Праздничный олень

Ким Тэхён родился и вырос в маленьком городке неподалеку от Тэгу в семье самых обычных работяг. Отец всю свою жизнь вкалывал на заводе, мама — в теплицах, а сам Тэхён болтался между домом и школой, пытаясь завести друзей. И с этим всегда возникали проблемы. Мало того, что учился Ким, мягко говоря, посредственно, звезд с неба не хватал, правда при этом и в хвосте не плелся, так еще и внешние данные, по его мнению, оставляли желать лучшего. Слишком большой нос, торчащие уши и огромный рот вовсе не способствовали приобретению популярности среди сверстников. Нет, он, конечно, был благодарен за свой статус невидимки. Все лучше чем прослыть ботаном и подвергаться вечным шуточкам. Внимания, как ни крути, хотелось, но увы… Окончание школы не сулило ничего хорошего. Сунын, сданный с далеко не самым лучшим результатом, и отсутствие серьезной финансовой подушки предрешили судьбу Тэхёна. Все, на что он мог рассчитывать — экономический факультет в захудалом универе. Кто-то другой обрадовался бы, поскольку в группе из двадцати студентов помимо Тэхёна был всего один мальчик. Просто рай для молодого парня! Но и тут судьба решила приколоться над беднягой Кимом. Естественно, оказавшись в девичьем цветнике, Тэхён воспрянул духом, приободрился, подмарафетился и приготовился купаться во внимании противоположного пола. Однако первое же свидание обернулось полным фиаско. Поцелуй, которым одарила его одногруппница, оказался вовсе не столь приятным, как писали в книжках и говорили в фильмах. А секс, случившийся двумя неделями позже, и вовсе оказался отвратительным. Ким не то что удовольствия не испытал, так еще и стресс серьезный перенес. Партнерше пришлось его мужское достоинство чуть ли не подъемным краном поднимать, а кончить бедняга и вовсе не смог, несмотря на все старания девушки. Вторая глава жизни Ким Тэхёна — учеба в университете — превратилась в ад. Слухи о его, мягко говоря, несостоятельности разнеслись со скоростью света. И вот уже его кроме как импотентом никто не называл. За глаза, конечно, потому как существовал вполне определенный риск оказаться в дурочках, если вдруг с кем-то другим у Тэхёна все получится. Но это вызвало нездоровый интерес у студенток, потому как из гадкого утенка Тэхён постепенно превратился… Нет, не в лебедя, но во вполне симпатичную птичку. Подкаты продолжались, Ким откликался и… Прятался в своей комнатке в общаге после очередного провала. Он и сам уже начал верить в то, что у него проблемы по части интима, если бы в один прекрасный день не забрел в неприметный бар на окраине города. Он даже не сразу понял, что к чему, пока его уже нетрезвый взгляд не наткнулся на целующуюся за соседним столиком парочку. Нет, Тэхён не был из тех, кто осуждает проявление чувств на публике, тем более в таком заведении. Поразил его не сам поцелуй. Он бы даже внимания не обратил на сие действо, если бы его участниками не были два парня. Осознание того, что у него впервые зашевелилось в штанах без дополнительной стимуляции, оказалось одновременно и приятным, и шокирующим. У него встал. Причем встал крепко. Это радовало. Значит, он не импотент. А вот то, что встал у него на пошло сосущихся парней — ввело в ступор. Не хватало еще в придачу ко всем своим недостаткам оказаться педиком! Но увы, опасения подтвердились. Причем довольно скоро. Спустя пару недель Тэхёна снова занесло в этот же бар в попытке доказать самому себе, что он не гей! Ага, как же. Киму не могло так повезти. В общем, поход в увеселительное заведение завершился умопомрачительной дрочкой и номером телефона, записанным на куске туалетной бумаги. Дальше — больше. Тот самый клуб стал местом постоянного обитания Тэхёна. Ибо стоило разобраться в себе и своем внутреннем мире, пришло желание завести отношения. Совместные