проснись

      хриплый мужской голос призывает проснуться и смотреть, потому что «это любовь».       поезд из мыслей медленно увозит вахита в светлое будущее. шум дискотеки остается в ушах беспрерывным и монотонным фоном. он закрывает глаза, и представляет себя в настоящем поезде. расхотелось даже танцевать, до того ему было хорошо и славно в этом воображаемом вагончике, где лето не имеет конца, а счастье — границ.       вахит думает, что в «будущее» хочется попасть поскорее, ведь в будущем люди непременно счастливы и свободны, не иначе. люди из будущего — свежие и улыбчивые, вытканные с иголочки, не имеющие проблем и невзгод. они искрятся счастьем и плачут летним дождем, хотя счастливые люди не плачут. и пацаны тоже.       вахит жмурится, открывает глаза и рассеянно оглядывается по сторонам.       под монотонный гундеж виктора цоя народ кружится в парах, сладко прижимаясь и нежно жмурясь. все, как один — руки на плечах, глазами в глаза, чувствами — в сердце.       вахиту резко становится неловко. он отлипает от бетонного столба, к которому все это время прижимался, и робко улыбается, одиноко покачиваясь. мыслями — в летнем поезде будущего.       валера вырастает из земли внезапно и резко. улыбается расслабленно и радостно. летом он всегда делается нарочито счастливым и безмятежным. вахит задумывается о влиянии времен года на человека и забывает поздороваться. — че ты? — валера облизывает губы и устало прижимается к прохладному столбу. — думаю, — тянет вахит и сонно зевает.       дом культуры живет, шумит и смеется. он полнится окурками, отслаивается пластами штукатурки и плачет белыми трещинами. песня «миража» звонко разрезает воздух и врезается в стены. — ясно, — валера кивает и деловито приосанивается, не проявляя искреннего интереса к делам вахита, — ты потом куда? — домой, — вахит неоднозначно качает головой, — мне куда еще? — на турниках зависнем? — валера улыбается, ловя недовольство на лице вахита, — лето же, ваха. его надо тратить, а ты все торчишь. вон, со столбами обжимаешься, — он кивает головой на бетонный столб, — а надо с девчонками. так хоть развеешься, повисишь, подкачаешься.       спорить с валерой — себе дороже. он по своей природе человек упрямый и до конца стоит на своем. а у вахита с сопротивлением всегда было худо. он сдается, улыбается и молча кивает.       висеть на турниках валере приходится в одиночку. вахит отмахивается и мнется в стороне, греется в последних лучах и тщательно изображает бурную жизненную деятельность. потом он прикуривает, переводит взгляд на валеру и застревает в пучине сознания.       отточенные и резкие движения сменяют друг друга. сильное тело размеренно и методично двигается вверх и вниз. валерина амплитуда подтягиваний медленная и сосредоточенная. он старательно поджимает губы, и вахита от этого жеста передергивает.       вахит отрывает взгляд от валериной мускулатуры и затягивается до саднящего ощущения в горле. не сказать, что до этого он не видел валерины мышцы. даже больше: летом валера частенько пользовался случаем и щеголял по улицам прямо так, без майки. но то, как сосредоточенно и расчетливо он выглядел в этот момент, сжигает вахита изнутри и снаружи.       валера имел в меру упитанное и подкачанное тело, перенесшее много тренировок, гематом и шрамов. у него была широкая, «чеширская» улыбка и запоминающаяся харизма. вахит мог даже назвать его красивым. в какой-то степени.       он спрыгивает с турника, вытирает взмокшее лицо воротом майки и возвращается к вахиту. — не, ваха, че-то ты совсем вялый, — валера дружески хлопает его по плечу, — надо че-то с тобой делать.       вахит молча улыбается и пожимает плечами, неоднозначно качая головой. — настроение у меня такое, — он деловито вздергивает брови, — романтичное. вот ты, валера, скажи, — вахит выпрямляется и поворачивается к валере, — что для тебя любовь?       валера выглядит загнанным в угол. он глупо пялится перед собой секунд десять, потом смаргивает и неуверенно собирает слова воедино. — ну, как, — он рассеянно смотрит на потускневшее небо, — когда на дискаче с ней танцуете. обнимаетесь, вся хуйня, — он морщит нос, стыдливо пряча глаза, — не вынуждай меня говорить о таком, прошу.       вахит хмыкает и многозначительно улыбается. об этом ли пел цой, когда заставлял его просыпаться и смотреть?       вахит растягивается на колючей траве и щурит глаза, глядя в безоблачно голубое небо. лето приятно щекотит его за ухом. он безнадежно счастлив и свободен. сейчас он чувствует себя человеком из будущего, и надеется, что оно уже наступило.       валера тихо сопит рядом, морщась от жары и весело скаля зубы. вахит не знает, что он сейчас испытывает, но искренне надеется, что мимолетные искры будущего коснулись и его. своим беспричинным счастьем хочется беспричинно поделиться со всем миром. он приподнимается на локтях и смотрит на беззастенчиво развалившегося валеру. на кончике его носа еле заметно проступают следы веснушек. символ начавшегося лета — ласковый солнечный поцелуй.       валера ловит его взгляд, ласково щурит глаза и улыбается. валера выглядит как олицетворение лета. его родное дитя, тающее в красных лучах и тускнеющее с приходом зимы.       вахит ложится обратно, на нагретую солнцем землю, и закрывает глаза. солнце нежно гладит его веки, и мысленный вагончик будущего качает их с валерой в одиночном вальсе лета. ему становится совсем хорошо.       вахит вспоминает прошлое и позапрошлое лето. вагончик будущего медленно меняет свое направление, уплывая в воспоминания. — турбо, — вахит осторожно разрезает тишину, — ты помнишь прошлое лето? — это когда твоя мать нас на набережные челны увезла? — валера весело щурится, — конечно помню. такое не забывается. — а позапрошлое помнишь? — вахит поднимается на локтях, потом садится, — когда я у вас несколько недель жил. — естественно, — валера закладывает руки за голову, — ты у меня тогда половину вещей потаскал.       вахит весело хихикает. улыбка застывает на его губах. он думает, что не вспомнит и дня, проведенного без валеры, и улыбается еще шире. ему хочется остановить время. остановить мысленный поезд и остаться здесь, на траве, с валерой.       валера задумчиво глядит на вахита из-под ресниц. солнечные лучи путаются в его кудрях. он тоже садится, и вахит смотрит на него в ответ.       лето ласково обнимает их за плечи, когда валера неловко припадает к вахитовым губам. глупо прижимается и жмурится изо всех сил. вахит думает, что цой пел именно об этом, а мучавшую его тайну он наконец раскрыл — и кладет руки валере на плечи.