Новогодние праздники

Темная комната освещается свечами и яркой гирляндой на новогодней елке, около которой два человека сошлись в страстном танце тел. Их встреча не была случайной или неожиданной. Они это спланировали, провести новогоднюю ночь вместе. Удача встала на их сторону, так как именно на это время у мафиози выпала командировка в северную страну. Командировка по заключению мира с русскими не была запланированная, так что это было своего рода сюрприз на праздник от Дазая. Осаму никогда не хотел посылать своего подчиненного в командировки, стараясь восстановить правление в Йокогаме после всех страшных событий прошлого, так что эта новость была неожиданной. – Чуя-сан, вы мне нужны в Рождественскую ночь и после, надеюсь для вас это не будет затруднительно, а выходные, которые вы просили могут начаться сразу после выполнения задания, – эта была улыбка, которая появлялась только в присутствие доверенных лиц. Еще никто, кроме Чуи и Хироцу, не видел искреннюю улыбку Дазая, чаще она была вынужденная, когда ему нравились совпадения, или то, как он смог разыграть партию. Видимо этот шут смог прочесть очень засекреченную переписку Чуи и Федора, которые не первый день в Мафии и знают, как это делать. Для Дазая никогда не было проблем что-то взломать, он любил этим заниматься в свое свободное время. – Осаму, – переходя на неофициальный стиль, проговорил Накахара, – я тебя не просил. – Мне всего лишь нужно пару подписей на содействие от русской Мафии, думаю, вести переговоры не будет трудно. Ты ведь это уже начал, – хитрый прищур глаз все выдавал. – У нас просто секс. – Именно поэтому ты готов лететь в Россию во время твоего любимого праздника. Я просто устраиваю твою жизнь, а ты этого не ценишь. Чуя – бака… – таким он был ТОЛЬКО в присутствии Накахары, он не мог позволить себе этого при других. – Ну, он мне понравился… – Не поверишь, но ты ему тоже. Я его знаю уже не первый год, и для христиан, коим является твой «друг», рождество важный праздник. Он его проводит только в кругу семьи, так что… – Когда ты успел все прочитать?! – Ты знаешь, как я люблю трудные загадки, к твоему сведению – это было достаточно интересно. Я над ней долго сидел. – Молодец, а теперь рассказывай как. – Твое лицо тебя выдает. Что ж это тоже было не удивительно, Накахара уже должен был привыкнуть. – Я думал, что ты перестал это делать лет шесть назад. – Какой ты наивный Чуя, так люблю тебя за это. Присаживайся. Как там говорят в России? В ногах правды нет. Ты, кстати, уже выучил русский? – Учу, – Чуя сел, он все еще помнил, что Дазай его босс, как бы по-дружески они не говорили. – Кое-сан, сделаете нам чай, он у вас великолепный, – мило проговорил Дазай по телефону. Никогда не стоит забывать, какой Осаму. Он занял свое законное место, у него нет совести и морали, он может понять тебя всего по паре движений. Накахара никогда не боялся его, однако всегда соблюдал субординацию, в каком бы положении они не были, а также никогда не давал себя оскорблять. Их негласные правила и уважение друг к другу было одним из важных условий их сосуществования. Но их внутренние принципы не отменяли редкого совместного времяпрепровождения. Даже в свои двадцать семь они не перестают выбираться в бар или в игровой клуб. Это чаепитие было небольшим откровением, что происходило редко, несмотря на доверительные отношения. Предательство хоть и пошатнуло их доверие, однако совсем скоро оно было восстановлено совместной попойкой и сексом, после которого они поняли, что не хотят быть вместе и дружеские отношения им подходят больше. Вот и теперь Чуя не рассказывает, как он и Достоевский познакомились, а Дазай не рассказывает, что использовал, чтобы узнать о переписке. Осаму лишь жалуется Чуе о своей работе и о том, как тот устал, пока Накахара посмеивается и рассказывает о том, что уже устал тренировать не самых способных людей. Через неделю, вылетая на частном самолете в Москву, Чуя видит подарок без подписи, однако по содержимому понятно, кто его здесь оставил. Внутри лежит смазка и презервативы, от такой «заботы» Чуя посмеивается, но оставляет себе. За долгий перелет он успел договориться с Достоевским о подписании бумаг, просто скинув их фото. Конечно, в Мафии так не действует никогда, но ради последующих событий, они готовы разобраться так. Осталось только прилететь и задокументировать это, и еще две недели, они могут быть вместе. Легкое чувство приятной неизвестности, в которой он мог полагаться только на слова Осаму и Феди. Он так и светился от счастья, неудачно пытаясь скрыть это тысячами масок. Он ожидал у аэропорта чего угодно, но не лично встретится с боссом русской Мафии, который лёгкой рукой подписал бумаги и отправил их на выделенную Накахаре квартиру. Отписавшись, Чуя стал свободным, а где-то далеко в Японии, сидя с лёгкой усмешкой, Дазай прочитал сообщение своего подчиненного. Приехав на квартиру Накахаре, хотелось только упасть на кровать и проспать целый день. Никто не стал его останавливать, Достоевский ушел, оставив ключи. Когда он проснулся, было чувство, как от похмелья, а весь вчерашний день казался сном. Однако, когда внутренняя тревога поднялась от незнакомого места, Чуя быстро понял, что это явно не было сном.

