Obsession revenge

Счастливый смех разноситься по дому. Вокруг семейная атмосфера, запах вкусной еды, которую готовил отец. Дом украшен гирляндами, в комнате стоит огромная ёлка, ведь сегодня новый год. Чонгук очень счастлив, новый год его любимый праздник, ведь они всегда празднуют его вместе с отцом. Чонгук помогает готовить еду, ведь у него передался дар готовки от Ёнсу и Сонми — родителей Чонгука. Отец для Чонгука самый дорогой человек. Тот и выслушает, и даст совет, обработает раны поглаживая по голове и говоря, что защитит его от всех обидчиков. Ёнсу для него как отец так и лучший друг, они могли обсуждать всё на свете, ведь отец понимает его. Чонгук очень похож на Ёнсу, как внешне так и характером. Многие говорили о том, что Чон младший вырастет копией своего отца, а Чонгук сам пытается быть похожим на него. — Папа! — Зовёт Чонгук своего отца, при этом его глаза сияют а искренняя улыбка озаряет лицо. Ёнсу сразу же отзывается, подходя к мальчику, на что Чонгук тут же показывает печенье в форме двух человечков, которые он сделал сам. — Смотри, что я сделал. Это ты и я, пап. — Протягивает печенье мальчик. А Ёнсу смотрит на то, что сотворил его сын и в глазах его отображается гордость в перемешку с счастьем. Его отец так же счастлив, ведь рядом с ним его любимый сын. — Мой лев, у тебя очень красиво получилось. Сейчас поставим в печь и получится очень вкусное печенье. — Ёнсу гладит мальчика по голове, при этом смотря с глубокой нежностью. Чонгук улыбается в ответ, а в его глазах загорается огонёк. Мальчик всегда любил, когда отец его хвалил. Тогда он чувствовал уверенность и всегда хотел стараться для того, чтобы обрадовать отца. Чонгуку было всего 11, но он уже многое умел. Начиная с готовки и заканчивая карате. Чонгук всегда горел желанием многое уметь, ему всегда хотелось большего, чтобы отец гордился им. И Ёнсу гордился. Всегда гордился им. Звонок в дверь заставляет напрячься. Они никого не ждали, и всегда праздновали новый год одни, так как близких у них больше не было. С отцовской стороны дедушка и бабушка умерли, а со стороны матери умер только дедушка. У бабушки же был очень сложный характер, они с ней не поддерживали общения, так как она этого не хотела. — Там кто-то пришёл. Я открою дверь, а ты пока поставь печенье в печь. — Чонгук угукнул, и хотя они не ждали никого, подумал, что возможно соседи пришли поздравлять с новым годом, как делали это всегда. Вдруг слышаться тревожный голос отца. Тот заходит назад в комнату, где был Чонгук, и просит того спрятаться где-то. При этом Ёнсу выглядит напуганным, и скорее не за себя а за сына. — Пап, что такое? Кто там пришёл? — Чонгук пытается остановить отца, который толкает того в шкаф, закрывая сына на ключ. — Ничего не говори! Молчи, я разберусь и вернусь к тебе. Всё будет хорошо..— У самого же наворачиваются слёзы. Чонгук видет это через щель в шкафу, он хочет возразить, хочет выбраться,но ничего не получается. Вдруг слышится то, как дверь выбивают и в дом заходят какие-то люди. У них в руках оружие. У Чонгука на миг сердце останавливается, он не может и слова произнести, ведь всё то, что он видит через эту щель, заставляет слезам, которые всё это время скопились в уголках глаз - скатиться. Один человек, который был без маски, подходит к Ёнсу с ножом. Чонгук видит, как его отец уверенно смотрит на мужчину напротив, но толком из-за страха за Ёнсу не может понять о чём мужчина говорит. Ком в горле будто застревает, страх переполняет разум. Чонгук чувствует себя беспомощно, он не может помочь своему папе, не может ничего