Никто

На станции «Уайткросс» Артур Гордон вышел из поезда. Из вещей у него был только небольшой чемодан на колесиках. В чемодане лежали документы, какая-то косметика, нужная Артуру до последнего момента, пара свитеров. Остальные пожитки, упакованные в пакеты и коробки, забрали пару дней назад специально присланной машиной. Сегодня за ним тоже должны были отправить водителя, но машины нигде не было видно. Артур даже снял наушник, прислушиваясь. Поезд взревел и умчался в направлении «из Лондона», куда-то в глубинную Англию, мир тут же ограничился зелено-желтыми пятнами осеннего леса, нависающего над станцией. От нее вела только одна дорога — асфальтированная, потрепанная, в лужах и выбоинах. Человек в синей униформе, видимо, местный работник, лениво закурил, выйдя из здания билетных касс. Артур, зажмурившись, вдохнул непривычно свежий после Лондона воздух и потянулся. Он был в очень хорошем расположении духа, довольный своим новым назначением. Конечно, в этом была определенная (и немалая) доля везения — но ведь Фортуна любит смелых? В конце концов, кто, если не он, Артур, организовал свое движение по вероятностному пространству жизни так, чтобы ему повезло занять должность личного ассистента Николаса Грейхаунда? Минут через пятнадцать, сопровождаемый треском гравия под шинами, на дорогу выкатил дорогой черный автомобиль — достаточно дорогой для того, чтобы занимать парковочное место в автомобильном парке Уайткросса, но недостаточно дорогой для того, чтобы выезжать на нем куда-либо еще. Артур встрепенулся, вытащил из уха второй наушник и пошел навстречу. Из автомобиля вышел Сэмюель Грант — уже знакомый Артуру дворецкий, невысокий (как и почти любой человек, если сравнивать с Артуром, рост которого составлял шесть футов и пять дюймов), приятно-полноватый мужчина лет тридцати пяти с мягкими чертами лица и тихим голосом. Они быстро погрузили багаж, так как грузить, в сущности, было нечего. Артур упал на переднее сиденье, в зеркале заднего вида мелькнули его въедливые зеленые глаза и выбившиеся из узла на затылке черные волосы, небрежно упавшие на лоб. Сэмюель вел автомобиль не слишком быстро и уверенно объезжал ямы, его глаза были прикованы к дороге. Артур посчитал, что отвлечь его милой светской беседой — малый риск, и бодро задал вопрос: — Как дела? — Все хорошо, благодарю, — механически отозвался Сэмюэль и продолжил, будто заучил фразу перед выездом, — ваши вещи доставлены в комнату. Комната полностью готова к проживанию. Ужин будет готов через несколько часов, но если вы голодны, то у нас осталось кое-что с обеда. Ответ был исчерпывающим — не зацепиться. Артур многозначительно кивнул и отвернулся к окну. Посмотреть там было на что — после нескольких десятков оттенков серого лондонского бетона, к которым так привык глаз, многоцветный природный пейзаж казался сказочным. Смешанная с зеленью медь осени наседала на дорогу, поглощала ее, растворяла серость неба и асфальта во мхе и листьях. За всю дорогу они никого не встретили, и пестрая монотонность пейзажа провалила Артура в сюрреалистическое настроение зацикленности — ему показалось, что лес растворил даже время, и поэтому извне не поступает звуков, а катиться по этой дороге они будут вечно, эдакий лимб для грешников вроде него — ни туда ни сюда. Однако, через неопределенное число проведенных в зацикленности минут, вдалеке все-таки показались кованые черные ворота, и с каждой секундой они становились все больше. Мысленно Артур представил, как могла бы выглядеть функция размера ворот, перенесенных на холст, от времени, проведенного в машине. Получалась линейная зависимость с неопределимым на глаз положительным коэффициентом. Как бы выглядел оптический мир, будь эта зависимость нелинейной? Может ли она стать нелинейной, если, например, привычное преломление света нарушено метеорологическими явлениями вроде капель воды, повисших в воздухе? Занятый этими мыслями, Артур вынырнул из автомобиля и ненадолго завис, рассматривая двор усадьбы. Он был здесь в третий раз, поэтому сейчас интереса ради сравнивал действительность с картинкой, сохранившейся у него в голове. Результат Артура порадовал — он верно запомнил многие детали: расположение клумб, частоту каменных плит, которыми были вымощены дорожки, фонтан с фигурой ангела, сдерживающего трех поджарых псов, — грейхаундов, видимо, — Артур посчитал эту отсылку слишком очевидной. Два этажа, два жилых крыла. Выход в сад слева, сад уходит куда-то за фасад. Справа тропинка вела к ухоженному одноэтажному строению — конюшне (явный новострой), рядом с которым находилась огороженная песчаная площадка. Чуть поближе к дому с этой же стороны — гараж. Сэм закрыл машину и передал ключи из ниоткуда взявшемуся рыжеволосому и рыжебородому человеку с торчащей за ухом недокуренной сигаретой и каким-то садовым инвентарем под мышкой, одетому в удивительно чистый рабочий комбинезон. «Даже, наверное, слишком чистый для рода деятельности», — подумал Артур. Рыжеволосый по-свойски кивнул гостю и протянул руку: — Вы наш новый ассистент? Наслышан. Я Гарольд, по хозяйственной части в усадьбе. Артур ответил крепким рукопожатием, его лицо тут же озарила красивая улыбка. — Артур. Приятно познакомиться, Гарольд. — Джентльмены, — вмешался Сэмюэль, — не хочу прерывать вашего знакомства, но, думаю, что времени у вас будет еще достаточно. Гарольд, Артур наверняка устал с дороги и хочет наконец принять ванну, переодеться и поужинать. Моя прямая обязанность — проконтролировать, чтобы все эти планы сбылись. Прошу, займись парковкой, иначе … — Ладно — ладно, — Гарольд замахал на дворецкого руками, — Артур, располагайтесь.

