Один день из жизни Михаэля Кайзера

Его утро начинается так же, как и у всех обычных людей - с сонного зевка и нежелания вставать с кровати. Впрочем, в чём-то Михаэлю Кайзеру всё же повезло больше, чем обычным людям. Ведь каждый новый день он встречает с одним замечательным парнем под боком. Йоичи всегда просыпался раньше него, что немного расстраивало Кайзера, ведь ему никогда не удавалось полюбоваться его очаровательной спящей мордашкой в лучах восходящего солнца. Зато ночью Исаги засыпал раньше, чем он, и тогда у него появлялась возможность долго скользить взглядом по мягким чертам лица. А просыпаясь утром, он всегда встречался взглядом с ясными синими глазами, которые лениво рассматривали его. - Morgen... - бормочет Кайзер, утыкается носом в черную макушку и сгребает теплое тело рядом в охапку. Чернильные волосы пахнут дорогим шампунем, которым Кайзер заставил его пользоваться (Императорская натура Михаэля не могла выносить вида бутылки шампуня 3 в 1 в ванной) и немного корицей. Дыхание Йоичи щекочет шею, а его шутливые попытки высвободиться пробуждают желание подмять под себя и заставить извиваться уже по другой причине. - Пора вставать. - излишне бодрым тоном говорит Исаги, все же с успехом выскальзывая из рук Кайзера. - Ещё пять минут. - звучит в ответ самая распространенная и самая лживая фраза в мире, и Михаэль снова захватывает сбежавшего пленника в объятия. Знает, что тот не откажет. Эти "пять минут", которые на самом деле длились намного дольше, были драгоценным временем спокойствия и безмятежности. Временем для ленивых поцелуев и разнеженных объятий, тихих разговоров и... Кайзер смещает руку на чужое оголённое бедро и сжимает пальцы, затыкая поцелуем уже готового начать протестовать Йоичи. Мягкость любимых губ опьяняет и окончательно убивает всякое желание покидать постель. Идея о том, чтобы вжать сопротивляющегося Исаги в матрас, начинала казаться всё более заманчивой. Сопротивлялся тот недолго - Кайзер чувствует, как послушно расслабляется тело под ним и скользит губами от подбородка до шеи. Но это был лишь обманный манёвр. - Нет-нет-нет! - вскрикивает Йоичи и проворно выбирается из-под него, спрыгивая с кровати. - У нас нет на это времени! Кайзер жалостливо стонет и пытается дотянуться руками до сбежавшей жертвы. - Полчаса у нас точно есть. Иди сюда. - Нет. Как будто ты успокоишься за полчаса. - Успокоюсь. Иди сюда. - Ты и в прошлый раз так говорил, а потом мы опоздали. Нет. Михаэль падает лицом в подушку, чрезвычайно расстроенный отказом. Упрямство Исаги всегда казалось ему очаровательным, но всё же лучше бы он иногда просто делал как ему сказано. - Йоичи. - тон Кайзера сменяется на приказной. - Иди сюда. Но, к сожалению, его приказы никогда не действовали на этого парня. И вместо того, чтобы послушно вернуться в его объятия, Йоичи фыркает и сбегает в ванную. И лишь тогда Кайзер с разочарованным кряхтением сползает с кровати и плетётся следом за ним. В зеркале его встречает собственное растрёпанное отражение - даже стрижка не помогает его волосам выглядеть более аккуратно по утрам. Светлые пряди взлохмачены, а синие концы торчат во все стороны. Под глазами темные тени, которые он потом перекроет алой подводкой, а помятая майка не добавляет изящества. Трудно узнать в этом лохматом безобразии того самого блистательного Михаэля Кайзера, чьё лицо часто украшало обложки спортивных журналов и рекламы дорогих брендов. - Подстригся бы как нормальный человек и не было бы проблем. - ворчит Йоичи, причёсывая спутанные золотистые локоны, пока Кайзер чистит зубы. Кайзер хмыкает, потому что знает, что недовольство это притворное. Исаги