Душа моя

За дверью, закрытой на замок, слышатся шаги и громкие крики студентов, пока Чу Ваньнин прижат к острому краю преподавательского стола, тая от чужих поцелуев на шее. Мо Жань целует, слегка прихватывает зубами нежную кожу и размашисто лижет место укуса. Снова целует, обнимая своего мужчину за талию, прижимаясь к его телу вплотную. Мо Жань. Его Мо Жань, который сейчас старательно целует его, кусая нижнюю губу до крови, а затем слизывает несколько небольших бордовых капелек. Чу Ваньнин чувствует неприятный вкус железа, но разделяет этот вкус с Мо Жанем, отвечая на страстные поцелуи, смешанными с дикостью и лёгкой болью. Мо Жань снова побуждает его на необдуманные действия, вновь сводит его с ума, подталкивая к краю обрыва. Мо Жань. Его любимый, горячий и сумасшедший Мо Жань. Его язык, губы заставляют голову кружиться. Руки, блуждающие по телу, посылают приятную дрожь, а внизу завязывается узел возбуждения. Ваньнин неосознанно трётся о бедро Мо Жаня, ощущая, что тот возбуждён не меньше. — Мо Жань, — Чу Ваньнин как мантру повторяет имя своего молодого человека, не зная, как остановиться. Оно оседает сладостью на кончике языка мужчины. Он хочет снова и снова звать своего любимого человека по имени, смакуя каждый произнесённый звук. Но он ни за что не признается в этом самому Мо Жаню. Правая рука Мо Вэйюя тянет за резинку, держащую высокий конский хвост. И волосы мягко падают на плечи, спину, а пряди чёлки обрамляют красивое утончённое лицо Чу Ваньнина, которое Мо Жань так обожает. Он обожает всего Ваньнина. Чу Ваньнин тяжело дышит, чувствуя, как его возбуждение растёт, желание, чтобы ему вставили, тоже. Мужчина неосознанно сглатывает вязкую слюну. Воспоминания их прошлых ночей отчётливо всплывает в памяти, будоража сознание ещё больше. Чу Ваньнин сдавленно стонет в губы Мо Вэйюю. Невыносимо. — Я хочу тебе отсосать, — шепчет Мо Жань в красное от стыда ухо. И снова лижет, проводит языком по ушной раковине, прихватывая кончик зубами, выбивая из Чу Ваньнина тихий вздох. — И отлизать. Ваньнин, позволь. — Мо Жань, — Чу Ваньнин мёртвой хваткой вцепляется в плечи Мо Жаня, сминая белую ткань медицинского халата. Грязные слова, вылетающие изо рта Мо Вэйюя, заставляют Ваньнина спрятать горящее от стыда лицо в изгибе шеи. Чужие пальцы ловко забираются под рубашку, поглаживая оголённую спину, спускаясь к штанам. — За дверью. А за дверью так же шумно. Страх стать застуканными лезет под кожу, становится невыносимым. Но этот страх также возбуждает его. Возбуждает быть пойманными. Странное невыносимое желание. Мо Жань чмокает Чу Ваньнина в нос. Он улыбается, заправляя одну прядь за алое ухо. Смотрит в глаза, не отводя взгляд чёрных, глубоких. Опускает его на зацелованные губы и проводит большим пальцем по ним. А Чу Ваньнин также смотрит на Мо Вэйюя, сражаюсь с желанием снова слиться в поцелуе, борясь за первенство. «Красивый» — думает Мо Жань, уже который раз за сутки? Наверное, тысячный. В его голове только его Чу Ваньнин, только его лицо, губы, глаза. Особенно сейчас, когда уголки глаз красные от возбуждения. Мо Жань не удерживается, собирает губами слёзы Чу Ваньнина, шепча комплименты, то, что он хотел сказать Ваньнину на протяжении дня. — Ты у меня такой красивый. — Ваньнин, мой любимый Ваньнин, самый лучший. — Моё сокровище, моё золотце. Чу Ваньнин, сознание которого наполовину затуманено похотью, на автомате проводит языком по пальцу, слегка посасывая его кончик. Слова Мо Жаня