***

Комнату ему позволили выбрать самостоятельно. Находилась она в левом крыле, как и все остальные комнаты, в которых жили постоянные обитатели Уайткросса. Правое крыло, за исключением нескольких общих комнат на первом этаже, консервировалось на зиму, а летом использовалось для размещения малочисленных гостей. Артур выбрал угловую комнату с двумя большими окнами, одно из которых выходило в сад, а другое — во двор. Сэмюель предупредил, что поздней осенью и зимой здесь может быть прохладно, хотя рамы недавно утепляли. Артур, выросший в Северной Шотландии, а после несколько лет успешно выживавший в условиях продуваемых всеми ветрами старых домов в дешевых районах Эдинбурга и Лондона, только усмехнулся — в те славные времена отопление всегда было статьей расходов, на которой можно было сэкономить. В Уайткроссе он отметил добротные оконные рамы, тяжелые шторы и толстый ковер на случай, если добротности рам и тяжести штор будет не хватать. Если и это не поможет, Артур прикинул, что на свою новую ставку сможет позволить себе не просто какой-то обогреватель, а хороший обогреватель, даже несколько, если до того дойдет. Проводку, по словам дворецкого, полностью обновили пять лет назад. Вся одежда, которую он взял с собой, была отглажена и развешена на вешалках в шкафу (хотя он об этом не просил). Постель аккуратно заправлена. Коробки с остатками личных вещей, выставлены возле рабочего стола. Гитара — на стене, на специальном крюке. Был ли он тут раньше, или Сэмюель подсуетился, оставалось только гадать. Благодаря двум окнам, комната была залита рассеянным пасмурным светом. — Арти, я тебя поздравляю, — мечтательно пробурчал сам себе Артур, смотрясь в зеркало в полный рост, — Прекрасный минималистичный интерьер из темного дерева. Дерева, а не фанеры с печатью! Все сочетается! Ковер в цвет штор, а не «что смогли найти по объявлению, за эту цену качество просто отличное, ну а цвет не так важен»! Одежда отглажена и на вешалке без моего участия. Навскидку, бюджет моего гардероба составляет одну третью от стоимости местного утюга. Ну ничего, ты же тут для того, чтобы это исправить, да? — Артур подмигнул себе в зеркало и распустил волосы. Затем расстегнул рубашку, остался в одних брюках. Рассмотрел отражение. В том, как он это делал, самолюбования почти не было, скорее придирчивый анализ — так осматривает солдат свое оружие. Легкий мышечный рельеф, хорошая осанка, длинная шея, крупно вьющиеся черные волосы ниже плеч — хорошо. Покраснение глаз, небольшая отечность лица, проклевывающаяся на подбородке черная щетина, несколько забитых пор на носу — плохо, но поправимо. Артур избавился от брюк и облачился в белый хлопковый халат, появившийся в гардеробе без его ведома, видимо, в качестве временной меры, так как своего халата у Артура не было, а путь в ванную лежал через общий коридор. Он вытащил из чемодана кое-что из косметики и вышел из комнаты. С замком пришлось повозиться, и, пока Артур пытался уговорить ключ повернуться, из комнаты напротив кто-то вышел, несколько секунд молча постоял у Артура за спиной, после чего развернулся и все так же молча направился дальше по коридору. Краем глаза Артур заметил, что этот кто-то достаточно высок, худощав и обладает очень светлыми волосами и кожей. Все признаки совпали с портретом Николаса Грейхаунда — человека, на которого он теперь работал. — А, Ник, здравствуйте, — весело начал Артур, — я тут с замком… Он поднял голову и встретился взглядом с