подарю тебе звезду на шею

– Что он сделал?! – воскликнул Хёнджин, когда они собрались во дворе собственного дома с Минхо перед сном, потому что последнему срочно нужно было поговорить. – Поцеловал меня, – тихо ответил Ли. – Поцеловал?! – еще громче закричал парень. – Да тише ты! – Минхо закрыл рот друга ладонью, дабы тот перестал орать на весь двор. Здесь, так-то, не только они жили, а еще другие одноклассники, да и в целом все соседи их знали в лицо. – Да как тут быть тише? – все же постарался умерить пыл Хван. – Сынмина, значит, нельзя к нам в компашку, а с Джисоном этим, которого в первый раз в жизни увидел, засосаться успел? Тебе норм вообще? – Во-первых, инициатором был не я, во-вторых, никакого Джисона в нашей «компашке», – он сделал ударение на последнем слове, потому что оно ему не нравилось, – нет и быть не может. – Бля, братан, пиздишь дохуя че-то. – Ты тут пиздишь, а я говорю, как есть, – гордо вскинув подбородок, Минхо перевел взгляд перед собой, разглядывая дерево, стоявшее напротив, затянулся сигаретой и сложил ногу на ногу. – Я сам в шоке, если ты забыл. Тут я пострадавший. – А упал Джисон. Можешь считать, что вы квиты. – Это урон немного разного характера, если ты не заметил, – заумным тоном начал доказывать обратное Минхо. – И я теперь не понимаю, что мне с этим делать. Нам еще в один парк ходить. – Он тебе понравился? – Нет! Отстойный тип максимально, как ты мог вообще об этом подумать? – Ну тогда отшей его, в чем проблема? – Не могу. – Почему? – Не могу и все тут, – отмахнулся Ли, бросил бычок в сторону и встал со скамьи. – Ладно, пока, я уже спать хочу. – Ой, блять, режим бабки активирован, – закатив глаза, Хван тоже встал и направился к двери в подъезд, ибо именно у его подъезда они сидели. – До свидания, – также недовольно попрощался Минхо и пошел домой.

***

На следующий день парни снова пошли в парк, потому что всегда торчали там все выходные, а они как раз настали. Минхо не боялся идти туда, потому что этот момент, так или иначе, настал бы. Да и есть шанс, что из-за больной руки Джисон не появится, поэтому они спокойно проведут этот день, хоть и окруженные толпой других скейтеров, которые также не грешили пропускать выходные. Но не тут-то было. Проведя всего час в парке, они только успели нормально раскататься, как явился Джисон. Минхо аж сглотнул тяжело, а Хёнджин сразу заулыбался, довольный тем, что станет свидетелем зрелища, возможно, самого интересного за все последнее время. – Привет! – Хан, как и в предыдущий раз, поздоровался приветливо и махая рукой, только теперь здоровой. Улыбался. У Минхо тоже невольно поползла улыбка, но он тут же осек себя и снова стал хмурым. – Здорово, че ты как? – Хван сразу полез осматривать руку парня, на которую была наложена шина. – Да все отлично, просто нацепил эту херню на случай, если еще раз упаду, – он специально покрутил рукой, чтобы Хёнджин мог лучше рассмотреть, ибо заметил, что ему интересно. – Калека, – буркнул себе под нос Минхо, встал на скейт и, лишив Хёнджина ожидаемого сюра, поехал куда-то, точно ничего между ними не было и он по-прежнему относился к Джисону настолько плохо, насколько это возможно. – Он всегда такой… – Хёнджин посчитал своим долгом вмешаться, дабы снизить уровень возможного негатива, но Хан тут же потрепал его по плечу и спокойно ответил: – Да, я уже понял, – он звучал мягко и практически трепетно. Больше никакой агрессии, а скорее простое понимание. Точно это не Хван знал Минхо всю жизнь. – В смысле? Вы вчера не только пососались что ли? – Хван вел себя иногда настолько непосредственно, что даже Джисону, который, казалось бы, не уступал в подобном, удивился. – Блять, – немного засмущавшись, Джисон кинул на асфальт доску и покатил к Минхо, подальше от этого дурачка. Хёнджин смотрел ему вслед взглядом, обреченным на одиночество, и не понимал, что он опять не так сказал. – Ну и че ты за мной бегаешь? – заметив рядом Хана, Минхо пошел в атаку, дабы сразу показать, что ему это неинтересно. – Хочу и бегаю, – все так же улыбаясь, как и при приветствии, продолжил Джисон. Они замолчали, потому что Минхо не знал, что говорить, а Джисону и так в кайф. Комфортное