***

Накахара всегда любил отправляться в командировки, в другие страны, чтобы посмотреть на архитектуру, на культуру и на людей. Россия в этом плане была большой, но Федя обещал, что они когда-нибудь проедутся по всей России, останавливаясь в разных городах. Все это было сказано в перерывах между его рассказом о Москве, когда они вышли погулять. Накахара был рад своему стилю и достаточно высоким ботинкам, в которые не попадал снег, пока они шли по городу. Несмотря на предновогоднее время, на улице был плюс и судя по спокойным лицам людей, а также абсолютно обычному поведению Федора, Чуя мог предположить, что в столице это было обыденно. – На выходных можно будет посетить Питер, там своя атмосфера, тебе понравится. Федя произнес это, и Чуя стал еще немного счастливее, ведь теперь они смогут побыть не только в одном городе. Им очень нравилась атмосфера праздника, который только-только должен наступить, это придает новых сил и светлого чувства внутри, которого, казалось бы, раньше там не было. Казалось, что только год назад, до близкого знакомства с конкурентом, Накахара не чувствовал счастья, погружаясь все сильнее и сильнее в рутину, из которой его вытаскивал Дазай, с очередной интересной идей, которой они оба поддавались, несмотря на возраст. Сейчас все ощущалась, наоборот, даже невысказанные чувства не беспокоили, ведь они по небольшим жестам видели ответное влечение, уважение и понимание. Этого вполне хватало, чтобы немного расслабится. Совсем немного, ведь каждый твой враг. Может последние слова Дазая об этой ситуации что-то изменили, ведь Осаму хуйни не посоветует. Наверно новогодняя атмосфера превратила его из сурового мафиози в обычного человека, в котором все еще есть надежда на что-то лучшее, на то, что любовь существует. Его голова все еще не перешла на местное время, поэтому уже после сытного обеда его разморило и они сделали перерыв на сон. Точнее Чуя прилег поспать, а Федя в этот момент решал важные вопросы, ведь у его работы нет выходных. Однако все шло из рук вон плохо, ведь его мысли были заняты лишь одним рыжим чудом. Их дни, пропитанные новогодним настроением и легким флером любви, которую они выражали в легких прикосновениях, проходили очень медленно. Новый год был прекрасным праздников, который праздновали подавляющее большинство россиян, и Федя был не исключением. Его семья – его верные друзья, которые поддерживали его на протяжении всей дороги и сейчас работают на него. Накахаре было интересно с ними познакомиться, как со стороны представителей японской Мафии, так и со стороны любовника Достоевского. Уже после, когда они приехали в номер Накахары, они слились в страстный поцелуй, который они прервали лишь из желания избавить друг друга от одежды. Их пьяное сознание не хотело останавливать неизбежное. Так их одежда, кроме чокера, оказались на полу, где, по мнению мужчин она и должна быть. Татуировка на плече Чуи не осталась незамеченной и была бережно обведённая тонкими холодными пальцами. Легкими поцелуями Федор спускался по прекрасному телу, доставляя массу удовольствия. Он с наслаждением слушал стоны, пока подготавливал тело и ощущал блаженство, когда медленными, жесткими толчками входил в накаченное тело. Их отпуск был проведен с максимальной пользой для из отношений и любознательности Накахары, который уже думает, как попросить еще несколько командировок в Россию.