Трещины вокруг

На следующий день. Комиссар Августин Мерцелиус.

Двери открылись и мы все вышли из здания префекта, быстро направившись к выходу с территории. Погодка под утро конкретно так подпортилась, шел легкий снег, который при этом не этом не скапливался на земле, а сразу же таял, превращая местную почву в довольно неприглядную массу, которая прилипала комьями к ботинкам. Температура тоже заметно упала, от чего пришлось даже надеть шарф и шапку, которые мы взяли с собой на всякий случай. Сырость и холод. То, что нужно для хорошего самочувствия. Ощущал я себя отвратно. Сильно хотелось спать, мышцы ломило от усталости, желания куда-то идти не было вовсе. Но нужно было. Мы убили всех тех скватов, но теперь нужно было показать это все наглядно. Завернув, я начал идти в сторону внушительной толпы, которая уже собралась вокруг внушительной горы из отрезанных голов убитых нами карликов. Всю ночь пришлось потратить на то, чтобы отрезать голову каждого из них и забросить в два грузовика, после чего привезти все сюда и нормально сложить, чтобы оно было высоким и не разваливалось. Трупы тоже собрали, но их я приказал собрать горкой рядом с железной дорогой, по которой скваты ездят на шахтовые вахты и обратно. Чтобы месяцами и годами помнили этот урок. Стоило мне подойди ближе, как разговоры среди толпы затихли, пока не замолчали вовсе. Все взгляды были устремлены на меня и в первую очередь - приехавших старейшин, что стояли впереди. Это послание в первую очередь для них. Встав рядом с арматурой, на которую была нанизана голова старейшины поселения, я повернулся к остальным и вздохнул. - Всем внимание!- мой громкий голос разнесся из динамиков Димы, Гихьяна и Гриши,- Позавчера, после того, как мы организовали карантин в нескольких поселениях, где сектанты провели заражение гержагой, поселение Фьёседгольм попыталось поднять восстание против Империума! По толпе пронесся удивленный ропот. - В ответ силы нашего полка в тот же день полностью уничтожили его население, не считая детей и беременных!- продолжил я, вызывая еще больше удивления среди скватов. Толпа посмотрела на меня уже с нескрываемым ужасом. - Однако, во время обыска поселения было обнаружено, что восстание произошло из-за того, что все поселение впало в ересь! Ропот стал еще сильнее. - Гвардейцами были найдены многочисленные тома богохульных писаний, нечестивые иконы и отвратительные капища, на которых придавались разврату под действием наркотиков! И все это тщательно скрывали под руководством старейшины поселения, Бортальда Иргольдсона, который оказался глашатаем сектантов и жрецом культа ложных божеств! Удивление в толпе усиливалось, хотя казалось бы - куда уже больше. - Итог у этого всего этого - перед вами!- я указал на гору отрезанных голов,- Вот, что бывает с теми, кто пытается идти против Империума Человечества! И пусть все те, кто задумывается это сделать, помнит, что пощады для таких, как они, не будет никогда! Во славу Бога-Императора! Ответа мне не последовало. Скваты лишь продолжали смотреть на меня с ужасом и страхом. Что ж, мне этого было достаточно. Я все показал и произнес речь - этого было достаточно. Причем главное, что речь со смыслом, который скваты явно поймут. Ведь теперь официально мы истребили поселение за восстание против нас, а уже потом обнаружили, что там была ересь. То есть получалось, что нам вообще было похеру, за что вырезать целое поселение - нам достаточно было самого факта, что они поднялись против нас. Но при этом возмущаться уже не выйдет, ведь официально тут замешана ересь и попытка хоть что-то сказать будет расценено, как соучастие, а за подобное любого сквата свои же зарежут, чтобы мы на других не подумали. Теперь оставалось только одно - провести встречу со старейшинами скватов, чтобы узнать, что им нужно, дать им что-то и окончательно заткнуть им рот нашим пряником и закрыть тему этой гребаной клоаки. Я уже хотел как можно скорее свалить отсюда. Быстрым шагом я вернулся в здание префекта, зашел в кабинет вместе с Даталем и стал