Забыл правила?

      Даже имея при себе чёрную маску квадрата, которая позволяла многое, в особенности свободу действий в каком-то роде и более «чистую» работу, Намгю по-прежнему что-то не нравилось. Пусть он лично своими руками и не убивал кого-то из игроков — этой грязью занимались лишь солдаты в маске с треугольником, — ему порой становилось не по себе от того, что происходило вокруг. Но жаловаться он не смел. Эта работа – единственное, что он пока мог себе пока позволить. Платили тут прилично, да и делать-то многого не нужно было: следи за солдатами ниже по званию, инструктируй игроков, да докладывай начальству о том, что происходить во время игр в случае нарушений.       «Отработай всего неделю, и ты свободен с кругленькой суммой на руках». Тогда это звучало слишком просто, и для Намгю, у которого были огромные проблемы с его клубом и коллекторами, что постоянно захаживали к нему с не добрым визитом, это был лучший выбор.       Думая, что одного раза будет достаточно, Намгю и не подозревал, что он опять окажется в той самой комнате с сотнями чёрных кроватей перед озадаченными игроками, которых он должен был проинформировать о том, куда им «посчастливилось» попасть. Вопросы игроков лились нескончаемым потоком, все такие одинаковые и скучные, что мужчине в маске с квадратом попросту хотелось развернуться и уйти, оставив всё это на солдатов с которыми он сюда пришёл. Держа это желание в мыслях, Намгю холодно отвечал на вопросы, а затем наконец покинул зал с кроватями. Он считал, что эта неделя для него выдастся долгой и скучной.       После первой игры десятки трупов были «заботливо» уложены в специально подготовленные чёрные гробы охранниками в масках с кружочками, и за этим процессом Намгю следил лично. Ему ещё в первый раз посчастливилось узнать о том, чем тут охранники занимаются, пока руководство не смотрит. Он мог признать то, что продажа органов была довольно-таки удачливым заработком, правда участвовать он в этом лично не хотел, да и другим об этом не рассказывал, считая, что незачем вмешиваться туда, куда не надо.       Когда игровое поле было убрано, розовые охранники ушли к себе в комнаты, следуя приказу женского голоса из громкоговорителя. Порой Намгю казалось, что этот голос ему будет сниться во снах – настолько дотошный он был.       Проследив за остальными, парень направился в комнату к игрокам, чтобы проинформировать их о количестве выбывших и дальнейшем исходы игр. Проговаривая в голове речь, Намгю задумчиво следовал по пустым коридорам, пока внезапное столкновение кого-то с его правым плечом не сбило его с мысли. Он резко обернулся на человека, успевая заметить, как тот глянул на него в ответ, но лишь на мгновенье, прежде чем продолжить свой спешный ход вперёд. Намгю не стал за ним идти, но обратил внимание на заметную отличительную черту охранника: на его шее была подвеска в виде креста, которая характерно звякнула, когда человек зашагал прочь.       В этот момент мимо него пробежало ещё двое, они быстро настигли первого и прижали к стене лицом, хватая за руки и заламывая их за спиной. Уж такое точно не могло остаться без вмешательства старшего и уважаемому охраннику с маской квадрата пришлось отложить свой путь к игрокам.       — Что происходит? — раздался его голос, приглушённый маской. — Вам было приказано вернуться к себе.       Охранники, на чьих масках красовались белые треугольники тотчас же повернули головы в сторону старшего. Их хватка на прижатом к стене парне не ослабла, никто из них не собирался отвечать первым, хотя правила бесспорно требовали обратного.       Когда Намгю уже было собирался повторить свой вопрос, один из охранников вдруг схватился за ту самую подвеску на груди виновника и с силой дёрнул за нее, срывая. Теперь на раскрытой ладони, скрытой чёрной перчаткой, демонстрационно красовался замысловатый кулон в виде креста. Большой палец мужчины щелкнул по гравированной поверхности и крест открылся, показывая содержимое.       По правилам, как игрокам, так и сотрудникам нельзя было проносить что-то с собой. В случае, когда это правило нарушал игрок: у него это просто изымалось, с охранниками же всё было иначе, и решение, что делать с этим принимал старший по званию.       — Чей приказ был следовать за ним? Решили, что можете пуститься в самоволку? — Намгю шагнул ближе к парням, забирая подвеску себе, предварительно закрывая её. — Вам запрещено бродить по коридору после игры, если на то не было приказа. Вы двое, возвращайтесь, а этого оставьте мне.       Парни глянули друг на друга, а затем отпустили охранника и спешно удалились, так и не сказав ни слова. Правонарушитель выпрямился только тогда, когда шаги его недоброжелателей затихли в глуши длинного коридора. Но сбегать он не спешил. Потерев запястья, он лишь поднял голову и уставился на Намгю, смотря на него сквозь чёрную маску, ожидая слов старшего по званию.              Весь коридор был увешан камерами, и Намгю прекрасно знал, что десяток таких же охранников, как и он, сидели там, на верху, и следили за каждым чёртовым углом этого помещения. В такой ситуации охраннику в маске с квадратом пришлось действовать по-своему:       — За мной.       После того, как он развернулся и пошел вперед, нарушитель спокойствия последовал за ним, сравнивая шаг.       — Отведёшь к главному? — кинул предположение виновник, когда молчание затянулось. Голос его был приглушён маской, но это не помешало Намгю уловить нотку спокойствия. Будь на его месте кто-то другой – Намгю уже имел дело с такими, – тот бы уже умолял на коленях, прося пощады.       — Что это? — сменил тему старший по званию, сжимая в ладони кулон в виде креста. — Экстази? Кетамин?       Охраннику не доставило никакого труда понять о чём тот толкует, поэтому с лёгкостью ответил:       — Заинтересован? Могу поделиться взамен на твою милость.       — Смеешь предлагать мне сделку?       Шаг провинившегося охранника замедлился, пока он полностью не остановился и не повернулся к Намгю. Лёгким кивком он дал понять, что именно так он и хотел решить возникшую проблему. Этому негоднику всё же удалось заметить, что ладонь старшего, сжимавшая подвеску-крест так и не разжалась. То ли тот боялся, что камеры заметят запретную вещь, то ли сам желал попробовать волшебные таблетки, что там хранились. Второй вариант показался охраннику в маске с треугольником более интересным.       Намгю остановился, и, держа голову ровно, кинул взгляд в сторону камеры, что висела прямо над ними. Конечно это было не лучшее место, где он мог принять предложение, но с другой стороны…       Кулак, что сжимал крест с таблетками внезапно впечатался в живот провинившегося, и тот с лёгким стоном согнулся от боли, но полностью ему это сделать не дала крепкая ладонь Намгю, что легла на его плечо:       — Тебе повезло, что я действительно заинтересован, — прошептал тот, наклонившись ближе. Со стороны камер это выглядело так, словно старший наказывал младшего по званию, что тут было вполне естественно. Это позволило Намгю вложить подвеску в ладонь руку охранника так, чтобы это не было заметно на камерах. Он крепко сжал чужую ладонь и продолжил свои слова. — Тут полно камер, если увидят, что ты ради наркоты маску снимаешь – сразу же жизни лишат. Так что будь добор, прояви осторожность.       Затем Намгю выпрямился и добавил:       — Сделка так сделка. С тебя таблетки, с меня молчание.