бартер

Чан, вообще-то, способный студент, только не заинтересованный. Ему легче выживать на фрилансе от проекта к проекту и получать хоть какие-то деньги, чем заставлять себя каждый день ходить на ненужные пары и что-то там зубрить. Как хорошо, что в этом они отлично нашлись с Чонином: парнишка запросто найдет конспекты, билеты на экзамен и даже ответы — за, разумеется, хорошую плату. Только берет Чонин не деньгами, а удовлетворением собственных желаний, против чего Чан ни капли не возражает. Однажды Чонин приходит к нему и кладет на стол конспекты за всю неделю, вопросы к наступающему экзамену и все ответы к нему. — Ого, — присвистывает Чан, — и что же мне с тобой за это сделать? — Я хочу, — мурчит Чонин, улыбаясь и притягивая его за футболку к себе, — чтобы сегодня ты заставил меня забыть собственное имя. Он обвивает его шею руками и приближается к уху. — И мне все равно, как ты это сделаешь. — Да? — улыбается Чан, прижимая его к себе. — Я сделаю это, — кивает он, глядя в смеющиеся глаза, и тоже приближается к уху парня, — но ты, солнышко, будешь делать все, что я скажу, — и прикусывает мочку уха. Чонин тихо смеется, обнимая парня, когда тот чуть приподнимает его, помогая сесть на стол. — Это мы посмотрим, — Чонин сверкает глазами и коротко целует Чана. — Возможно, я соглашусь. — Согласишься, — улыбается Чан и тоже целует младшего, двигая чуть ближе к краю, чтобы прижать к себе. — Может, даже назовешь меня папочкой? Чонин взрывается хохотом и утыкается Бану в плечо. — Нет уж, — продолжает смеяться он, — это уже слишком, побереги свои кинки. Чан делает вид, что расстроился, но потом улыбается и снова целует Чонина, забираясь руками под его футболку. — Иди сюда, — шепчет он между поцелуями, и Чонин сразу отзывается, улыбаясь и прижимаясь ближе. Между ними ничего, кроме учебных материалов и секса, но почему-то, будучи с Чонином, Чан чувствует, что между ними нечто большее. Ему нравится быть с Яном даже без этого странного бартера, но азарт в нем не позволяет прекратить эту замечательную игру. Чонин льнет к нему, едва не мурча в поцелуй, и даже выгибается в спине, когда Чан обнимает его. — Сколько раз ты хочешь кончить сегодня, солнышко? — спрашивает Чан, целуя его в щеку. — Столько, — Чонин хитро улыбается, — сколько ты сможешь меня заставить. Чан тихо смеется, подхватывая его под бедра. Чонин тут же скрещивает ноги за его спиной и хватается за шею, а Чан переносит его на кровать. Чонин смеется, опускаясь на спину, и не отпускает рук, отчего Чан падает прямо на него. — Ну что ты делаешь, — улыбается Чан, утыкаясь носом ему в шею. Чонин ничего не отвечает, только находит его губы и крепко целует. Бан тут же лезет под футболку и тянет ее наверх, снимая. Это лохматит волосы Чонина, и он становится похож на взъерошенного воробья. Это умиляет Чана и он целует его в нос. Младший дергает его за футболку, требуя снять ее тоже, и Чан тут же слушается, стягивая с себя ткань. Чонин, улыбаясь, проводит ладонями по его шее и широким плечам. Бан ловит его ладонь и подносит к губам, чтобы поцеловать внутреннюю сторону. Чонин такой славный и очаровательный, что это разбивает Чану сердце, а его игривость и хитрые глаза заводят хлеще любой порнухи. Он отрывается от его губ, чтобы спуститься поцелуями по подбородку к шее, и, конечно, услышать прерывистый вздох. Чонин никогда не скупится на ответы ласкам Чана — и это в нем тоже