сказать и спасти его. — Ох, Ёнсу. Я ведь предупреждал тебя, что когда-то ты доиграешься, помнишь? Ты меня знатно заебал. Я ненавижу тебя, Ёнсу. Ненавижу тот день, когда Сонми выбрала тебя, а не меня. — Мужчина зло усмехается, прикусив губу и отводя взгляд в сторону, будто на секунду о чем-то задумываясь. В его глазах видна та ненависть, которую он испытывает. Он приказывает ещё двум мужчинам держать Ёнсу, чтобы тот не дёргался. А Чонгук пытается открыть этот долбаный шкаф, который никак не поддаётся. В глазах заново начинают собираться слёзы, Чонгук пытается здраво мыслить и если Ёнсу сказал, что всё будет хорошо, значит всё будет хорошо. Чонгуку хочется в это верить. Что тот мужчина говорил дальше, Чонгук не понимал и пропускал мимо ушей. Но единственное он всё же смог понять, этот мужчина связян с Сонми. Миг, и Ёнсу падает на колени, зажмурив глаза от боли и пытаясь рукой задержать кровь, которая стекала из раны в животе, которую нанёс мужчина. Чонгук рукой зажимает рот, чтобы не закричать. Он замечает, что Ёнсу смотрит в его сторону, кратко улыбнувшись. Эта улыбка была сквозь невыносимую боль, Чонгук понимал это, как и то, что Ёнсу пытался так его успокоить. — Я убью тебя. Ты будешь давиться своей же кровью, а я буду за этим наблюдать. Это послужит тебе уроком, ведь не стоило отбирать чужую девушку! — Мужчина яростно схватил Ёнсу за волосы, дёргая назад и выплёвывая весь яд, который накопился за долгие годы. Ёнсу на это лишь ухмыляется, без страха смотря в глаза напротив. Ему не была страшна физическая боль, он мог терпеть до конца, что всегда вызывало восхищение у Чонгука. — Я не боюсь смерти, Чан. И я никогда не отбирал у тебя Сонми, она всегда любила лишь меня. — Ёнсу говорил спокойно, пытаясь донести очевидный факт человеку напротив. А Чонгук медленно закипал, в перемешку со страхом у него была злость на человека, который причинял его отцу боль. — Она изначально была моей, чёрт тебя дери! — Ещё один ножевой удар в левое плечо Ёнсу. Старший Чон падает, ведь боль поглащает всё тело, а из-за потери крови разум по немного отключается. Чонгук понимает, если он выйдет - толку не будет никакого. В голову ударяет мысль, и он пытается отыскать телефон, чтобы набрать полиции, понимая, что тот возможно выпал где-то в вещах. Сам же молился, чтобы так и было, и он не лежал где-то в комнате. Наконец нащупав телефон, который как и думал мальчишка — выпал, он дрожащими руками набирает номер полиции, надеясь, что те приедут как можно быстрее. Мужчина под именем Чан, вспоминая что-то снова ухмыляется, присаживаясь на корточки рядом с Ёнсу, который чувствует, что сейчас потеряет сознание, но пытается держатся. — У тебя вроде сын был, не так-ли? — Языком проходя по нижней губе, мужчина ножом на руке Ёнсу рисует какие-то узоры, не обращая внимания на крики боли. — Нет! Чан, он совсем ребёнок.. только попробуй что-нибудь с ним сделать.. — Голос хрипит, Ёнсу пытается оставаться в сознании, хочет защитить своего сына. Он готов умереть, готов на всё, только бы его сына не трогали. От боли вовсе хочется лишь отключиться, но, он понимает, что Чан может сделать что-то с Чонгуком, хотя очень надеется, что в нём нет столько жесткости. Чонгук в это время пытается шёпотом назвать адрес, голос всё так же дрожит, слёзы непрестанно скатываются по щекам, полиция сказала, что уже отправились к ним. Чонгук очень хочет, чтобы за это время с его отцом ничего не случилось, чтобы он продолжал дышать. Чонгук не переживёт, если с Ёнсу что-нибудь случится. Полиция была рядом, поэтому, чтобы те приехали, требовалось