эхом отзываются в ушах, оставляя приятный осадок на душе. А сердце стучит, крича: «Я тебя тоже очень люблю! Поцелуй меня, дай поцеловать тебя». А дыхание Мо Жаня замедляется, если не останавливается от такого зрелища. Ваньнин, его самый лучший Ваньнин. — Золотце, сядь на стол и раздвинь ноги, — Чу Ваньнин активно вертит головой, отказываясь подчиняться Мо Жаню. Даже если ему очень хочется оказаться в его власти, отдаться на этом грёбанном столе. — Ты сумасшедший. До дома потерпеть не можешь? — Мо Жань снова целует его, толкаясь языком внутрь, очерчивая им передние зубы Ваньнина. Мужчина отвечает на поцелуй так же страстно, борясь за инициативу вести поцелуй. Край стола, на который Чу Ваньнин упирается, нещадно царапает поясницу. Останутся красные царапины, но сейчас ему плевать. Он хочет всего Мо Жаня прямо сейчас.— До дома ещё одна пара и сорок минут на машине, — отрывается Мо Жань, следя как ниточка слюны растягивается между ними. — Я с ума от тебя схожу. Боже, дай вылизать тебя, — он прижимается лбом ко лбу своего мужчины, скрепляя их руки в замок. — Дома, — не унимается Чу Ваньнин, стыдливо отворачиваясь от пристального взгляда Мо Вэйюя, но разъединяет их пальцы и тянется дрожащими руками к пуговицам на медицинском халате, расстёгиваю пуговицу за пуговицей, пока халат не оказывается скинутым на пол, а он сам разложенным на столе и с раздвинутыми ногами. — Ваньнин, говоришь, что не хочешь, но при этом сам же и раздвигаешь ноги. М, Ваньнин, я тебя обожаю, всего тебя. Ты хочешь кончить от моего члена? Или от пальцев? А может от языка? Представь как мой язык будет двигаться в тебе, пока за дверью больше тысячи студентов, — Мо Вэйюй проводит рукой по ноге от бедра до колена. Чу Ваньнин закидывает голову назад, слегка поднимая таз. — Мо Жань, прекрати болтать и займись делом, — шипит Чу Ваньнин, полностью ложась на стол, засыпанный журналами и бумагами. — А тебе настолько хочется? — А-Жань, еще один глупый вопрос — и вылетишь из аудитории, как пробка из шампанского. — Мо Жань усмехается и стаскивает с Чу Ваньнина штаны, отбрасывая их в сторону, где и валяется его халат. Трусы летят туда же. Белая рубашка полностью расстёгнута и спущена на локти. Чу Ваньнин чувствует себя слишком открытым и развязным. Особенно, когда Мо Жань кусает его грудь, оставляя много красных пятен, играется с его сосками, как он пожелает. Мо Вэйюй спускается поцелуями вниз к подтянутому животу, к лобку, пока губами не обхватывает член. Чу Ваньнина прошибает электрическим током, когда Мо Жань так профессионально заглатывает его пенис, обводя языком каждую венку. Мужчина дышит сквозь зубы, судорожно вдыхая воздух. Его ноги каким-то образом оказываются на плечах Мо Жаня, а язык мужчины постепенно с члена перемещается на мошонку. Мо Жань далеко не в первый раз отсасывает ему, но каждый раз будто впервые. Ваньнин так же смущается, но извивается от ярких ощущений. И Мо Жань неожиданно отстраняется, дёргая его ещё ближе к себе. И Чу Ваньнин чувствует горячий язык внутри себя. Прям там. Мужчина от неожиданности дёргается, пытается отстранится, но молодой человек крепко держит его за бёдра, не давая убежать. — Мо Жань, ты что делаешь? — Мо Жань не отзывается, продолжает вылизывать Чу Ваньнина, раздвигая языком нежные стенки. Он толкается глубже, удерживая постоянно съезжающего Чу Ваньнина назад. Щёки Чу Ваньнина горят от стыда, а из глотки вырываются тихие стоны, которые он не может контролировать. Они льются потоком, невозможным к остановке.