прогулки под луной, ужины при свечах, нежный секс и прочие прелести совместного времяпрепровождения. Но мы же помним, что Киму не везет по жизни? Так почему что-то должно поменяться только лишь благодаря факту осознания своей гомосексуальности? Тэхёну уже двадцать пять. Он окончил университет весьма посредственно, что неудивительно. И вот уже почти год трудился в самом скучном месте на белом свете, какое только можно придумать. И каждый год в преддверии Рождества загадывал одно и то же желание — встретить, наконец, того единственного, с которым хотя бы попробует построить отношения. И на сегодняшний вечер у него были вполне определенные планы. Сердце грел с огромным трудом добытый входной билет на закрытую вечеринку в гей-клуб. Тэхён мечтательно улыбнулся и вздохнул, подперев голову рукой. Ему работать надо, а он ни о чем другом думать не может, кроме как о предстоящем вечере. А вдруг именно сегодня он встретит того самого единственного и неповторимого? Они влюбятся с первого взгляда и будут вместе до конца жизни… Телефонный звонок отвлек его от романтических мыслей, и он, взяв трубку, недовольно пробурчал свое имя. Выслушал звонившего, ответил на заданный вопрос и брякнул трубку обратно на базу. До конца рабочего дня еще тридцать пять минут. Уйти раньше — не вариант, даже несмотря на то, что сегодня сочельник, а Тэхёна выбрали дежурным оператором единогласно. Ну конечно, у него же семьи нет, точнее есть, но далеко. Нет даже девушки. Что ему дома делать одному? И Тэ не посмел противиться решению коллектива. За пять минут до окончания рабочего времени он выключил компьютер, поспешно оделся и, даже не застегнув пальто, выскочил за порог. Однако стоило ему вставить ключ в замочную скважину, позади раздался тяжелый топот ног, чья-то рука нагло распахнула дверь, и Кима втолкнули внутрь с шипением: — Закрывай! Быстро! Тэ даже подумать не успел. Послушно захлопнул дверь и провернул замок. Сердце стучало в груди отбойным молотком, кровь прилила к лицу, заставив щеки пылать, а страх собрался тугим комком в животе. Из-за двери слышались ругательства, тяжелые кулаки молотили с той стороны, и кто-то отчаянно дергал за ручку. — Чон, сволочь, тебе не спрятаться! Я тебе руки повыдергиваю и в задницу запихну! Еще раз сунешься - пожалеешь! Некто напоследок еще раз стукнул в дверь, на этот раз уже, видимо, ногой, и все стихло. Тэхён прислушивался к тишине по другую сторону двери, затаив дыхание. А еще он очень сильно боялся того, кто находился за его спиной. До такой степени боялся, что вдоль позвоночника пробегал ужас, оставляя неприятное липкое ощущение, а руки дрожали. Он боялся пошевелиться, а в голове все заволокло плотным туманом. Воздуха не хватало, в груди начинало печь, а пульс бился гулкими ударами в ушах. И только звонкий щелчок привел его в чувство, заставив взвыть: — Нет! Только не это! Он провернул защелку, схватился обеими ладонями за ручку и принялся отчаянно дергать за нее, но ничего не вышло. — Господи, нет! — проскулил от отчаяния Тэхён. — Ну почему это всегда случается со мной?! — простонал он, чуть не плача. — Почему именно сегодня?! — Эй, — позвал его незнакомец, ставший причиной сегодняшних бед Кима, — может, откроешь дверь и уже разойдемся? Тэ сделал глубокий вдох, такой же выдох, выпрямился и медленно повернулся к человеку, которого хотелось порвать на части. От тяжелого дыхания крылья его носа раздувались, а взгляд, сверкающий гневом, пронизывал насквозь. — Разойдемся, говоришь? — прошипел Тэхён, прищурившись, и сделал два шага вперед. Стиснул пальцы в кулаки, только бы не вцепиться в растрепанные черные волосы незнакомца. — Вынужден тебя огорчить - мы не разойдемся. По крайней мере, до послезавтрашнего утра. Он сделал еще два шага, заставляя брюнета попятиться и