колючими серыми глазами. По всем признакам это был Грейхаунд — высокий, тощий, белолицый, с узкими губами и носом, о который можно было порезаться. Однако, этот был сильно моложе, и волосы у него (по этой же, видимо, причине) были не белые, а светло-золотистые. — Вы обознались, — холодно отозвался новый Грейхаунд, чеканя каждое слово с эталонно английским произношением, — Отец сейчас в кабинете. Был там, по крайней мере, минут пятнадцать назад. Кабинет в начале крыла, из центрального холла налево. — Вы Грегор, верно? — догадался Артур. — Верно, — согласился Грегор. — Приятно познакомиться, — Артур улыбнулся. — Идете ужинать через час? Я был бы рад компании. — Боюсь, что в вопросах компании я вам не помогу. — Очень жаль. Грегор с каменным лицом промолчал. — Не смею вас задерживать в таком случае, — вздохнул Артур. — Подскажите только, вы знаете, как закрыть этот замок? — Потяните ручку на себя и в это время поворачивайте ключ. — Попробую. Грегор принял позу нахохлившейся вороны — прямая спина, опущенный подбородок, руки сцеплены в замок спереди, — и принялся наблюдать за тем, как Артур пытается следовать его рекомендациям. После третьей попытки Грейхаунд не выдержал, раздраженно выдохнул, бесшумно переместился к Артуру и двумя мелкими быстрыми движениями закрыл дверь, после чего протянул ему ключ. — Открывать так же. Дверь должна быть плотно закрыта, тогда замок нормально работает. Где вы учились? — внезапно спросил он. Артур растерялся. — Закрывать замки? — Нет, я про образование, — нетерпеливо ответил Грегор. Вопрос был задан неправильно. Не был выстроен мост от одной теме к другой. Артур не был готов к вопросу об образовании, потому что образования у Артура толком и не было. — Ну, э-э, школа, a-level, а дальше я уехал из дома и сразу начал работать, — промямлил он. — Сам учусь, всему чему нужно. — Что? — каменная маска Грегора тут же треснула. — У меня нет высшего образования. — А школа? Не Итон? — Нет, я боюсь, что название моей школы вам ни о чем не скажет. — С ума сойти, — одними губами произнес младший Грейхаунд, смотря куда-то в сторону. — Сколько вам лет? — Двадцать пять. — Мне двадцать четыре. — Потрясающе, — ровно произнес Артур. Этот резкий разворот темы смутил его. Отсутствие бумаги об окончании хоть какого-нибудь университета было его слабостью. Отсутствие денег и времени на учебу не делало его глупым. Он сам не видел необходимости спешить. Наоборот, то, что он, не имея образования, так упрямо держался на плаву и все это время только улучшал свое положение, говорило о незаурядных способностях. Артур знал людей с дипломами, работавших в унылых конторах без каких-либо перспектив. Не они, а он был сейчас здесь — и полученная должность открывала перед ним перспективы. Все это было замечательно и логично, только вот Грегор, привыкший вращаться в кругах выпускников Кембриджа и Оксфорда (Артур слышал, что он и сам учился где-то там), наверняка смешал бы эти аргументы с грязью. Он, видимо, и собирался так сделать, иначе бы не разворачивал так бесцеремонно их первую в жизни беседу. За то малое время, что Артур работал с подобными Грегору, он так и не выработал толерантности к их жалобно-снисходительным взглядам и внутренне уже приготовился обороняться. — Что ж, — прервал молчание Грегор, — мне пора. Моя комната напротив, мы еще увидимся. Не дожидаясь ответа, Грейхаунд молниеносно развернулся и унесся по коридору. Гордон, недоумевая и поскрипывая зубами, направился в ванную.

