можно?

— Тебе как в диадеме, моя эльфийская принцесса? Максим смеётся — получается скорее тепло, чем дразняще — поправляя парик Миши и подходя к зеркалу, чтобы поправить корсет. — А что, завидуешь? — Миша хмыкает, расправляя плечи под чужим озорным взглядом в зеркале. В гримерке пусто, почти все на сцене или за кулисами, и у них есть несколько минут наедине. После того, как их новогодние планы сорвались из-за концерта, даже короткое время на работе ценится почему-то сильнее, чем обычно. — Ну что ты… только немного, — Миша надевает на него диадему, прижимаясь губами к затылку, вдыхая запах лосьона и хвои. В комнату залетает Женя, копошась в сумке и присвистывая, когда видит их. «Не пропустите выход, принцессы» — и со смехом скрывается за дверью, когда в него летит комок салфетки. Миша ворчит, когда тонкие пальцы надевают венец обратно, вплетая в нее пряди волос, сразу прилипающие к лицу. — Не дергайся, и без того сложно ее на тебя нацепить, — у Макса слишком сосредоточенные глаза и язык зажат между зубами, когда он встаёт на носочки, чтобы лучше закрепить еë. Миша только смеется, почти целуя его в лоб, когда со сцены начинает играть начало арии Саурона. Переглянувшись, они наперегонки бегут на сцену, по пути получая укоризненный взгляд сидящей в коридоре Ксюши. — Макс, корсет поправить забыл, — он отмахивается от звонкого смеха, едва успевая затормозить перед сценой, провожая взглядом Мишу со съехавшей на бок диадемой.