счастью, это было не связано с тем, что Кэйл оказался параноиком. Чхве Хан, который спокойно наслаждался чаем, начал хмуриться. * * * — Почему бы тебе не наслаждаться чаем немного тише? Рон сдержал свой смех увидев, что Чхве Хан взглянул на Кэйла, прежде чем заговорить более уважительно. Сегодня он подобрал хороший клинок для Чхве Хана. Это был меч, сделанный тем же кузнецом, что изготовил и кухонный нож для Бикрокса. — Хочешь опробовать? — Я не буду сражаться с кем-то, кто пытается зарезать других своим кухонным ножом. Его сын, Бикрокс, обратился к Чхве Хану, предлагая опробовать новый клинок. А всё из-за того, что в первое знакомство, после обмена ударами с Чхве Ханом, Бикрокс едва прикоснулся и понял силу пришедшего на кухню юноши. Однако, Чхве Хан продолжал отвергать его. Ши Цинсюань прикусил губу чтобы не пискнуть, эта странная троица терроризировала его, даже не зная об этом. Не сказать, что он прям боялся их, но что-то такое все же было. Повелитель Ветров остерегался их. — Какой забавный парень. Мне что, нужно омыть кровью свой клинок, как и ты? Чхве Хан на мгновение закрыл глаза, прежде чем открыть их и взглянуть на Бикрокса так, словно он в чём-то сам для себя удостоверился. — Я… Теперь я буду тем, кто защищает. Он сказал, что я могу это сделать. — Что, чёрт возьми, ты говоришь? Рон наблюдал за своим сыном, пререкающимся с Чхве Ханом, прежде чем Чхве Хан направился к Кэйлу. Он не ожидал услышать такую важную вещь: «Я не собираюсь прожить всю жизнь ничтожеством». Несколько взглядов устремилось на седую голову, Рон обернулся и приподнял бровь в немом вопросе. — Вы не ожидали, что он одумается и будет вести себя вполне нормально? — Фэн Синь не отводил взгляда от темных глаз дворецкого. Рон жмет плечами. — Это было неожиданно, да и я на тот момент, не знал, что щенка, которого я знал с его первых дней жизни, заменили. И не думаю, что вообще подумал бы о таком варианте событий. Даже в нашем мире, где существует множество разных сил, такое не под силу никому кроме богов. Что-ж. Это объясняло многое. * * * Это то, о чём думал Рон, когда пил лимонный чай. Но при этом он не сводил взгляд с Чхве Хана. Кэйл с удовлетворением наблюдал за этой сценой. Отношения Рона и Чхве Хана в «Рождении Героя» развивались также. Они всегда были готовы вцепиться друг другу в горло, но при этом продолжали путешествовать вместе. Они были связаны между собой контрактом, но оба знали, что могут также полагаться друг на друга. Эта троица обратила внимание друг на друга, а после, кивнув друг другу, отвернулись в разные стороны, будто и не вели безмолвный разговор. Кэйл подумал, что многое изменилось из-за того, что он избежал избиения, но похоже, что их отношения складывались аналогичным известному ему образом. «Удивительно, что он немного изменился, но моя жизнь на первом месте. Я не могу позволить новелле диктовать то, как должна складываться моя жизнь». — Тут он прав. Не только в том, что его жизнь на первом месте, но и в том, что он сам мог решить, как провести жизнь. Се Лянь — в большей вероятности является переменной этого мира. — рассудил Хуа Чэн, вспоминая предыдущие главы. Не особо задумываясь, элегантная кисть дракона падает на черную макушку, легко похлопывая: — Молодец, можешь взять конфетку…- а потом владелец резко замирает, когда видит растерянный и чуть уязвимый взгляд Князя Демонов, и аккуратно убирает конечность. — У меня много внуков, это привычка. Два демона, что сидели немного подальше смеялись с подобного действия златовласого мужчины. Сам Саньлан выглядел как брошенный котенок, от такого родительского жеста. Градоначальник точно не ожидал, что подобное выбьет его из колеи, тем более не предполагал, что такое произойдет. Приняв решение обдумать это чуть позже, он вернул лицо в прежний вид и слегка кивнул, на объяснение причины. Для Кэйла его собственная жизнь была на первом месте. После неё шло мирное сосуществование всех на этой территории. Что же ещё нужно? — Сладкие чаи действительно самые лучшие. Рон вздрогнул от слов, которые с радостью сказал Кэйл. Чаепитие