Трещит

Тройной аксель трещит. С громким треском ломается, зачёркивая всё. И возвращать ничего не собирается: все баллы, которые из-под носа украл. Петя надеется, что завтра выбраться сможет. С четвёртого на пьедестал. На первое, конечно, желательно. Этот аксель закрывать надо. Только сердце тоже трещит. Оно не то, что было вчера. Оно такое же как и тогда, когда видел баллы одинаковые. Сейчас не так, сейчас хуже, а может лучше. Он пока второй и снова ниже Жени. Женя снова его обогнал. Как тогда, как почти всегда. Петя растёт, он это знает. Женя тоже — это видно. Видно как и то, что Петя, кажется, никогда до Жени и недорастёт. Никогда и Чемпионом страны не станет. Бьёт прямо в грудь. И все награды его не защищают от своих же мыслей. Добивают только сильнее. Думает, что если есть на свете удача, то он её использовал на всех соревнованиях, где Женю обгонял. Больше не осталось. Знает, что трудится долго для таких результатов. Не утешает только эта правда нисколько. Значит недостаточно делал. Значит больше нужно и лучше. Нужно этот аксель тройной во сне прыгать, может тогда не будет лёд обтирать на нём. Трещит всё сильнее, когда с Женей рядом сидят, на программу Влада смотрят. И парень точно попытки поговорить делает, только Петя внимательно смотрит на экран. У Влада прыжки лучше. У Влада в этом сезоне получается всё лучше, чем у Пети. Раздражает потому, что просто лучше. Первый сезон и так выстрелить мощно. Петя видимо стрелять не умеет. Видимо только в произвольной или короткой. Но не в сумме. На Чемпионате России тем более, на Финале Гран-при — пожалуйста. Он в том сезоне это сделал, в этом постарается. В этом ему себя нужно на все сто двадцать из ста показать. Чувствует, как его локтем толкают, к себе внимания привлекая. Женя, кто же может быть ещё. — Это бабочка может ему стоить первым и вторым местом. — улыбается, видно, что подбодрить пытается. Видит ведь какое лицо у Пети, как руки у него края кофты теребят. У Жени сердце слишком доброе, потому что даже после того дерьма, что между ними было, он помочь пытается. Только Петя от этого трещит ещё больше. Он один раз уже поверил в такое, что потом от этих чисел одинаковых отходил долго. Он уже верил и словам Женьки, которые только больнее делали. Только из того диалога в голове фраза эта его на ухо: без обид? Конечно без обид, спорт и все дела. Но от этого легче не становится. Женя это знает, и Петя не может понять зачем говорить тогда такое. Потому что рушить дружбу враньём нельзя. А дружбу ли? Петя в напряжении на Дикиджи смотрит, чтобы побыстрее баллы увидеть. Не хочет, чтобы Влад выше был; не хочет, чтобы сам на втором оказался, потому что ему снова не хватит чуть-чуть до Жени. Он улыбается точно как-то странно, устало, а парень рядом встаёт и руками машет. Радуется. Вот у Жени улыбка настоящая, искренняя. Кто не будет рад стать двукратным Чемпионом России? Только дурак. Петя смотрит на него и старается ведь незаметно. Всё-таки на радостного Семененко можно смотреть долго. У него слишком хорошо отражаются все эмоции на лице. А у Пети всё непонятно. Он сам не понимает, что внутри. Что-то точно неоднозначное пылает слишком глубоко и сжигает всё. У Пети сердце трещит от Жени, когда им от камер скрыться удаётся. Он останавливаться не собирается, их, вроде бы, уже ждут. Им на конференцию эту надо прийти. Только вот Женя рукой его останавливает. — Ты меня вообще слышишь? — у парня взгляд серьёзный чересчур. Женя видит слишком много. Ему нельзя. Пускай радуется, пускай Петя один останется в своих мыслях. Но он ждёт