Чудесный Санкт-Петербург

      Уже очень много лет Санкт-Петербург считается одним из самых эстетичных и загадочных городов. В наше время, находясь на его улицах, мы можем чувствовать, как от него веет стариной и некой аристократией. В Новый год Санкт-Петербург преображается в настоящую сказку: город буквально пропитывается волшебством и чудесами. Прекрасные каналы со вставшим льдом, по которым можно прокатиться на коньках; дома, украшенные цветными гирляндами и праздничными украшениями; ёлки чуть ли ни в каждом дворе; снег, буквально очищающий и осветляющий мрачный грязный Петербург – всё это создаёт свою уютную аутентичную атмосферу. Это чувствуется только в этом городе, который не похож на другие.       Арсений и Антон идут по брусчатке мимо реки, мило болтая, у каждого в руке стаканчик с горячим шоколадом. Людей практически нет: по такой погоде и выходить не хочется из тёплого помещения. На улице уже темно, хоть время и непозднее, с неба, которое заволокло тучами, неспешно падает снег. Снежинки приклеиваются к ресницам парней, делая их более эстетичными. Антон мило улыбается, глядя на мосты, украшенные к празднику.        – Красиво, – с восхищением произносит Шаст.       – Согласен. Не зря я выбрал именно Питер, – говорит Арсений, глядя на профиль парня.       – Тебе очень идёт этот город. Ты же граф, – посмеиваясь, утверждает Антон.        – Возможно, ты прав, – смеётся старший.       Они идут, глядя на всю эту красоту, и держатся за руки. Никто из них не переживает, что их могут увидеть. В свете фонарей снежинки кажутся совсем крохотными бриллиантами, каждый из которых был выточен искусным ювелиром, и ни один из них не похож на другой. И их тысячи, нет, миллионы! Это безумно завораживает.       – Хорошо, что к тебе на праздники приехал, – говорит Антон, крепче сжимая ладонь Арсения в своей.        – Да, я очень этому рад, – отвечает старший, целуя парня в щеку, покрытую румянцем от холода.       Арс бегло оглядывается по сторонам, и, не замечая по близости прохожих, резко разворачивает к себе младшего. Он смотрит в зелёные глаза настолько пристально, что можно разглядеть каждый оттенок. Антон лишь отвечает на этот взгляд, не смея отвести его хоть на секунду. Старший приподнимается на носочки и мягко целует парня, сминая его потрескавшиеся губы своими. Этот поцелуй переполнен нежностью и заботой.       Они стоят так очень долго, медленно целуясь в темпе вальса снежинок, падающих с неба. Действительно волшебные ощущения. Арсений аккуратно обнимает Антона за талию, прижимая к себе.       – Нас могут заметить, – тихо говорит младший, отрываясь от сладких губ.       – Так пошли домой, там и продолжим, – отвечает старший, целуя парня в кончик холодного носа.

