Незнакомец с улицы

      На улице стоял конец декабря, температура была удивительно низкой для Кореи. Обычно в это время если и был минус, то лёгкий, не ниже двух-трёх градусов, а о снеге не стоило и говорить: зима в стране была засушливой, снег в декабре если и выпадал, то к новому году от него уже не оставалось и следа. Но в этом году погода невероятно радовала. Судя по прогнозу, минус должен был сохранить сугробы вплоть до нового года.       Снежинки медленно срывались с неба, кружась от лёгкого ветерка, сливаясь в каком-то магическом танце со своими подружками, такими же крохотными кристалликами замёрзшей воды. Казалось бы, ничего необычного — это лишь жидкость в другом её состоянии, но сколько же восторга это вызывало не только у детей, восхищающихся любой мелочью, но и у очерственелых взрослых, повидавших в своей жизни много. В такие моменты даже они становились теми самыми детьми из своего далёкого прошлого.       Новый год уже был на носу, оставалась всего неделя. Многие магазины были украшены ещё с конца ноября, но, прогуливаясь по городу сейчас, в конце декабря, Чимин не мог найти ни единой витрины, в которой не виднелись бы шарики, мишура или, хотя бы сверкающая гирлянда. В парне это вызывало детский трепет, а сердце заходилось в быстром темпе от мысли о том, что новогодняя суета была так близка, уже скоро все соберутся семьями или с друзьями, будут отсчитывать секунды, а после радостно прокричат друг другу «с новым годом!», некоторые смело, другие робко, вступая в новый год. Но у каждого будут свои ожидания, планы на грядущий год. Каждый, кто в малой, кто в большей степени, будут думать о том, что вот она, маленькая новая жизнь, уже постепенно вступающая в свои права.       Снег похрустывал под тяжёлой подошвой зимних сапогов, все тротуары были заметены белым покрывалом, скамейки — огромные сугробы, у каждого идущего на голове была словно снежная шапка, но снежинки не переставали кружиться в воздухе, крупными хлопьями покрывая всё вокруг и превращая в прекрасную зимнюю сказку, находясь в которой хотелось верить в чудеса. В то, что дед мороз существует, что сердце больше никогда не будет разбиваться, что на лице будет лишь счастливая улыбка.       Чимину тоже хотелось этого чуда. С самого детства новый год был тем праздником, которого он ждал больше всего. Даже свой день рождения для него был не столь важен, как эта зимняя ночь со своей волшебной атмосферой. Будучи ребёнком, Чимин искренне верил, что под ёлку подарки ему клал именно дед мороз. Хотя даже сейчас Чимин иногда задумывался о том, что подарки были куплены не родителями, оставляя в себе ту наивную детскую веру в чудо.       Тогда они за несколько дней до нового года вместе с папой ходили выбирать живую ёлку и маленький Чимин, гуляя среди зелёных красавиц, не мог надышаться смоляным запахом, трогая иголки, чтобы проверить настоящие ли они. Потом папа брал ёлку, отдавая ключи от дома мальчику, и они вдвоём возвращались домой, где их уже ждала мама вместе с ёлочными украшениями. Чимин до сих пор помнил как сильно кололись иголки живой ёлки при каждой попытки надеть на веточку украшение, как сильно раскрывался запах смолы в тепле, наполняя этим ароматом всю квартиру.       Потом мандарины, хлопушки, новогодние шапки. В школе каждый год устраивали праздник в последний день учёбы, с которого Чимин возвращался невероятно счастливым, активно делясь впечатлениями с родителями. Поздравления с наступающим, готовка салатов, приятный запах еды в духовке, накрытый стол, родственники. В любой другой праздник Чимин не любил эти скопления малознакомых людей у них дома, но в новый год всё было пропитано особой атмосферой, так что даже присутствие этих людей удивительным образом поднимало Чимину настроение. Снова поздравления, стук ложек и палочек о тарелки, поздравления президента, отсчёт, бой курантов, звон бокалов, салюты и быстрые сборы. Это была их маленькая традиция: выйти на улицу как можно скорее после нового года, посмотреть на салюты не из окна квартиры и встретиться с друзьями уже в новом году.       Чимин любил новый год, любил это ощущение волшебства и семейного уюта. Любил чудо, которое обязательно должно было произойти в новогоднюю ночь. Каждый год он с нетерпением ждал именно этого часа, начиная готовиться уже в начале декабря, напевая новогодние песни и надевая лишь свитера с оленями и Санта Клаусами.       Но этот год был другим. Чимин поступил в университет в другом городе, съехал от родителей и теперь жил один в своей маленькой студии. Первый курс был самым сложным, Чимину было невероятно трудно влиться в новый коллектив, привыкнуть к новым правилам и запихнуть себе в голову новые знания. Но что было самым ужасным — это зимняя сессия. Она начиналась сразу после нового года и теперь, когда семестр почти закончился, Чимину приходилось бегать со всеми своими долгами, постоянно находясь в напряжении и стрессе. Каждый день он приходил домой уставший до невозможности, грустно смотрел на свою пустую квартиру, делал домашнее задание и заваливался спать сразу после душа.       