ждать. Старейшины прибыли спустя несколько минут. Это были три маленьких седых старика с морщинистыми лицами, длиннющими бородами, завязанными в косу с редкими украшениями, полностью лысыми головами, густыми седыми бровями, одетые в действительно роскошные одежды различных цветов и имевшие на шеях золотые медальоны. Пройдя к нам, они остановились перед столом. - Как Геронтрио резервации Ошинар, мы, Гругард Олафирсон,- начал скват, что стоял посередине. - Аграгд Легдерсон,- ответил старик слева от нас. - И Раграмд Молибгарсон,- продолжил третий, справа. - Смиренно и с превеликим почтением приветствуем светлейших господина комиссара с помощником и господина резер-префекта,- прохрипел вновь центральный старик, после чего все трое низко поклонились нас. - Приветствую,- коротко и без какого-то уважения в голосе ответил Хагжард, после чего все трое стариков расселись на маленьких широких стульчиках,- Итак. Данная встреча не является официальной - Конвентус я не вызывал и на данный момент проходит Оккуреньорум. Потому, по прикзу комиссара Мерцелиуса, никто из вас не имеет права рассказывать остальным о самом факте встрече и о том, что на ней было. Это понятно? - Всенепременно, светлейший господин,- тут же ответил Гругард, склонив голову. - Господин комиссар,- произнес префект, давая мне слово. - Мы знаем о том, что в резервации имеется напряжение, в следствии которого некоторые скваты считают возможным обратиться к сектантам, ища в них альтернативу Империуму,- начал я,- Как вы понимаете, попытка отвернуться от нас будет иметь серьезные последствия. Я услышал, как все три старика выдохнули, а один из них Аграгд, сглотнул. В их глазах читался страх. То, что нужно. - Однако, нам бы не особо хотелось, чтобы всю резервацию постигла та же участь, что и Фьёседгольм. Потому нам необходимы ваши консультации касательно того, какие проблемы есть в резервации, чье решение снизило бы напряженность в ней и предотвратило бы масштабное восстание. "- Ох уж эти формулировки..."- подумал я про себя, ощущая раздражение от того, что нужно было говорить настолько завуалированно. Я бы с радостью бы спросил их напрямую и разобрался бы со всем этим дерьмом, но делать этого было нельзя. Слишком опасно так делать, учитывая, что Кафучанури будет читать все мои отчеты, после чего у него вполне себе резонно возникнут претензии, на которые придется отвечать. Возможно даже перед всем нашим дружным комиссарским коллективом. Нахуй это. Старики, тем временем, переглянулись между собой задумчивыми взглядами, после чего на меня посмотрел Гругард. - Мы понимаем, светлейший господин, и будем рады оповестить вас о том, что происходит в резервации и что могло бы помочь в решении этих проблем,- довольно осторожным голосом проговорил старый скват. Как и предупреждал меня Хагжард, старейшины умели понимать намеки даже во время переговоров. Это радовало, не придется подделывать отчеты - заниматься подобным я не хотел, так как это было слишком опасным. - Давайте, чтобы не тратить время, перейдем к тому, что могло бы помочь по вашему мнению,- ответил я. Вот тут, конечно, был немного скользкий момент. Так как это будут пункты, озвученные скватами, мы не сможем выполнить их в полной мере, так как иначе это может быть интерпретировано, как исполнение их условий. Но я был готов на это пойти. Сейчас мне хотелось одного - побыстрее разобраться со всей этой темой и вернуться в Ульрихон, дела в котором становились все хуже, учитывая приближение Левельды. Уж тут я с Кафучанури как-нибудь разберусь, если он все же захочет докопаться тут. - В первую очередь, всех в резервации волнуют цены на корм,- начал старейшина,- Многие очень разозлены тем, сколько мало корма выдают за килограмм, в следствии чего приходится работать чрезмерно много. Это, в свою очередь, подрывает здоровье многих и их приходится содержать остальным. Я быстро сделал пометки в блокнот. Все же, они явно понадобятся. - Угу,- произнес я. - Также многие хотели бы получить право вновь ездить на заработки в Ульрихон в межвахтовый период. Это сильно помогло бы сгладить проблемы снабжения. "- Вот тут будут проблемы..."