троицы закончилось в самый разгар ливня. — Думаю, в следующий раз мы увидимся уже в столице, — сказал Билос Кэйлу, когда тот спускался с третьего этажа после чаепития. Юноша покачал головой: — Я буду приходить сюда каждый день на некоторое время. — Это так? Чтобы прочитать книгу? — Можно сказать и так. — Пожалуйста не стесняйтесь, приходите, когда будет угодно. Этот чайный магазин открыт для Вас Молодой Мастер, в любое время. Билос наблюдал за тем, как Кэйл покидает магазинчик, при этом старался сохранить вид, что слушал его с любопытством. Рон просто молча наблюдал за этим со стороны. Бастард главы Купеческой Гильдии Флинн. Тот факт, что он был чрезвычайно талантливым, заставлял официальных детей чувствовать себя обделёнными. Вот почему Билос был вынужден приехать в этот отдалённый, но прибыльный регион, подчиняющийся семье Хэнитьюз. — М-да. Талантливого человека отправляют от семьи подальше, когда он мог помочь в процветании их гильдии. Глупые люди. — несколько брезгливо исказилось лицо Хэ Сюаня. Он даже не мог использовать фамилию «Флинн». Рон наблюдал за тем, как Кэйл дружески обменивается фразами с Билосом, и прищёлкнул языком. В этот момент он подумал про себя: «Почему для меня должно быть важно, если этот мелкий щенок сблизился с Билосом?» — Тск, я думаю, что даже неприязнь может перерасти в привязанность. — Я не хочу, чтобы моя неприязнь к тебе переросла в привязанность, — Рон вздохнул, увидев, что невежественный Чхве Хан всё не так понял. — Не к тебе, молокосос. Раздался смешок Ши Цинсюаня, такое обращение к более старшему человеку было забавным, хоть он и старался скрыть свое веселье. Взгляд Рона был сосредоточен на Кэйле. В любом случае он планировал отправиться в столицу. Но у него возникло странное плохое чувство. Рон думал об этом бесчисленное множество раз с тех пор, как Чхве Хан вышел из Леса Тьмы и вошёл в город с этой своей густой убийственной аурой. Причина, по которой Рон должен был скрываться на этой территории. Причина, по которой он должен был бежать с Восточного континента. Похоже, ему нужно было заняться поиском людей, ответственных за это. «Будет ли уместно, чтобы я убедился в безопасном прибытии нашего ничтожного господина в столицу и благополучно покинул её, в качестве моей последней обязанности как его слуги?» — Так ты действительно собирался его оставить? — Чхве Хан не был рад, услышать подобного. — Я мог бы понять, узнай ты, что Кэйл больше не Кэйл, но… к черту, забудь. Не смотря на то, что Эрухабен не винил Рона, да и тот остался по итогу, но чуть разочарованый взгляд все же кинул. Его дитя было важнее, но и у Молана имелся свои ребенок, и тот ставил его, конечно, выше остальных. Он утверждал, что другие смеялись над ним, когда он остался на стороне Молодого Мастера, посчитав его испуганное выражение лица забавным, но разве можно ждать, что убийца когда-либо скажет правду другим? «Я должен сказать Бикроксу, чтобы он приготовил пищу, что понравится нашему маленькому никчёмному господину во время путешествия». Кэйл был тем, за кем Рон присматривал даже больше, чем за собственным сыном. Рон прекрасно знал о тех ужасных вещах, которые совершал Кэйл, и о его страшной личности. Однако была и другая сторона, которую он знал. Рон вспомнил, как юный Кэйл утешал отца, когда умерла его мать. Он также видел, как Кэйл ненавидел свою мачеху и её семью, но никогда не устраивал с ними сцен, даже когда был пьян. — Ребенок… утешал отца? — кто-то проговорил достаточно тихо, что не разобрать. Лица многих сейчас были искажены непонимание. — Разве не должно быть наоборот? Он потерял в столь ранее возрасте самого родного человека и вместо того, чтобы заботиться об состоянии ребенка, Кэйл утешал отца? — презренно прошипел Цинсюань, глядя на Дерута, которого обнимал маленький мальчик. — знаете, это мое мнение, но я бы тоже плюнул на этих людей. К черту такого папашу, мало того, что мачеху привел с ребенком после смерти бывшей жены, так еще и это. Сломали ребенка, вот, получите — распишитесь. Даже Рону стало немного совестно от такой взбучки. Однако, в