минут 15. — Этот же ребёнок от моей Сонми. От моей, слышишь? Я бы с радостью убил его на твоих глазах. — Чан улыбается как психопат, говоря своим людям, чтобы те нашли мальчика. — Чан, нет! У тебя ведь у самого ребёнок есть.. — Ёнсу еле выговаривает слова, вытирая слёзы кровавыми руками. Страх за сына переполнил разум, из-за чего старший Чон пытался не думать о ранах, который нанёс Чанхён. — Ты ведь сейчас не в состоянии разумно думать, Чан.. Только попробуй тронуть моего ребёнка.. — Его появление было ошибкой. Я лишь хочу исправить это недоразумение. — Чан видит, как Ёнсу отрицательно качает головой, ведь обронить и снова из-за поступающих слёз и невыносимой боли не может. Из-за этого вида, Чанхён чувствует удовлетворение. Ёнсу замечает этот блеск в глазах и пониманимает, что возможно тот под воздействием наркотиков. Чан хочет снова замахнуться ножом, как вдруг слышится сирена. Полиция приехала. — Чёрт.. — Чонгук не видит, но прекрасно слышит то, что происходит совсем рядом. Чан наносит ещё несколько ударов ножом, даже после того, как бездыханное тело Ёнсу лежит на полу. — Я не смогу насладиться твой смертью, но и в живых ты сегодня не останешься. — Он наносит последний удар, уходя со своими людьми так, чтобы их не заметила полиция. Чонгук не может пошевелиться. — Нет, нет, нет.. Не может быть.. Пожалуйста, только не это.. — Из старого шкафа доносится плач, Чонгук не хочет смотреть, он очень боится увидеть своего отца в крови, очень боится мысли, что его отец умер. Стрелка на часах показывает 12 часов. Этот новый год ему запомниться навсегда. Полиция забегает в дом почти сразу после ухода тем людей, которые убили Ёнсу. Но разве они люди? Разве, после такого жестокого поступка они будут считаться людьми? Нет. Это не люди. Чонгука вытаскивают из шкафа, ведь его крики сразу услышали и сломав замок пытались успокоить мальчика. Чонгук пытается закрыть глаза, лишь бы не видеть отца, но в голове проскакивают слова Ёнсу: ‹‹ Всё будет хорошо.. ›› И Чонгук не выдерживая открывает глаза. Ёнсу был весь в крови. Его кровь растекалась по полу всё больше, она была ядерно красной, Чонгук отчётливо запоминал каждую деталь. С криком он падает на колени, подползая к Ёнсу. Он отталкивал полицейских, которые пытались его оттащить. Он не обращал ни на кого внимание, ведь перед глазами его отец, его лучший друг, его единственный дорогой человек.. — П..папа.. пожалуйста.. Прошу тебя, открой глаза! Давай, ну же! Я ведь приготовил нам печенья, мы ведь даже их не попробовали, Пап.. — Слёзы с новой силой стекают по щекам, Чонгук кричит, пытаясь разбудить отца, который уже никогда не проснётся. — Ты ведь сказал, что всё будет хорошо.. Пап, ты ведь не попробовал печенье, вставай.. — Последнее уже выходит шёпотом. Чонгук хочет, чтобы это был просто страшный сон. Он сейчас проснётся, а отец будет на кухне готовить для него оладьи и чёрный чай, ведь они оба безумно любят чёрный чай.. В груди болит невыносимо, почему люди умирают? Почему они уходят? В совсем неожиданный миг человек может умереть, даже если минутой ранее он стоял и готовился к новому году. Он ведь совсем не думал о том, что умрёт такой смертью.. Что он такого сделал, что у него отобрали так жизнь? Неужели люди настолько жестоки, что готовы ради своей выгоды— убить невинного человека? Люди живут каждый день, просыпаются, идут на работу либо учёбу, у них нет забот, они думают лишь о себе, используют других ради своей выгоды, и так каждый день. Чонгук ненавидет людей, они кажутся ему эгоистичными и лживыми тварями. Люди настолько жестоки, что