Конечно, сил на украшение квартиры у него не оставалось. Он не успел даже купить украшения, часто задерживаясь в университете или пробегая мимо украшенных витрин с единственным желанием поскорее оказаться дома и сесть за то, что им задавали, надеясь, что не просидит за этим до утра. Чимин впервые не ощущал новогоднего настроения даже тогда, когда до него оставалось несколько дней, поэтому, выбив в своём забитом расписании пару свободных часов, отправился по магазинам для закупки украшений.       Его план был очень хорош: торговый центр пестрил красками, а в главном зале стояла огромная ёлка, вокруг которой целыми днями ходили сказочные персонажи, веселя детей и радуя взрослых. В этом месте новогоднее настроение появлялось у любого, даже у того, кто яро от него отмахивался, что уж говорить о Чимине, который пришёл сюда в поисках того самого ощущения скорого праздника.       На улице продолжал валить снег и многие забегали в торговый центр, чтобы спрятаться от влаги, невольно бродя между полок и, конечно, покупая что-то маленькое и ненужное, но захватившее сердце в этот самый момент. Чимин, отряхнув свой капюшон, прошёл в первый попавшийся магазин с новогодними украшениями, заскрыв рот от обилия красок. В помещении играла приятная рождественская музыка, работники были одеты в костюмы очаровательных эльфов. Чимин не смог сдержать улыбку, пересекаясь взглядом с одним из эльфов.       — Вам что-то подсказать? — высокий парень, поймав его взгляд, подошёл ближе. — Вам повезло: сегодня новое поступление. Признаться честно, ещё вчера полки были полупустыми, — улыбнулся эльф. Чимин перевёл взгляд на забитые украшениями полки, мысленно отмечая, что они и вправду выглядели так, словно на них только выложили товар. — Вы ищите что-то конкретное?       — На самом деле нет, — неловко улыбнулся Чимин, осматривая забавно выглядящего парня. Тот был высоким, почти на голову выше Чимина, у него были приятные черты лица и бархатный голос. Если бы не его зелёный костюм эльфа с забавными полосатыми колготками, выглядывающими из-под шорт и калпаком, Чимин бы даже засмотрелся на него. — Мне просто нужно всё.       — Воу, Вам это обойдётся дорого — купить все товары, — рассмеялся консультант, вызывая тихий смешок и у Чимина. — Расскажите, какие украшения у Вас уже есть и что хотелось бы от декора в этом году?       — Никаких, — угрюмо вздохнул Чимин, понуро опустив голову.       — Хэй, не вешать нос! Эльф Чонгук к Вашим услугам! Сейчас мы с Вами сделаем всё идеально, — подмигнул парень, прося пройти Чимина за собой и ведя его к небольшим декорированным комнатам, представляющим разные виды декора.       Чонгук на самом деле старался. Он учитывал все пожелания Чимина и словно знал каждый товар в этом магазине. Эльф замечал даже мельчайшее сомнение на лице покупателя, не настаивая на сомнительных или дорогих товарах, предлагая то, что было Чимину по корману и совершенно точно нравилось. Он постоянно шутил, поднимая настроение Чимину и создавая комфортную обстановку. Если это был не идеальный продавец-консультант, то Чимин не знал что тогда считать идеалом. Казалось, за такого работника должны были драться все магазины мира.       Они бродили по магазину два с половиной часа, у Чимина уже начали гудеть ноги. Стоя в очереди на кассе Чимин устало потянулся, ощущая сковывающую тяжесть в пояснице, желая её хоть немного размять. При повороте взгляд невольно упал на Чонгука, уже с улыбкой подошедшего к следующему клиенту, помогая выбрать подарок. В груди Чимина разлилось приятное тепло. Этот парень своим поведением помог Чимину отпустить проблемы из-за не сданного вовремя реферата, скорой сессии и прочего, заселяя внутри него то крохотное, но приятное чувство скорого нового года.       Даже несмотря на то, что Чимин ужасно устал и у него вряд ли теперь найдутся сегодня силы на уборку и украшение своей крохотной квартирки, Чимин был счастлив. Сегодня он шёл сюда для того, чтобы зарядиться новогодним настроением на всё время до нового года и он получил даже больше, чем планировал благодаря внимательному эльфу.       Оплатив все покупки, Чимин вышел из магазина, не переставая глупо улыбаться и несильно размахивать пакетом с новогодними украшениями. Мысли об этом замечательном эльфе не отпускали Чимина даже когда он вернулся домой и сел за домашку, заставляя легко улыбаться своим мыслям о приятном походе по магазинам и встрече с эльфом, которого Чимин больше никогда не увидит.