нравятся его волосы, нравится бездумно играть с окрашенными кончиками, когда они сидят вместе, нравится заплетать ему маленькие косички, пока он спит. - Тогда меня перестанут звать для рекламы шампуня. Хочешь, чтобы мы обанкротились? Йоичи стучит расческой по его голове, а потом сам принимается за утренние водные процедуры. Кайзера даже бесит его удивительная бодрость по утрам, ведь сам он не способен нормально функционировать сразу после подъёма. Поэтому когда его парень уже одет и готовит на кухне кофе, Михаэль рассеянно только начинает натягивать спортивный костюм. К сожалению, Исаги игнорировал его доводы о том, что утренний секс в качестве физической активности может прекрасно заменить пробежку. Словно зомби, ведомый жаждой плоти, он заходит на кухню, учуяв запах кофе и жареных тостов. К счастью, Йоичи всегда брал приготовление завтрака на себя. Так что сам Кайзер мог позволить себе просто бездельничать, обнимая того сзади и продолжая дремать у него на плече. - Мерзость. Как ты можешь это пить? - с отвращением морщится он, когда Исаги добавляет в свою чашку кофе молоко. Йоичи тихо смеётся, не уставая удивляться его ненависти к этому продукту. - Вовсе не мерзость. Тебя никто пить его не заставляет. Кайзер сдерживает колкость о том, что его выводит из себя один вид презираемого им молока. Они пьют кофе и жуют гренки, а Исаги успевает параллельно с этим даже листать ленту новостей. - Новый фильм выходит. Нужно сходить посмотреть. - оживлённо сообщает Йоичи, а Кайзер снова морщится. - Он же на японском. Как прикажешь мне понимать? Михаэль конечно пытался учить японский. Йоичи даже давал ему "частные уроки", но для похода в кинотеатр его знаний было явно недостаточно. Хотя, кто сказал, что он будет смотреть фильм... - Хотя ладно. Кино так кино. Главное, чтобы mein Liebling был доволен. Но Исаги знает его слишком хорошо и тут же разгадывает в неожиданно покорном тоне скрытый подтекст. - Извращенец. Ты можешь хоть пять минут не думать о том, чтобы трахнуть меня? - Нет. Извращенец? Вовсе нет. Ладно, возможно немного. Но разве можно его винить? Если кто и виноват, так это сам Йоичи. Слишком уж идеальным он был. Или просто Кайзер слишком его любил. Улица встречает их свежим ветерком и шуршащими листьями под ногами. Уже середина осени, но все ещё достаточно тепло. Кайзер завязывает волосы в пучок и они начинают быструю разминку. - Сегодня до парка и обратно? - предлагает Михаэль. - Смотри не усни по дороге. - дразнит Йоичи и первым срывается бежать. Даже обычную утреннюю пробежку они превращают в соревнование, но поначалу Кайзер никогда не торопится. Он намеренно держится на расстоянии от бегущего впереди Исаги, чтобы дать тому ощутить ложное чувство превосходства, а ещё чтобы полюбоваться видом. Не растущими вдоль аллеи красными клёнами разумеется, а тем, как соблазнительно выглядит задница его парня в этих спортивных штанах. Похоже, он и правда извращенец. - Так и будешь плестись сзади, как дряхлая старушка? - издевательски бросает Исаги, оглядываясь на него, а Кайзер только ухмыляется. Эти детские провокации на нём не сработают. Он в любой момент может обогнать его, и Йоичи это прекрасно знает, хоть каждый раз и пытается доказать обратное. Скорость всё ещё была способностью, в которой Кайзер сохранял лидирующую позицию. Но тут Исаги решает добавить: - Если добегу быстрее, то сегодня я буду вести машину! А вот это уже не провокация, а важная ставка. Хотя у каждого из них была своя машина, чаще всего они всё равно ездили вместе и Кайзер отбирал себе место у руля. Сегодня, по всей видимости, Йоичи был решительно настроен занять место водителя - бежал так быстро, что только пятки не сверкали. И Кайзер правда мог бы догнать его, но сегодня он был в каком-то особенно ленивом настроении. Поэтому, решился на грязную хитрость. - Ауч! Он хватается за колено и оседает на опавшие на газон листья. Йоичи тут же останавливается, оборачивается и встревоженно вскидывает брови. - Что случилось? Когда доверчивая жертва подходит к нему, Кайзер исполняет свой план: хватает удивлённого парня за руку и тянет на себя, так что в итоге они оба падают на сухую траву. - Эй! Нечестно! Придурок! Исаги отбивается от него со смехом и возмущенными вскриками, когда они продолжают кататься по земле. Влажные от утренней росы листья прилипают к одежде и путаются в волосах, но Кайзера это не волнует. Только не когда его Йоичи звонко смеётся и брыкается, раскрасневшийся после быстрого бега. Кайзер кусает его за ухо и довольно улыбается, когда слух ловит очередной игривый вскрик. - Перестань! Ты что, собака? В ответ вдруг слышится настоящий лай, и оба замирают. Пожилая женщина смотрит на валяющихся на земле молодых людей с неодобрением, а собачонка у неё на поводке заливисто лает, тоже словно не одобряя разворачивающееся перед ней действо. Кайзер уже открывает рот, чтобы велеть им обоим идти дальше по своим делам, но Йоичи уже поднимается на ноги, отряхивая одежду от листьев и пристыженно краснея. Кайзер считает, что он слишком зависим от мнения людей вокруг, но сам Исаги всегда гордо заявляет, что просто лучше воспитан и привык следовать правилам приличия. И пока Михаэль тоже нехотя встаёт и поправляет волосы, этот "образец приличия и хорошего воспитания" уже первым достигает их условного финиша - дорожки, ведущей в парк. - Я выиграл! Машина моя! - синие глаза счастливо искрятся и Кайзер даже не чувствует досады от проигрыша. Лишь бы всегда видеть этот радостный блеск. - А утешительный приз для жалких проигравших? - наигранный несчастный тон и жалобный взгляд, и Йоичи закатывает глаза. А потом всё же вручает "приз" - сладкий, но непростительно короткий поцелуй. Желанные губы отстраняются слишком быстро и Кайзер скорбно вздыхает. - Не вздыхай. Ты и так жульничал, скажи спасибо, что вообще что-то получил. - звучит жестокий голос победителя и Кайзер еле сдерживается от того, чтобы снова повалить его на землю. Но времени дурачиться уже действительно не было, через час они должны быть на общем собрании их команды, обсуждать предстоящие матчи. Исаги довольно хихикает, получая ключи от машины, словно ребёнок, которому купили леденец. В клуб они приезжают уже перед самым началом собрания и занимают свободные места друг напротив друга. Сначала Кайзер даже прислушивался к словам тренера, но вскоре ему стало скучно. В очередной раз выслушивать стратегии, в создании которых он и сам, как капитан участвовал, ему нужды не было. А вот кое кто был намного более собранным, синие глаза излучали сосредоточенность и внимательность. Йоичи выглядел таким серьезным, таким задумчивым, таким... сексуальным. Чёрт, он и правда пяти минут не может прожить без мыслей о нём. Но Кайзер был молод и влюблен, и в таких порывах внезапного обожания не было ничего странного. Временами, эти его "порывы" выходили им обоим боком. Как например в тот раз, когда их чуть не застукали в общей раздевалке. Тогда они пришли намного раньше времени, назначенного для тренировки, Йоичи был таким возбуждающе растрёпанным , а комната заманчиво пустой. Грех было не воспользоваться возможностью. Вот только потом пришлось спешно натягивать одежду, когда за дверью так не вовремя послышались чужие голоса. Второпях они не заметили, как перепутали форменные шорты друг друга, а