ради того, чтобы получить своё, они готовы убивать. Многие люди находят смысл жизни в другом человеке. В том, кто кажется им самым дорогим, самым важным и родным. Люди находят свой смысл в возлюбленных, в родителях либо друзьях. Есть и те, которые находят смысл в человеке, в которого не взаимно влюблёны, либо который их даже не знает. Чонгук задумался, а ради чего ему жить? Единственный человек, который всем был для Чонгука - умер. Его убили жёсткой смертью на глазах ребёнка. Чонгук помнит тот день так, как будто он был вчера. И уже 10 лет Чонгук пытается найти Ким Чанхёна. Смысл жизни Чонгука - убить Чана. В тот проклятый день Чонгук ничего не рассказал полиции, да и сама полиция бросила это дело. Чонгук решил, что сам разыскает Чана и убьёт. Он не хочет, чтобы тот обошёлся лишь тюрьмой. Эта мразь заслуживает только смерти. И Чонгук на всё пойдёт, чтобы уничтожить его. За всё это время Чонгук разузнал, что Чан был одноклассником Ёнсу, поэтому информацию о нём было найти легче. Сейчас Чанхён живёт со своим 17-ти летним сыном в Сеуле. И Чонгук собирался поехать в Сеул, чтобы подробнее всё разузнать. От мыслей отвлекает телефонный звонок. На экране высвечивается: ‹‹ Коротышка Юни. ›› Чонгук усмехается и берёт трубку, сразу же об этом жалея. — Чёрт, Чонгук! Где тебя несёт? И только не говори, что ты спишь, я убью тебя! — Орёт Мин Юнги. Собственно Юнги - человек, который не противен Чонгуку. Наоборот, Чонгук его обожает. Уже на протяжении 6-ти лет они лучшие друзья, и Чонгук рад, что в его жизни появился этот ебаный карлик, который украшает его чёрную жизнь. — Айщ, не ори. Я не спал. — Сонным голосом проговаривает Чонгук, при этом улыбаясь. Чонгук только недавно проснулся, но Юнги знать об этом не обязательно. — Скоро приеду. Сразу после этих слов Чонгук отключает телефон, ведь ему прекрасно известно, что Юнги не закроет рот и будет продолжать орать. Встав с кровати Чон потирает глаза зевая, ведь совсем не выспался. Он берёт чёрную рубашку с такими же штанами и чистым нижним бельём, после чего направляется в душ. На самом деле у Чонгука даже с головы вылетело, что сегодня он собирался весь день провести с Юнги, так как тот хотел с Чоном хорошенько попрощаться. Юнги так же знает причину, знает о том проклятом дне и очень волнуется о Чонгуке. О том, что Чон хочет убить Чанхёна - Юнги тоже знает, хотя Чонгук очень не хотел, чтобы об этом хоть одна живая душа знала. Чонгук по пьяне рассказал обо всём, а утром не смог отмазаться, поэтому всё рассказал. Юнги знатно охуел, но позже улыбнувшись сказал: " Брат, действуй. Я бы наверно так же поступил, если бы был на твоём месте, и любое твоё решение поддержу. Главное будь осторожен. " Чонгук на это нежно улыбнулся, чувствуя благодарность и притягивая того в объятия, на что тот снова охуел, ведь Чон Чонгук был самым не тактильным человеком. — Брат, что я буду без тебя делать? С кем мне теперь курить за углами? Юнги ходит вокруг Чонгука сам не свой. На самом деле, сколько бы тот не шутил, он безумно будет скучать по Чонгуку, ведь тот его лучший друг, который всегда может поддержать и направить на верный путь. Тот, кто может послать нахуй, если не будет настроения, а потом когда увидит, что Юнги шуточно обиделся, посмотреть с нежностью и сказать: " Прости, но иди-ка ты нахуй, родной. " Юнги после этого всегда ржал как не в себя, тем самым поднимал настроение самому Чонгуку. Они были как настоящие братья, могли подраться а на следующей день уже сидеть за углом на корточках с сигаретой в руке и ржать с какой-то ерунды. — Я ведь не умирать