чего-то понятного в ответ. — Нет. — грубо, но правдиво. И ждать Женины следующие слова вообще не хочет и не собирается, поэтому идти продолжает. Правда медленнее, чем до этого. — Куда ты бежишь, Гуменник? — он догоняет вновь. Только не останавливает больше, но в лицо смотрит. — Без нас не начнут. — улыбается снова так, как может только он. Улыбка такая, которую Петя хочет видеть каждый день. Глаза закатывает и головой из стороны в сторону мотает. На Женю и злиться не получается, гнев только на себя идёт. Ну и ладно, это правильно. Женя лучше значит, Петя хуже. Это уже не в первый раз подтверждается. Это всегда будто известно было. — Поздравляю с третим местом. — Женя это искренне говорит, Петя это видит, но только усмехается. В предложение не хватает "Снова" или "Как всегда", потому что так случается всегда. Спасибо, что за тройку не вылетел. К нему Женя всю жизнь первый подходил и поздравлял. Когда мелкие были — обнимал, старше становились — обнимал, на предыдущем ЧР тоже обнял вне камер. Сегодня не обнимет, как раньше. Только на эти камеры чёртовы. Но Пете бы хотелось почувствовать его объятья, даже если это разобьёт всё внутри. Хотелось и общение вернуть нормальное. С обеих сторон, чтобы начать разговор не казалось чем-то сложным. Они уже за стол этот садятся, когда Влад подходит. Петя специально стул подальше отодвигает от Жени, чтобы рядом с ним не быть. Он и так с ним рядом сидел, когда за прокатом наблюдали, они итак с ним сейчас сюда вдвоём шли. И Женя точно сам знает, что Петя не в норме. Он недоуменно смотрит на парня, бровь приподнимая. Петя видит, но просто взгляд отводит. Ему ещё здесь минут 30 побыть, ему нужно до конца себя не уничтожить. Поэтому когда их с Женей путают, даже не знает, что показать. Улыбается глупо. В голове мысли ужасные говорят, что кроме этого ничего и не умеет. А улыбка какая-то фальшивая и не та. Петя оправдывает себя, что устал. Трещат воспоминания, когда фотку показывают. Добивает. И Женя своей шуткой нисколько не помогает. И своими словами Петя тоже не помогает себе. Только заставляет в себя уйти. В этом плюс есть точно: он почти не замечает, как Женя с Владом разговаривают и смеются. Конечно помнит, как время вместе на катке проводили. Только рассказывать про это не хочется. Но Женя говорит, вспоминает, на больное давит. Футбол играли. Ага. А ещё после тренировки в снегу купались и старались от родителей не получить за такое. Только каждый раз кто-то кидал снежок. А дальше уже не понять. На столе маркер крутит, чтобы до конца не потерять нить разговора. Потому что в голове не только это. Лучше бы этот футбол крутился в мыслях, а не Женя со своей улыбкой такой. Отвечает, где может. Шутит. И на Женю с Владом смотрит. На Женю больше. Кот, блять, сидит. Довольный такой весь. Петя если бы смог, то по голове себе прописал. Женя достоин, он в праве вести себя так. Влад тоже. А ты должен радоваться, что в тройке остался. Понимает, если бы вновь второе занял — не выдержал бы точно. Третье хоть какой-то разнообразие. Спрашивают что-то, и не понимает что. Но чувствует, как на него две головы поворачиваются моментально. В ответ смотрит и не замечает, как улыбается странно. Тишина, а потом смех разносится. В ушах Женин громче всех. Понимает о чём речь, когда женщина приводить примеры начинает. А Петя может вспомнить только сегодняшний провал и тот, который с Женей в апреле случился. Никаких невест, детей. Только та улыбка Женина и слова громкие-громкие. Петь, у меня девушка появилась. Дальше по наклонной у Пети всё пошло. Быстро и