{Наша тайна}

Белые хлопья кружились и тихо падали на землю, укрывая мягким одеялом. Ночь мглой окутывало тихое место, что было так далеко от цивилизации. Оно было спрятано глубоко в лесу, среди зимних гор, будто самое ценное сокровище в мире! Чернота поглощало снежинки и в ней утопал лес, но это казалось таким прекрасным, таким... Манящим. В больших, серых, ещё детских глазах, ютилась целая вселенная! Отражаясь в них, подобно зеркалу. Маленький мальчик, одетый в широкие шорты, несильно выше колен и в мешковатую, красно-черную кофту, что чуть ли не закрывала тёмный низ собой, сидел на прохладном подоконнике и вглядывался в темноту, наблюдая, как завороженный за падающими снежинками. Чёрные, как смоль волосы струились по ещё хрупким плечам, спускаясь до лопаток и чуть ниже. Они были непослушны, но шелковистые и блестящие. Личико, словно фарфор, такое же гладкое и светлое и чёрные, пушистые ресницы, которые старательно подчёркивали взгляд. Воистину, восьмилетний мальчишка выглядел на все сто, уже в таком возрасте! Пусть, всю картину и портил печальный вид глаз, и присутствующая влага. Он прижимал ноги к груди, обнимая их, ложась виском на маленькие колени. Губу поджимались от недавних событий, стараясь не зарыдать снова. Ребёнок всей душой любил это место, искренне, насколько может на это детское сердце! Ему оно всегда казалось безопасным и таинственным, но с недавних пор... Всё это казалось сладким сном. Его мир оказался в разрухе, ведь его любимый названый брат Се Лянь без вести пропал, лишь Ци Жун остался со своим "сыном". Эти двое очень хорошо ладили между собой, пусть и были полными противоположностями, и если одному Вэй Ин мог показывать полное отторжения, то второй всегда расставлял руки в объятиях, дабы прижать брюнета к себе, как можно ближе! Конечно, Се Лянь любил всех детей, но только Вэй Ину удалось получить титул: «младший брат», никто не знал, чем же зацепил мальчик молодого парня, что бежал из страны носящее название Саньлэ, вместе с братом, стремясь укрыться от воин. От этого, резкая пропажа человека, который стал частью его семьи, сильно ударила по тому, да и видеть Ци Жуна в таком плачевном состоянии, в котором он прибывал, было невыносимо. Брат Се Ляня- такой же член семьи, как и он сам! Слеза блеснула в кромешной темноте, обжигая щёчки, но мальчик не обратил на это никакого внимания. Разумеется, ему строго-настрого запретили выходить без присмотра. В принципе, в их скромной, но дружелюбной и весёлой деревушке, в один миг, словно все повымерли, уступая место гробовой тишине, нарушаемой дикими зверьми и воем ветра. Это волновало всех, но всё же... Этот лес... Он всегда манил, и даже сейчас не утратил таинственность, несмотря на всё. Ему действительно этого сейчас не хватало. Свободы. Мальчик не мог действовать в определенных рамках, понимая, к чему такая опека, юнец не мог примириться с мыслью о границах, что сковывали кандалами. Потупив взгляд в непроглядную тьму леса, он осторожно вытянул ноги, ставя их на пол, как можно тише. Ребёнок старался не разбудить, мирно спящую семью, что в последнее время стала достаточно чуткой к любым шорохам, в особенности мама и совсем маленький братишка. Настолько маленький, что ему и года нет! Всего лишь пять месяцев. Вэй Сюаньюй, в последнее время стал уж слишком беспокойным, по этому разбудить его- означало провал, ведь милый братишка не станет церемониться и просто начнет кричать, боясь случайного скрипа где-то поблизости, хоть и простые шумы лесного дома, он предпочитал игнорировать. Малец шёл, как кошка, напрягая ночное зрение, чтобы по-случайности не задеть ногой какую-нибудь тумбочку... Вскоре, маленькие ручки открывали дверку и с тихим скрипом её же, и закрывали, находясь уже снаружи натопленного помещения. Ветер тут же ударил в лицо, расцеловывая голые участки кожи, сажая на чёрные волосы снежинки, а на ресницах вырисовывая льдинки. Мурашки прошлись бешеным табуном по хрупкому телу, кости затрещали, задрожали, захотелось съёжиться и укрыться, хоть чем-нибудь... Но вместо этого, рука плавно отпустила дверь ручки, плечи выпрямились, лёгкие вобрали себя колючий воздух, отдавая пар тепла, который быстро растаял в темноте. Босые ноги опасливо шагнули в снег. Мороз, тут же их охватил мелкими укусами змей, которые больно впивались в кожу, заставляя неметь. Маленький Вэй Ин проигнорировал это чувство, как и то, что ступни быстро немели, мальчик смотрел вперёд, шагая уверенно, изредка проваливаясь в сугроб. Ветер гонял его волосы, закрывал глаза, бил, подгонял, ласково обнимал и снова целовал. Всё