***

— Артур, я до сих пор не знаю, насколько верным решением было отдать это место вам. Старший Грейхаунд принял его у себя в этот же день, сразу после того, как Артур закончил приводить себя в порядок. Сейчас они находились в упомянутом Грегором кабинете — стильная современная меблировка в темно-красных тонах, много света, кремовые стены с панелями из темного дерева, камин из белого камня. Артур сидел в кресле, положив ногу на ногу, напротив Грейхаунда, сидящего за рабочим столом. Светлые тяжелые шторы были раздвинуты, чтобы свет из окна освещал лежащие на столешнице бумаги. Грейхаунд — копия своего сына, только старше и с абсолютно белыми короткими волосами. Взгляд еще более колючий, черты лица сильнее заострены временем. Много живых цветов в горшках. — Мне вас порекомендовали, — продолжил лорд. — Знаю, что в последний год вы работали ассистентом… м-м-м, какого-то арт-дилера среднего пошиба. Этого самого по себе было бы недостаточно для того, чтобы я обратил на вас внимание, но управляющему Тейт понравилось, как вы ведете переговоры и организовываете работу. Артур усмехнулся. — Я польщен, но та сделка все равно сорвалась. — Это уже не имеет значения. Вы здесь благодаря рекомендации. То, что вы смогли добраться до человека, который смог вам ее дать — показатель вашей потенциальной пригодности. Насколько мне известно, вы начинали официантом. — Я не помню, чтобы я вам об этом говорил. Грейхаунд впервые за разговор улыбнулся — сдержанно, уголком рта, но с выражением удовлетворенности. — Привыкайте. Если мы сработаемся, вам придется так делать довольно часто. Артур кивнул, демонстрируя готовность. — После нашей первой беседы у меня осталось положительное впечатление, — продолжил Грейхаунд. — Вы достойно справились с тестовой задачей, хотя, конечно, ощущается недостаток опыта, как и то, что вы привыкли работать в другой сфере. Сейчас я хотел бы кратко ввести вас в курс дел, что-то вроде обзорной экскурсии. Основная сфера моей деятельности — информационные технологии. — ItneroTech — компания занимается разработкой полного цикла и поддержкой ПО для бизнес-клиентов. В последние годы сосредоточена на поставке AI и IoT решений для сырьевых производств, активно ведет академические исследования в этих направлениях. — Прекрасно, — удовлетворенно кивнул Николас. — В целом, компания налажена и работает, все вопросы решаются по известным правилам. Мы взялись за амбициозный план — хотим распространить свое влияние за пределы островов. Заниматься этим будут технические директора и маркетологи, но в будущем, возможно, вам придется часто иметь с ними дело. Второй фронт работ — Уайткросс, усадьба, в которой вы находитесь. Мне принадлежит не только земля, на которой стоит этот дом, но и приличный кусок леса сразу за оградой. Это природоохранная зона, но нужно ли говорить, что земля привлекательна для застройщиков — меньше двух часов езды от Лондона. Мы отбиваемся как можем. За передвижениями застройщиков необходимо следить и время от времени развлекать их обменом бумажками с печатями — с этим вам нужно будет плотно разобраться в ближайшие месяцы. Третий фронт — недвижимость. В летние месяцы мы организовываем в Уайткроссе пансион для всех, кто в состоянии его оплатить и проходит наш фейс-контроль — к счастью, таких не слишком много. В Лондоне у меня недвижимость разного назначения, жилые и нежилые помещения. Юридические вопросы и переговоры будут в основном на вас. Грейхаунд замолчал, ожидая вопросов. Артур только сказал, что предварительно ему все ясно, но вопросы наверняка будут возникать позже. — Хорошо, — продолжил Николас. — В оставшиеся до ужина пятнадцать минут расскажу вам про местных жильцов. Летом, когда Уайткросс принимает гостей, здесь, конечно, поживее, но холодное время года нас остается немного — только постоянный контингент. Сэмюель — наш дворецкий, с ним вы знакомы. Он отвечает за все в пределах дома. Его жена Джейн держит дом в чистоте. У них есть сын Кристофер, ему двенадцать, он учится в школе-пансионе, но приезжает сюда на каникулы. Жозефина — повар, не могу не отметить, что прекрасный. Гарольд отвечает за все, что находится на улице, нанимали мы его как садовника много лет назад, но недооценили спектр его талантов. Он ярко-рыжий ирландец, пропустить невозможно. — Мы познакомились несколько часов назад. — Быстро заводите знакомства, Артур, — усмехнулся лорд, — тогда, остается охрана и конюхи — ребята постоянно меняются, будет проще, если вы познакомитесь с ними естественным образом, — и Грегор — мой сын. — С ним тоже знаком, — сообщил Артур и тут же отметил, как напрягся лорд. — Да? Интересно, — произнес Николас. — Он дома? — Да. Я выбрал комнату напротив его комнаты. Он выходил и помог разобраться с замком. — Интересно, — повторил Грейхаунд. — Видите ли, — продолжил он после короткой паузы, — Грегор не слишком социальный, Он безобидный, но может показаться странным или грубым — в любом случае, прошу не принимать это близко к сердцу. — Насколько корректно будет сейчас поинтересоваться, в чем причина такого поведения? Наше короткое взаимодействие было… нетипичным. Я обратил на это внимание, но не смог понять, в чем дело. — Абсолютно некорректно, Артур, — с легким нервным смешком ответил Грейхаунд. — Но поскольку Грег теперь ваш сосед, вы имеете право его задать. Дело не в вас, просто у мальчика непростая история. Подробности он вам сам когда-нибудь расскажет, если захочет. А пока просто примите его существование и манеры как данность. Николас взглянул на часы. — К работе приступите с понедельника, до этого момента настоятельно рекомендую ознакомиться с инфраструктурой Уайткросса. Приглашаю начать со столовой и спуститься туда со мной на ужин.