словах этого парня, была доля правды. «Но он определённо всё то же ничтожество, тск». Восемнадцать лет. Рон слишком долго наблюдал за Кэйлом. * * * Кэйл отправился в свою комнату сразу после возвращения в поместье, только для того, чтобы увидеть двух котят, которые сидели там в ожидании него и, едва юноша прибыл, не сводили с него глаз. — Ах, я совсем забыл про вас. Он должен был привести Чхве Хана, который любит мелких животных, но тот уже вернулся в свою комнату, сказав, что ему нужно укрепить своё сердце, дабы стать достойным защитником. Когда Кэйл рассмеялся и спросил, кого Чхве Хан собирается защищать, главный герой новеллы ответил, что Кэйл узнает это, как только он станет сильнее. Этот ответ заставил Кэйла почувствовать озноб. Он не знал, почему кто-то столь сильный, как Чхве Хан, хочет стать ещё сильнее. Тут уже у Эрухабена возник вопрос и он обратился к жителям этого мира: — Се Лянь, он тут так же пытается избегать сильных людей? — Нет. Не смотря на то, что его силы запечатаны, он силен… хотя, кто знает, что он думает об этом в самом деле. — отозвался Фэн Синь, поудобнее устраиваясь на своем месте. *** — Молодой Мастер. Ганс подошёл к Кэйлу, увидев, что тот смотрит на котят. — Молодой Мастер, как Вы думаете? Разве они не стали ещё красивее, милее и восхитительнее, чем раньше? Хотя они настолько суровы, что даже не позволяли мне погладить себя. Ха-ха! Ганс присел рядом с котятами и с удовлетворением посмотрел на Кэйла. Его лицо было настолько преисполнено восхищения, что это даже удивила Кэйла и Рона. Выражение его лица не было связано с симпатией к котятам. — Вы не согласны? Этот сильный кандидат на должность дворецкого, похоже, очень любит кошек. — О, эм… Думаю, да. Два котёнка, которые сидели на шёлковой подушке, выглядели и правда намного лучше, чем раньше, здоровее и опрятнее. Какую магию использовал этот заместитель дворецкого, чтобы сотворить такое за столь краткий промежуток времени? Однако оба котёнка продолжали избегать взгляда Ганса. Из-за этого отношение между дворецким и котятами казалось очень натянутым. — Тогда я сейчас пойду, Молодой Мастер. Пожалуйста, сообщите мне, если что-то понадобится этим чудесным малышам. — Просто иди уже. Убедившись, что Рон заставил Ганса уйти, Кэйл, избегая сверкающих взглядов котят, вошёл в ванную. В этот момент уши котят опустились. Но в следующее мгновение… — Хоооо… Рон подошёл к малышами после того, как выпроводил Ганса. Только Рон и два котёнка в настоящее время были в спальне. — Вы — дети племени кошек. Золотые глаза котят насторожились. Однако Рон, похоже, не волновался по этому поводу, так как он убедился, что дверь в ванную была закрыта, прежде чем подойти к котятам. — Хорошо… На лице Рона появилась странная улыбка. Представители кошачьего племени были известны своей чувствительностью к окружению. Кошачье племя было более известно на Восточном континенте, нежели на Западном, но не было никакого способа чтобы кто-то вроде Рона, который был связан с убийствами, не знал о них. В отличие от большинства зверолюдей, которые ожесточились, когда потеряли рассудок, кошачье племя стало более скрытным и резким. Вот почему они были довольно страшными противниками, хотя им и было далеко до уровня племени Волка, Тигра или Льва. — Там есть хоть кто-то обычный? — устало прикрыл глаза Му Цин. За все эти главы им показали просто охуеть как много видов разных сил и живности. И Сюаньжень был рад, что их казался более приземленным в этом плане: нечесть, демоны, духи и боги. Все блять, никаких зверолюдей и драконов. Он был более чем уверен, что там еще огромное количество рас, о которых им расскажут. В голове Рона была только одна мысль, когда он наблюдал за двумя малышами из кошачьего племени. Это была неожиданная мысль, ведь они были ещё молоды, но… «Я могу обучить их». Рон снова проверил, чтобы дверь в ванную была плотно закрыта. Кошачье племя придавало большое значение отношениям. Если они кому-то доверяют, то никогда не предадут. Они были подозрительными по своей природе, но, подобно племени Волка, они ценили межличностные