замереть, уткнувшись спиной в стену. — Потому что эта гребаная дверь закрылась на электронный замок, — продолжал шипеть Тэ, нависая над несчастным незнакомцем, отчаянно сжимавшим полы своей куртки на груди, запахивая ее сильнее. — И единственная возможность выбраться отсюда — вызвать мчс-ников, которые выломают её! Если ты готов возместить материальный ущерб, вперед! У меня такой возможности нет! — Че, правда? — вздернул брови паренек, жалобно поморщившись. — Но мне надо домой… — Мне тоже, блять! — рыкнул Тэхён и едва сдержался, чтобы не стукнуть от злости кулаком в стену. От злости, отчаяния и досады, одновременно затопившей его до отказа. — Ну почему именно сегодня?! — Он снова перевел взгляд на паренька, жавшегося к двери, и спросил уже у него: — Кто ты вообще такой?! И за что свалился на мою голову?! — Я Чонгук, — пролепетал тот и громко айкнул, подпрыгнув на месте. — Не делай так! — пискнул он и, отодвинув полу куртки, посмотрел на рыжую морду, высунувшуюся из-за черной ткани. — Это кто?! — уставившись на мохнатое чудо, спросил офигевший Ким. — Белка, — пожал плечами назвавшийся Чонгуком, хотя Тэхёну очень хотелось обозвать его каким-нибудь обидным словом. Паршивцем, например. — Самая обыкновенная белка. — Белка, значит, — эхом отозвался Ким, осознав всю комичность ситуации. Вместо подготовки к крутой гейской вечеринке, где, по слухам, соберутся все самые красивые парни близлежащих окрестностей, он оказался запертым на своей безумно скучной работе со странным почти подростком и еще более странным зверьком, пялившимся на него своими глазками-бусинками из-за ворота черной куртки. — Почему я не удивлен? — покачал головой Тэхён и устало опустился в свое кресло. — С чего я решил, что Вселенная сжалилась надо мной за долгие годы ожидания? Он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Возможно, тогда в голову придет дельный план, как можно выбраться отсюда без потерь. Но тщетно. Единственную возможность он уже озвучил. Нет, в случае пожара или другой опасной для жизни ситуации он обязательно вызовет соответствующую службу. Не умирать же тут смертью храбрых?! Но без острой необходимости все же не стоит прибегать к таким радикальным действиям. Он в тепле и относительной безопасности — однозначно плюс. Наличие в кухне какой-никакой еды, как минимум его личный запас рамена, не позволит сдохнуть с голодухи. Присутствие в одном с ним помещении другой живой души тоже из разряда положительного. И только белка вызывала определенные опасения. — Ты, главное, зверюгу свою не отпускай, а то натворит тут дел, — буркнул Тэхён и, устроившись в кресле поудобней и скрестив руки на груди, снова прикрыл глаза. Усталость навалилась внезапно. Хотелось просто вырубиться и проснуться часов через тридцать, когда начнется новый рабочий день. — Кхм-кхм, — прорвалось сквозь полудрему, однако Ким упорно отказывался просыпаться. Ему хорошо было в мире снов и фантазий. Там он тусил с красивыми парнями, пил вкусные коктейли и танцевал жаркие танцы. — Кхм-кхм, — повторилось настойчивое. — Простите. — Ну? — проворчал недовольный Тэ, все еще не открывая глаз. — Я бы не стал тревожить Ваш сон, но мне нужно… — Голос осекся, а следом послышался какой-то слишком уже жалостливый скулеж. — Чего надо?! — раздраженно рявкнул Тэхён, выпрямляясь в кресле и все же посмотрев в сторону двери, где все так же стоял паренек. Автоматически бросив взгляд на часы, Тэ отметил, что прошло довольно много времени, а Чонгук так и продолжал стоять, прислонившись спиной к двери. — Мне нужно… — смущенно промямлил тот, — в туалет, — совсем тихо. — Ну так иди! — раздраженно. С запозданием до Тэ дошло, что Чонгук просто не знал, куда идти. — По коридору влево, — он махнул в нужную сторону. — Вторая дверь. Увидишь. — Спасибо, — кивнул паренек и уже