Это была не плохая затея.

– Не лги мне, ты знаешь, что это не поможет решить проблему. Что тебя беспокоит? Мужчина сидел на удобном стуле, делая глоток чая. Было странно его видно не в привычном белом халате, а лишь в чёрной водолазке, которая облагала его тело, а также в белый брюках. Он сидел с прямой спиной, пока напротив его сидел парень, которы также пил чай, откидываясь спиной на стул. Он выглядел спокойно, но явно замечено то, как он смотрел вдаль за доктором, а не на него. – Если вы меня пригласили к себе только для того, чтобы спросить это, то вы явно не подумали о том, что врага слишком близко держать к себе тоже не стоит. Гентаро улыбается также безмятежно, почти поддразнивая, но увиливая от его вопроса полностью. – Мы враги, когда я просто являюсь врачом, который собирается помочь? – Вы знаете Рамуду, господин Джакурай, поэтому просто смиритесь, что мы враги. Брюнет пожимает плечами, слегка улыбаясь. Хотя врач действительно использует немного странные способы. Пригласил к себе на чай, хотя они оба в редких случаях встречались в кафе. – Что тебя тревожит, Гентаро Юмено? – Ничего. – Лжешь. – Лгу. Он усмехается, теперь тем более не понятно, лжет ли тот. Это сложный человек, писатель, искусный лжец. "Я могу ему соврать о том, что меня бесят Рамуду и Дайс, может быть, тогда он отвяжется." – И даже не думай приплетать сюда Рамуду и Дайса, я вижу, что дело не в них. Ночью они тебя не достают, но выглядишь ты сонным, руки дрожат, словно ты скоро с ума сойдешь. Ну же, расскажите мне. – Я просто не выспался. – Почему же? – Ну, так получилось, лег поздно. – Почему ты лег поздно? Писатель вздыхает, явно недовольный тем, что его так стараются понять. Ему бы хотелось лучше снова встретиться с друзьями, с ними проще, никто не расспрашивает, никто не зацикливается так на нём. Иногда хочется выплеснуть эмоции, но сейчас он понимает, что абсолютно не хочет этого. Легче лгать себе, другим, это проще, быстрее, а времени на устранение проблемы нет. Врач также вздыхает, вставая со своего стула, ставя кружку с чаем на стол, подходя к юноше, наблюдая, как тот напрягается, но тут же скрывает, ставя кружку на стол. Руку Юмено перехватывает Джингуджи, обхватывая его кисть своими ладонями, поглаживая большими пальцами. – Скажи мне, что тебя тревожит, сейчас я врач, не твой враг. Нам и необязательно быть врагами. Под пристальным взглядом страшно врать, даже говорить. Джакурай словно смотрит в душу, пронизывая его насквозь. Но писатель не мог сказать ни слова, лишь утыкается ему в предплечье, чувствую, что просто не сможет победить врача. Тот лишь мягко обнимает его, позволяя расслабиться, уткнуться ему в плечо. И Гентаро все же прошептал ему. – Я устал.. Слишком большая нагрузка, как на писателя, я не могу спокойно спать.. Тот лишь его мягко гладит по спине. – Я думаю, твои читатели прекрасно поймут, если ты решишь отдохнуть. Здоровый сон лучше влияет на писательство, со свежей головой ты будешь лучше писать романы. Я могу тебе дать специальные успокоительные, от которых ты будешь лучше спать. Он ерошит его по волосам, успокаивая, на что тот вздыхает, сам притягивая к себе Джингуджи, кладя голову ему на плечо, прикрывая глаза. Он не ожидал, что такой поход к врагу получится тем, что они начнут общаться чаще, встречаясь в кафе для "просто чаепития". И их общение явно прошло грани " Врач и пациент", они стали друзьями, которые общались все чаще. Это явно была не плохая затея - встретиться с врачом.