🎄🎄🎄

      План Чимина по поднятию себе новогоднего настроения был, конечно, хорош, но не до конца продуман. Уже на следующий же день, придя на учёбу, Чимин вновь ощутил апатию и тревогу по поводу скорой сессии, а всё новогоднее настроение, которое Пак хотел сохранить вплоть до праздника, улетучилось так, словно его никогда и не было.       Преподаватели требовали слишком много, не позволяя студентам расслабиться на последней неделе обучения перед праздниками. Казалось, что все сговорились, специально портя студентам настроение и задавая так много заданий, что хотелось выть и лезть на стену с вопросом: а спать-то когда? Видимо, никогда.       Под глазами Чимина залегли бездонные чёрные дыры в виде синяков от недосыпа, взгляд был потухшим. Он в который раз уговаривал преподавателя позволить ему написать этот сраный тест хотя бы на день раньше, либо позже, но преподаватель отказывался идти навстречу студенту. Чимин готов был встать на колени, показывая забронированные до Пусана билеты на тот же день, когда был важный тест, о котором объявили всего полчаса назад, но это мало что дало бы.       — Пожалуйста, мистер Сон, я не виделся с родителями с лета, — умолял Чимин, заглядывая в глаза раздражённого мужчины.       — Надо было раньше думать, Чимин. Я предупреждал о том, что перед сессией все должны будут написать этот тест, но Вы решили, что поехать развлекаться для Вас важнее. Учтите, если Вы не явитесь на этот тест, то пересдать его я не разрешу, — непреклонно повторял преподаватель. Чимин готов был расплакаться от обиды. Он ведь не развлекаться ехал, он хотел увидеть своих родителей, встретить новый год с ними и просто отдохнуть в тёплом семейном кругу, а не в своей холодной, одинокой квартире.       — Мистер Сон, я-       — Тема закрыта, Пак Чимин. Можете быть свободны, — небрежно отмахнулся преподаватель, принимаясь собирать вещи, чтобы покинуть опустевшую аудиторию. Чимин вылетел из неё первым, до побелевших костяшек стискивая лямку рюкзака. Внутри него всё кипело от негодования, обиды и досады. Он и так взял билеты на последний учебный день, чтобы успеть доехать до родителей до нового года, а не торчать в поезде в новогоднюю ночь. Чимин даже не предполагал, что кто-то может додуматься поставить какой-то сраный тест тридцать первого утром.       Прилетев домой, Чимин закинул рюкзак в угол и бросил своё тело на кровать, утыкаясь носом в подушку. Нужно было сделать домашнее задание, приготовить ужин, отменить билеты, попытаться заказать новые и расстроить родителей тем, что он, скорей всего, не приедет на эти праздники. Пусть внутренне Чимин и надеялся купить билеты, но понимал, что это будет бесполезной тратой времени. Даже когда он бронировал свои в середине ноября, мест уже почти не было.       Глубоко вздохнув, Чимин поднял себя в сидячее положение, вытащил телефон из кармана и с болью в сердце нажал «отменить бронирование», сразу же заходя на сайт, вбивая нужные даты и города. Его грудь неприятно сжалась: не было ни единого места в поезде, автобусы также были заняты. Не было ни единой возможности уехать хотя бы после нового года: все рейсы были забиты до конца января.       Поставив галочку, чтобы приложение его оповестило в случае появления мест на эти даты и этот маршрут, Чимин открыл список контактов, нашёл номер мамы, нажал кнопку «позвонить». Гудки шли недолго, уже вскоре радостная женщина подняла трубку и принялась без умолку говорить о том, как сильно они с папой ждут его приезда, как они украсили квартиру и уже купили живую ёлку.       — Мам, — тихо прервал её болтовню Чимин, обводя взглядом свой заваленный учебниками и тетрадями рабочий стол, пустые стены и совершенно не украшенную квартиру. Хотелось домой. Хотелось увидеть родителей. Хотелось плакать. — Я не приеду. Прости.       — Что случилось? — тут же обеспокоенно спросила женщина. — Ты же уже забронировал билеты.       — Я не могу поехать. Нам поставили очень важный тест тридцать первого, — Чимин откинулся спиной на кровать, уставившись в потолок. Женщина помолчала несколько секунд, видимо, сама стараясь справиться со своим разочарованием, после чего начала уверять Чимина, что всё в порядке и говорить о том, что зато он сможет провести этот праздник с друзьями, о которых Чимин рассказывал несколько раз.       Вот только друзей у Чимина не было. Он придумал их, чтобы мама не волновалась.       Этот новый год будет самым худшим в жизни Чимина.

