- Столик жалко - хнычет Джей.

Джей не помнил когда точно это случилось. В тот день они с Нией были в аэропорту. Два билета, чемоданы, общество друг друга — что ещё могло сделать их столь же счастливыми, чем они были на тот момент? Они планировали 2 недели провести на солнечном берегу, вместе, только он и Ния — просто мечта! Вот только, сбыться этой мечте было не суждено. Их рейс отменили, по непонятным причинам и отправили по домам. Настроение было ниже плинтуса. Ния тогда очень расстроилась. Джей утешил. Сказал, что в следующий раз, они обязательно получат долгожданный и вполне заслуженный отпуск. И вот, вроде бы как, все смирились. Ну, а что поделать? Бывает и такое. Эта жизнь, а она обычно не предусмотрена в комплекте иметь какие либо страховки. Они возвращались домой. Время было около пяти часов, а это значит, что дом наверняка пустовал. Тренировка Ллойда заканчиваются в пол восьмого. Зейн взял привычку всë чаще тусоваться у П.И.В.В.Ж. Коул и Кай давно имели собственную квартиру. " — Ну, хотя бы дома мы сможем некоторое время побыть наедине» — подумал Джей и открыл входную дверь, пропуская Нию и топая следом. Девушка прошла в коридоре и сразу же поднялась по лестнице. — Я схожу в ванну, немного приведу себя в порядок. — бросила она кивающему Джею. Уолкер скинул с плеча дорожную сумку, а рядом поставил чемодан. Выпрямился, похрустел шеей и облегченно вздохнул. — Проклятие, что за день? Он еще раз потянулся и направился к дивану. Хотелось прилечь хотя бы на секунду, чтобы спина перестала ныть и может быть совсем немного сердце. Только он собирался приземлить свою пятую точку к мягкой обивке, как раздался посторонний звук. Кажется с кухни. Но, Ния наверху. А дома кроме них никого нет. Кто тогда шумит? Воры? Джей на цыпочках приближался к кухне. По дороге прихватил биту Ллойда, ну мало ли. Шумы по мере приближения становились более отчётливее. Это что стоны? Джей остановился, потупив взгляд. Нахмурился и продолжил свой путь. И вот он уже вплотную прислонился к стене. Двери, ведущей на кухню, у них не было. Джей прислушивается. — Ах...ахх, хватит, Кай. Нас же увидят. — Расслабься, дома никого нет Уолкер сначала не поверил тому, что услышал. Поэтому решил заглянуть на кухню и лучше бы, он этого не делал…потому что…блять… Кай Смит разложил полуголого Баккета на обеденном столе и удобненько устроился между его ног, закинув одну себе на плечо. Коул тяжело вздыхает, стонет и ахает, каждый раз когда Смит кусает его открытую шею, вгрызается как голодный волк. Лицо Баккета, покрытое ярким румянцем, кривится, жалобно поднимая бровки и раскрывая пухлые покрасневшие губы в немом крике. Чёрные влажные волосы красивыми завитками прилипли к потному лбу. Глазки закатываются от удовольствия, а затем жмурятся подрагивая длинными ресницами. Джей готов поклясться, что никогда прежде не видел Коула таким. Кай гладит его светлые бедра, а затем резко сжимает оставляя красный след. Сдирает рубашку, сильнее оголяя гладкие плечи парня и покрывает их мокрыми поцелуями. Они оба блестят от пота и слюней. На кухне невыносимо жарко и Джей не был уверен, что причиной тому является отопление. Черт, он не сразу понимает, что конкретно он видит. Будто, смотрит какое-то горячее порно. Даже немного возбудился. Но, когда пришло осознание, глаза раскрываются в невозможных размерах, а бита что пару секунд пребывала в крепких руках, летит вниз и с громким звуком бьётся о кафель. Две фигуры вздрагивают и резко оборачиваются в сторону охуевшего Уолкера. — Твою мать! — вскрикивает Коул и отталкивает от себя Кая. Джей смутно помнил, что было дальше. Парни засуетились, начали бросаться матами и проклинать Уокера за то, что «тебя блять стучаться не учили?» и ещё всякое этакое. Мда, для Джея тот день абсолютно точно был проклят. Мало того, что отпуск накрылся медным тазом, так ещё и он по «счастливой» случайности стал свидетелем…кхм…преступления? Да! Именно! Это самое настоящее преступление! Ибо какого хрена, мать вашу?! Ебаться надо в положенном для этого месте! И это он, Джей, ещё и виноватым остался?! Да с хуя ли!? Он бы предъявил им тогда! И выговорил бы всë накопившееся за этот поистине дерьмовый день, если бы не трусливо ретировался в другую комнату. Подальше от этих бессовестных извращенцев. От Коула с его блядским смазливым лицом… О да, эта картина, и по сей день не оставляет бедолагу Уолкера в покое. За что блять?! Последнее чего бы хотел в этой жизни Джей так это раз за разом прокручивать в своей больной башке момент как Коул стонет, распластанный Каем на, блять, ОБЩЕМ ОБЕДЕННОМ столе! Ну это же просто не в какие ворота! Уолкера переполняли самого разного рода эмоции. Сложно было сказать как именно он к этому относился. Вроде бы и злился, а вроде бы и… Он запутался. Он явно был к этому не готов. Ну а если опустить пока всю эту внутреннюю неразбериху и вернуться к реальности, то тут то он не позволил парням спустить всë с рук. Решил пристыдить и отругать как следует, чтобы больше и не подумали чудить разврат где попало. Да не просто где попало, а прям на кухне, на столе епт! И, да, Уолкер долго напоминал им об этом несчастном предмете мебели. А по началу, даже обедать за ним отказывался, мол, «Я НЕ СТАНУ ЕСТЬ ЗА СТОЛОМ, НА КОТОРОМ ЧУТЬ НЕ ТРАХНУЛИ МОЕГО ЛУЧШЕГО ДРУГА!» В общем, к чему он всë это? Ах, да! Любовь любовью конечно. Но совсем не обязательно (вернее, настоятельно не рекомендуется) (хотя, нет, ЗАПРЕЩАЕТСЯ) демонстрировать (пусть даже если и случайно) свои пылкие чувства всем напоказ. Особенно в местах приёма пищи.