Недооценивал

В кнопочном телефоне Валеры таились фотографии, которые точно не стали бы хорошими обложками на журналы интимного характера, но наслаждаться ими наедине совсем другое. Фотографии были мутными и даже непонятными, но так хорошо передавали моменты соития Турбо и Зимы. Время от времени хотелось приобрести мыльницу, чтобы качество изображений было не 4 на 4 пикселя, как было на новеньком телефоне Турбо. Хотя, Вахит не оценит то, что его на коленях будут фоткать с фотоаппарата, а не с телефона. Он итак не сильно рад, что у его друга есть потребность в том, чтобы снимать каждый их секс или обычный отсос. Валерка любовался сделанными снимками целый день, наплевав на унылые сборы. Член стоял колом при перелистывании фотографии; Вахит, голый и такой жалкий стоит раком, повернувшись к шатену задницей. Такой белый, прям как снег, покрытый прыщиками на жопе и спине, что вообще не мешало возбуждаться каждый раз. Это добавляло некий комфорт — тело болезненно худое, точная анорексия. Кожа сухая и совсем не мягкая, с покраснениями от тяжёлой руки Турбо. Засосы, которые появлялись каждые выходные, также как и отпечатки больших рук по мягкому месту. Покрасневшие губы, манящие до истерик, если Турбо хоть день не будет их исцеловывать, а потом кусать до крови, чтобы Зима скулил от причиненной боли. Кажется, тот был не против, если Валерий будет его хоть при пацанах иметь как суку течную. Может когда нибудь взять и трахнуть дорогого друга прям в подвале, чтобы универсамовские по истошным крикам, поняли, что их старший - фанат грубой порки в жопу? Не, слишком жёстко. Уж лучше просто вытрахать Зиму в привычной квартире, чтобы только соседи сквозь эти картонные стены услышали стоны, а потом приходили разбираться, кого тут убивали. Фотографии были очень красивыми. Четыре пикселя никак не мешали дрочить на развратного, но такого милого парня. Представлять, что это не твоя огромная и грубая, как наждачка, ладонь дрочит твой член, а белоснежная и холодная ладошка пытается доставить любимому мужчине удовольствие. Представить тот рот, горячий и мокрый, в котором всегда так ахуенно члену. Хочется зажимать Зиму где угодно, ставить на колени, а самому снимать с себя спортивки и семейники, Вахид все поймет и из твоего кармана достанет телефон и протянет тебе. Ох, какой же он прекрасный; жопу подставит, сперму твою проглот после замечательного минета, поймет странный фетиш фоткать его задницу с твоим членом внутри, придет по первому вызову, чтобы поцеловать и обнять тебя так нежно. Может с ним тоже быть помягче? Да вроде он сам любит, чтобы Турбо был таким грубым с ним. Хотя, можно попробовать. Стоя перед знакомой дверью, Валера стучал в нее. Надеясь, что Зима-добрая душа откроет дверь в столь поздний час. Раздался хлопок первой деревянной двери, а дальше недовольное ворчание друга, который открывал уже другую деревянную дверь, более плотную. - Привет, Вахид. Я пришел не просто так, не ругайся,- Турбо перешагивая порог, оказался в квартире лысой бошки, закрывая дверь. Быстрым движением рук, Валера прислонил обладателя прекрасных глаз, к стене. Тот сразу начал вставать на колени, но Турбо тут же прервал это действо, поднимая парня на свой уровень - Я не за этим, родной,- Турбо прижался к другу. Нежно обнимая за талию, он поглаживая худое тело, перебирая пальцами по пояснице. Зима был обескуражен, но с радостью отреагировал на это такими же объятиями. Глаза были закрыты только у Валеры, который склонил голову на плечо парня, стоящий лишь в семейниках и майке-алкашке. Сердце стало биться чаще при осознании своей тихой любви к этому парню. Хотелось стоять так и стоять с ним в обнимку, а не трахать как "грязного". Зима укачивал Турбо в разные стороны, что-то мыча себе под нос. Мелодия, издаваемая устами парня была славной и манящей. Жалко, что видео снять нельзя.