иду, придурок. Решу всё и вернусь. — Чонгук делает последнюю затяжку и выбрасывает сигарету в урну. Затем замечает потускневший взгляд Юнги, и обнимает его за плечо с искренней улыбкой. — Не ссы, я когда-то не сдерживал своих обещаний? — Согнул брови Чонгук, смотря теперь с наигранной серьёзностью. Сейчас ему хотелось, чтобы Мин не выглядел таким грустным. — Блять, Чон. Я тебя обожаю, клянусь. — Уже улыбается Мин, ведь Чонгук всегда тот, кто может заставить его улыбаться. — Может я с тобой поеду? — Вопрос без надежды на то, что Чонгук даже задумается. А Чонгук как раз наоборот задумался. Сейчас у них каникулы, поэтому Чонгук мог бы взять своего друга с собой, тогда и Юнги бы развеялся, и Чонгук бы не сошел с ума от одиночества. Однако он сразу отбросил эту мысль подальше. Нахождение Юнги рядом с собой может отвлекать, Чонгук не хочет вмешивать Мина во всё это. Этот самый Мин теперь смотрит с надеждой, ведь Чонгук, кажется, серьезно задумался. — Нет. — Блять, хули пугаешь тогда?! — Я подумал, что можно всё же взять тебя, но потом понял, что не смогу жить с таким долбоёбом - как ты. — Проговаривает Чонгук, нахмурив брови и пытаясь держаться, чтобы не заржать. — Вот сука. — Юнги толкает того в плечо, на что Чонгук начинает убегать от Мина смеясь вместе с ним на всю улицу. — Я закопаю тебя в сугробе, Чон! На улице глубокая ночь. Чонгук уже собрал все вещи, теперь же сидя вместе с Юнги на вокзале, слушает как тот рассказывает какую-то историю. Сам Чонгук точно не знает, сколько времени будет находиться в Сеуле, и расставаться сейчас с лучшим другом очень тяжело. Не душе будто тяжёлый камень, не дающий покоя. Чонгук не знает, что его ждёт дальше, но чувствует, что ничего хорошего. Самому Юнги, Чон пытался внушить, что всё будет хорошо, но сам в эти слова больше никогда верить не будет. Его отец тоже говорил, что всё будет хорошо. Чонгук ведь верил. Ничего хорошего после таких слов не происходит, и Чонгук сам понимает, что после убийства Чанхёна, Чонгука не ждёт ничего хорошего. Отпустит ли его боль? Возможно. Чонгук надеется, что, после убийства этого подонка боль постепенно будет уходить. Тот факт, что его могут посадить в тюрьму Чонгука не волнует. Однако подумав о том, что Юнги останется совсем один, в груди отдаёт тоской. Чонгук постарается вернуться, хотя бы ради друга. Чонгук не слушает то, что говорит Юнги. Сейчас он просто напросто не может сосредоточиться на его истории, ведь голова забита мыслями, которые постепенно убивают. — Брат. — Перебивает, смотря в глаза с какой-то тоской и болью в глазах. Чонгук жуёт губу, всё никак не решаясь начать. Но сразу собирается, чтобы не дать провода грустить Юнги. Чон наигранно улыбается, снова обнимая того за плечи, — Пообещай мне, если я от меня не будет вести, если я вдруг пропаду, ты не будешь ждать меня. Запомни, со мной всё будет хорошо, я буду в порядке. Однако я не могу пообещать тебе, что скоро вернусь. Я не знаю, насколько это затянется, не знаю, что со мной будет после и смогу ли я вообще найти эту мразь, но, Мин, пообещай, чтобы то не было, ты не будешь ждать меня и грустить, ты продолжишь быть сильным без меня. — Чонгук чувствует, как к глазам поступают слёзы, но он отгоняет плохие мысли, в конце своих слов пытаясь улыбнуться. Юнги так же пытался держаться, чтобы не расставать Чонгука, хотя самому хотелось выпустить эти слёзы наружу. В их дружбе всегда была забота с двух сторон, что вызывало восхищение. Чонгук не любил, когда Юнги был чем-то расстроен. Если Мин попал в передрягу, Чонгук всегда будет рядом. Кто обидет Юнги, значит