отношения. Дети этого племени сами выбрали Кэйла. Рон подумал, что было бы неплохо оставить этому никчёмному Молодому Мастеру прощальный подарок. Рон немного приблизился к малышами из кошачьего племени. Затем он потянулся, чтобы погладить голову чуть большего серебряного котенка. Хлоп! Серебряный котёнок ударил его по руке и быстро отбежал в угол комнаты вместе с красным котёнком. — Ого. Глаза Рона наполнились любопытством. Кажется, что эти дети кошачьего племени невзлюбили его. Это имело смысл, поскольку им нужно было быстро распознавать людей, подобных ему, людей, которые были близки со смертью, это было важно, чтобы суметь выжить. Даже если у кошек и есть девять жизней, ими нужно было дорожить. Кошачье племя было известно своим долголетием, а также незаметными ночными передвижениями. В этом отношении они были более скрытными, чем кто-либо другой. Рон начал улыбаться. — Один ребёнок — туман, а другой — яд. — Согласен, походу даже дети не просто дети… Как жить то… Серебристый котёнок был туманом, а рыжий — кровью или ядом. Даже если они не станут профессиональными убийцами, в них уже заложены правильные основы, чтобы стать тенями. Серебряный котёнок отвернулся, услышав слова Рона, а рыжий фыркнул. У этих малышей не было желания становиться убийцами, они не хотели испускать такой же густой запах смерти. Два котёнка просто издевались над Роном, как будто они уже знали о его истинной личности, как убийце. Когда Кэйл вышел из ванной, они всё ещё держались очень близко друг к другу, подняв взгляды на юношу. «Опасные дети однако.» «Ох, Се Лянь спас малышей от этого жуткого старика.» — Хватит смотреть на меня. Они сразу же отвели взгляд, стоило лишь ему сказать об этом. — Рон, можешь идти. Принеси мне еду, приготовленную Бикроксом. — Да, Молодой Мастер. Рон ушёл, и Кэйл сел на диван, глядя на котят. Затем он обратился к малышам, которые тоскливо поскуливали в углу, вдали от него. — Вы двое являетесь частью Кошачьего племени, не так ли? — О, так Гэгэ догадался сам. — Либо подслушал этого старика, — цыкнул Ци Жун. — Тут же было показано, что Рон не единожды проверял, закрыта ли дверь, да и он убийца в конец концов, явно способен определить, подслушивают ли его. — отстаивал свою позицию Хуа Чэн, насмешливо глядя на злящегося фонаря в ночи. Оба котёнка кивнули, не глядя Кэйлу в глаза. — Вы планируете следовать за мной? На этот вопрос ответа не последовало. Вместо этого рыжий котёнок медленно подошёл к нему и потерся о ногу Кэйла, а серебряный котёнок вскоре последовал примеру рыжего и, подойдя к Кэйлу, начал касаться ноги юноши своей передней лапкой. У Кэйла уже были планы на эту парочку. Он кивнул и задумался о котятах. — Тогда станьте полезными. Котята немедленно ответили. — Мяяяяу. — Мяу! — Отвечайте на человеческом языке. Зрачки серебристого котёнка, старшей сестры, которая представилась Он, начали сверкать, когда она заговорила: — Я хочу съесть мяса. Я до сих пор очень голодна. Рыжий котёнок, который был младшим братом по имени Хонг, добавил: — Я хочу съесть торт. — Пф, эти двое сразу о еде. — сверкающими глазами смотрел Ши на экран, чем напомнил Ганса остальным. Похоже среди них имеется любитель кошек. — Их родитель не сильно отличается. — тихо усмехнулся Хэ Сюань, что обратил внимание на любовь Се Ляня не только к деньгам, но и еде. Кэйл ответил им обоим: — Я дам вам много мяса и тортов, так что вы знаете, что нужно делать, верно? — Быть полезными! — хором ответили брат с сестрой. Именно так брат с сестрой, изгнанные из Кошачьего племени, стали частью семьи графа Хэнитьюз. — Частью семьи именно Кэйла, Се Ляня, а не графа. — поправил последние слова Чхве Хан. * * * Четыре дня спустя Кэйл впервые за последнее время присоединился к своей семье за завтраком. Граф Дерус посмотрел на своего сына, который был в очень простой одежде, и улыбнулся: — Вот и настал день, когда ты уезжаешь. Сегодня действительно был тот день, когда Кэйл покинет земли семьи Хэнитьюз и направится в столицу. — А он и рад смотрю. — перенял привычку Му Цина Ши Цинсюань, и тоже закатил глаза. — Никто