🎄🎄🎄

      Тест завален. Чимин был уверен, что завалил этот ненавистный тест, к вопросам которого совсем не был готов. Больше половины от отвечал наугад, а часть вовсе не успел написать. Преподаватель поздравил всех с наступающим с милой, совершенно не искренней, улыбкой на губах. Чимину хотелось рассмеяться ему в лицо. Этот человек последний, кто должен был поздравлять его с наступающим.       Завалившись домой, Чимин захлопнул дверь, скинул ботинки, закинул куртку на вешалку и побежал к шкафу. Надев свою растянутую футболку и спортивные штаны, Чимин побежал набирать воду в ведро, судорожно проверяя время. Ему безумно сильно хотелось заплакать, но он понимал, что времени на это совершенно не было. Ему предстояло убраться, украсить квартиру и приготовить что-то, напоминающее праздничный ужин.       Время уже перевалило за двенадцать дня, а значит у него оставалось меньше двенадцати часов на то, чтобы всё успеть и попытаться отдохнуть. Но всё словно валилось из рук в этот день: у ведра оторвались ручки, тряпка куда-то запропастилась и Чимину пришлось мыть полы своей старой, ненужной футболкой, пару раз чуть не поскользнувшись. Однажды, проходя мимо ведра, Чимин задел его ногой и судорожно принялся собирать разлившуюся воду. Протирая пыль, Чимин задел рукой свой любимый снежный шар, а, убирая осколки, порезал палец.       Закончив с уборкой, Чимин решил поставить готовиться ужин, но, в процессе готовки осознал, что у него не хватает ингредиентов, поэтому побежал в магазин и упал прямо перед своим домом, соскользнув с лестницы. Поднявшись и отряхнувшись, единственное, что удивило Чимина в тот момент — он не сломал руку. Это было бы в духе этого неудачного дня. В магазин Чимин дохромал.       Возвращаясь домой, Чимин аккуратно поднялся по скользкой лестнице, зашёл в подъезд и мысленно обрадовался тому, что с ним больше ничего не произошло, как ручки пакета неожиданно выскользнули у него из рук, все продукты разлетелись по грязному полу подъезда. Чимин готов был взвыть, собирая покупки обратно в пакет, пытаясь завязать порвавшиеся ручки, чтобы хоть как-то донести всё до квартиры.       Взяв в руки нож, Чимин нахмуренным взглядом посмотрел на него, заметив своё измученное лицо в отражении. Было бы просто прекрасно не прикасаться сегодня к острым предметам и плите, но у Чимина не было выбора: вчера он не успел приготовить на сегодня праздничный ужин. Ему нужно было это сделать.       — Нет, — качнул головой Чимин, откладывая нож в сторону. — Нет, лучше умереть с отрезанными конечностями в красивой квартире, — пробормотал себе под нос Чимин и кивнул, разворачиваясь в сторону так и не разобранного пакета с украшениями. За окном уже стемнело, снежинки плавно кружили в воздухе, сверкая чарующими блёстками в свете фонаря. Хорошо было бы закрыть шторы, ведь он жил на первом этаже и любой прохожий мог заглянуть к нему в комнату, но у Чимина были другие планы: ему нужно было повесить гирлянду на окно.       Подойдя к пакету, Чимин выудил оттуда гирлянду-шторку и, быстро пробежавшись взглядом по инструкции, вытащил украшение из коробки. Чимин поднял взгляд на крючки, на которых висели шторы, и тихо вздохнул, мысленно помолившись за свою сохранность. Он был низким и сегодня был ужасно неудачный день, который не хотелось закончить в отделении травматологии.       Чимин взял стул, закинул себе на плечо часть гирлянды и поднял взгляд наверх. До крючков всё ещё было слишком далеко. Чимин поднялся на носочки, вытянул руки и едва достал до крючка, кое-как продевая туда гирлянду с одной лишь мыслью: удержаться на стуле и не упасть. Ноги тряслись, а стул почему-то шатался и, опустив взгляд вниз, Чимин заметил, что ножка стула придавила провод от гирлянды.       — Ну нет, — плаксиво заныл Чимин, стараясь аккуратно слезть и включая гирлянду в розетку, чтобы проверить работоспособность устройства. На удивление и радость парня с ней всё было в порядке: огоньки ярко переливались, радуя взгляд, поэтому Чимин снова залез на стул и встал на носочки, пытаясь дотянуться до крючка. Из-за задранных рук, те уставали намного быстрее и уже после второго крючка мышцы ослабли, Чимин уронил руки вдоль тела, тихо и устало вздыхая. Хотелось лечь и пролежать так до конца жизни.       