обидет и Чонгука. Об этом знали все в учебном заведении, поэтому всегда сторонились этих двоих. Юнги же ненавидел, когда кто-то выводил Чонгука. Мин был его успокоительным, всегда в трудное время дарил искреннюю улыбку, пытался поддержать и забьёт хуй на себя, лишь бы у Чонгука поднялось настроение и ему не было так плохо. — Ты думаешь, я могу это контролировать? Ты думаешь я могу вот так просто перестать ждать тебя и быть сильным без тебя? А ты в курсе, что сильный я, только, блять, из-за тебя. Ты и есть тот, кто дарит мне эту силу. И я не собираюсь обещать тебе то, что обязательно нарушу. И я буду ждать тебя, сколько бы не прошло времени. А если не пропадёшь без вести я буду искать, я пойду за тобой, понял? Не неси больше такой хуйни, я тебя серьезно в сугробе закопаю. — Юнги говорит искренне, берёт руку Чонгука сильно сжимая, этим жестом показывая, что всегда будет рядом. Чонгук отворачивается от него, пытаясь проморгать слёзы, ухмыляется, понимая, как сильно обожает этого коротышку. Чон смотрит с пониманием на Юнги, и снова притягивает того в объятия. — Ты такой тактильный, я не могу.. — Сейчас в сугроб полетишь ты, Мин Юнги. — Молчу, молчу. Они снова искренне смеются, понимая, что безумно будут скучать по друг-другу. За окном миллиард звёзд, и Чонгук думает о том, что после смерти, его отец превратился в звезду, и теперь с неба наблюдает за ним. Чонгуку всегда кажется, будет Ёнсу совсем рядом. Иногда появляется чувство, будто он не умирал, в особенности такое чувство приходит тогда, когда Чонгук совсем не знает, что ему делать. Его отец будто каждый раз подсказывает, куда идти и как поступать. До Сеула остаётся ехать 30 минут. Чонгук заранее забронировал номер в отеле, и теперь единственное, чего он желает - добраться в отель и лечь спать. За этот день Чон очень вымотался, ведь обходил с Юнги весь Пусан. Чонгук на протяжении двух лет собирал денег, чтобы отправиться в Сеул и там не нуждаться постоянно в деньгах. Он работал барменом, официантом, курьером, и за два года насобирал хорошую сумму для проживания в таком городе — как Сеул. Так же Чонгуку передалось всё наследство от отца, который работал в крупной компании, собирая денег для своего сына. Чонгук на эти деньги оплачивал коммунальные счета, продукты и прочее. С 11 лет Чонгук жил совсем один. Так как его хотели забрать в детский дом, Чонгук умолял свою бабушку взять на него опекунство, и пообещал, что не будет её беспокоить. Бабушка сжалилась над ним, однако жить в своей квартире не разрешила. Мальчик не хотел возвращаться в дом, где убили его отца, но другого выхода не нашёл. Всё же, этот дом был пропитан воспоминаниями об отце, поэтому, Чонгук даже не хотел думать об продаже. Пытаясь не зацикливаться на убийстве, Чонгук продолжал жить в своём доме, который так же достался по наследству. Годами Чонгук думал только о том, чтобы отомстить за отца. В глубине души накопилась огромная обида и злость. Сумевши найти знакомых Чанхёна, Чонгук попытался расспросить их, где тот находится. Когда ему сообщили о том, что тот живёт в Сеуле со своим 17-ти летним сыном, к Чонгуку пришла одна жестокая мысль. Таксист зовёт Чонгука, ведь тот уходя в свои мысли даже не заметил, как они добрались до отеля в Сеуле. Поблагодарив таксиста и отдавши тому деньги, Чонгук направился в отель, где его встретили уставшие работники. Взяв ключ, Чонгук поднялся в свой номер, и перед тем как лечь спать он отправился в душ, чтобы смыть всю усталость. Написав Юнги сообщение о том, что он в целости и сохранности добрался до Сеула, Чонгук наконец ложится