затем долго не могли понять, почему члены команды так странно на них косятся. Вот и сейчас Кайзеру хочется, чтобы все лишние персонажи исчезли со сцены и остались только они вдвоём да стоящий в углу диванчик с мягкой обивкой. Но мешающие люди не спешили расходиться, а полёт мыслей Кайзера уже нельзя было остановить. Но не страдать же ему одному? Он незаметно вынимает телефон из кармана и быстро набирает сообщение. Телефон Йоичи конечно же на беззвучном (воспитанный мальчик разумеется выключил звук, чтобы никто не потревожил его на важном собрании), но короткая вибрация всё же заставляет его сунуть руку в карман. Кайзер с плотоядным удовлетворением наблюдает за тем, как лицо напротив заливается краской, а потом Исаги поджимает губы и бросает на него гневный предупреждающий взгляд. Предупреждение Кайзер игнорирует и набирает ещё одно сообщение, которое Йоичи читает, несмотря на деланное возмущение. И щеки его с каждой секундой становятся всё краснее, потому что Кайзер продолжает в деталях описывать, что он бы с ним сделал, не будь сейчас рядом кучи посторонних. И Исаги строчит ему строгие сообщения в ответ, метает молнии глазами, но продолжает украдкой читать. Кайзер извращенец, а? Кто бы говорил. Воображение у Йоичи отличное, а описания Кайзера очень красочные. Такой писательский талант пропадает, хоть романы пиши. Впрочем, вряд-ли бы он смог писать что-то кроме постельных сцен. Но виртуальный интим всё же приходится прекратить, потому что разгорячённая фантазиями кровь начинает приливать не только к лицу, но и к другим местам. А то все ещё подумают, что кое кто возбуждается от прослушивания тактик защиты для следующей игры. - Ты! Озабоченный извращенец! - шипит Йоичи, когда они покидают общий зал. - Я? А сам-то? Мог бы просто не читать. На этот ответ, у Исаги нет контраргумента, что вызывает у Кайзера самодовольную ухмылку. С работой на сегодня покончено, они снова предоставлены друг другу. Кофе и жареного хлеба на завтрак оказалось явно недостаточно, поэтому решают отправиться поесть. - Давай в то кафе в центре? - выдвигает своё предложение Йоичи. - Только не туда. Там нет вилок. - отрицательно качает головой Кайзер. Он конечно уже давно научился есть палочками, но по возможности предпочитал использовать вилку, как любой уважающий себя европеец. - Давай лучше туда, где мы были на прошлых выходных. - Там же один фастфуд. - В этом и суть. Никаких палочек, можно есть руками. Исаги со смешком закатывает глаза, но все же ведёт машину к выбранному Кайзером месту. В этом районе в такое время дня довольно оживлённо, поэтому они не сразу замечают, что стоило им выйти из машины, как на них вдруг обратились любопытные взгляды. И объективы камер. Но у Кайзера уже нюх на такие дела, поэтому он моментально накидывает капюшон, а затем проделывает тоже самое и для своего парня. - Это всё ты виноват. - бормочет Йоичи, понимая, что за ними должно быть опять увязались папарацци. - Ты слишком выделяешься со своими волосами. - Я бы выделялся в любом случае. Это просто все вокруг слишком блеклые. - Смотри как бы твоя корона сейчас в дверном проходе не застряла. В кафе они занимают отдаленный столик, подальше от посторонних глаз. Исаги ворует у него картошку, а сам Кайзер незаметно отхлёбывает газировку из чужого стакана. Через пару минут официант приносит им ещё один заказ, и прежде чем Йоичи успевает сказать, что больше они ничего не заказывали, Кайзер берёт с подноса детское меню с игрушкой в наборе и с насмешливой сладенькой улыбочкой вручает ему. - Издеваешься? - Что такое, kleiner Süßer? Слишком для взрослый игрушек? Отдай тогда мне. Кайзер тянет