Чимин скучающим и грустным взглядом обвёл улицу за окном. Снежинки всё так же кружились в свете фонаря, землю покрывал слой снега, а редкие прохожие спешили домой. Один из них нёс живую ёлку, ведя за руку скачущего от радости сына. Чимину хотелось в детство, хотелось быть на месте этого мальчика, чтобы встречать новый год с родителями, поставить живую ёлку и радоваться празднику, а не тревожиться из-за теста, ожидая встретить новый год в одинокой, пустой квартире. Чимину хотелось хоть кого-нибудь рядом, даже незнакомца. Он не хотел встречать любимый праздник в одиночестве.       Снова встав на носочки, вытянувшись всем телом, Чимин потянулся к крючкам, стараясь зацепить гирлянду. Наверное, с улицы он выглядел забавно. Чимин надеялся, что это было забавно, а не жалко — наряжать квартиру в канун нового года в одиночестве и без улыбки на лице. Уже после первого крючка Чимин устало опустил взгляд и руки, тут же натыкаясь на пару глаз, внимательно за ним наблюдающую. Чимин стушевался, смущённо вздрогнув. На тротуаре возле его окна стоял незнакомый парень, разглядывающий старания, — или страдания, — Чимина.       Пак прикусил губу и на несколько секунд отвёл взгляд, а когда вернул его, то парня на том месте больше не было, лишь следы на свежем покрывале снега. Чимин тихо вздохнул, совершенно сбитый с толку взглядом незнакомца, и вновь подхватил гирлянду, собираясь встать на носочки, чтобы попытаться повесить её на очередной крючок, как внезапно по всей комнате раздалась трель звонка.       Чимин не обратил на это совершенно никакого внимания, продолжая вытягиваться, никак не доставая до крючка. Он никого не ждал, а значит кто-то ошибся дверью и скоро сам это поймёт. А у него, Чимина, не было времени на это. Ему ещё предстояло приготовить праздничный ужин.       Трель повторилась, теперь сопровождаемая стуком в дверь. Чимин никак не мог дотянуться до крючка, тихо матерясь себе под нос. Звонок не смолкал, нервируя и так нервного и расстроенного Чимина. Хотелось накричать на незнакомца, потревожавшего его покой.       Соскочив со стула и едва не упав, Чимин вовремя схватился за стену, в последний момент удерживая себя от падения. Недовешанная гирлянда так и висела на нескольких крючках, готовая вот-вот сорваться даже с них, оттягивая пластмасс своим весом. Чимин опасливо осмотрел крючки и побежал к двери, желая поскорее разобраться с незнакомцем, ошибшимся дверью.       — Вы ошиблись, простите, — распахнув дверь, проговорил Чимин и уже собирался закрыть её обратно, но нога незнакомца не дала это сделать.       — Я не ошибся, — приятный бархатный голос донёсся до ушей Чимина. Пак поднял взгляд, натыкаясь им на незнакомца, которого видел несколько минут назад в окне. Чимин нахмурился. — Прости за странное предложение и не сочти за грубость, но… Мне казалось, что тебе нужна помощь, — парень заглянул в комнату и кивнул на гирлянду. Та с шумом повалилась на пол в то же мгновение, Чимин не сдержал страдальческого стона. — Уже скоро новый год, ты ещё не украсил квартиру?       — Слушай, может быть, конечно, ты Мать Тереза, но сейчас ты выглядишь очень подозрительно. Я даже не знаю твоего имени, — нахмурился Чимин. У незнакомца была приятная внешность и очаровательный румянец на щеках от холода, а черты лица почему-то казались отдалённо знакомыми, но Чимин не мог вспомнить где видел этого парня. Тем не менее, эта ситуация всё ещё была слишком странной и подозрительной, даже если незнакомец был привлекательным.       — Чонгук. Чон Чонгук. Или, для тебя, эльф Чонгук, — расплылся в улыбке незнакомец. Мысли Чимина хаотично заметались в голове, подбрасывая воспоминания о том самом эльфе из магазина.       — Ты?! — невольно воскликнул Чимин, его брови в удивлении взмыли вверх, он снова осмотрел незнакомца с ног до головы, теперь постепенно вспоминая черты лица. На этот раз Чонгук не был одет в забавный колпак эльфа, но теперь у него на голове была красная шапка Санта Клауса.       — Мне приятно знать, что ты так рад меня видеть, но, может, ты дашь свой ответ? Я могу тебе помочь повесить гирлянду: я выше, — дружелюбно улыбнулся Чонгук. Чимин вспыхнул. Он не любил, когда кто-то указывал на его рост. Чаще всего это были смешки и издёвки, поэтому Чимин инстинктивно закрывался и грубил каждому, кто обращал внимание на его рост, но в голосе Чонгука не было насмешки, лишь искреннее желание помочь. Взвесив все «за» и «против», Чимин решил, что ему нечего терять. По крайней мере, если Чонгук был маньяком, — что не удивило бы Чимина, учитывая его «удачу» сегодня, — то Паку не нужно будет сдавать сессию и снова видеть лицо того ненавистного преподавателя.       — Ладно, заходи, — кивнул Чимин, отступая на шаг назад и пропуская незнакомца в тепло своей небольшой квартиры. Чонгук с улыбкой шагнул внутрь, принимаясь стягивать с себя куртку, под которой была чёрная толстовка и такого же цвета джинсы. В этой одежде Чонгук выглядел куда привлекательнее, чем в том забавном костюме эльфа.       — Ты знаешь моё имя, но я твоего до сих пор не знаю, — снимая ботинки, вдруг сказал Чонгук. Он поставил их к ботинкам Чимина, проходя дальше в квартиру, словно жил тут. Без вопросов взяв гирлянду с пола, Чонгук поднялся на стул.       — Пак Чимин, — ответил парень, наблюдая за тем, как Чонгук ловко повесил гирлянду на первый крючок, перед этим вытянув провод так, чтобы тот точно достал до розетки. Некоторое время Чимин смотрел за тем, как Чонгук легко достаёт до крючков, пока приятный, бархатный голос, не наполнил пространство студии.       — Ты собираешься повесить только гирлянду? Помню, ты покупал много украшений, — Чонгук скосил взгляд в сторону, где у стены стоял пакет магазина, в котором он работал. Единственная вещь, вытащенная из него — гирлянда в руках у Чона. Чимин спохватился и кивнул, даже если Чонгук этого не видел. Ему почему-то стало ужасно неловко от того, что парень с улицы украшал его квартиру в одиночестве. — Я надеялся, что ты уже украсил квартиру и зарядился новогодним настроением, — решив не молчать, поделился своими мыслями Чонгук.       — У меня оно было, — грустно отозвался Чимин, доставая из шкафа недавно купленную искусственную ёлку. — Ты этому во многом поспособствовал. Но учёба решила иначе, — кряхтя от тяжести, Чимин положил коробку на пол и открыл её, сразу пробегая взглядом по инструкции. — Я всегда украшал квартиру в начале декабря, но в этом году как-то не получилось.       — Понимаю, — протянул Чонгук, подвесив уже половину гирлянды. — И что, у тебя совсем нет новогоднего настроения?       — Откуда ему взяться, — невесело хмыкнул Чимин, откидывая инструкцию в сторону: слишком долго читать. Сам разберётся. — Я сегодня должен был ехать к родителям в родной город, но препод сказал, что не позволит мне пересдать тест. А мне он очень важен. Мне не хватает баллов.       — У тебя был сегодня тест?! — удивлённо воскликнул Чонгук, Чимин утвердительно промычал. — Он садист какой-то. Кто заставляет людей учиться тридцать первого числа, — поморщился Чонгук.       — Всегда знал, что он садист, — фыркнул Чимин, на этот раз веселее. Реакция Чонгука забавляла.       На короткое время квартира погрузилась в тишину. Чимин кое-как разбирался с ёлкой, иногда всё же подсматривая в инструкцию, а Чонгук заканчивал вешать гирлянду. Спустившись со стула, Чонгук подключил её к розетке и та мгновенно замигала, освещая небольшую студию лучше, чем тусклая лампа под потолком. Настроение Чимина подскочило вместе с игривыми огоньками.       — Тебе помочь? — спросил Чонгук, заметив, что Чимин не собрал ещё даже половину ёлки. До нового года оставалось всего несколько часов. — Я часто собирал ёлки. Если бы были соревнования по собиранию ёлок на скорость, то, уверен, я бы вышел там победителем, — гордо выпятив грудь, заявил Чонгук.       — Соревнования по собиранию ёлок? — рассмеялся Чимин, кивая на пол рядом с собой. — Сомневаюсь, что такое существует.       — О, поверь, в этом мире есть много всего, о существовании которого мы даже не догадываемся, — подмигнул Чонгук, присаживаясь рядом с Чимином и ловко принимаясь собирать ёлку.       — Хочешь сказать, что такие соревнования на самом деле есть?       — Не знаю, — просто пожал плечами Чонгук. — Я же сказал: «если бы». Хотя, мне кажется, такое есть. Не официальные соревнования, но они есть. У нас с парнями на работе есть соревнование по раскладыванию товара на полки. Угадай, кто чаще всего занимает первые места? — поиграл бровями Чонгук, вызывая у Чимина очередную порцию смеха.       — Да ладно, серьёзно? Я смотрю у тебя умелые руки, — Чимин дотянулся до пакета с игрушками, выуживая оттуда шапку Санта Клауса, надевая её себе на голову. Его настроение начинало постепенно подниматься.       — Не представляешь насколько! Я ими умею не только ёлки собирать и товар раскладывать, — Чонгук расплылся в похабной ухмылке, явно не серьёзной.       — Извращенец! — Чимин слабо толкнул Чонгука в бок, заливисто смеясь, теперь подхваченный смехом Чонгука. Они были знакомы всего ничего, но Чимин уже ощущал странный уют рядом с этим странным парнем, вызывавшимся помочь ему с гирляндой в канун нового года, когда должен был быть с семьёй или друзьями. — Почему ты решил зайти ко мне? — Чимин задал тот вопрос, который был у него с того самого момента, как Чонгук сказал, что не ошибся дверью.       — Ты выглядел слишком грустным, пока вешал эту гирлянду. Мне показалось, что ты вот-вот заплачешь, — честно признался Чонгук, закончив со сбором ёлки. Не обсуждая это, они оба принялись наряжать искусственную зелёную красавицу.       — Ты не так далёк от правды. У меня сегодня просто ужасный день, — вновь погрустнев от воспоминаний, вздохнул Чимин. Но даже так его настроение теперь было заметно выше, чем в тот момент, когда он пытался повесить гирлянду, едва сдерживая слёзы.       — У всех бывают такие дни. Но в новый год никто не должен грустить, — Чонгук слегка толкнул его плечом: они сидели рядом друг с другом на полу, прижимаясь плечами и коленками. — Ты разве не знаешь, что грустные люди получают меньше подарков на новый год от Санта Клауса.       — Его не существует, — хихикнул Чимин. Его настроение вновь подскочило, Чонгук не позволял ему грустить дольше нескольких секунд.       — Ещё как существует! — возмутился Чонгук. — Он тебе поэтому ничего и не дарит, потому что ты в него не веришь! А мне вот дарит! — Чонгук повесил очередной шарик, его губы были растянуты в широкой улыбке, копируя такую же счастливую улыбку Чимина. Они болтали не прекращая, Чонгук постоянно шутил, вызывая смех Чимина и улыбаясь сам, даже успели поспорить из-за Санта Клауса, — Чимин спорил из вредности, на самом деле тоже веря, что он существует. За разговорами, парни не заметили, как квартира оказалась полностью украшена, а пустой пакет убран за ненужностью. Каждый уголок квартиры так и кричал теперь о том, что новый год уже на подходе.       Чимин радостно улыбался, ощущая приятный трепет от ожидания. Он управился со всем быстрее, чем предполагал и теперь ему оставалось лишь приготовить праздничный ужин, включить телевизор и ждать поздравлений президента, чтобы потом чокнуться бокалами под бой курантов.       Стоп.       С кем?       Нет, глупый вопрос. Чимин с мягкой улыбкой перевёл взгляд на Чонгука, но уголки его губ опустились, когда он увидел, как парень направился к своей обуви, собираясь покинуть Чимина. За разговорами, Пак совсем забыл о том, что в этот новый год он оставался один, не чувствуя одиночества рядом с этим забавным парнем. Чимин молча последовал за Чонгуком, наблюдая за тем, как тот уже надевал куртку.       Вот и всё. Чимин снова останется один. Чимин больше никогда не встретит Чонгука.       Эта мысль казалась Чимину абсурдной. За это время, проведённое вместе, Чимин по-глупому успел привязаться к болтливому парню. Они вместе выбирали украшения для квартиры Чимина, вместе украшали жилище Пака, вместе болтали обо всём на свете, шутили, смеялись и создавали друг другу волшебную атмосферу волшебства. А теперь Чонгук переступил порог, тихо попрощавшись.       Это всё?       — Чонгук, — Чимин в два шага преодолел расстояние между ними и испуганно схватил парня за руку, не позволяя второй его ноге переступить через порог. — Может останешься? Я не хочу праздновать один, — Чимин поднял на Чонгука неуверенный взгляд, поджав губы и боясь услышать отказ. Этот день был и так дерьмовым, Чимину не хотелось услышать отказ ещё и от Чонгука.       — Конечно, — без раздумий кивнул парень, засияв. Кажется, он тоже этого хотел не меньше Чимина и ждал лишь приглашения остаться. В этот раз он скинул обувь и куртку быстрее, чем в прошлый, Чимин не успел даже в полной мере пережить своё счастье от осознания того, что он будет не один в эту ночь. — У тебя есть что-нибудь поесть? Я ужасно проголодался!       — Я ещё не готовил, — неловко признался Чимин и кивнул на стол, где были разложены ингредиенты к его праздничному ужину. — Побоялся, что я отрежу себе что-нибудь из-за сегодняшних неудач.       — Тебе повезло, что я хорошо готовлю, — Чонгук щёлкнул Чимина по носу и, помыв руки, отправился на кухню. Чимин засеменил следом, опуская взгляд на ноги Чонгука. Он был в одних носках и Чимин только сейчас осознал, что не предложил гостю тапочки, купленные Чимином на всякий случай, если родители захотели бы к нему приехать. Он и не надеялся, что когда-нибудь эти тапочки наденет кто-то, помимо его родителей.       Чонгук снял толстовку, оставшись в одной футболке, и принялся готовить, а Чимин нарезал салаты. Сердце Чимина замирало каждый раз, когда он поднимал взгляд на такого домашнего и уютного ещё недавно незнакомца. Они не прекращали болтать и квартира Чимина, до этого чужая, холодная и одинокая, теперь наполнилась смехом и уютным теплом.       — И всё же, — вдруг вспомнил свой вопрос, на который получил другой ответ, а не тот, который хотел. — Почему ты здесь?       — Я же сказал, ты выглядел…       — Нет, я не про это, — качнул головой Чимин, поднимая взгляд на Чонгука. — Почему ты не дома? — они на мгновение пересеклись взглядами и этого времени хватило, чтобы Чимин пожалел о заданном вопросе. Веселье в глазах Чонгука погасло.       — У меня тоже был сегодня дерьмовый день, — признался Чонгук, ловко нарезая овощи. — Сегодня утром я узнал, что мой лучший друг, уже бывший друг, спал с моей бывшей девушкой. Мы с ней тогда ещё встречались и он, оказывается, постоянно намекал ей о том, чтобы она мне изменила, а меня уверял, что она шлюха. Он влюбился в неё и, вместо того, чтобы поговорить со мной, решил просто нас рассорить и заполучить её себе.       — Мне жаль, — тихо проговорил Чимин, не зная что ещё ему стоит сказать.       — А потом меня уволили, — неловко хмыкнул Чонгук, Чимин удивлённо распахнул глаза.       — Да ты же лучший работник!       — Мне приятно, что ты считаешь меня лучшим, — подмигнул Чонгук, щёки Чимина покраснели. — Но я сегодня много косячил, к тому же последний день, поэтому начальник решил, что теперь может не держаться за временных сотрудников. Я должен был работать там ещё и на новогодних праздниках, но теперь не буду, — Чонгук отправил всё в духовку, помыл руки и развернулся к Чимину с полотенцем в руках. — Когда я тебя увидел, то как раз возвращался домой. Мы с тем другом живём вместе и, честно, я хотел съехать от него, но мне пока некуда. Встречать с ним новый год тоже не особо хочется, сам понимаешь, — Чимин кивнул. — Поэтому я решил, что лучше погуляю, чем вернусь домой. И вот так вот я увидел тебя в окне.       — Значит, ты хочешь съехать? — Чимин облизнул ложку, которой до этого мешал салат, и поставил миски в холодильник, чтобы те дожидались своего часа.              — Да, я тоже не здешний. Мы с другом учимся вместе и решили, что лучше будем снимать квартиру на пополам, чем жить в общаге.       — Может… Может ты переедешь сюда? — неуверенно предложил Чимин, ловя на себе удивлённый взгляд. — Я думаю, что тут достаточно место для двоих человек.       — Ты сейчас предлагаешь незнакомцу с улицы жить с тобой? У тебя есть инстинкт самосохранения? А если я насильник или маньяк? — Чонгук неверяще смотрел на Чимина.       — С этим незнакомцем с улицы я выбирал украшения к новому году, украшал квартиру, приготовил праздничный ужин и теперь собираюсь провести с ним новогоднюю ночь, — защищаясь, выпалил Чимин.       — Ммм, провести ночь, — поиграл бровями Чонгук, в следующий момент заливаясь смехом от покрасневшего парня.       — Ты меня понял!       — Да, прости, — посмеиваясь, сказал Чонгук. — На самом деле это неплохая идея. С тобой весело, к тому же квартира недалеко от моего университета. Так что, если я тебя не сильно потесню, то я согласен. А теперь давай включим телевизор. Там наверняка идёт что-то вроде «один дома», — Чонгук плюхнулся на диван, словно уже тут жил, и включил телевизор, а Чимин упал рядом с ним.       Время медленно приближалось к полуночи, по телевизору шёл новогодний концерт, а в небольшой квартире двое парней не переставали болтать, обсуждая исполнителей и поедая приготовленный ими праздничный ужин. Чимин не переставал смеяться с шуток Чонгука, а Чонгук счастливо улыбался, пародируя очередного трот певца, вслушиваясь в заливистый смех Чимина.       Этот новый год, обещавший быть самым ужасным в жизни Чимина, неожиданно оказался самым лучшим и счастливым. Незнакомец с улицы неожиданно оказался кем-то тёплым и уютным, тем, кто наполнил этот вечер, ночь и, Чимину почему-то кажется, что и жизнь Пака весельем. Они болтали вплоть до тех пор, пока на экране не появился президент, произнося свою заранее приготовленную речь. Чонгук, не удержавшись, пародировал и его, Чимин смеялся, едва не падая с дивана от смеха. Им было хорошо.       — Три! Два! Один! — в один голос прокричали парни, давая обратный отсчёт при бое курантов. — С новым годом! — прокричали они, радостно звеня бокалами и пересекаясь счастливыми взглядами. На мгновение сердца обоих замерли, а бабочки в животе приятно ожили. Это было особенное мгновение, которое они разделили между собой и оставят на всю оставшуюся жизнь в своих сердцах, вспоминая тот день, когда незнакомец с улицы заметил грустного парня, вешающего гирлянду. Так началась их история. С неудачного дня, гирлянды, под бой курантов и медленно падающий на улице снег. Со счастливого нового года.