- проговорил я сам себе. Впускать скватов в Ульрихон было довольно опасно, учитывая информационный карантин. - Дальше. - Есть большой запрос за возобновление брачного обмена между резервациями,- продолжил старик, что немного меня удивило, потому я повернулся к префекту. - Для предотвращения кровосмешения жен обычно пытаются выбрать из других резерваций,- шепотом пояснил мне чиновник,- Отменили, когда начались проблемы. Ну, в принципе, тут можно было пойти на уступки. Я быстро сделал пометку. - Угу,- проговорил я громко. - В связи с приближающейся Левельдой довольно сильно встает вопрос об утеплении. Многие хотели бы получить право построить землянки и покупать утеплительные материалы. Они готовы это делать за свои деньги, если получится ездить на работы в Ульрихон. Нужно будет узнать, почему на это нет разрешения. - В качестве альтернативы многие видят вернуть разрешение на зимовку в шахтах, как работающих, так и уже закрытых. - Угу. - Еще многих злят высокие цены на прометий для домашних обогревателей и аренду зимней одежды. Ну тут проблемы вряд ли будут. - Угу. - Еще стоит проблема медицины. Слишком мало врачей и большие цены на лекарства. В принципе, тут тоже можно будет что-то решить. - Угу. - И еще... есть большая проблема самогоноварения. В следствии больших цен на легальный алкоголь многие занимаются производством своего алкоголя, что приводит к отравлениям, порой массовым. Мы считаем, что снижение цен на легальный, качественный алкоголь поможет ликвидировать самогоноварение. Неожиданная, конечно, просьба была, но логика в этом определенно была - все же, самогоноварение было довольно опасной вещью. Уж мне ли не знать. - На этом... На этом все,- наконец-то закончил старейшина. - Что ж, благодарю за консультации,- ответил я,- Можете пока идти, мы с префектом обсудим, что можно сделать. - Всенепременно благодарю, светлейший господин. Все три старика встали и поклонились, после чего вышли из кабинета, оставив меня с Хагжардом и Даталем. - Итак,- начал я,- Цены на корм. - Не в моей компетенции,- покачал чиновник головой,- Я уже который месяц названиваю в Ульрихон, но меня слушать не хотят - цены только повышаются, а цены за килограмм руды наоборот - снижают, чтобы усилить выработку. После начала восстания все стало еще хуже, скваты уже на пределе. Хотите что-то изменить - только через Муниторум, он это дело контролирует, так как мы свинец добываем на пули и аккумуляторы. Тут даже абх-претор не поможет, он бессилен. - Так, понятно,- произнес я, вычеркнув этот пункт,- Заработок в городе, как я понимаю, тоже обсуждать не выйдет? - Информационный карантин,- пожал плечами префект. - А если отправить их в другие города?- неожиданно прозвучал вопрос от Даталя и я удивленно посмотрел на него,- Там ведь тоже информационный карантин действует. Можно отправить скватов не в Ульрихон, а во Фридрихон, там все тихо уже. - Хм...- послышалось от чиновника,- Вот это, кстати, не рассматривалось. И при этом может сработать - скватов можно хоть в Имдыгон отправлять на заработки, работы везде хватит, а информационный карантин вряд ли будет сильно нарушен. Во всяком случае, скваты и так подозревают неладное и чем дальше, тем больше будут себе выдумывать. Но подобное надо через ваш Штаб делать, приказ от них ведь пришел. - Так, хорошо, это я беру на себя,- ответил я, посмотрев на список,- Брачный обмен. - С удовольствием разрешу,- прям воодушевленно ответил чиновник,- Если они начнут тут плодиться в пределах резервации, нас ждут повальные болезни. В первом же поколении процентов пять младенцев придется на эвтаназию из-за дефектов. Радости скватам это не прибавит, могу заверить. Однако, это снова ваш Штаб. Я вычеркнул очередной пункт и посмотрел на следующий. - Землянки. - Сразу нет,- вот тут Хагжард заявил твердо,- Палатки куда проще контролировать и обыскивать, нежели землянки. - А как они зимуют тогда?