После того случая Кадзухе стало лучше.
Так казалось. Просто теперь он стал больше полагаться на Скарамуччу. Он часто просил его о помощи даже в простых базовых вещах. Но всё же это тратило силы Скары. У Кадзухи более не осталось своих собственных сил, а потому он расходовал на себя чужие. И он сам прекрасно это понимал. Если так продолжится, то он привыкнет. Прошла всего неделя, а он уже практически зависит от Скарамуччи.
Так больше нельзя.
Это не Кадзухе становилось лучше, а Скаре хуже.
Своим состоянием светловолосый просто тянул Скару на дно за собой. Если так продолжится, то он погрязнет в этом ужасном состоянии вместе с Кадзухой. Ведь теперь и сам Скара стал выглядеть менее жизнерадостным и более ленивым. И это всего неделя, а что же будет дальше? Тогда помощь понадобится не только Кадзухе, но и Скарамучче.
«Ты груз. Ты мешаешь. Ты тянешь за собой на дно. Получая то, что ты называешь счастьем, ты делаешь его несчастным. Он не поможет тебе. Ты убьешь его. Лучше бы тогда умер. Умри.»
Непрекращающийся рой мыслей вновь заполнил голову Кадзухи. Эти ужасные ощущения совсем не дают уснуть. Сон беспокойный. То кошмары приснятся, то проснётся посреди ночи, а обратно не заснёт, поэтому ему вновь пришлось отказаться от сна.
Смотря на спящего Скарамуччу у себя под боком. Чувство вины поглощало его всё больше. Ведь он словно инвалид, за которым полностью надо ухаживать. И всё бы хорошо, если бы действия Скарамуччи действительно помогали,
но они не помогают. Кадзуха так глубоко погряз в этом состоянии, что спасение было чем-то невозможным.
Мне жаль.
Смотря на его лицо, Кадзухе словно хуже сделалось. Скара постепенно входил в то же состояние, что и он сам. От вечной возни с Кадзухой он практически не заботился о себе.
Вытаскивая из болота другого, сам в него и угодил.
И нет, Кадзухе действительно было чуть лучше от его заботы, но вовсе не в том смысле, что она помогала ему справиться со своим состоянием, а в том, что ему было удобнее и чуть легче. Но от такого он бы точно никогда не смог бы начать жить полноценно.
Бледные пальцы аккуратно перебирали тёмные волосы, которые из-за цвета ночи казались ещё более тёмными, чем днём. Его спаситель сейчас находился прямо перед ним. И почему-то он чувствовал что-то, помимо благодарности. Странное чувство, будто бы перед ним лежал кто-то родной и близкий, которого хотелось обнять от тоски по нему. Но сейчас рядом лежал практически чужой человек.
Кадзуха такого не чувствовал давно, очень. После того, как его оставил последний близкий человек, он вообще перестал испытывать положительные чувства и эмоции. Вся жизнь была чёрно-белой и не было в ней и проблеска света. И, к большому сожалению, путь к этому свету так плотно запечатан, что вряд ли один лучик смог бы помочь.
Сам того не замечая, Кадзуха перешёл от волос перешёл к лицу. Такое гладкое и красивое. Кадзуха таким не был. Он видел в себе исключительно негативные стороны.
Он ненавидел себя. Ненавидел себя за всё. Даже за то, что сейчас лежал в этой квартире и позволил помогать себе.
– Ты говорил, что поможешь мне. Говорил, что не уйдёшь. Но ты ушел. Ты оставил меня.
И неужели теперь ты вернулся ко мне? – Голос Кадзухи звучал тихо, шепотом, чтобы не разбудить спящего рядом человека. Он обращался к Скарамучче, но в то же время не ему он говорил эти слова.
Кадзуха осторожно придвинулся чуть ближе и аккуратно прикоснулся к чужим губам своими. Еле-еле, лёгкое прикосновение, что не продлилось и пары секунд.
– Я скучал. – Вновь прошептал Кадзуха, а из его глаз почему-то потекли горькие слёзы.
***
– Доброе утро, как ты? – Раздался поблизости уже привычный голос Скарамуччи.
Но спрашивать это у Кадзухи нет никакого смысла. Ему было плохо. Ему всегда было плохо. То мимолётное счастье, если его можно было так назвать словно было одноразовым. И он даже не понимал причины своего состояния. Отчего же ему так плохо? Почему он чувствует себя так?
Так и не дождавшись ответа Скарамучча розачаровнно выдохнул и присел на кровати возле Кадзухи.
– Я приготовил завтрак.
– Я не хочу. – Уже привычный ответ, который хотелось бы вообще больше не слышать.
– Пожалуйста, Кадзу. – Его голос звучал уставше и умоляюще. Сколько же можно вечно так упрашивать Кадзуху? Конечно Скара устанет. – Ты вчера отказался от еды, сегодня надо поесть. Я помогу.
«Но это не помощь. Ведь ты всего лишь отдаешь себя без остатка. Ты не в силах помочь мне. Так нельзя. Так больше нельзя.»