руку, но Исаги оборонительно прижимает картонный пакет к груди, а затем распечатывает его и достает брелок в виде белого кота с голубыми глазами и надменным взглядом. - На тебя похож. - хихикает он, а Кайзер скептично выгибает бровь и взгляд его становится точь в точь как у того кота. - Не придумывай. Совсем не похож. - Похож. - Нет. Йоичи продолжает твердить своё "похож" и Кайзер не понимает, как его шутка с детским меню вдруг обернулась против него. Белый кот начинает его бесить, и он уже вообще жалеет, что заказал его. Выкинуть бы! - Нет! - протестующе восклицает Исаги, когда у него выхватывают игрушку. - Отдай Михаэля-младшего! - Чёрта с два он Михаэль-младший! В твоей жизни может быть только один Михаэль! Да, заказал детское меню, чтобы подразнить Йоичи, а в итоге сам ведёт себя как ребенок. Защитник котов-брелков поднимает руки в знак капитуляции и говорит: - Ладно! Подожди минуту. И убегает к кассе. Кайзер терпеливо ждёт, покручивая в руках пушистый белый хвост. И вовсе не похож. Исаги вскоре возвращается, неся ещё один детский набор. Внутри картонки оказывается ещё один кот-брелок, но на этот раз уже чёрный. - Вот. Это Йоичи-младший. Ты же не хочешь их разлучить? - Йоичи-старший делает большие глаза, образуя сходство с черным пушком у него в руках и Кайзер цыкает языком. Но всё же возвращает тому Михаэля-младшего и два брелка скрепляются между собой магнитом. Исаги мягко улыбается, а Михаэль-старший думает о том, что согласен на то, чтобы его хоть с дождевым червём сравнивали, если это сделает его Йоичи счастливым. Два пушистых кота теперь болтаются на зеркале заднего вида в их машине, а следующей остановкой должен стать продуктовый магазин. В этот раз ведёт Кайзер, потому что Исаги в это время составляет список покупок. Дело бессмысленное и неблагодарное, потому что даже со списком они всё равно всегда покупали лишнего, а что-то нужное забывали. Но несмотря на это, Йоичи продолжал прилежно делать заметки в телефоне. Кайзер думал, что ему просто нравится составлять разные списки, рисовать схемы и записывать свои мысли. В магазине, пока Исаги старательно пытается следовать написанному и загружает в тележку необходимые продукты, Кайзер лениво эту тележку толкает, не забывая забрасывать что-нибудь уже не особо необходимое. Сосредоточенный на своём, Йоичи не сразу замечает, как ненужных предметов становится всё больше. А когда наконец замечает, то упирает руки в боки, словно строгий воспитатель. - Это ещё что? - спрашивает он, доставая из тележки аляповатого вида цветастую вазу. - Ваза. - Я вижу. Я спрашиваю, где ты вообще её взял и зачем она нам нужна? - Мы проходили мимо цветочного отдела. Она потрясная. Тебе не нравится? Ваза выглядит как ночной кошмар дизайнера. Да что там дизайнер, любой здоровый человек ощутит, что его чувство прекрасного начинает корчиться в агонии, по одном взгляде на это убожество. Порой Йоичи казалось, что Кайзер специально тащит в дом подобные нелепые вещицы, словно у него был какой-то фетиш на безвкусицу. Чего только стоили крохотные статуэтки целого выводка розовых единорогов у них на полке в гостиной. Гостей стыдно в дом пригласить. - Она ужасна. - честно отвечает Исаги, заранее зная, что его ответ в любом случае не повлияет на решение Кайзера. И не ошибается, тот уязвлённо фыркает и возвращает вазу в тележку. - Она уникальна. А ты ничего не понимаешь. Йоичи решает оставить Кайзера и его вазу в покое и продолжить дальше брать необходимое. В конце концов, в глубине души он считал странную любовь своего парня к подобным безделушкам по-своему милой. Но дурацкий декор даже не главная их проблема. Главная - сладости. Исаги и не подозревал, что у Михаэля может быть такая слабость, которую пожалуй можно было бы назвать зависимостью. В тележке появляется коробка шоколадного печенья, фруктовые леденцы, ванильные кексы, сладкий попкорн, какие-то неведомые разноцветные конфеты. Когда Кайзер собирается погрузить сверху всего этого ещё и торт, Йоичи не выдерживает: - Тебе нужно отказаться от такого количества сладкого. Если не прекратишь, мы обанкротимся из-за того, что потратим все деньги на лечение твоих зубов и пересадку нового желудка. - Тогда мне придётся отказаться и от тебя. Ведь ты здесь главная сладость, meine Liebe. Исаги закатывает глаза в ответ на идиотский комплимент, но тает уже в следующий миг, когда Кайзер дразняще кусает его за щеку. Не собираясь ломаться под весом нежных слов и действий, он собирается всё же провести этому сахарно-зависимому небольшую лекцию, но тот на удивление без лишних слов выкладывает гору сладостей обратно, оставляя только печенье и попкорн. Возможно, Кайзер никогда не признается вслух, но ему по-настоящему нравилась такая забота. Так что можно и уступить немного, лишь бы любимый не волновался за сохранность его зубов и желудка. Забив багажник до отказа, они собираются уже ехать домой, но по пути Кайзер вдруг замечает новый ювелирный магазин. - О, уже открылся. Наконец-то. - возбужденно говорит он, и тут же паркует машину рядом. Йоичи лишь вздыхает. Ещё одна зависимость - драгоценности. Кайзер словно сорока любил собирать разные блестящие побрякушки, а потом будто дракон из сказок складировал свои сокровища. Для каждого пальца на обеих руках у него имелось по меньшей мере по три кольца, часы он мог бы менять каждый день, а количество браслетов и цепочек на шею Йоичи бы даже не взялся пересчитывать. Недавно Кайзер сделал прокол в ухе, так что теперь к общему количеству украшений добавились ещё и серёжки. Внутри магазина, он почти бегает от одной витрине к другой, словно ребёнок в отделе игрушек. - Давай, ты тоже должен что-нибудь выбрать. - толкает он локтем семенящего рядом Исаги, но тот лишь пожимает плечами. - Ты же знаешь, что я не разбираюсь в этом. Выбери сам. Первое: Йоичи правда не разбирался в драгоценностях. Он бы не смог отличить платину от серебра. В отличие от Кайзера, который на глаз мог определить любой сплав и породу камня в оправе. Второе: он знал, что Михаэль любит выбирать украшения для него. Даже сейчас на Йоичи было подаренное им кольцо и тонкая цепочка. Кайзер довольно щурится, бегая взглядом по блестящим золотом рядам, а продавец уже втихаря потирает руки, предвкушая большие траты богатых клиентов. Из магазина они выходят с пакетами в руках, и Кайзер сияет не хуже купленных им драгоценностей. Дома, разобрав покупки, они оба понимают, что готовить ужин им слишком лень. Поэтому в дело вступает доставка еды из ресторанчика напротив. А потом наступает единственное время, когда в их квартире царит тишина - оба заняты работой. Йоичи сидит на диване в окружении своих записей, а Кайзер надевает очки в тонкой оправе и садится разбирать рабочую электронную почту. Сообщения от спонсоров, менеджеров, рекламщиков, журналистов, тренеров и спортивных врачей - проигнорировать, ответить, удалить, закинуть в чёрный список. Ничего сложного, но голова всё равно начинает болеть. Следом нужно разобраться со счетами за квартиру, просмотреть отчёт архитектора о строящемся доме на побережье, в очередной раз зайти на сайт ювелирного магазина, чтобы посмотреть обручальные кольца. Последний запрос он потом сразу же удаляет из истории поиска. Не нужно ведь портить сюрприз, верно? Глаза начинают уставать от света экрана