- удивился я,- Палатки не выглядят сильно теплыми. - Тут такие сугробы, что палатки спокойно в сугробах закапываются. А снег - отличный утеплитель. С обогревателем жить можно. "- Иглу... логично, в принципе." - Шахты? - Исключено. Если восстанут - то потом куда сложнее их оттуда выманить. Долго и муторно. Да еще и смелее в них становятся. Честно, я бы не рисковал. - Тогда цены на прометий и аренду теплой одежды. - Тоже через Муниторум. - А может лучше им просто выдать?- предложил Даталь. - Запрещено протоколами. Чтобы в преддверии зимы были... поспокойнее. Сложно восставать, когда одежды на зиму нет. - И то верно. Врачи, медикаменты?- продолжил я. - Врачей очень мало из-за восстания. Медикаменты тоже все реквизированы для города, дефицит. Тут вы можете помочь. - Алкоголь? - К Муниторуму,- с нескрываемой издевкой проговорил чиновник. Можно было его понять - меня это тоже уже раздражало. Однако, поделать тут ничего нельзя было. Лезть в образование цен за корм и все остальное я не собирался, так отлично понимал, что напортачу и будет только хуже. Нет уж, я на такое не пойду. - Хорошо, в таком случае через Штаб решаю вопрос с работой в городах и брачные обмены, через Муниторум цены на руду, топливо, одежду, медикаменты, врачей и алкоголь. Мда... сегодня будет веселый денек. - Сил вам, господин комиссар,- грустно ответил мне префект, явно понимающий, что меня ждет. - Спасибо,- честно ответил я и встал со своего места. С тем, какие проблемы были в резервации мы определились. Теперь нужно по быстрому решить вопросы и можно будет отсюда уезжать. Я уже не мог дождаться.

На следующий день. Рядовой-адъютант Рингер Вимолт.

- В общем и целом, ситуация у нас сейчас следующая,- начал плайор Ирдаж, новый командующий группировкой на первом плацдарме, заменивший слегшего с сердцем Пиритоза два дня назад. Одновременно я посмотрел на карту, которая лежала на столе и показывала всего лишь четверть от того, что было, когда мы приехали сюда. - В первую очередь - враг сосредоточился на трубный мануфакторуме "Ургуж",- Ирдаж обвел карандашом пятно с ровными краями, обозначавшая индустриальные постройки,- Если захватят его - "Сотрясатели" смогут добивать до магистрали "Ичибарада" и после этого с южной группировкой можно будет попрощаться. Сейчас там две тысячи наших. Южнее "Ургужа" был кусок плацдарма, который еще удерживался нами благодаря тому, что там была плотная застройка из жилищ рабочих и судоремонтный док для малотоннажных рыболовных кораблей. Снабжался тот участок благодаря широкой магистрали "имени генерала Ичибарада". Сейчас она была под обстрелом лишь крылатых и баллистических ракет, которые в большинстве своем сбивались, но вот если ее будут обстреливать уже "Сотрясатели" и тем более "Василиски" - дело будет худо, ни о каком снабжении не будет идти и речи. - "Ургуж" мы потеряем где-то дня за два - у нас уже слишком мало людей. Так что пока план такой - отойдем с боями оттуда на судорем, после чего гарнизон продержится, пока не закончатся боеприпасы и отойдет ночью на лодках, если сделать все быстро - ублюдки не успеют среагировать и подвести достаточно артиллерии. Это еще дня два. И того четыре дня мы будем прикрыты с юга и заодно разгрузим Мост. План был мне понятен, однако волнения касательно него все же были. - Уверены, что лед не будет проблемой?- спросил я, понимая, что погода сейчас была для нас очень большой проблемой в плане эвакуации. - Вскоре будет небольшое потепление, так что льда больше не станет,- пояснил СПО-шник. - Хорошо,- кивнул я,- Что еще? - Начались проблемы на рыбоконсервном заводе,- продолжил плайор, указав на точку, что была расположена за доками крупнотоннажных рыболовецких судов,- Нанесли сильный удар аэрозольными, пошли в атаку. Гарнизон еще держится, но уже половину захватили. А с ним докам перекроют минометами снабжение, подземных сооружений там нет. Придется отходить. Однако резервов у нас нет, так что оттуда будем уходить вечером. Это было печально слышать, но ничего не поделаешь - защищать позиции в полуокружении в наших условиях не имело особого смысла. - Последнее - руины мануфакторума "Ратож". Активно там продвигаются, треть территории уже захвачено. Пока что еще есть силы держаться, там много войск и ПВО помогает на этом участке. Но похоже, они будут пытаться продавить здесь, чтобы потом развить наступление до магистрали. А там уже весь север будет отрезан. Пока что будем стараться этого избежать, но в случае чего, они готовы. - Хорошо. Куда нам направиться, когда отдохнем?