просто очаровательно. Чан медленно целует ключицы, спускаясь к груди, а потом снова поднимается, чтобы оставить поцелуи по другой стороне шеи. Чонин очень любит прелюдии, не меньше самого секса, а Чан никогда не против разнежить младшего до состояния зефира. Чонин тогда становится такой мягкий, податливый, эмоциональный — Бан от этого в восторге. Он уверен, в сексе они с Чонином — идеальная пара. А может, и не только в нем. — Иди ко мне, — тихо просит Чонин, и Чан тут же подтягивается, чтобы ответить на поцелуй. — Я же и так с тобой, — шепчет Чан, снова коротко целуя его. Возможно, он имеет в виду не только данный момент. — Я знаю, — хитро улыбается Чонин. — Кто же еще так щедро будет делиться с тобой конспектами? Чан тихо смеется, целуя его в щеку. Он поднимается с усмешкой на губах и расстегивает джинсы Чонина, стягивая их по длинным ногам. Ян улыбается, прикусывая губу в предвкушении и позволяя ему снять белье тоже. Становится жарче, когда они встречаются взглядами. Чонин ведет ладонью по своей груди и животу, спускаясь ниже. Чан закусывает губу и кладет ладони на его колени, раздвигая бедра. Он двигается ближе, устраиваясь между его ногами и наклоняется, чтобы снова поцеловать. Чонин горячо выдыхает, когда жесткая джинсовая ткань касается его обнаженного тела, а Чан проводит носом по его щеке. Он кладет ладонь ему на талию и сжимает, чуть прикусывая кожу на шее — Чонин от этого вздрагивает и судорожно выдыхает, запуская пальцы в его волосы. Чан так быстро меняется от романтично-нежного до горячо страстного и наоборот — от этого контраста сносит крышу. Чан тут же мягко целует место укуса, и Чонин тихо скулит. — Я еще ничего не сделал, — тихо смеется Чан, обжигая дыханием шею. — Я в предвкушении, — улыбается Чонин, его дыхание становится неровным от возбуждения. Чан усмехается, опускаясь ниже, и касается губами соска, а младший тут же судорожно вздыхает. Бан смотрит прямо в глаза, когда после этого прихватывает горошинку зубами. Он целует это же место сразу после, а большим пальцем другой ладони массирует с другой стороны. Чонин ахает, чуть прогибаясь в спине и разводя шире бедра. Он чувствует кожей усмешку Чана, и от этого мурашки по всему телу. — Ты такой чувствительный, — довольно шепчет Чан, целуя живот. — Хоть и глаза у тебя хитрые. — Ах, Чан… — Чонин сжимает пальцы в его волосах, когда он спускается поцелуями ниже. — Мне так нравятся твои черные глаза, — улыбается Чан, — и то, как ты выглядишь, когда я между твоих ног. Чонин закусывает губу. Чан умеет говорить ужасно пошло, не говоря при этом ничего пошлого. Он кладет ладони на его бедра и сжимает пальцы, а потом касается губами головки члена. Чонин вздрагивает, тут же сводя бедра, но Бан давит ладонями, не позволяя ему. — Не мешай мне, солнышко, — говорит он, и Чонин тут же кивает несколько раз подряд. Чан улыбается, глядя на то, какой Чонин послушный. Он снова целует головку, а потом оставляет еще пару поцелуев по стволу. Чонин закрывает глаза и поджимает на ногах пальцы. Чан вдруг отстраняется и встает с кровати, прежде оставив поцелуй чуть выше тазовой косточки. — Потерпи немного, — просит Чан, отходя к шкафу. — У меня есть для тебя кое-что интересное. Чонин смеется, потягиваясь на кровати. — С каких пор смазка и презервативы — это что-то интересное? — говорит он, переворачиваясь на живот и подпирая голову рукой. — Ты в правильной позе, солнышко, — улыбается