ноутбука, и он откидывается на спинку кресла, слыша тихие шаги позади себя. Теплые руки ложатся на его голову, начиная мягко массировать виски. Кайзер закрывает глаза, позволяя Йоичи снять с него очки и распустить волосы. - Я в ванную. - тоже слегка уставшим голосом говорит Исаги, и Кайзер разворачивается к нему лицом. - Я с тобой. Полная ванна горячей воды и ароматной пены расслабляет и снимает усталость. Кайзер размеренно перебирает пальцами чёрные пряди сидящего перед ним Йоичи, который облокотившись на его грудь играл с пузырьками. Хочется уснуть прямо сейчас, но утопление в его планы пока что не входило. Когда вода остывает, они заканчивают купание и перебираются в спальню. Вид обнажённого Йоичи, когда тот переодевался, ожидаемо прогоняет всю сонливость. Упасть на простыни хочется уже не для сна, а совсем по другой причине. Прежде чем Исаги успевает надеть пижамную рубашку, Кайзер оказывается рядом с ним, укладывая руки на оголенную поясницу. Оставляет на губах смазанный поцелуй, ведёт носом по шее, вдыхая родной запах. Прикусывает тонкую кожу над бьющейся венкой пульса, за что тут же получает несильный шлепок по голове. - Не смей. Никаких засосов. - Тогда я сделаю там, где никто кроме меня не увидит. - коварно мурлыкает Кайзер и спускается ниже, к острым ключицам, не в силах бороться с навязчивым желанием пометить это тело, как свою собственность. Матрас прогибается под весом двух тел, и Кайзер намерен наконец-то получить то, чего хотел ещё с самого утра. Теперь-то им точно никуда спешить не надо, вся ночь впереди. Его поцелуи такие медленные и тягучие, что Йоичи невольно закрывает глаза. - Эй. Не вздумай спать. Я с тобой ещё не закончил. Спать -то последнее, о чём сейчас мог думать Исаги, но подразнить своего парня никогда не будет во вред. Поэтому он изображает лицо безмятежно спящего, сдерживая смех. - Йоичи. Йоичи стойко держится, надеясь, что Кайзер предпримет более радикальные меры для того, чтобы "разбудить" его. Например, спустится ещё ниже и... О, Кайзер определенно собирался применить радикальные меры. Он точно знал, как заставить этого притворщика извиваться, кричать его имя и умолять остановиться. Так что он кладет руки на его талию, но вопреки ожиданиям Исаги почему-то ведёт ими не вниз, а вверх, к его рёбрам. А затем... начинает безжалостно его щекотать. - Нет! Нет, только не это! Кайзер! Хватит! Ха-ха! Перестань! Нет! Истеричный смех наполняет комнату и Кайзер по-садистски улыбается, наблюдая за тем, как внезапно вернувшийся из царства снов парень визжит и дёргается, пытаясь спастись от его рук. - Ещё чего. Моли о пощаде. И Йоичи правда готов молить, лишь бы эта пытка прекратилась. Он ужасно боялся щекотки и этот негодник прекрасно об этом знал. Но прежде чем слова мольбы успевают сорваться с его губ, он резко дёргает ногой и по неосторожности попадает коленом Кайзеру между ног. - Sheiße... - задохнувшись от боли кряхтит Кайзер, а Йоичи в шоке прикрывает рот рукой. Среди всех представителей мужского пола этот приём негласно считался подлым и грязным, но в этот раз это правда произошло по случайности. А Кайзер не знает, что пострадало сильнее - его мужское достоинство или его гордость. - Йоичи... Если ты думаешь, что это помешает мне наконец-то взять тебя сегодня... Всё. Больше никаких слов, только сбившееся дыхание и приглушенные стоны. А затем - смятые простыни и темноволосая макушка вылюбленного до изнеможения парня на его груди. Тихое сопение и стук сердца, совпадающий с ритмом его собственного - мелодия, под которую заканчивается день Михаэля Кайзера. И он слушает, слушает, слушает. Пока и сам не проваливается в сон.