А сам Чу Ваньнин готов уже плевать на то, что они в университете, он хочет поскорее кончить. Ему невыносимо ощущать язык внутри себя, чувствовать, как он сжимает Мо Жаня. Ему жарко, он задыхается. Ему хорошо, очень хорошо, настолько, что мужчина кончает за считанные секунды на лицо Мо Жаню. Чу Ваньнин тяжело дышит, поднимаясь на локтях со стола, чтобы посмотреть на Мо Жаня. А Мо Жань стоит довольным и смотрит на Ваньнина, весь перепачканный в сперме с улыбкой до ушей. — Мо Жань, где салфетки? Пара давно началась, мы что-то увлеклись, — Чу Ваньнин шарит руками по столу в поисках влажных салфеток. Пачка лежит на самом краю стола, он хватает её и достаёт несколько штук, тщательно вытирая лицо своего парня. Оба тяжело дышат, Чу Ваньнин сгорает от стыда и осознания того, какие непотребства они творят на территории учебного заведения. Он мысленно даёт себе клятву больше никогда не вестись на уговоры Мо Жаня потрахаться на рабочем месте. А Мо Жань продолжает улыбаться, как дурак, подставляясь под нежные касания рук Ваньнина. Чу Ваньнин грязные салфетки отбрасывает в сторону и обхватывает руками лицо Мо Жаня, целуя его в лоб. — Ну, я отпустил домой твоих оболтусов и теперь абсолютно свободен, — Мо Жань уходит вглубь аудитории, подбирая их брошенную одежду. Чу Ваньнин сводит голые коленки и недовольно возражает, услышав эти слова от Мо Жаня: — А мне почему не сказал, что ты отпустил моих ребят?! А староста почему не написала? Мо Жань целует Ваньнина в коленку, помогая ему одеться. Мужчина фыркает и отворачивается от молодого человека, снова краснея. Его возмущает то, что никто не предупредил об уходе группы. И смущают попытки Мо Жаня одеть его, будто он маленький мальчик. Но эти действия теплом отзываются в его груди. — Сейчас говорю. Отпусти тоже моих оболтусов, они устали, а мы можем уехать домой и продолжить развлекаться, — Мо Жань замолкает, нависая над Чу Ваньнином, приближается к его уху и говорит, почти шепчет. Томно, с ноткой возбуждения. Чу Ваньнин невольно ёжится. — Я хочу, чтобы ты снова кончил от моего языка, — Чу Ваньнин густо краснеет и бьёт одной рукой Мо Вэйюя по спине. — Я уже столько раз отменял у них пары из-за тебя! В этот раз нет, уеду домой после конца рабочего дня. — Ну, Ваньнин! — Мо Жань обиженно надувает губы. Чу Ваньнин слегка улыбается уголками губ, сравнивая его в этот момент с обиженным щенком хаски. — Нет, Мо Жань. Если у тебя нет больше дел, иди в лаборантскую и приведи себя в надлежащий вид. — Мо Жань поражается и всегда будет поражаться Чу Ваньнину. Тому, как он ловко может переходить в режим строгого преподавателя. Его взгляд мгновенно холодеет, а улыбка меркнет. И такого строгого Чу Ваньнина хочется не меньше. Только недавно кончивший член Мо Жаня, мгновенно твердеет, только представив, как строгая маска с треском ломается и уступает место мягкому Чу Ваньнину. — Ваньнин, ты тоже достаточно помятый. Предлагаю пойти в лаборантскую вместе. — Если ты сейчас не замолчишь, то уйдёшь в свою лаборантскую. — Золотце, хорошо, я иду в твою лаборантскую один и жду тебя, — Мо Жань быстро чмокает Ваньнина в щёку и скрывается в лаборантской, пока он застёгивает манжеты на рубашке, а студенты настойчиво стучат в кабинет. Чу Ваньнин в ответ посылает воздушный поцелуй, сразу же себя отдёрнув. — Профессор Чу, вы в порядке? Чу Ваньнин, заплетя распущенные волосы снова в высокий хвост, открывает дверь и впускает целую свору студентов.