молчание иногда дороже золота, знаете. Пока они катались вокруг парка, их волосы развивались. Минхо посмотрел в сторону парня, и на пару секунд взгляд завис на нем: на его улыбке, на аккуратном носе, глазах счастливых-счастливых. А футболка теперь однотонная, но все еще яркая – фиолетовая – разлеталась сзади, потому что не по размеру. В целом, как и у Минхо, только у него простая, белая. Ему даже не хотелось комментировать слова Джисона. «Хочет и бегает», а что возразить на это? Нечего. Не заставит же не бегать? Попробуй Хвана принудить ходить в одиночку и не тянуться за Минхо, как хвостик, – это невозможно. Они как раз заканчивали круг, как вдруг с одного из подходов к парку побежал Сынмин, теряясь в своих круглых очках. Весь взвинченный, на панике явно, он не просто так несся со скоростью света, у него была причина. В руке скрипка, а за спиной рюкзак и плелся еле-еле, устал. Первым к нему подбежал Хёнджин, Минхо кивнул Джисону, указывая, чтобы они тоже подъехали к ним. Последний без промедления последовал за Ли. – Что случилось? – Минхо остановился, сошел со скейта, подкинув его в воздух, чтобы взять в руки, и уставился на брата и друга. Джисон встал немного поодаль. – Что ты вообще здесь забыл? Как нас нашел? – Проследил вчера после школы, – как всегда, честно. – В сталкеры заделался? – А что мне еще делать, если податься некуда? – для парней это практически походило на аргумент, но дальнейший расспрос пришлось отложить, потому что по той же дороге, по которой незадолго бежал Сынмин, теперь бежали их одноклассники. Хёнджин взял Кима за руку, чуть отвел назад, чтобы не стоял в первой линии, и отпустил, дабы не казаться со стороны странными. – О, Хван и Хо, вы нам поймали этого малыша? Как неожиданно и приятно! – Чан сразу вышел вперед. – Отдавайте. – А что он, собственно, сделал вам? – поинтересовался Хёнджин. – Очевидно: пиздит дохуя? Хёнджин знал Чана, и он был уверен, что совсем беспочвенно тот не стал бы гнаться за каким-то новеньким в их законный выходной. Хулиганство хулиганством, но отдых по расписанию. Да и сам Чан не самый типичный агрессор: с ним можно было договориться при сильном желании, и бить он сразу не лез, только если с первого раза не понимали. – Объясни нормально, – вмешался Минхо. – Блять, – закатывая глаза, выдохнул Чан, – вы серьезно за него впрягаться решили? Первый и последний раз поясняю и исключительно из уважения к вам, – он оглядел внимательно тех, кому рассказывать собирался, дабы точно не пришлось повторять. – Мы увидели на улице его, хотели попросить поиграться со скрипкой, так он выдернул ее у меня из рук, назвал уебком и драпанул. Ну, за «уебка» и по ебалу получить можно, разве не так? Так-то говорил Чан все правильно, по крайней мере если основываться на негласных законах, выстроенных в их школе. Пока все их соблюдали, никакого чрезвычайного беспредела не происходило. Но Сынмин, видимо, не из «всех». – Может съебем? – Минхо услышал шепот у себя над ухом. Он принадлежал Джисону. Ли будто в воду окунули, и он телепортировался из своего стандартного повседневного мира в мир, где есть только этот разноцветный парень. Мистика. Может его приворожили? – Нельзя, – также тихо ответил Минхо, оборачиваясь к Хану. – Давайте договоримся? – вдруг Джисон вышел вперед и начал говорить за них всех. У Минхо глаза на лоб полезли. Он и не предполагал, что у него появится второй источник проблем, кроме двоюродного брата. Хотя он мог догадаться. Чан улыбнулся, будучи заинтересованным незнакомцем. – И кто же ты такой, чтобы предлагать мне договориться? – Твой новый друг, – уверенности его не было предела. – Как легко ты друзей заводишь. У нас это так не работает, – Чан прошел еще на пару шагов вперед, приближаясь к Хану. – Но что же такое ты хочешь предложить? – Мы сами разберемся с этим парнем, а с вами разойдемся на хорошей ноте, как тебе вариант? – И условия расхода ты предлагаешь паршивые, – Чан вдруг размахнулся и вдарил Джисону в живот, как показалось, со всей дури, но тот не упал, а лишь согнулся пополам. Минхо и Хёнджин только ахнуть успели, но вовремя сообразили. – Бежим! – Минхо, не думая, ринулся на помощь Джисону, ударил с