– Хорошо. – Видеть Скару таким также было больно для Кадзухи. Перед ним был уже не тот энергичный и здоровый юноша, что неделю назад. Сейчас он выглядел таким уставшим.
Уставшим от Кадзухи.
Кадзухе больше не хотелось нагружать Скару. Ему больше не хотелось помощи. Поэтому он сам поднялся и пошёл на кухню. И хоть всякий раз, когда нужно было что-то сделать, он был готов упасть на пол и разреветься от того, что устал и нету сил, но он сдерживался. Изо всех сил. Он и так нагружал Скару. Не хватало ещё глупых истерик закатывать.
Поэтому он кое-как, но всё же затолкал в себя миску рисовой каши с молоком.
– Совсем скоро новый год. – Сказал Скара, улыбаясь. – Какой подарок ты хочешь?
Подарок? Да, точно. На новый год дарят подарки. Но Кадзуха не придерживался этой традиции уже долгое время, так что совсем о ней позабыл. Да и чего он хотел, он и сам не знал.
Казалось, он больше не хотел ничего.Разве что поспать.
– Счастье. – Тихо ответил Кадзуха. – Подари мне счастье.
Да уж. Такое действительно подарить очень трудно. Как вообще можно подарить счастье? Скарамучча и сам очень хотел бы осчастливить Кадзуху, знать бы только, как.
– Кадзуха.. – Скарамучча задумался, он и понятия не имел, что вообще можно назвать счастьем.
– Обними меня.
Но разве простых объятий будет достаточно? Разве простые объятия способны кого-то осчастливить? Только лишь на короткое время. Но раз уж это то, о чём просит Кадзуха, Скарамучча сделает это.
Он подошёл к нему и прижал его к себе, аккуратно и нежно, чтобы объятия действительно смогли хоть капельку осчастливить.
Он пытался. Одна его рука осторожно легла и поглаживала голову Кадзухи, другая нежно прижимала к себе за плечи. Кадзуха же тоже зарылся в эти объятия. Уткнулся в плечо и обнял так крепко, будто бы если отпустит, то навсегда потеряет возможность стать счастливым. Как будто, если отпустит, то Скара тоже уйдёт.
Но Скара не ушёл бы. Он здесь, и он хотел помочь Кадзухе. Даже если бы и самому ему было бы плохо.
Они не знали, сколько времени они так простояли друг с другом. Никто не хотел отлипать и прекращать объятия. В объятиях Скары было тепло. Казалось, будто они и вправду могли осчастливить. Пока Скарамучча был здесь, рядом с Кадзухой. То Кадзуха словно познал счастье, даже не зная, что это. Это далеко не то счастье, которое испытывают все люди.
Скара спас его, он пытался помочь. Он всё ещё здесь. В сердце Кадзухи была одна лишь благодарность по отношению к нему.
Но так нельзя. Он не заслуживает его. Из-за него Скара будет страдать. Они оба будут страдать.
– Может ты всё же хочешь ещё какой-то материальный подарок? – Спросил Скарамучча, не выпуская Кадзухи из объятий.
– Хочу. – Наконец ответил тот. И Скарамучча не ослышался, приставки "не" и правду не было. Это не могло не порадовать Скару и тот невольно обнял Кадзуху крепче.
– Тогда я куплю. – Ответил Скара, наконец разрывая объятия и отдаляясь, с улыбкой глядя в глаза напротив.
– Спасибо. – Ответил Кадзуха, тоже даря Скарамучче свою улыбку.
И Скарамучче не нужно было никакого подарка в ответ, лишь бы он чаще видел эту улыбку.
***
Дверь закрылась и Кадзуха остался один в чужом доме, который уже успел стать чем-то родным для него. Он бы хотел лечь, и поспать до прихода Скары,
но больше нельзя. Он походил по комнатам, осматривая каждую из них, чтобы запомнить детали. Здесь красиво. Здесь было лучше, намного лучше, чем в его грязной однушке.
И он бы хотел остаться тут.
Пошарив в ящиках, Кадзуха нашёл блокнот, в котором они со Скарой писали стихи, а точнее Скарамучча писал для Кадзухи. Вырвав два чистых листочка, Кадзуха взял ручку и принялся что-то писать. Он давно не писал, поэтому ему было непривычно и немного трудно. Когда-то прекрасный почерк, которым все восхищались, превратился в уродливые каракули, но он старался делать их как можно аккуратнее и читабельнее, чтобы всё было понятно. Хоть и не стих, но он хотел выразить все свои чувства и благодарность Скарамучче за всё, что тот для него сделал.
Он ещё раз оглядел место, в котором проживал с прошлой недели и до сих пор, а с его глаз невольно потекли слёзы.
Так не хочу... Прости меня.
***
Скарамучча был в более менее приподнятом настроении. Наконец, после стольких "не хочу", Кадзуха наконец чего-то захотел.
Но было ли это действительно так? Он старался выбирать подарок со всей душой, чтобы точно подошёл Кадзухе. Он хотел порадовать его.
Хотел снова увидеть его улыбку.