кинулся было туда, но вдруг замер и метнулся к Тэ. — Подержите. Вытащив из-за пазухи сонного зверька, он сунул его в руки обалдевшего Кима и буквально сбежал с криком: — Не могу же я с ним! — Ээээ! — только и успел выпалить Тэхён, но Чонгука уже и след простыл, а в руках, попискивая, извивался вертлявый пушистый комочек. — Фу, — фыркнул Тэ, скривившись, и вскрикнул, когда бельчонок впился зубками в его палец. — Какого?!.. — взвыл Тэ и едва не выпустил звереныша, но вовремя вспомнил, что будет, если тот решит пройтись своими острыми зубами по посылкам и письмам, коих тут было с избытком. Быстро оглядевшись, Тэ схватил с полки, стоявшей у стола, алую шапку Санты, в которой всех сотрудников обязали сидеть накануне праздника, и запихнул в нее белку, тут же плотно обхватив маленькое тельце пальцами. — Считай, что ты задержан до выяснения обстоятельств, — пробормотал парень и поджал губы, недовольно поглядывая на капельку крови, проступившую на прокушенном пальце. — Ну как вы тут? — вихрем ворвавшись в помещение, поинтересовался Чонгук, на ходу вытирая влажные руки о джинсы. — Не съели друг друга? — Нет, но эта пушистая тварь пыталась, — скривившись, сообщил Тэхён, передавая звереныша в руки хозяина, а после тыча Чонгуку под нос поврежденный палец. — И что ты натворил? — принялся журить бельчонка тот. — Мы же договаривались, что ты будешь вести себя прилично! — И что ты хочешь от него услышать? — приподняв брови, строго поинтересовался Тэ. — Что он бросится извиняться за свое неподобающее поведение? Ты вообще понимаешь, что это покушение на мою жизнь и здоровье? Чонгук уставился на Кима своими огромными глазищами, закусив губу, которая еще немного и задрожала бы. — Он не хотел, правда! — выпалил парнишка, крепче прижимая к себе звереныша. — Вы только не злитесь, он хороший! Просто немного не умеет сдерживаться. — Господи, мы сейчас о белке говорим! Это дикое животное, он вообще ничего не соображает! — Неправда! Огонек очень умный! Просто… — Огонек? — фыркнул Тэхён, поморщившись. — Где ты вообще взял это? — он ткнул пальцем в рыжую мордочку. — В магазине, — пискнул Чонгук. — Он сидел там один, в клетке. И ему было очень грустно! — Так, погоди, — Ким выставил вперед руки, жестом заставляя парнишку замолчать. — Ты же купил его, правда? Нет, вопрос он, конечно, задал, потому что не мог не, вот только ответа даже не ждал. Он, конечно, не семи пядей во лбу, но сопоставить факты нетрудно. Учитывая, что за ним кто-то гнался и обещал повыдергивать руки, вполне возможно… — Ты же не украл его? — прищурился Тэ. — Он стоил целое состояние! Я бы в жизни не накопил! — взвился Чонгук, переходя в наступление. — А еще они кормили его какой-то фигней! И домик у него совсем крошечный, пластиковый! — Господи, ты украл белку, которая стоит целое состояние, — простонал Тэхён. — Скажи, что ты сделал это первый раз. Он снова задал вопрос, ответ на который был очевиден, учитывая, что гнавшийся за Чонгуком знал его имя. — Конечно! — выпалил парнишка. — Белку украл впервые. — А не белку? Паршивец закусил губу, сильнее прижимая к себе рыжий комок шерсти. — Если не хочешь, чтобы я прямо сейчас позвонил в полицию… — Ким не договорил, надеясь на сообразительность пацана. — Ну ладно, ладно! — пискнул тот. — Был еще щенок, но это было давно! — Щенок, значит, — вздохнул Тэ. — Да, но я за него уже расплатился! Все каникулы вкалывал! — И теперь спер белку, — констатировал Тэхён. — Молодец. Браво! И что думаешь делать дальше? По-моему, тот мужик, как я понимаю, хозяин магазина, не оставит это просто так. — Я заплачу! Просто позже, — пообещал парнишка, надув губы. — Но я не мог позволить, чтобы он сидел там один в клетке, пока я буду зарабатывать! — Нет, твоя логика мне понятна, — изрек Тэ, сложив руки на груди. — И я где-то даже