размаха Чану по лицу и, схватив синеволосого за футболку, потянул на себя, чтобы дать ему пространство для маневра. Хван успел взять их с Минхо рюкзаки и свою доску. С Сынмином они побежали на своих двоих, а Минхо и Джисон поехали на скейтах, на которые успели запрыгнуть. Благо они остались совсем рядом. Проехав кварталов десять, как минимум, они остановились у ближайшего поворота в чужой двор и забежали туда, чтобы скрыться. Они так торопились, что, сойдя с досок, пришлось отдышаться, прежде чем начать обсуждать произошедшее. – Ты как? – снова первым обратился Минхо, потому что Джисону досталось уже второй раз за два дня и снова по вине Ли. – Да все в порядке, уже не болит ничего. – Зачем ты вылез? Ну, лупанули бы они ему разок, знал бы. – Я же тебе не лупанул, когда ты меня шпаной и калекой назвал? Хотя, по такой логике, мог бы, – он смотрел прямо в глаза Ли, и в них было столько честности, сколько тот в жизни не видел. Чистота. – Мог бы, – Минхо начал медленно приближаться маленькими шагами, – и я бы понял. Так что, если что, въеби мне, хорошо? Им управлял какой-то неведомый импульс. При обычных обстоятельствах Минхо бы никогда не сделал этого, но что-то повело. Момент показался ему идеальным. Парень слегка сжал лицо Джисона с двух сторон ладонями и поцеловал сам, первым. На этот раз настала очередь Хана удивляться и распахивать глаза, но отстраняться, как и Минхо прошлым вечером, он не собирался. Они сминали губы друг друга чуть ли не отчаянно. Джисон положил свои руки на талию Ли, не желая останавливаться. На этот раз их близость шла куда медленнее. Наверное, потому, что оба были уверены во взаимности. По телу Минхо прошло тепло. Сначала оно устремилось от губ прямо в мозг, а затем ниже. У Джисона губы такие маленькие и мягкие, почти как бантик плюшевый. Хан пустил в ход язык, как только его голову перестали так усердно фиксировать. Они очень близко друг к другу стояли, Джисон сжимал пальцами футболку Ли за спиной, оттягивая. Стояли они под деревом вишни, которое, наверное, местные бабушки посадили когда-то, но оно так удачно вписалось в ситуацию, потому что с верхних этажей дома, у которого они застряли, их не видно именно из-за него. Первым отлип Минхо. Это теперь традиция такая, видимо: кто начал, тот и заканчивает. Они продолжали смотреть друг на друга, не сбегая. – Ладно, ты совсем не мудак. – А ты совсем не мерзкий. Парни засмеялись от нелепости ситуации, Минхо потрепал Джисона по волосам, а после поймал себя на мысли, что не вел себя так уже тысячу лет. Вот прямо до такого, чтобы смеяться в голос, открыто, не зажимаясь, не контролируя каждую свою эмоцию. Он просто расслабился.

***

– И что ты сделал?! – снова завопил Хван, когда Минхо рассказывал про их очередной поцелуй с Джисоном. – Блять, да ты заебал орать! – уже сам, не выдержав, заорал Ли. – Они вон стоят, долбаеб! – скрывать ему уже было нечего, ведь Хан наверняка успел понять, о чем шла речь, потому что с его стороны послышался довольный смешок. Им повезло, что Минхо помнил телефон Хвана наизусть, потому что собственный мобильник остался в рюкзаке, а связаться как-то и состыковаться все же нужно, дабы придумать дальнейший план действий. – Ладно, в пизду все это. Пошли к ним, – приказал Минхо и вернулся к ребятам вместе с Хёнджином, что стояли в нескольких метрах от них. – Короче, очевидно, что мы не сможем в драке победить их всех. Это сейчас их трое было, а в школе может быть пять, а то и шесть за раз, если не больше. Значит, надо быть хитрее. Есть идеи? – Я могу… – тут же заговорил Джисон. – А ты вообще молчи, калека, ты и с нами в школе не учишься. Тебя тупо рядом не будет, даже если бы здоровым был, – осек его Ли. – Хван, Сынмин? А ты вообще нахуя полез на него? Не сломали бы они твою лютню. – Скрипку! – гордость Сынмина снова была задета. – И меня уебком назовешь? – Минхо сильно довела вся эта ситуация своей бессмысленностью. В своей голове он согласился с Джисоном в том, что бить за слова, какими грубыми они бы не были, неправильно, но, тем не менее, просто так оскорблять тоже нельзя, в чем был прав уже Чан. Просто методы у него неправильные, да и сам полез к мелкому. Они