это, сильно остужало тёплую кровь, а кости начинали изнывать и умолять вернуться обратно... Но юнец, стойко продолжал идти к лесу до которого рукой было подать. Вдруг, морозный ветер принёс прелестные ноты мелодии, откуда-то слева, в глубинке. Песня без слов, которую играли на струнах инструмента, была непросто завораживающая, а чарующая настолько, что малец непроизвольно направился на источник звука и долго искать не пришлось! Перед ним предстал мальчик, примерно его возраста, одетый в белое хань фу с вышитыми облаками небесного цвета, на лице была маска без рта, лишь четыре изящных глаза, по два справо и слево. Она была такая же белая, как с нег, её украшали редкие полосы голубоватого цвета, придавая, какой-то особый вид. Ребёнок сидел на ближайшей ветки, находившаяся очень близко к земле, детские ручки перебирали струны гуциня, а спина была идеально ровная. Волосы того, осторожно и трепетно заплетены, их даже не портил порывистый ветер, весь его вид кричал о величии и лёгкости. В сочетании приятной, спокойной мелодией, он казался вовсе ирреальным, ненастоящим! Настолько этот юнец был сказочен. Почувствовав чужой взгляд, незнакомец остановился и посмотрел сквозь маску на пришедшего. Внимательно и очень пристально, это можно было легко почувствовать через его аксессуар. От этого незримого взгляда, стало неловко и даже боязно. Вэй Ин стушевался, не зная, куда себя деть. Ребёнок напротив молча взирал на него, а он всё отводил в глаза, то в сторону, то вверх и опять в пол. Его очень удивило, что тот здесь делал в такую погоду, ещё глубокой ночью, такой же ребёнок и так легко одетый! Ладно он сглупил, но вокруг незнакомца даже следы замелись, да и не видно было такого человека в их деревни никогда! Это нагоняло жути.. Преодолев себя, малец, всё-таки решил несмело начать диалог с таинственным мальчиком.— Хэй! Привет, что ты тут так поздно делаешь? И где твои родители? Как тебя зовут?— Активно начал засыпать вопросами того, но запнулся от порыва ветра, а после и вовсе решил дождаться ответа, придерживаясь за дерево рядом. Он всё ещё просто смотрел, даже не двигался! Тревога росла с каждой пройденной секундой, незаметно сглотнув, первый продолжил.— Почему ты молчишь? И что за маска на тебе? Зачем она тебе..?— Вдруг, неизвестный мальчик, осторожно положил свой инструмент в сторону и твердо встал на ноги, совершенно не реагируя на касающийся снег, что пропитывал светлые одежды водой, пока младший (как думал, сам Вэй Ин), в красно-чёрной кофте, с голыми ногами дрожал от каждого дуновение ветерка и растающей снежинкой. Ему было тяжело совладать с собственным от холода, пока другой, явно просидев здесь не первый час, спокойно и вполне уверенно начал идти к тому. Странно, брюнета это вовсе не напугало, а лишь удивило. Серые глаза часто захлопали, глупо смотря на фигуру ровесника перед собой. За маской блеснуло, что-то золотое, Хм... Может глаза? Незнакомец вытянул руку, желая взять за плечо или прикоснуться рукой к щеке, а и с чужих губ сорвалось.— Ты..?— Резкий крик Вэй Чанцзе, где-то за спиной у Вэй Ина, оборвал их идиллию. Нефритовая рука, тут же дернулась, прижимаясь к груди хозяина, а таинственный мальчик в маске, сделал несколько шагов назад, посмотрев за спину брюнета. И вновь взглянув на Вэй Ина, тот резко развернулся и словно подлетел к гуциню, сразу же исчез во тьме дикого леса. Это поставило в ступор маленького Вэй Ина. Он даже проморгал несколько раз, а после протер большие глазки, но без толку: сказочного мальчика, словно след простыл. Плечи обдало тепло, а слух уловил взволнованный голос отца.— Вэй Ин! Солнышко, что ты здесь забыл в таком виде?! Да и поздно же! Что если дикие звери? Если заболеешь?— Говоря всё это, мужчина укутывал того в шерстенную накидку и подхватывал на руки, неся его в дом. Мальчик, будто бы от вожделения проснулся. Только сейчас начал чувствовать, как ломало кости и онемели маленькие ножки! Всё тело зудело от холода, болело и съеживалась, а горячая кровь замёрзла и сейчас бы не сошла бы за живую! Пальцы ели разгибались, с трудом поддаваясь командам юного мозга. В доме было убаюкивающе тепло, в зале горел свет, печка трещала... Голова резко закружилась и загудела, было очень тепло и холодно одновременно, веки стали тяжёлыми, он плохо слышал своих родителей, словно под толщей воды. Вэй Ин видел отдаленные силуэт матери и отца, этого более чем достаточно для успокоения, правда тот мальчик... Ему кажется было совсем одиноко, и, по-моему, он его... Знал..? И вот, наконец, картинка мира совсем потемнела, унося куда-то вдаль..