согласен с тобой. Но… — Что «но»? — Сначала щенок, потом белка. Клептоманией попахивает. — Я не. — Тссс! — цикнул Тэхён, жестом заставляя парнишку заткнуться. — А еще ты испортил мне отличный праздничный вечер! Я мог бы сейчас отлично проводить время, отмечая Рождество в компании крутых парней. А возможно, встретил бы свою любовь. А вместо этого оказался запертым тут с тобой и чертовой белкой, которая к тому же покусала меня! — Он не нарочно! — Это я уже слышал! — перебил парня Ким. — Но от этого мое настроение вовсе не улучшилось. Я зол. И все, чего мне хочется — сдать тебя либо в полицию, либо хозяину магазина. Я пока не решил, кому именно. — Не надо, пожалуйста! — взмолился парнишка, шмыгнув носом. — Я подумаю, — хмыкнул Тэхён. — У тебя есть… — он посмотрел на наручные часы, — почти сорок часов, чтобы убедить меня не делать этого. И если хорошо постараешься, я даже дам тебе взаймы, чтобы расплатиться за это мохнатое чудовище. — И что я должен делать? — сведя бровки к переносице, поинтересовался паршивец. — Будешь моим праздничным оленем, который исполняет желания, — проговорил Ким, уже искренне наслаждаясь происходящим. Что ж, если ему предстоит провести ближайшие два дня среди коробок и писем в компании этого странного парнишки, он должен выжать из этого максимум.

***

Тэхён растянулся на футоне, нагло вынутом из посылки. Нет, он вернет его потом в коробку, но невозможно же почти двое суток сидеть в кресле или давить кости на голом полу? Ну и, конечно же, грело душу суетливое копошение, доносившееся со стороны кухни. Пока он тут отдыхал, его личный раб на ближайшие двое суток пытался сообразить праздничный ужин из имеющихся в рабочей кухне продуктов. Набор нехитрый, но, видимо, малой решил заморочиться, поскольку пыхтит там уже второй час. Тэхёну даже интересно, что можно делать там столько времени? Вряд ли вскипятить воду и залить ею рамен может занять больше десяти минут, а тут… — Хён, у меня уже готово! — доносится из кухни. А Киму настолько лень шевелиться, что мелькает мысль заставить паршивца организовать праздничное застолье прямо здесь, у его ног. — Хён! — очередное протяжное прямо по совести, которая почему-то именно сейчас засыпать отказалась. Нехотя Тэ сполз с футона и поплелся по коридору. Едва не споткнулся о стоящие тут посылки, чертыхнулся довольно громко, но продолжил горделивое шествие, подумав, что надо бы завтра использовать энергию мелкого, дабы навести порядок. Давно ведь собирались это сделать, да все некогда. — Чего кричишь? — фыркнул Ким, но осекся, застыв на пороге рабочей кухни. Мало того, что тут все блестело чистотой и порядком, еще и пахло просто обалденно! Обшарпанный стол накрыт алой скатертью в золотистые снежинки, а на ней продуктовое изобилие, при взгляде на которое у Тэхёна началось обильное слюноотделение. И самое возбуждающее — бутылка шампанского в самом центре, прямо посреди пластиковых судочков и вскрытых консервных банок. Тут тебе и кимчи, и редька маринованная, и ломтики тунца в масле. Рамен, от которого исходит парок. И целая банка красной икры. — Ты где все это откопал? — нахмурился Тэ, обводя взглядом праздничный стол. — Да я… тут… это… — замялся Чонгук, заламывая пальцы. — Подумал, есть-то нам что-то надо. — Ты что, посылку вскрыл?! — дошло до Тэхёна, и он едва сдержался, чтобы не отпустить мелкому звонкий подзатыльник за очередной приступ клептомании. — Да что такого-то?! Мои посылки вечно где-то теряются! И ничего. Да уж, тут не поспоришь. Ким прекрасно знал, что катастрофы действительно не будет. Спишут на порчу, не впервой. Зато ужин воистину праздничный. — Ой, сейчас, — выпалил Чонгук, засуетившись по маленькому помещению. Тэ занял стул и принялся следить за дергаными действиями мальчишки. Как тот вскрывал упаковку с ароматическими