***

       Они заваливаются в тёплую уютную квартиру, снимают обувь, не отрываясь друг от друга даже на миг, скидывают куртки и идут в спальню, постоянно целуясь. В помещении приятно пахнет хвоей и мандаринами, а тепло моментально согревает замëрзшие участки тела.        Арсений наспех стягивает толстовку с Антона, припадая губами к острым ключицам. Младший лишь обнимает шею старшего и тихо стонет от столь приятных ощущений. Отстранившись буквально на секунду, Арс в нетерпении снимает одежду и с себя, оставляя лишь чёрные боксеры, элегантно подчëркивающие упругие ягодицы, и вплотную прижимается горячим телом к Шасту. Он переходит выше, к шее, оставляет на ней укусы и засосы, кусает так, что остаются кровоподтёки, а наутро останутся красно-фиолетовые следы, и всю неделю младшему придётся тщательно их скрывать.       Старший мягко толкает Антона в грудь, и тот падает на кровать, поднимая свой преданный помутневший взгляд на Попова. Арсений смотрит на такого сексуального парня, грудная клетка которого быстро вздымается от частого дыхания, а губы слегка приоткрыты, и бездна его зрачков практически полностью перекрывает голубые океаны. И Антон это замечает, понимая, что сейчас в квартире станет на порядок жарче.       Старший ставит руки по обоим сторонам от головы Шастуна, и они вновь сливаются в страстном поцелуе. Младший буквально плавится под этим сильным и горячим телом, отчего на его лбу появляется испарина. Арс сжимает его талию одной рукой, поглаживая тазовую косточку большим пальцем. Он медленно спускается поцелуями вниз: кусает кадык, обводит языком ямочки над ключицами и останавливается на груди. Антон делает резкий вдох в предвкушении и смотрит на старшего. Арсений облизывает его соски по очереди, глядя в лицо младшего из-под опущенных ресниц. Шаст тихо стонет и соблазнительно закусывает губу от нарастающего возбуждения. Старший сжимает в зубах правую бусинку, немного оттягивая, затем всё то же самое проделывает с левой. По телу Антона будто проходит электрический ток, и он вздрагивает. Дыхание его сбивается, а биение пульса ускоряется.        Арс спускается ниже, медленно расстëгивает пуговицу и молнию на джинсах Шастуна и останавливается, глядя в его лицо. Антон томно вздыхает и поднимает молящий взгляд на старшего. Довольный этой реакцией Арсений резко стягивает с него вещь вместе с нижним бельём. Он берёт смазку с тумбочки, выдавливает себе на пальцы, растирая её чтобы согреть, и, грубо разведя ноги младшего, вставляет сразу два. Шаст болезненно стонет, но возбуждается ещё больше от такого поведения Арса. Мягкий и заботливый в обычной жизни и дерзкий и властный в постели – таким может быть только Арсений. Он настолько же переменчив и противоречив, как и Санкт-Петербург.       Брюнет добавляет третий палец, двигая ими внутри. Антон уже привык к чувству заполненности и начинает сам немного насаживаться на пальцы, прося большего.        Когда старший решает, что Шастун подготовлен, он снимает с себя боксеры, откидывая их куда-то на пол и берёт презерватив, раскатывая его по члену. Арс приставляет головку ко входу младшего, и, немного подразнив его, одним движением входит на всю длину. Антон распахивает глаза от столь резких движений, сладко выстанывая имя парня перед ним. Старший тут же начинает двигаться, задавая умеренный темп. Он закидывает ноги Шастуна к себе на плечи, придерживая его за бёдра. Парень стонет, запрокидывая голову, и его тонкие пальцы, увитые кольцами, сжимают простынь под ним.       Арсений ускоряется, сильнее впиваясь ногтями в нежную кожу. Тело младшего пронзает слабая боль, но это только возбуждает больше. Старший дышит всё чаще, по его груди текут капли пота, что в тусклом свете так привлекательно поблëскивают, а чёлка прилипла к мокрому лбу. Арсений чëртово произведение искусства.       Антон смотрит на него, не отводя взгляда, и его рука непроизвольно тянется к члену. Он растирает выступившую каплю смазки по розовой головке и ведёт рукой вниз. Арсений замечает это и начинает двигаться быстрее, но ничего не говорит, тем самым показывая, что он не возражает. Шаст тут же старается подстроиться под ритм старшего, ускоряя свой темп.       Арс входит настолько глубоко, насколько может, и кончает с тихим стоном. Антон же, чувствуя внутри себя это ощущение, буквально через несколько секунд также достигает оргазма, тяжело дыша.        Они лежат на кровати, лениво целуясь и почти засыпая. Отличное окончание дня.       – Ты лучший, – тихо говорит Антон, целуя скулу старшего.       – Я знаю, – отвечает Арсений, перебирая пряди пшеничных волос младшего.       Действительно, новогодний Санкт-Петербург обладает своей неповторимой, уникальной атмосферой уюта и волшебства. Этот город создан для любви.