- спросил я, уже готовясь к тому, что скоро нам вновь нужно будет выдвигаться. Пока что, после стольких дней непрерывных боев, нам все же пришлось уйти в тыл, так как мы вчетвером просто выдохлись, превысив все лимиты на активные боевые действия, однако вскоре нам все равно придется возвращаться. - Честно скажу - пока что никуда,- ответил плайор,- Вы пока что тут нужны. Солдат все больше, беженцев тоже. Напряжение нарастает. А скоро будет еще тяжелее. Присутствие людей Комиссариата в этом поможет. У вас... хорошо получается. Не сказать, что мне нравилось такое услышать. - Я все же солдат,- осторожно произнес я, не особо желая прозябать в тылу. Ранений меня не было, не считая резаной раны на щеке, я вполне себе мог продолжать воевать, как и все остальные. - Понимаю,- кивнул мне СПО-шник,- Но тут уже вопрос не в том, как фронт удерживать, а как всю эту массу народа в порядке держать. Без вас никак, а если мы утратим тут контроль и толпой ринуться на мост... то все, что мы тут сделали, будет считай что напрасным. В принципе, можно было согласиться. Неприятно, конечно, что мы не будем на фронте, но раз уж все настолько плохо было по мнению командующего... то хорошо, можно было потерпеть. - Я понял. Что по самой эвакуации?- задал я последний, не менее важный вопрос. Плайор скривился. - Произошло еще несколько обрушений крупных линий в поддисах. Так что, вероятно, мы еще задержимся на несколько суток. Две или три. Переход через Ифару немного ускорился, подвезли новые лодки, да и ПВО стало работать лучше. Но пока что - все еще идем тяжело. На Мосту каждый четвертый погибает. Это слышать было тоже неприятно, но с этим было ничего не поделать. Вражеские ракеты были для нас недосягаемыми, тут можно было лишь на местные ПВО и ракетчиков, которые оказывали нам поддержку. - Понятно. Делайте, что возможно, чтобы ускориться. До скорого, плайор. - До скорого, рядовой-адъютант,- произнес Ирдаж, причем без всякой запинки. Если раньше мое звание вызывало недоумение у офицеров, то теперь его произносили спокойно, даже с уважением. Повернувшись, я быстро вышел из помещения, которое служило штабом, и вместе с Канафиром, Митануром и Сутаром направился к одному из туннелей, чтобы добраться до нужного нам помещения. - Что сказали?- задал вопрос Канафир. - Мы нужны здесь. Как комиссары,- спокойно ответил я,- Похоже, будем тут до конца. - Хуево,- ответил Сутар, пока мы завернули направо. - Почему это?- с некоторым недоумением спросил Митанур. - Потому что мы не будем на линии фронта с парнями. И не будем убивать еретиков, что лезут к нам,- произнес негляртец,- Дэр, как же я хочу убить еще несколько десятков, сотен этих... урзия. В голове парня звучала ненависть. Чистая, концентрированная ненависть. Он был готов хоть сейчас идти туда, будто бы не было никакой усталости, но я прекрасно понимал, что мы уже выдохлись. Его можно было понять - это его мир сейчас полыхал в огне еретического восстания. Пускай он и был из Имдыгона, смотреть на разрушения Ульрихона ему было тяжело. Мы продолжили идти по туннелям в сторону нужного нам помещения - одной из подземных площадей поддиса, где мы должны были провести показательные расстрелы нескольких сотен паникеров и прочих нарушителей дисциплины. В голове была куча мыслей, которые сводились к состоянию дел на плацдарме. Они заметно затянулись по срокам. То, что по словам комиссара должно было занять семь дней, уже заняло пятнадцать дней и впереди еще было минимум дней шесть, если не все десять, пока, наконец-то мы не выведем всех, и военных, и гражданских. Причина всему этому укладывалась в одно слово - ракеты. Слишком много ракет били по наземным дорогам, по подземным туннелям и крупным сооружениям, по Мосту и реке, по установкам ПВО на той стороне. Как итог, наземный транспорт стал роскошью, большая часть перемещений теперь была пешком, причем в большинстве своем уже по узким туннелям, где было сложно перемещать большие массы людей, скопить их у Моста уже было негде, приходилось использовать помещения дальше, а провести их всех через Ифару в некоторые дни становилось просто невозможно Четыре дня назад эвакуация и вовсе прекратилась из-за слишком сильного обстрела. Радовало одно - Мост еще держался. Пускай в него попали уже несколько десятков раз, превратив его полотно в дуршлаг, не говоря уже про кассетные ракеты и попадания в оборы, он даже не прогнулся, продолжая держаться и позволяя нам эвакуировать тысячи человек в день, а заодно получать все необходимое, чтобы прикрыть эвакуацию оставшихся. Спасибо ПВО, которое нас прикрывало. Надо будет попросить комиссара наградить их. Они этого заслуживали не меньше, чем солдаты, которые сражались здесь, в этом у меня сомнений не было. Спустя минут десять блужданий по знакам, которые были тут установлены, мы наконец-то добрались до выхода на площадь поддиса, которая была слишком глубоко, чтобы до нее добралось большинство баллистических ракет СПО, и слишком мелкой целью, чтобы бить совсем крупными сейсмическими ракетами, вроде тех, которыми мы уничтожили половину полка. Сейчас тут была организована казарма, куда скапливались отступающие войска, ожидавшие своей очереди на отход. И именно тут мы должны были провести часть своей работы, как представители Комиссариата. Выйдя через дверь, мы тут же оказались в широком просторном помещении, которое сейчас освещалось с помощью нескольких десятков зеленых фонариков. Все пространство было заполнено людьми, сидевшими с довольно мрачными уставшими лицами. Было множество раненых с забинтованными руками и головами, но вот лежачих тут не было. В помещении было прохладно, работал всего лишь один элекостер, так что все сидели в теплых одеждах, в большинстве своем найденных в гражданских зданиях - привезти сюда со складов зимнюю амуницию было невозможно. Когда мы вошли - никто не вставал, как я приказал заранее. Так как места было немного, всем придется смотреть сидя, чтобы нормально увидеть казнь. Быстрым шагом мы прошли стоящим у конца площадки бойцам, которых обвинил в паникерстве. Они были раздеты, с завязанными руками и ртами, их тела дрожали от холода, а глаза уже были заплаканы. Мне не было их жаль. Нисколько. Эти ублюдки должны были поплатиться за то, что сделали, и солдаты должны были видеть, что бывает с такими людьми. Встав перед всеми, я окинул всех как можно более холодным строгим взглядом, как это всегда делал Мерцелиус. - Солдаты!- начал я как можно громче. Громкоговорителей тут не было, но зато было хорошо слышно в помещении,- Перед вами стоят те, кто предал нас и все то, что мы делали здесь. Пока мы все выполняем приказы командования, эти люди отвернулись от Бога-Императора, поддались страху и начали пытаться распространять страх среди остальных! Они стали утверждать, что все бессмысленно! Что сопротивляться еретикам глупо, ведь они все равно обрушат фронт! Что эвакуироваться бессмысленно, ведь потом снова придется воевать! Что все, кто тут, не спасутся! Что штаб плацдарма уже эвакуировался за Ифару! - И в чем они не правы? Неожиданный голос, прервавший меня, вызвал среди толпы волну удивленного перешептывания. Я посмотрел на источник звука. Это был боец СПО, сидевший в первом ряду и смотревший на меня разбитым пустым взглядом. Бойцы, что сидели рядом с ним, начали от него отползать. - Серьезно, так оно и есть,- пожал плечами парень,- Ну выбер... - Взять его,- приказал я и Сутар тут же направился к нему с грозным видом. Боец посмотрел на парня пустым усталым взглядом, словно ему было на все плевать. Подойдя ближе, Сутар остановился и сходу замахнулся ногой. Глаза паникера успели немного открыться в удивлении, он попытался уклониться, одновременно потянувшись к ножу в саботоне, но не успел, и нога негляртца врезалась тому в голову, от чего он хрипнул и упал на пол. Еще удар - в спину, от чего СПО-шник вскрикнул и выгнулся дугой. - Ложды тебе в рот, мчака,- проговорил Сутар, беря его за воротник и поднимая. Парень не поднялся, потому гвардеец начал его тащить. Канафир тут же подбежал к нему и они вместе начали тащить ублюдка к остальным приговоренным. - Так вот знайте!