свечами, поджигал их одну за другой и заботливо расставлял по столу и другим поверхностям. — Смотри, пожар тут не устрой, — хмыкнул Тэхён, улыбаясь одними уголками губ. Нравилось ему рвение, с которым мелкий пытался ему угодить. — Кстати, а где зверюга твоя? А то ущерба может тут немалого натворить. — Я его накормил и уложил спать, — как бы между прочим сообщил Чонгук, устанавливая последнюю свечку. — Надеюсь, надежно его запер? — Он там, в коробке, — Чонгук махнул в сторону тумбочки, на которой стоял небольшой картонный короб, обклеенный алой подарочной бумагой. Тэ не поленился и поднял свой зад, чтобы заглянуть внутрь. Пушистик мирно посапывал, скрутившись клубочком на заботливо постеленной ему алой шапочке Санты, прикрыв нос рыжим хвостом. — Ты серьезно спер это чудо, решив, что ему одиноко и грустно? — недоверчиво поинтересовался Тэхён, беря в руки бутылку шампанского и снимая с нее фольгу. — Угу, — кивнул Чонгук, прищурившись, опасаясь хлопка. — Я целый месяц ходил туда, все надеялся, что его кто-нибудь купит. А сегодня просто не смог удержаться. Видел бы ты, как он смотрел на меня! Тэ помотал головой, все еще пораженный историей одного мальчишки и одной кусючей белки, и постарался откупорить бутылку как можно более осторожно. Однако громкий звук все же разорвал тишину небольшой кухни. Он разлил пенящийся напиток по чашкам за неимением другой тары и фыркнул, подняв свою: — Ну что, с Рождеством вроде как. — Угу, — кивнул Чонгук, однако когда хотел уже сделать глоток, его одернули: — Тебе пить-то уже можно? — Мне уже двадцать, между прочим! — вспыхнул он, покраснев щеками. — По общепринятым меркам или по нашим, корейским? — ехидно поинтересовался Ким. Чонгук насупился, промолчав, и Тэ понял, что попал в точку. — Ладно, пей, — сжалился он. — Только никому не говори, что я давал тебе алкоголь. Чонгук залпом осушил чашку и смачно отрыгнул попросившиеся наружу газы, на что Тэхён только покачал головой и закатил глаза.

***

— Пой! — капризно приказал Ким, когда в помещении устоялась полная тишина. — Я охрип уже, — жалобно проскулил Чонгук, зевая. — И спать хочу! — Пой! — настойчиво повторил Тэ, удобней умащиваясь на футоне и натягивая плед по самую макушку. — У тебя совсем совести нету, хён?! — Напомни, сколько стоит твоя рыжая зверюга? — в противовес выдвинул свой аргумент Ким, и это сработало. Чонгук, несколько раз тяжело вздохнув, завел очередную балладу на ломаном английском. Зато чистый голосок, идеально выводящий каждую ноту, ласкал слух Тэ и мягко убаюкивал. За такое наслаждение он готов мелкому хоть десять белок выкупить!

***

Будить Чонгука не хотелось. Он так сладко спал, скрутившись на футоне и закутавшись в плед, что Тэхён испытал укол совести. Мало того, что мелкий суетился с ужином, потом убирал со стола, а после еще и пел ему полночи, так еще и за белкой гонялся, потому что животинке под утро приспичило буянить. Но нужно придерживаться образа строгого воспитателя, а потому Ким потряс парня за плечо, скомандовав: — Давай, лентяй, поднимай свою попку и вперед к новым свершениям! У тебя сегодня дел — хоть отбавляй. И он не соврал. Сначала Чонгуку предстояло соорудить завтрак из имевшихся во вскрытой посылке продуктов. Ну да, не повезло кому-то, кто не любит сам ходить по магазинам. Зато им с пацаном безумно подфартило — питанием до конца своего заточения они обеспечены. После завтрака Тэхён все же напряг мелкого навести порядок в коридоре и подсобке. Тем более что силы тому не занимать. Наверняка в спортзале проводил много времени, судя по тому, с какой легкостью перетаскивал довольно увесистые коробки. Ким же все это время валялся на футоне, раздавая указания и ковыряясь в тик-токе. Прямо как в той поговорке про три вещи, на которые можно смотреть вечно: как горит