Чан, возвращаясь. Чонин видит в его руках что-то кроме привычного тюбика и блестящей упаковки. — Что там? — он вытягивает любопытную мордочку. — Исполняю твое желание, Иен-а, — мурчит Чан, забираясь обратно на кровать. Чонин тут же разворачивается обратно и тянется за поцелуем, который Чан ему тут же дает, укладывая обратно на спину. Чонин призывно раздвигает бедра и хитро улыбается, когда Чан отстраняется. Бан оставляет поцелуй на внутренней стороне бедра и берет в руки тюбик со смазкой. Он выдавливает достаточно много и опускает одну ладонь на член, а другую уводит ниже. Чонин весь расслабляется, сосредотачиваясь на движениях чужой ладони на собственном члене, и закусывает губу, издавая тихие стоны. Чан вводит один палец медленно, но на всю длину, Чонин старается держать бедра шире. Он выгибается в спине от приятных ощущений и улыбается, двигаясь навстречу. — Тебе приятно, Иен-а? — вкрадчиво спрашивает Чан. Он знает, что да, и Чонин тут же кивает, едва не мурча от удовольствия. Чан убирает палец, и Чонин ждет, что сейчас будет второй, но Чан все медлит. Он открывает глаза, проверяя, что он делает, и в этот момент Чан что-то вводит в него. — Что это? — выдыхает Чонин. — Маленький помощник в доставлении тебе наслаждения, — усмехается Бан. Чонин вздрагивает, когда что-то внутри начинает тихо жужжать и вибрировать. — Всего лишь небольшая игрушка, — улыбается Чан и наклоняется, чтобы поцеловать его. Чонин тут же притягивает его за плечи, не отпуская и снова целуя. Он тихо стонет от вибрации внизу и прогибается в спине, немного кусая парня за нижнюю губу. Чан добавляет язык, а Чонин сжимает пальцы в его волосах, прижимаясь ближе. Его тело немного дергается, когда игрушка внутри задевает простату. Чан целует его под линией челюсти и поглаживает большим пальцем сосок. Чонин тихо постанывает, не в силах сдерживать движения бедрами. Чан опускает руку на его член и медленно двигает ладонью. — Ах, Чан-и, — скулит Чонин, пока старший оставляет следы на его шее, — побыстрее, пожалуйста… — Ты слушаешься меня, помнишь? — напоминает Чан, сжимая член у основания. — А-ах!! Я помню, помню, мой хороший, — шепчет Чонин, толкаясь в ладонь, и целует его в губы. — Я помню… боже… Чан ласково целует его в щеку, улыбаясь — и меняет режим. Чонин цепляется пальцами за его плечи и распахивает глаза. А Бан, тем временем, спускается к груди и снова прикусывает сосок. Чонин вскрикивает, а старший продолжает сладкую муку, возвращая ладонь на член. Теперь он хватает крепче, давит большим пальцем на головку, а Чонина всего бьет мелкой дрожью. Чан же оставляет спокойный, тягучий поцелуй на его ключице и улыбается. — А так тебе хорошо, солнышко? — в его голосе слышна усмешка. Чонин уже не может отвечать. Он крепко держится за его плечи, подаваясь бедрами вверх и стонет. — Я задал вопрос, Иен-а, — мягко напоминает Чан и опускает ладонь вниз, надавливая на игрушку. Чонин вскрикивает от внезапного давления и еще сильнее сгибает ноги, зажмуриваясь. — Чонин, — давит старший. — Д-да! Да, да! — кричит Чонин, метаясь по подушкам. Он тянется рукой к своему члену, чтобы поскорее получить разрядку, но Чан ожидаемо перехватывает его ладонь и подносит к своим губам, оставляя там поцелуй. — Чан-и, — хнычет младший. — Помоги мне, пожалуйста! — Какой вежливый, — улыбается Чан, проводя носом по его щеке и целуя. Он накрывает своей ладонью изнывающий член