с Сынмином хоть и одногодки, однако из-за своего хрупкого телосложения его всегда воспринимали младшим, даже в семье. – Не назову, – Ким стыдливо голову опустил. Он тоже понимал свою ошибку, но считал, что просто так не стал бы ни на кого наезжать. Его просто доконало все это окончательно, начиная еще с прошлой школы. – Ну вот и помалкивай, – и второго заткнул. Остались только они с Хёнджином. – В понедельник в школу пойдем – поговорим с Чаном наедине, если это будет возможно. Если нет, то придется разговаривать при всех. А ты дома сиди, – снова указал на Сынмина. – Если не разрешат, то я дам ключи от моего, родители с утра на работе. Перед учителями прикрою. – И что мы им скажем? – задался вопросом Хёнджин. – Тут же я за пиздлявого, но даже я не знаю, что нам им говорить! – Ну, не сообразим, побьют разок, ничего страшного. Переживем. – Бля, я не хочу, чтобы меня пиздили, – Хван чуть ли не разнылся. – А я хочу что ли? Придумывай тогда, как отмазаться. – А что если сказать учителям? – предложил Сынмин. – Тебе это когда-нибудь помогало? – Нет. – Вот и ответ. А завтра не высовываемся, сидим дома. От греха подальше. Поняли? – Да-да, поняли, – первым откликнулся Джисон, которому явно не очень нравилось, когда им командовали и превращали в настолько безвольное существо. – Я хочу, как лучше, – Минхо не оставил это без внимания, посмотрев на Джисона так, точно хотел вложить весь смысл без слов, чтобы тот его понял и принял. – Да, хорошо, – Хан все же смог заставить себя смириться с озвученным. Ведь он правда хуже всех знал ситуацию и, возможно, отчасти ухудшил, сделав из мухи слона. Теперь Минхо могут побить, подобная перспектива ему явно не улыбалась. – Расходимся, – Минхо подошел ближе к Джисону и чуть не взял его за руку, но остановился в последнюю секунду, обернувшись к Хвану. – Проводишь его? – взгляд указывал на двоюродного брата. – Да, провожу, – Хёнджин улыбнулся наконец, постаравшись хотя бы временно справиться с неприятностью ситуации, в которую они все попали. Обняв за плечи Сынмина, он повел его за собой. – Ну так что, Минни, теперь ты в нашей компашке, видишь? Минхо услышал последние слова друга и закатил глаза, отчего Хан улыбнулся снова. Его веселили недовольные реакции Ли. – Забавный, – даже не удержался прокомментировать. – А я тебя провожу, – он все же взял Джисона за руку и потянул за собой, чтобы быстрее отойти от парней и пропасть из их возможного поля зрения, и отпустил. – Ты совсем дурачок, да? – В смысле? – Зачем было лезть к парню, что шире тебя в два раза? – Я хотел разговором все решить. – И это у тебя так работает? – Вообще-то да, во всех школах, где я был, все решалось разговором совершенно спокойно. – Во всех школах? – Да, мы постоянно переезжаем. Слова Джисона ударили по Минхо молотом, а он превратился в наковальню. Его почему-то испугала перспектива очередного переезда Джисона. – Ну, а что говорить? Повезло тебе, значит, – обнял за плечо, как это обычно делал Хван, но уж слишком несуразно это ощущалось, поэтому неловко одернул руку и вернулся в прежнее положение. Джисон сам взял его ладонь в свою и сжал покрепче, чтобы не так легко было выдернуть, и посмотрел так мягко. Минхо не мог не отличить этот взгляд. Это взгляд заботы. Такой, кроме матери, он ощущал на себе лишь от двух человек за всю жизнь, один из которых Хван. Но у Джисона он еще нежнее, точно он в целом видел мир иначе, более яркими красками. Может, поэтому он весь такой цветной? – Дашь мне телефон свой? – Зачем? – Ну дай. Минхо достал мобильник из кармана и протянул его парню. – Разблокируй. Минхо разблокировал и отдал. Джисон что-то там тыкал, но повернул телефон крышкой к Ли, поэтому последний не видел, что именно Хан печатал. А после того, как получил устройство обратно, то обнаружил у себя в контактах Хан Джисона, который подписал себя как «Сверхновая». – Я бы лучше назвал тебя «Медведицей», – ухмыльнувшись, предложил Минхо. – Почему? – Потому что… – Минхо только понял, что сказал, смутился, – Потому что, – и решил не отвечать, ибо вряд ли вынесет этот разговор. Джисон лишь сильнее руку чужую сжал и заулыбался. Он все понял. Он оказался даже слишком понятливым.