не голоден? Из неоткуда появился Инь Юй с несколькими демонами, чем напугал не привыкших к тихим появлениям богов и иномирных приятелей. На подносах были чашки с чаем, испускающим лимонный запах, и тарелки с пищей. Если большинство блюд содержали в себе мясо, то одна тарелка была практически полностью из зелени. Рон напрягся. — Его Высочество просил подавать вам еду. — тихо оповестил парень с маской, и травяную тарелку поставил перед старшим Моланом. — Господин Рон, Его Высочество переживал, что ваша диета была нарушена, поэтому просил ее восстановить. И исчез так же бесшумно с остальными. Молокосос и Эрухабен-ним пытались подавить смешки, в то время, как Рон смотрел на блюдо перед собой, словно его предали. Беспомощным взглядом он обратился к сыну, но и тот с легкой улыбкой попивал свеже-заваренный чай. — Отец, молодой господин прав, ты не должен прекращать диету. Чай был и в правду приятным на вкус, нежели то, что приносил дворецкий, хоть тот и был вкусным, но кислинка оставляла горькое послевкусие. Над Роном кстати сжалились и несколько мясных кусочков разбавили его травяную пищу. И на том спасибо.***
Глава 14. Выдвигаемся.
— Не похоже, что ты нервничаешь. Кэйл улыбнулся, но не ответил на заявление своего отца. За последние несколько дней цвет лица Кэйла стал значительно лучше. У него не было выбора, кроме как становиться здоровее. «Так как меня не избили до состояния котлеты…» До вчерашнего дня над землями Хэнитьюзов продолжались дожди. Если действие будет развиваться также, как в новелле, Кэйл будет избит до полусмерти в дождливый день. Конечно, вчера он избежал этой участи. Кэйл также хорошо отоспался. Это было связано с тем, что он чувствовал, как Неразрушимый Щит постоянно окружает его сердце. Зная, что ему удастся выжить, даже если он сделает что-то не так, как некоторые люди, вроде Рона или Бикрокса, могли испортить ему сон? Насмешливые взгляды направлены были на блаженное лицо Кэйла, что пялился на свой завтрак и мыслено радовался тому что не был избит. — Отец. Кэйл посмотрел на завтрак, который был более привлекательным, чем когда-либо, и спросил: — Похоже, что число людей в сопровождении снова возросло. Я же просил тебя сократить их количество. Он попросил отца уменьшить количество слуг, сопровождающих его, дабы обеспечить всем необходимым в путешествии. Он сказал, что Ганса и Рона будет вполне достаточно. Конечно, сначала Ганс побледнел, но сразу же уступил, услышав, что котята тоже отправятся в это путешествие. — Ах, ты об этом… По какой-то причине Дерус не закончил свое предложение. В этот момент чужой голос вступил в разговор. — Это было моё решение. Это была жена графа, Виолан. Её волосы были собраны в совершенный узел, без каких-либо одиноких волосинок, выбивающихся из причёски. Женщина продолжала смотреть в свою тарелку. Она выглядела удивительно похожей на своего сына, Басена. Даже то, как они оба старались не вступать с Кэйлом в зрительный контакт, сохраняя при этом практически мученическое выражение лиц. — Мы не можем позволить кому-то из нашей семьи выглядеть бедным и страшным, поэтому ты не можешь отправиться в столицу, как хочешь, со столь мизерным сопровождением. Это был чрезвычайно упрямый голос. Затем Виолан подняла свой взгляд, чтобы посмотреть в сторону Кэйла, прежде чем продолжить: Ши Цинсюань отплевывался в стороне на эту сцену. -… Я не говорю, что ты ужасен. — И на том спасибо, женщина. — Даже я это знаю. Виолан некоторое время колебалась после того, как услышала ответ Кэйла, и, прежде чем снова вернуться к трапезе, продолжила говорить: — Люди, особенно знатные, очень заботятся о своей внешности. — Она о своей репутации переживает? — фыркает Фэн Синь, смотря на женщину, что упрямо стоит на своем. Графиня Виолан. Кэйл тихо наблюдал за ней. Она родилась старшей дочерью семьи бедного художника и мечтала стать главой купеческой гильдии, когда вырастет. На девушку оказали влияние предметы роскоши, который продавали знатные люди и поступали на территорию Хэнитьюз. Как только она попала сюда, то влюбилась в искусство скульптуры. В