и, крепко обхватив его, делает резкие движения рукой, отчего Чонин вскрикивает, поджимая на ногах пальцы, и втягивает Чана в мокрый поцелуй — а после пачкает его руку. — Чонин? — мягко зовет Чан, и Ян открывает глаза, встречаясь с ним расфокусированным взглядом. — Еще помнишь, как тебя зовут, — хмыкает Чан. — Я это исправлю, солнышко, — он снова целует его. Чонин хнычет, потому что игрушка все еще работает, а он уже не выдерживает. — Останови, — просит он, его всего мелко потрясывает, — выключи… — Зачем? — Чан делает вид, что удивлен, но в его глазах пляшут чертята. — Мы еще не закончили. — Чан, я не мо- ах! я не могу, Чан, останови, — умоляет он, выгибаясь в спине. Бан, однако, только снова опускает ладонь на его член, размазывая естественную смазку по стволу. Чонин вскрикивает. — Н-не трогай, — выдыхает он, беспорядочно проводя ладонями по шее и плечам старшего, а потом впутывает пальцы в его волосы и прижимает к себе. Чан с готовностью целует в основание шеи и прикусывает ключицу, заставляя парня в его руках извиваться и стонать громче. Чонин невыносимо горяч, когда начинает требовать, Чан готов выслушивать все его капризы. Но только выслушивать, ведь принимать решение он будет сам. И он решает снова надавить на игрушку, заставив Чонина кричать и плакать, сжимать пальцы в его волосах и просить больше. Чан поднимается, чтобы устроиться поудобнее, и поправляет собственный член, чтобы облегчить свое желание. Он прикусывает кожу на внутренней стороне бедра, тут же оставляя поцелуи после укусов — сначала на одной стороне, потом на другой. Чонина снова дергает, и он содрогается в сухом оргазме с громким стоном. Он тяжело дышит, по телу бегут мурашки, и он только тянет Чана на себя, чтобы прижать к себе горячее сильное тело. Чан выключает игрушку, вынимает ее и смеется, покрывая поцелуями его щеки, нос и губы. Чонин тоже улыбается от поцелуев и только крепко обнимает его за шею, подставляясь под поцелуи и отвечая на них. — Это было… охрененно, — признается Чонин, с нежностью глядя в глаза напротив. Он обнимает ладонью щеку Чана и мягко целует его в губы. — Почему ты говоришь в прошедшем времени? — хмыкает Чан, целуя его в кончик носа. Лицо Чонина вытягивается в удивлении. — Я больше не смогу, — ошарашенно говорит он. — Конечно сможешь, — улыбается Чан. — Ты сам просил меня об этом. Я отрабатываю долги сполна, — смеется он. — Тем более, что это была всего лишь игрушка. Чан целует его в шею мягко, поднимается выше, прикусывает мочку уха — Чонин закрывает глаза, закусывая губу. — Ты прав, — мурчит он, улыбаясь. — Ведь я еще не получил тебя. — Хочешь сверху? — предлагает Чан. Чонин хитро улыбается, активно кивая. Он давит Бану на плечи, переворачивая его на спину, и коротко целует. — Поверить не могу, что ты все еще в джинсах, — говорит он, быстро расстегивая его штаны. — Так помоги мне? — Чан подмигивает. Чонин смеется, стаскивая с него джинсы вместе с бельем и усаживаясь сверху. Он оборачивается, дотягиваясь до тюбика со смазкой. — Какой активный, а говорил, что больше не сможешь, — смеется Чан. Чонин только хитро улыбается, обнажая ямочки на щеках. Чан закрывает лицо ладонями, а потом уводит их наверх, забирая назад взлохмаченные волосы. — Ты сводишь меня с ума, — улыбается он, притягивая Чонина, чтобы поцеловать. — Пока еще нет, — щурится Чонин и прикусывает его губу. Он поднимается, чтобы вылить прохладный гель на