Ich will mehr

      — О, нет-нет-нет, юная леди! - Драко смотрит строго, угрожая дочери лопаткой, и требует: — Поставь кота на пол: Блохастому нельзя за стол.       Киссин расстроенно дует нижнюю губу, тянет жалобно:       — Ну, пааап, - и жмёт кота к груди, будто бы отец вот-вот кинется его отбирать.       Кот задушенно мяучет, но не вырывается: ждёт, чем закончится борьба за его право цивильно завтракать за столом.       Гарри и Альхена тоже ждут, переводя взгляды с Драко на Киссин, но не забывая жевать блинчики при этом.       — Киссин, - с нажимом произносит Драко. — Убери кота.       Кис молчит, хохлится от обиды, но сдаётся:       — Сегодня не твой день, Блошка, - и выпускает кота из крепких объятий.       Ни на грамм не огорчённый Блохастый выскальзывает из её рук, падает на пол, юркает в угол кухни и там гремит мисками, рассыпая корм вокруг. Вся семья задумчиво глядит коту вслед, забыв о завтраке и препирательствах.       Первым отмирает Гарри:       — У тебя горит, - сообщает он, добавляя сливок в кофе.       Драко спохватывается и, ругаясь, снимает лопаточкой подгоревший блинчик со сковороды.       — Это Блошка тебя проклял, - мстительно бухтит Кис, щедро заливая свою порцию блинчиков кленовым сиропом.       — Вот ещё, - Драко цокает, выключает плиту и наконец присоединяется к ним, заняв стул во главе стола.       Гарри двигает к мужу чашку кофе, которую держал под согревающими чарами всё это время, и блюдце с клубничным джемом.       Хена хмыкает, предвкушая второй раунд семейных разборок. Она неспеша пьёт свой невозможно сладкий ройбуш и смотрит под стол, на колени. Гарри качает головой — дочь не отрывается от книг ни на секунду.       — Он волшебный, - с вызовом бросает Киссин, но её рот забит едой, и за это она получает очередной выговор от самого выпендристого и помешанного на манерах отца:       — Сначала прожуй, а потом возмущайся, - Драко задирает подбородок, будто бы говоря "вот так вот тебе, ага", а Гарри возводит глаза к потолку: Малфой тягается с семилеткой и гордится этим. Какой придурок.       — Он волшебный! - настаивает Кис, воинственно сжимая вилку.       Драко щурится.       — Он всего лишь Блохастый.       Киссин проглатывает пережёванные блинчики и взрывается:       — Сам ты блохастый!       Оскорблённый Драко ахает, открыв рот, театрально хватается за сердце; Альхена хохочет, чуть не роняя очки; Гарри тяжко вздыхает, а Киссин прожигает отца взглядом Дарта Вейдера, ожидая, что тот начнёт задыхаться. Иногда Драко подыгрывает ей и хрипит, но сейчас у него остывает кофе.       — Ничего у тебя не выйдет, Дарт Киссиус, - говорит он, размешивая сахар. — Если поела, марш из-за стола.       Киссин злобно показывает язык, но прыгает со стула на пол и, схватив с блюда яблоко, с криком "Он волшебный!" уносится прочь из кухни. Следом за ней торопится Блошка, демонстрируя всем оставшимся белый пушистый зад.       — Я тоже пойду, - спешно бросает Хена, и Гарри лишь успевает открыть в возмущении рот, когда она с книгой под мышкой убегает за сестрой. — Спасибо, папы! - кричит старшая дочь, шлёпая босыми ногами по ступеням лестницы.       Побежала в комнату читать. Негодница.       — Опять почти ничего не съела, - сетует Гарри, с тревогой глядя на недоеденный блинчик на тарелке Альхены.       Драко ободряюще сжимает его ладонь.       — Всё в порядке. Её организм лучше знает, сколько энергии ему необходимо.       — Да, но... - Гарри смотрит в спокойные, тёплые глаза мужа и выдыхает. — Ладно, ты прав. Всё в порядке.       Драко улыбается, разламывает вилкой пышный блинчик, обмакивает кусочек в клубничный джем и кладёт его в рот, задумчиво изучая сад за окном, залитый зеленью и солнцем.       — Через неделю Альхена отправится в Хогвартс, - с нескрываемой тоской произносит он. — Через четыре года и Киссин уедет.       Гарри понимает волнение мужа. Он разделяет его целиком и полностью. Представляя их дом наполовину опустевшим, Гарри начинает мечтать о третьем ребёнке, но Драко непреклонен: нельзя новыми детьми компенсировать отсутствие старых. Они не взаимозаменяемы. Это всё глупость.       Гарри надеется — пока что несмело и едва-едва, — что Драко однажды согласится. Через год, три или пять, но вдруг? Гарри необходим кто-то, кого снова можно будет научить летать на метле. Девочка или мальчик — не имеет значения.       — С нами останется Блошка, - говорит он, наблюдая, как кривится Драко на его слова.       — Очень сомнительное утешение. Но он всё равно будет есть на полу, - второй кусочек блинчика кочует в рот и так же тщательно пережёвывается, пока муж гипнотизирует их утренний сад. Драко думает напряжённо и выдаёт наконец: — Я вчера перебирал детские вещи, те, которые совсем для младенчиков. Хотел Панси отдать. Но вот... Решил оставить. Вдруг пригодятся.       Драко снова, как ни в чём не бывало пилит вилкой блинчик, макает его в джем, жуёт, запивает кофе, а Гарри, поражённый, редко моргает и ушам не верит. Улыбка сама по себе расцветает на губах.       — Да, оставь... - чуть ли не шепчет он, счастливый до заблестевших глаз. — Вдруг пригодятся.