итоге она встретила графа Деруса и влюбилась, а также стала управляющей по культурно-деловым операциям на территории. — Как все удобно сложилось. — Зато вроде счастлива, так что пусть радуется жизни, не известно добилась бы она этого сама. — пожал плечами Хэ Сюань. По мнению Кэйла, нет, Ким Рок Су, в ней также присутствовала гордость за себя и свою жизнь, поэтому женщина также гордилась и семьёй графа. Несмотря на то, что она знала о наблюдающем за ней Кэйле, женщина продолжала без единого изменения в выражении своего лица: — Искусство не для человеческих дорог, — бросила она скомканную фразу. Виолан была немного грубым оратором, потому что некоторое время работала в мире торговли. — В любом случае, есть много людей, которые думают, что внешность способна рассказать всё о человеке. Это был её способ сказать Кэйлу, что необходимо взять с собой множество слуг. Её цель заключалась в том, чтобы Кэйл не оценивался окружающими отрицательно только потому, что взял с собой лишь нескольких слуг. — Значит, ее волнует не только репутация, хоть что-то радует. — расслабился Ши Цинсюань. Возможно, эта женщина и не так плоха. Естественно, Кэйл хотел бы быть окруженным множеством слуг, которые всё бы делали за него. «Как хорошо жить не напрягаясь, верно?» Теперь ему было трудно обходиться без слуги. Ким Рок Су был в этом мире в шкуре Кэйла всего около недели, но он уже не мог отпустить эту лёгкую жизнь. « А ведь там он не догадывался, что являлся принцем и жил в подобной обстановке.» — одновременно подумали Му Цин, Фэн Синь и Хуа Чэн. Однако в течение нескольких дней в будущем Кэйлу предстоит встреча с сумасшедшим Чёрным Драконом. Если он не сумеет освободить этого сумасшедшего дракона заранее, тот вырвется на свободу и убьёт множество людей. Хотя Кэйл не был обременён заботой о том, что случится с другими людьми, он всё ещё не хотел видеть, как люди будут умирать у него на глазах. Кроме того, юноша также не хотел брать на себя ответственность за тех людей, которые будут ранены из-за этого дракона. — О какой ответственности идет речь? Не Се Лянь же издевался над ребенком и тот сошел с ума. — Если они не успеют, возможно Се Лянь бы поспособствовал тому, чтобы малыша обезвредили…- все понимали, что имел ввиду дракон. — и хоть территории не принадлежат графству Хенитьюз, он должен был оказаться какую- никакую помощь. Хоть он и ничтожество. Ответственность была тяжким бременем, и для кого-то вроде Ким Рок Су, который был вынужден нести на себе ответственность с самого детства и знающего, эта ноша была не только самым страшным, но и самым тяжёлым бременем. — Что за тяжелая жизнь была во времена Рок Су… — с неким сочувствием тянет Повелитель Ветров, слушая эти объяснения. Чхве Хан вздохнул и отвел взгляд. Другие подробностей не знали, кроме него и Альберу. — Ты что-то знаешь? — Князь Демонов впился взглядов в Хана, что поднял на него взгляд. — Знаю, мой племянник знал Се Ляня как Рок Су, его воспоминания передались мне. Намного позже это будет, я не буду ничего рассказывать. Вот почему он начал говорить: — Искусство — это зеркало души. Виолан подняла свой взгляд от тарелки и посмотрела на Кэйла. Это был первый раз за долгое время, когда эта парочка вступила в зрительный контакт. -… Ты об этом знаешь. — Да, я знаю. Кэйл бродил по всей территории последние четыре дня, чтобы подготовить всё необходимое к предстоящей поездке. Он только что лишь озвучил одну из вещей, которые видел в одном из своих походов. — Скульптура — это не просто вырезание фигурок из куска мрамора. Это создание отражения того, что лежит у тебя на сердце. На этот раз уже Кэйл уставился в свою тарелку и продолжил есть, а Виолан наблюдала за ним. — Я прочитал это на мемориальной доске в Галерее. В галерее на территории Хэнитьюз были представлены работы новых скульпторов. Эта же фраза была написана на мемориальной доске в галерее, и она была там оставлена лично Виолан. -… Делай, как хочешь. Я уменьшу количество людей, отправляющихся с тобой, но, в свою очередь, дилижанс и всё в нём должны быть самого высокого качества. Всё