в туалете

в помещении стоял небольшой гул, слышался чей-то звонкий смех и увлеченные голоса в разговорах. вся шпана сидела за общим столом, общаясь между собой. среди веселья нашёлся немного вялый вова, который решил выпить сегодня намного больше, чем планировал сам. он знал, что быстро пьянеет, но поделать нечего, дело уже сделано. перед его глазами мыло, в голове смесь из мыслей и всякого дерьма. ему становится совсем хуёво, он даже ничего не ел из еды. — влад, я пойду отойду, — володя пинает того в плечо, чтоб калюка обратил внимание. — я скоро. брюнет поворачивается к нему, одобрительно улыбаясь и говорит что-то на последок, но младший уже особо и не слышит. смотрит как тот уходит в туалет, слабо покачиваясь из стороны в сторону. что-то в груди давит на него, но старший спихивает это на количество выпитого алкоголя. продолжает общаться с другими из компании, забывая о володе. юноша же заворачивает в туалет, заваливаясь около раковин. ноги уже как вата, стоять нереально сложно. в какой раз парень уверяет себя, что больше так набухиваться он не будет, особенно после болезни, из-за которой он скинул пару килограмм. сейчас же перед ним в зеркале стоит пьяное чудовище. находя на ощупь кран, вова включает холодную на всю. вода падает внутрь раковины, создавая шум в уборной. ополаскивает ей лицо, надеясь на улучшение своего состояния, но, увы, все тщетно. иванов тихо матерится себе под нос, опираясь на края раковины. вдруг в желудке чувствуется жжение, переходящее в горло и на корень языка. володя тут же падает к унитазу, наклоняясь ближе к отверстию. проходит довольно много времени и стопок выпитого спиртного через влада, прежде он вспоминает об ушедшем вове и его однозначном «скоро». это немного настораживает, ведь с момента ухода пьяного стримера прошло уже достаточно, чтоб начать беспокоится о его состоянии и где он вообще шляется. калюка встаёт изо стола, направляясь в туалет. стучится внутрь, в ответ лишь тишина. парень немного открывает дверь, перед ним картина маслом: младший сидит в обнимку с унитазом, внутри которого уже точно пару раз блевали. — вова, ёб твою мать, — брюнет подходит ближе, садясь на корточки рядом с младшим. — я же тебе говорил не пить дохуя. смотрит на бледное лицо володи и его уставший вид, оценивая его состояние. выглядит он не лучше трупа. — совсем хуёво? — влад наклоняет голову, трогая того за плечо. в ответ он лишь получает краткое угуканье с его стороны и тот снова наваливается на бедный унитаз. смотреть на это было скорее жалко, чем противно, володя даже отойти не мог. калюка встаёт с тяжёлым вздохом, идя обратно в зал за стаканом воды. возвращается, заказывая такси на телефоне бизнес класса, приносит посуду с жидкостью. вова устало поднимает голову, берёт графин и жадно хлебает, опустошая. пытается встать, чуть не улетая в другую сторону. — проблевался? — парень ставит пустой сосуд на раковину, подхватывая младшего чтоб тот не упал. — давай, вовка, не унывай. влад крепко обнимает младшего, длинными пальцами зарывается в каштановые волосы, немного поглаживая спину. володя немного тормозит, но на объятия отвечает. руки лезут на шею старшему, обвивая её. утыкается носом в толстовку калюки, вдыхая духи. табак-ваниль от том форда приятно щекотал нос, кофта пахла стиральным порошком, веяло пряностью от алкоголя. шатен так бы и уснул у него на плече, чувствовал бы его запах вечность. вдруг в кармане джинс вибрирует телефон, подавая сигнал о прибывшей машине. калюка отпускает вову, выводит из уборной, придерживая под руку. сверху накидывает на себя куртку, не застегиваясь, володя же одевается чуть медленнее. оба выходят на улицу, кожу тут же обжигает холод. на крыльце слабо светят фонари, чуть дальше видимость притупляет туман и валящий снегопад как из ведра, на ресницах тают мелкие снежинки. заваливаться на мороз после тёплого и уютного помещения было не из приятных ощущений. но ничего не поделать, младшему хочется спать ещё больше, его качает из стороны в сторону. влад подходит ближе, облокачивает юношу на себя, обнимая правой рукой. шатен пялится в одну точку, на густые ресницы падают хлопья снега, губы немного подрагивают от режущего ветра, кожа из-за холода становится сухой и чуть бледной. наконец подъезжает долгожданная машина. дверь открывает влад, подводя к ней вову. — напиши, как доедешь, — брюнет хлопает того по плечу, поворачивая лицом к себе. — давай. старший приближается к ближе к лицу володи, затылок сзади придерживает рука. горячие губы прикасаются ко лбу, оставляя влажный след на холодной коже. на щеках младшего выступает небольшой румянец. он стыдливо шмыгает носом, молча разворачиваясь и садясь на пассажирское сиденье. дверь закрывается, машина трогается с места, а влад стоит с улыбкой до ушей, довольный как слон.