спать. Проснулся на удивление Чонгук бодрым. Ему совсем не хотелось спать, а внутри было странное чувство. Выбрав чёрные спортивные штаны и такого же цвета толстовку, Чонгук чистит зубы, приводя себя в порядок. После Чон берёт свой пуховик, обувает чёрные гриндерсы и выходит на улицу. Мороз касается кожи, принося чувство спокойствия. Чонгуку всегда нравилась холодная погода, он любил снег, ведь зимой с отцом они играли в снежки и лепили снеговика. — Мне нужно узнать, где сейчас живёт Ким Чанхён. Можете сказать, пожалуйста, — На протяжении двадцати минут, Чонгук пытается уговорить работницу компании, чтобы та сказала ему, где живёт Чанхён. Про эту компанию Чонгук так же узнал у школьных друзей Чана. Как ещё оказалось, эта мразь хорошо общался раньше с Ёнсу и Сонми. Точнее притворялся. — Понимаете, тут такая ситуация.. Я близкий друг семьи, и хотел бы сделать им сюрприз, однако не помню их адрес. — Продолжал стоять на своём Чонгук, вежливо улыбнувшись. — Я понимаю, но, это конфиденциальная информация, которую нельзя разглашать.. — Молодая работница после своих слов задумалась, будто вдруг передумала. Она отводила глаза от Чонгука, смущаясь. Видно было, что Чонгук ей понравился. — Но я могу сделать исключение, — Она смущённо улыбнулась, кусая пухлые губы. Девушка берет листочек, на котором пишет адрес Ким Чанхёна, а ниже пишет свой номер. Чонгук чуть ли не скривился, но воздержался, уже наверняка зная, что будет делать с этим номером. — Благодарю вас, — Игриво улыбнулся Чонгук, наблюдая за реакцией. Сам же он держался, чтобы не заржать. Девушки никогда его не интересовали. То, что он гей, Чонгук понял в 15 лет, когда его заинтересовал мальчик с параллельного класса. Чон не мог признать то, что ему нравятся парни, но со временем он смирился, забив хуй на мнение окружающих. — Пусть это останется только между нами, ладно? — Девушка кивнула, чувствуя, как горит лицо. Чонгук на это лишь усмехнулся, выходя из здания. Достав телефон, Чонгук переписывает адрес Чанхёна и выкидывает листок. Понятное дело, что номер той девушки ему не нужен. Внутри всё такое же странное чувство. Вот он, совсем рядом с человеком, который убил его отца. Чонгук стоит возле его дома, и не может пошевелиться. Вдруг он сорвётся, как только увидет его? Вдруг не сможет держать себя в руках? По плану, которые создал Чонгук, он не должен был просто явиться в его дом и убить. Он хочет, чтобы ему было невыносимо больно как физически, так и морально, и ради этого он будет терпеть. Чонгук замечает мальчишку, который стоял за двором и лепил снеговика. На нём был длинный пуховик и тёплые уги. Он был без шапки, укатанный в длинный шарф. Волосы были смоляными и мягкими на вид. Подходя ближе, Чонгук оглядывает большой дом. У него вдруг появилось желание увидеть этот дом в огне. Мальчишка заметил Чона, странно на него поглядывая. Когда Чонгук снова обратил на него внимание, тот изогнул брови, тем самым будто спрашивая, чего тот пялиться. А Чонгук и сказать ничего не мог. Этот мальчик был до безумия красивым, глаза были большими и выразительными. Мальчик в своём большом пуховике выгладит очень мило, из-за чего Чонгук зло усмехнулся. Чон подумал, что это возможно тот самый сын Чанхёна, из-за чего сразу же отвёл взгляд. Мысленно он возвращал себя в реальность, из-за чего начал медленно закипать. Появилось жестокое желание, спалить и отца и сына в этом огромном доме. Чонгук хочет, чтобы Чанхён ощущал такую же боль, что ощущал Ёнсу. И никто не посмеет помещать ему воплотить свои желания в реальность. Да начнется смертельная игра.