Дверь открылась и Скарамучча позвал Кадзуху. Обычно тот ему никогда не отвечал, поскольку спал, так что и сейчас скорее всего он просто лежал на диване, погруженный в мир сновидений,
так ведь?
Но пройдя в гостиную, Кадзухи он не обнаружил. Зайдя в комнату, его там тоже не оказалось. И вот здесь в сердце Скарамуччи прокрались паника и страх.
Как же он мог уйти? У него ведь даже сил, чтобы встать с дивана не было.
Скара обошел все комнаты по несколько раз, но ни в одной из них Кадзухи так и не оказалось.
Кадзуха пропал.
Беспокойство разрасталось с каждой минутой, но пройдя на кухню он всё же обнаружил кое-что. На столе лежала бумажка, а точнее письмо, а рядом с ним маленькое бумажное сердечко.
Скарамучча вчитывался в строки написанного по несколько раз, но всё равно не мог поверить в то, что это действительно случилось.
Он не хотел верить в это.
Да, Кадзуха и вправду заражал своими негативными чувствами и порождал мрачную атмосферу в доме. Но всё-таки, теперь здесь так пусто, без Кадзухи. И от мысли о том, что больше его здесь не появится в груди всё болезненно сжимается, а к горлу подступает ком.
Он больше не увидит его. Больше не увидит его улыбки.
– Я не смог. Я не сумел помочь тебе.
Снова..
Силы будто покинули его и он осел на пол, закрывая рот одной рукой. В другой же он сжимал маленькое серебряное колечко, с вырезами в виде кленовых листьев, что он купил в качестве подарка для Кадзухи.
***
Вечером того дня, после стольких серых и грязных дней, наконец пошёл снег.
_____
”Дорогой Скарамучча, я не знаю, как лучше всего начать это письмо, так что это будет что-то банальное, извини.
Я хочу поблагодарить тебя за то, что спас меня. Сначала я не был этому рад, но теперь я благодарен тебе за то, что тогда ты вытащил меня из воды. Ты дал мне чистую одежду, тёплую ванну и мягкую постель, я так давно не ощущал всего этого, что сначала мне показалось, будто бы это всё лишь сон. Но сколько бы я ни ждал, всё никак не просыпался. Ты приютил меня и позаботился обо мне, я не ощущал чьей-то заботы уже очень давно, и я благодарен тебе за оказанную помощь. Но, к сожалению, мне вряд ли уже можно помочь. Ты видишь, в каком состоянии я нахожусь, даже на это письмо я с трудом нахожу силу. Мне очень приятно, что ты помогаешь и заботишься обо мне, но я не желаю быть грузом для тебя. Своим состоянием я лишь тяну тебя за собой. Тебе станет хуже, если останешься со мной. Так что так будет лучше. Пожалуйста, не расстраивайся из-за того, что ты зря потратил силы и спас меня, это было совсем не зря. Благодаря тебе я смог поучаствовать счастье. Не знаю, то ли это счастье, что ощущают все, но для меня оно своё. Оно было мимолётным, но безумно приятным. Возможно я счастлив уже просто потому, что мне вновь удалось встретить тебя. Ты и стал моим счастьем. Хоть я и не ощутил его сам, я понял, что оно было. Ты пытался подарить мне его. Спасибо за то, что был со мной. Твои объятия были очень тёплыми, а еда вкусной. Я и думать не мог о такой жизни, а ты подарил мне её. Хоть перед смертью я наконец вспомнил, что же такое «чувствовать себя дома». Но, к сожалению, мне слишком плохо. Ты не в силах помочь мне. Ты не поможешь. Ничто не поможет.
Знаешь, раньше я и представить не мог, что такое счастье, но благодаря тебе я смог немного узнать его. Когда ты вытащил меня из реки в тот день, я ощутил разочарование и думал, что жизнь не хочет даже дать мне возможности умереть, но теперь я понял, что она дала мне возможность встретиться с тобой. Я очень желал, чтобы хотя бы перед смертью я испытал счастье, но его всё не было. И вот теперь, когда я встретил тебя, я ощутил его. Хоть лишь миг, но этот миг был счастливым. Моё желание исполнено, а потому теперь я могу покинуть этот мир. Ведь моё существование состоит лишь из моего состояния, а каждый новый день - тяжкий груз на моих плечах. Так будет лучше для всех. И ты и я, мы вместе перестанем страдать. А бумажка рядом - это мой подарок на новый год. Я бы отпраздновал его вместе с тобой, но у меня совсем нет сил на это, прости. Живи счастливо хотя бы ты.
Не пытайся вновь бежать на реку и спасать меня. Ты не сможешь. Меня там не будет. Больше меня не будет вообще. Мёртвых не вернуть с того света, как бы ты ни хотел. Ты сумел дать мне что-то, что называют счастьем, но, к сожалению, я утратил возможность испытать его в полной мере. Во мне не осталось никаких положительных чувств, мне жаль.
Мы с тобой встретились слишком поздно.
Спасибо тебе, прощай.”
= )