должно быть так для нас, представителей семьи Хэнитьюз. — То есть дорого богато? — И комфортно. — Меня это устраивает. Постарайтесь предоставить мне самый дорогой транспорт. — Большой. Я постараюсь, чтобы твоя карета была достаточно комфортной, чтобы не изнурять тебя во время путешествия по ухабистым дорогам. — Только лучшее. Кэйл не мог этого видеть, потому что смотрел в свою тарелку, но на лице Виолан появилась лёгкая улыбка, прежде чем снова исчезнуть. Граф Дерус, который с самого начала наблюдал за этим, фальшиво кашлянул, чтобы скрыть свою медленно расползающуюся улыбку и спросил сына: — Ты проверил информацию от Ганса относительно личностей всех дворян, которые собираются прибыть в столицу? Дерус использовал собственную сеть шпионов, а также приобрел «товар» в гильдии информаторов, чтобы получить данные о других дворянах, и передал её Гансу, чтобы тот вручил Кэйлу. — Да, это было довольно интересно. Вероятно, было очень сложно заполучить этот файл. На самом деле, это, вероятно, стоит целого состояния. Хотя о каждом там было написано лишь три или четыре строки, информация о дворянах стоила очень дорого и достать её было проблематично. — Информация, тем более правдивая и важная, вполне дорогое удовольствие. Все согласно закивали. — Некоторые из них мелочные, некоторые — глупые, умные или страшные, есть даже те, кто отчаянно стремится к власти. Похоже, на этот раз туда собрались всевозможные люди. Конечно, были глупцы, злодеи и мусор среди людей из списка. — Ты прочитал файл, что я тебе отправил. Хм… В любом случае, Кэйл, поступай так, как пожелаешь. — Да, отец. — Я слышал странный слух. Плечи Кэйла слегка вздрогнули. — Судя по всему, дерево, которое называли «людоедом», это чёрное дерево, изменилось. Теперь оно побелело и покрылось красивыми синими листьями. Вокруг теперь даже растёт трава, и ей ничто не мешает. — Уже доложили, не удивительно.- сквозь зевок прокомментировал Кровавый дождь. Место, которое больше всего изменилось за последние четыре дня, было ничем иным, как вершина холма в центре трущоб. Это было место, где ранее царствовало лишь только чёрное дерево, однако оно стало белым и покрылось синими листочками после того, как Кэйл избавил его от обиды, и теперь это прекрасное дерево выглядело почти божественным. — Разве это не интересный слух? — Это… Да, очень интересный. У Кэйла не было намерений раскрывать свою Древнюю Силу прямо сейчас, поэтому он просто притворился, что ничего не знает об этом. Не было никакого способа, чтобы граф Дерус не знал о том, что Кэйл посещал трущобы. Однако он не мог знать о Древней Силе. Граф просто подозревал, что эта ситуация была каким-то образом связана с Кэйлом и его посещением пекарен. — Да, но дело не в этом. Я веду к тому, что тебе нужно обращать внимание на слухи, независимо от того, что ты делаешь. Нет ничего страшнее человеческих глаз и рта. Однако всё, что происходит на территории сейчас, прекрасно подходит членам нашей семьи. Был бы тут Се Лянь, он бы согласился с этим, ведь было проверено на себе любимом. Как и другие знали об этом не понаслышке. Тем более, порой, чем сюрреалистичнее слух, тем он известнее становиться, покрываясь тонной чуши, проходят от одного рта к другому. <b>— Я запомню это. Кэйл почувствовал, что действительно может жить мирной жизнью, пока остается на своей территории. Как было бы здорово быстро вернуться из столицы и жить жизнью картошки на кушетке.<b> Ци Жун опустился на мягкую поверхность полностью, с тихим стоном, его спина слишком сильно устала в скрючившимся положении. — Наконец-то. Может нахрен все это и спать? Две руки поднялись в знак согласия это были Черновод и Ветерок, что были в похожем состоянии с Лазурным фонарем. Древний дракон смотрел на этих детей, что повторяли действия друг друга и заняли всю горизонтальную поверхность, видимо совсем засиделись. Айгу, он слишком стар для этого. С Роном, он покинул зал в поисках своего ребенка, но то, что предстало перед их глазами, заставило шокировано, хотя знаете, ахуевше застыть по среди коридора…
Примечания:
Бечено❤️