безрасчётно. Его никто даже жалеть не собирался. Спасибо, что он тогда Жене ещё больше открываться не начал. Спасибо, что тогда всё одной дружеской дрочкой обошлось и непонятными словами. У Пети трещит всё до последнего, когда с Женей взглядом встречается. Женя брови поднимает, как всегда, когда спросить не может то, что хочет. А потом ещё и эту фотографию повторяют. Кроет не по-детски. И быстрее уйти хочет. Раньше Влада с Женей, которые общаются так славно, уходит. Уже думает, что отвязаться смог. Нихера. Его Женя, кажется, вообще отпускать не хочет. — Петь, подожди. Петя останавливается. Свою дорогу к смерти ведёт сам. Но ведь если идти продолжит, то Женька себе много что напридумывает. Напридумывает так, что правдой окажется всё. — Ты куда-то торопишься? — ближе подходит и перед Петей встаёт. Думает, что уйти решит? Тогда бы не останавливался. Петя только спрятаться от взгляда его хочет, потому что не тот. Слишком заботливый и с жалостью. Петя такое не любит. Он только сам себя может жалеть. — Что ты хочешь, Жень? — пускай правду скажет. Пускай рот свой не открывает, если жаль. Женя улыбается грустно. Любая улыбка у него покажется хорошей. Даже если натянет — не догадаешься. А Петю сразу можно за это пристрелить. Здесь Женя впереди тоже. Как по-другому? — Всё ещё впереди. — да. Наверное. В это верить нужно, правда Петя уже не верит словам Жени. Ему можно ноги выворачивать, толку от них нет. Жене только знать это необязательно. Ещё больше вопросов задаст, как было год назад. Ещё больше времени с ним нужно провести будет. На это Петя точно не согласен. — Да. Впереди я тебе утру нос на финале. — усмехается. Пускай в это Женя поверит. Пете это надо. Только Женя глаза закрывает и головой мотает. Сучонок. — Ненавижу, когда ты так делаешь. — вздыхает громко, что у Пети всё трещит внутри. Понимает всё. — Когда я тебя выигрываю? — улыбка сама появляется на лице, когда Женя вспыхивает. Он рукой по лицу проводит и смотрит внимательно на лицо Петино. Оно не выглядит лучше, чем пару минут назад. — Когда ты ведёшь себя так. — в горле ком встаёт. Сейчас он замечает это, а тогда нет? Когда Петя всегда старался с Женей время проводить и ближе быть, он не замечал? Когда не думая о своём здоровье, к Жене больному ходил? Когда плевал на всех и на себя, и всегда за Женю рад был? Конечно, заметил то, что не надо. Пропустил мимо себя то, чем Петя горит горел. — Обычно я веду себя. Прекрати придумывать. — глаза отводит, когда чувствует что что-то точно трескается от своих слов же. — Я растроен из-за своего проигрыша, но за тебя я рад, Семененко. Правда. Это он скажет. Может, конечно, лишнее, но смотреть на розовеющее лицо Жени — хорошо до трепета. Петя из-за него под лёд уйдёт вместе с акселем. А когда-то такие слова были обычным делом. Когда-то и не такое говорили друг-другу. Пете сейчас день кажется бесконечным рядом с Женей. Кажется, что сегодня не кончится никогда. Только раньше это было хорошо. Сейчас от Жени избавиться нужно поскорее. На Петю накатывать начинает медленно. Ещё не хватит, если Женя увидит. Только для Пети пиздец неожиданным становятся Женины руки на талии и тепло его тела. Парень глаза округляет, пытаясь в себя прийти, пытаясь понять что к чему. А Женя лицом в шею утыкается и губами мажет. Зачем он это всё делает? Для чего? Он ведь ничего не знает, он ведь только у себя в голове всё придумал. Петя трещит весь по швам, которые старательно зашивал всё это время. И Женя рвёт их безжалостно. Здесь, правда, Петя жалость услышать хочет, но получает только раны новые.