Вырви моë сердце.

Вырви моë сердце. Разорви в клочья. Покажи, насколько сильно любишь.

Твои руки, такие нежные, но такие грубые, нещадно разрывают мою плоть, докапываясь до нутра. Нежная кожа разрывается, как спелый гранат. Моя алая кровь, точно гранатовый сок, сочилась из свежих ран, пачкая твои прежде чистые руки. Ты никогда больше не отмоешь их. Что с тобой стало? Что стало с твоей спокойной натурой, что я так любила? Ты хищно добиваешься до слащавого ядра, и ничто не останавливает тебя.

Даже я.

Что я могу сделать? Как я вообще могу, как смею? Ты - моë всë. Самая любимая девушка. И глаза, всë также любяще смотрят на тебя, мою любимую. Всë ещë прекрасна... Даже так. Ну что с тобой произошло? Что же сделало тебя столь беспощадной, хищной, жадной. Выедаешь меня, пробуешь яркую кровь на вкус. Не щадя нисколечки. А я, терплю. Молча терплю, пока выедаешь ты моë нутро, испиваешь кровь, ломаешь кости. Но я, я всë ещë тебя люблю, моя дорогая Вертин. Надеюсь, ты ещë вспомнишь обо мне и пожалеешь. *** Кровь причудливыми струйками стекает по моим рукам, капая на одежду. Ни о чëм не думая, не жалея, зубы впиваются в тонкую шею. Бледные пальцы царапали кожу, за собой оставляли тонкие красные дорожки. Как же красива на тебе твоя кровь. Когда стекает она по твоему прекрасному тельцу. Хруст твоих костей, словно музыка для ушей моих. Ты прекрасна. Во всëм. И вновь, разрывается твоя кожа, обнажается сладкую плоть. Мне не жалко тебя. Ведь это всë, во имя любви. Я не оставлю ничего. Дабы показать, насколько ты любима мне, Шнайдер. Тебе больно, я знаю. Твоя тихая, незримая боль даже забавляет, знаешь.. И резким движением, вынимаю я твоë тëплое сердце из груди, трепетное бившееся от любви. Теперь - нет. Я знаю, что нет сейчас во мне и капли человечности. Но я продолжаю, всë равно. Жадно, точно зверь, поедаю твоë сердце, разрывая на кусочки. Ты всë чувствуешь, да? Так почувствуй же мою любовь. Насколько же она сильна, безмерна, Шнайдер. Ах, ты же уже ничего не чувствуешь... Какая жалость.