огонь, как течет вода и как кто-то работает. И если первых двух Тэхён был лишен сейчас, то с третьей проблем не возникло. За целый день Чонгук навел порядок не только в коридоре и подсобке, но и на рабочем месте Тэ, включая полки и ящики в столе. Правда в благодарность потребовал задушевных бесед. Сам рассказал о себе и выспросил практически все про Тэхёна. Из разговора Ким узнал, что Чонгуку едва исполнилось восемнадцать, он в выпускном классе старшей школы, учился практически на отлично, но при этом общий язык находил по большей части с животными. Среди сверстников слыл странным, друзей не было, девушки тем более. В семье тоже его не особо понимали — ни родители, ни два старших брата. Чонгук мечтал выучиться на ветеринара и помогать животным, и у Тэхёна почему-то не возникло ни единого сомнения в том, что у мелкого все получится. Упорство, с каким он выполнял все поручения Кима, даже пел полночи, вызывало даже некоторую зависть. А потому Тэ сжалился над мелким и даже помог убрать со стола после ужина. И долго с умильной улыбкой на губах наблюдал, как мальчишка играет с неугомонной белкой, позволяя себе рассмотреть его. Черные глазищи, как у Бэмби, чуть большеватый ровный нос, красиво очерченные розовые губы. И очаровательные ямочки на щеках, когда Чонгук улыбался. А еще искренний смех и галактики в глазах не только притягивали внимание, но и вызывали желание быть как можно ближе к этому мальчишке. И Тэхён поддался этому порыву, стоило бельчонку, уморившись, устроиться на ночлег в своей коробке. Взял Чонгука за руку, потянул на себя и, не дав опомниться, поцеловал. Вот так - без разрешения и лишнего флирта — сразу в бой. Потому что в груди приятно потеплело, и желание потрогать осело приятным покалыванием на кончиках пальцев. Чонгук отвечал на поцелуй робко, несмело, смущенно краснея. А когда все закончилось, старательно увёл взгляд в сторону, только бы не смотреть на Кима. А тот не настаивал, все понимая. Но прежде чем уснуть в эту ночь, поблагодарил судьбу за то, что чертовка все же прислушалась к его просьбам. Тэ чувствовал, что Чонгук, свалившийся как снег на голову, именно тот, о ком он мечтал.

***

Год спустя… — Поехали! Быстро! — завопил Чонгук, запрыгивая на переднее сиденье и захлопывая дверцу тэхёновой «тойоты». Тот рванул с места, успев заметить в зеркале заднего вида несущегося на всех парах мистера Янга, владельца того самого зоомагазина, что неоднократно подвергался налетам юного клептомана. — Господи, Чонгук, ты же обещал! — простонал Тэ, набирая скорость. — Кто сегодня?! — Клянусь, это в последний раз! — затараторил Гук и вытащил из-за пазухи зеленую ящерицу с ярко-алыми пятнами вдоль хребта. — Ну нет! — зашипел Ким. — Этой твари в моем доме не будет! — Всего на пару дней, Тэ, — взмолился Чонгук. — Обещаю, что пристрою Микки очень быстро! Тэхён закатил глаза и обреченно покачал головой. Естественно он будет терпеть в их с Чонгуком квартире эту тварь столько, сколько понадобится. Не впервой. И утром первым делом поедет в тот самый зоомагазин и заплатит за чертову ящерицу. Еще и с процентами. И опять будет битых два часа убеждать мистера Янга не заявлять в полицию. Привычный сценарий, повторяющийся с завидным постоянством. Но это будет завтра. А сегодня… — Будешь моим… — Да-да, хён, знаю. Буду твоим праздничным оленем, который исполняет желания, — хихикнул Чонгук и добавил: — Только можно сегодня что-нибудь более изысканное, чем приготовление ужина и колыбельная на ночь? Все это я и так делаю. — Хммм… — промычал Тэ, закусив нижнюю губу. — Более изысканное? — А перед глазами уже замелькали картинки желаний, об исполнении которых он давно мечтал. — Обещаю подумать, — он кивнул. — Но сначала все же ужин. — Слушаюсь, мой господин, — выдохнул Чонгук и чмокнул Тэхёна в щеку.