- продолжил я,- Все это - ложь! Ложь, которую распространяют или поддавшись страху, или приняв сторону врага! Что те, что другие совершили измену и будут наказаны смертью! Во славу Бога-Императора! - Аминь,- проговорили бойцы без какого-то воодушевления. Это меня укололо, но можно было их понять. Они не были готовы к таким активным боевым действиям, они уже выдохлись и им нужно было время отдохнуть. Так что я не стал обращать на это внимание. Сделав несколько шагов назад, я встал позади одного из паникеров и поднял его на ноги. Чтобы лучше было видно всем сидящим. - Да пошли вы все...- прохрипел болезненно СПО-шник, который перебил меня,- Все равно все... - Именем Бога-Императора!- перебил я его,- Огонь! Палец нажал на спуск и лазерный луч попал в спину приговоренному, от чего он сразу же рухнул. Стало тихо. Сидящие солдаты продолжали смотреть. Восемь бойцов, что были на дежурстве, быстро подбежали к нам и оттащили трупы, после чего нам поставили новых приговоренных. Их мы расстреляли молча. Привели новых. Потом еще. И еще. Все мы расстреляли сорок человек, которых поймали на паникерстве. Понятное дело, что их было больше. Намного больше. Что многие из них сейчас сидели и смотрели на нас, просто еще не попавшись. Но раз они не попались, значит они молчали. А мне этого было достаточно. Закончив тут, мы направились обратно в коммуникационные переходы. Спустя минут пятнадцать мы добрались до новой казармы, где расстреляли еще двадцать пять паникеров и агентов врага. В еще одной - шестнадцать. Двадцать восемь. Сорок пять. Шестьдесят. Тридцать четыре. Одиннадцать. Двадцать один. На этом с расстрелами среди ожидающих перехода через Мост было покончено, потому мы направились на выполнение нового задания - лазарет, где было множество раненых, перед которыми я хотел произнести речь, чтобы хоть немного поддержать. Как никак, я представитель комиссара, это для них будет важно. Понадобилось где-то полчаса, чтобы по ним добраться нужной нам подземной парковки. Так-то она была разрушена, однако из ее десяти этажей три самых нижних были еще в целости и сохранности, а потому превосходно использовались в качестве одного из немногих лазаретов, где можно было держать раненых и даже проводить хирургические операции, не боясь, что по ним прилетит - противник-то думал, что уничтожил это, а потому больше не пытался тратить ракеты на эту точку, а именно это сейчас и нужно было лазарету. Уже на подходе сюда, я учуял довольно сильный запах спирта, хлорки и уксуса, который становился все сильнее. Вначале мы оказались в такой же площадке, как и в прошлый раз, только вместо солдат тут были сплошные тела. Некоторые были замотаны в тряпки и кульки, некоторые уже лежали просто так, без всякой одежды. У многих не хватало конечностей, у некоторых был вскрыт живот. Все без исключения были в крови. Элекостров тут не было, так что воздух был довольно прохладным. Это был морг. - Боже-Император...- проговорил Митанур с ужасом. - Знакомое зрелище,- ответил мрачно Канафир,- Словно на Вильяре очутился. Сколько таких моргов я видел там... Мне ответить было нечего, так что я, помолившись за души всех, кто тут лежал, направился дальше за сопровождающим охранником. Дверь открылась. Мы оказались в небольшом коридоре, который быстро прошли и затем прошли через еще одну дверь. В нос тут же ударил теплый тошнотворный запах смеси хлорки, спирта и уксуса. Все помещение было заполнено уже лежачими ранеными, которых сложили плотными рядами. У очень многих не хватало конечностей, ног или рук, у кого-то не было одного или обоих глаз. Почти у каждого была капельница, установленная на всяких самодельных опорах. Повсюду стояли элекостры, которые обогревали все вокруг. Шума тут особо не было - тут уже лежали те, кто был стабилизирован и потому могли выслушать мою речь, плюс немногочисленные санитары, что помогали с перевязками. Быстрым шагом я прошел в один из концов. - Всем внимание!