Драки

Jah Khalib — Ты словно целая Вселенная

— Ударь меня посильнее, Чуя. — Дазай как обычно вытрет лицо краем рубашки, перед тем, как отлететь назад от очередного кулака направленного в лицо. Их бои имеют только одно правило — способности использовать запрещено. Кулаки, ум и может быть, ноги. Все способы действенны. Чуя скидывает с себя пальто Дазая на асфальт, и остается в одной домашней футболке. Дазай без приглашения врывается в его квартиру, за руку вытянув на улицу, по причине, которую знают лишь они вдвоем. Он немо накидывает на него свой плащ, замечая, что поздней ночью Чуя вышел только в футболке и джинсах. В их боях Дазай перестает думать: он не хочет продумывать тактику, не хочет с ехидной улыбкой победить и заставить злиться Накахару, он не хочет попытаться его осадить, заткнуть. Он хочет почувствовать металлический вкус крови на языке, чужие руки на лице, и тяжелое дыхание вместе со стекающим потом по телу. В их боях Чуя перестает ненавидеть Дазая: он хочет размазать его лицо в кровавую кашу не из личных неприязней, а потому что ждет от него того же самого. Он не хочет побыстрее закрыть ему рот, скорее наоборот, слышать его голос. Он не хочет называть его глупым и бесящим, а хочет называть его Осаму. Только в эти моменты, Чуя зовет его по имени. — Получай! — он бьет ему прямо по скуле, и создается ощущение, будто у Дазая сейчас как минимум сместится челюсть, если не выпадут все зубы. Он принимает удар, пытаясь подобраться к Накахаре ближе, что бы дать ответную дозу ощущений. Дазай делает вид, что сейчас ударит его в щеку, но на самом деле дает ему коленом в живот, заставляя парня согнуться пополам. Он издает скрежет зубами. Дазай добивает его, толкая на землю пока тот в согнутом положении, еще добавляя сверху легкий удар ногой, который просто показывает его преимущества в ситуации. — Осаму. — Чуя отхаркивает кровь и прикрывает лицо ладонью. — Заканчиваем? — кажется, будто Дазай беспокоится, но наверное это просто кажется. Он протягивает ему руку, что бы тот встал. Но видимо, Чуя пока не собирался заканчивать. Он тянет Осаму за ногу, а тот больно падает на спину возле Накахары. Чуя забирается на него сверху и дает кулаком в лицо. Раз. Два. Три. Дазай улыбается и смотрит на небо. Он приподнимается на локтях, пока Чуя остается сидеть на нем сверху, без эмоций. Он слизывает кровь с его губ, держась за рыжие волосы, что бы иметь хоть какую-то опору и не свалиться обратно на землю. Приятный металлический вкус. Накахара подбирает черное пальто, которое валялось рядом, и накидывает на них двоих. Пока они пытались отдышаться, кожа смогла прочувствовать, что на улице далеко не плюс двадцать. Холодно, как для весны. Дазай снова тянется к его губам, уже не с намерением стереть красную массу с его лица, а просто так. Он кусает его нижнюю губу, не давая повода для нежности. Чуя трогает его запутавшиеся волосы, держит за шею. С Осаму спадают бинты. Пару минут они молча вжимаются в разбитые, покусанные губы друг друга и тяжело дышат в шею, а через еще пару минут они снова махают кулаками перед лицами друг друга, оставляя новые увечья Они дерутся и целуются, целуются и дерутся, и так каждый раз.