член Чана, и он от этого шипит, двигаясь, чтобы устроиться поудобнее. — Хочешь сразу? — спрашивает Чан, глядя на растрепанного и раскрасневшегося Чонина. — Хочу, — выдыхает он и приподнимается, чтобы ввести член в себя. Он упирается ладонями в грудь Чана, медленно опускаясь. Бан закрывает глаза и прикусывает губу, сжимая в руках его талию. Он шипит, не в силах терпеть, но сдерживается, чтобы не двигать бедрами — Чонину нужно привыкнуть. Он никогда не сделает ему больно из-за своего желания. Когда младший опускается до конца, оба шумно выдыхают. Чонин наклоняется, чтобы обнять ладонью щеку Чана и поцеловать его, а Чан в ответ обнимает ладонями его голову и отвечает. — Помоги мне, — выдыхает Чонин ему в губы, а Чана дважды просить не надо, и он двигает бедрами, выбивая тихий вздох из младшего. Чонин на слабеющих руках поднимается, продолжая упираться ему в грудь, и приподнимается, чтобы потом снова опуститься. — Блять… — выдыхает он, и снова двигается. Чан заполняет его до упора — очень хорошо. Он знает, что Бан терпел очень много, а потому старается начать двигаться быстрее — и на его лице расцветает довольная ухмылка, когда парень под ним матерится и тихо стонет. Чонин приподнимается, так, что в нем остается одна головка, и опускается до конца — Чан крепче сжимает его за талию. — Умница, солнышко, — выдыхает Чан, когда Чонин продолжает двигаться. — Конечно, — самодовольно хмыкает Чонин, а потом стонет, когда Чан тоже двигает бедрами навстречу. — Но не забывай, что я все еще исполняю твое желание, — говорит Чан, усмехаясь. Чонин громко стонет, когда Чан снова толкается и сбивает его с ритма. Их движения становятся все более хаотичными, когда они начинают двигаться быстрее. Чонин закидывает голову, не сдерживая стонов. — Давай еще, — скулит Ян, продолжая двигаться. — Дам, — улыбается Чан, двигая бедрами в ответ, выбивая с каждым толчком все больше стонов. Он переворачивает их, устраиваясь между ног Чонина и снова входит. Чонин тянет его на себя, чтобы поцеловать, пока Бан продолжает толкаться. Он немного опускается, чтобы укусить Чонина в шею, ускоряя темп. Чонин запрокидывает голову, сжимая в его волосах пальцы и скулит, потому что Чан двигается коротко и глубоко. — Пожалуйста, — хнычет Чонин, прижимая его к себе, — пожалуйстапожалуйстапожалуйста… Чан подхватывает его под спиной, чуть не вгрызаясь в ключицу, а потом заглушено стонет, толкаясь до упора. Чонин выгибается, чувствуя, как внутри становится еще горячее. Он продолжает толкаться, рвано, глубоко, под громкие всхлипы Чонина, до тех пор, пока Чонин не кончает снова, пачкая им животы. Его тело дергает сладкой судорогой, а Чонин все крепче прижимает к себе Чана, целуя его в ухо, в висок, в щеку, в лоб. — Я… я не могу двигаться, — выдыхает Чонин, а по вискам вдруг текут слезы. Он снова целует Чана в висок, а когда он чуть приподнимается, сразу же притягивает его, впиваясь в губы. Они горячо целуются, немного кусаясь, и Чан снова двигается внутри несколько раз. Чонин хнычет и прикусывает ему губу. А когда Бан медленно выходит и сжимает в ладони его член, Чонина снова дергает в еще одном сухом оргазме. — Ты дьявол, — плачет он и снова целует Чана. А после поцелуя смотрит ему в глаза, близко-близко, соприкасаясь носами, — но я люблю т… — А я тебя, — тут же отвечает Чан и целует в ответ. — Я люблю тебя, Чонин, — а после улыбается. — И твои конспекты, конечно, тоже.