- как можно громче проговорил я и все начали замолкать, смотря на меня. Спустя несколько секунд стало тихо. - Я - рядовой-адъютант комиссара Августина Мерцелиуса, Рингер Вимолт. И я пришел к вам, чтобы выразить вам его признательность за все те подвиги, что вы совершили на этом плацдарме. Каждый из вас, что бы он не сделал, внес свой вклад в то, чтобы не допустить разгрома всей группировки, а следовательно - не допустить победы еретиков, на которую они рассчитывали. Благодаря вам уже десятки тысяч человек, как военных, так и гражданских, смогли выбраться из западни, в которой они оказались. Вскоре вас также вывезут отсюда и как только вы вылечитесь, вы сможете вновь громить врага до победного конца во славу Бога-Императора! - Ну спасибо лерга!- вдруг буквально проревел со злобой один из раненых. Почти сразу весь этаж подземной парковки взорвался возмущенными окриками, которые превратились в сплошную какофонию, в которой ничего невозможно было разобрать. Раненые смотрели на меня буквально с ненавистью, многие вообще привставали, чтобы помахать руками или указать пальцами. Стало понятно - я сказал что-то совсем не то. - ТИХО!!!- прокричал я, поднял ствол хелгана вверх и выстрелил в потолок. Шума не было, но яркая вспышка все же заставила всех замолчать за несколько секунд. - Не знаю, что тут происходит, но давайте по порядку,- я указал на раненого без ног, что прокричал мне,- Ты. Поясни, что случилось? - Что случилось!?- возмутился он, после чего указал на две свои культи, словно я их до этого не видел,- У меня ног нет! Мне теперь копить на аугу лет десять или кредит брать, который выплачивать лет двадцать! А ты тут приходишь и говоришь - сейчас вылечат вас и пойдете дальше воевать! Это типа что, я погибну, а кредит внукам останется! Ор возобновился. Я же, довольно сильно удивившись, посмотрел на Сутара. - У вас аугментику раненым бойцам не ставят?- переспросил я. - Та нет...- немного удивленно сказал он,- Если потерял конечность - просто выкинут и дальше сам кувыркайся. "- Ой бля-я-ять..."- пронеслось у меня в мыслях, когда я осознал, какую хуйню сейчас людям сказал и как это выглядело. Прям натуральное издевательство получалось. - Пиздец...- произнес Канафир,- Спасибо Файсотнурам, они не такие дебилы... - Как так вообще можно?- с возмущением спросил Митанур. Я понимал парней. Услышать подобное было просто мерзко - какими вообще уебками надо быть, чтобы не ставить аугментику раненым бойцам, а просто их выкидывать? Понять такое мне было сложно. Правда, эти мысли пришлось отбросить - сейчас надо было исправлять, что я умудрился наговорить по незнанию. И быстро. Подняв вновь хелган, я выстрелил, заставив всех замолчать. - Так!- проговорил я громко,- Никто ни за что платить самостоятельно не будет! Всем, кто был ранен в бою, поставят аугментику бесплатно и после этого вернут в строй, чтобы и дальше сражаться с врагами Империума! Все понятно!? - Та я за новые руки этих мчаров всех лерга!- радостно воскликнул еще один раненый, у которого вместо рук были перебинтованные культи. Десятки других раненых ответили также и вскоре тут уже стоял радостный ор. У некоторых я увидел слезы на глазах. Было приятно видеть их радость. Собственно, для этого я сюда и пришел - чтобы воодушевить их, не дать им погрузиться в печаль от ранений и всей ситуации. - Всем удачи!- прокричал я, помахав рукой,- Поправляйтесь! Да хранит вас всех Бог-Император! Все ответили мне еще большей радостью, провожая нас. Мы отправились дальше - нам нужно было проведать еще четыре крупных госпиталя, которые находились рядом с мостом. Их тоже нужно было обрадовать. А заодно нужно было сообщить комиссару, чтобы он провел некоторые изменения...