Studente preferito

На утро Дамиано не идёт в школу Итан пишет начальству, что плохо себя чувствует. Они оба остаются дома. Лежат эти два комочка, обнимаются в кровати. Торкио на девственность Давида не посягает, а юноша ведёт себя прилично. Обоим хорошо. Тепло другого тела растопляет сердце и снимает всю усталость и все проблемы, что у них были. Юношеское сердце, что испытало первую настоящую влюблённость, трепещет в груди, бьётся быстрее, чем должно. Мысли ученика путаются у него в голове, сливаясь в один шум. В его душе порхают бабочки. Нет не в животе, эту стадию Дамиано давно прошёл. Теперь эти самые бабочки влюблённости расходятся по всему телу, окрыляя. Мальчику даже слегка страшно становиться от собственной влюблённости. Сейчас так спокойно… Никто не тронет, не обидит. Давид в безопасности и в тепле. Итан прижимает его к себе в объятиях. Его тёплое дыхание в макушку невероятно успокаивает. Эти тёплые, нежные, большие ладони что так правильно лежат на прекрасной талие. Сам Дамиано прижимается к сильной груди Торкио, вдыхая аромат его кожи. Вдруг он понял, что ему жизненно необходимо признаться в любви именно к этому человеку. Его просто распирало от этого желания. Уходить из этих обнимашек не хотелось совершенно, поэтому Давид снова уснул.

***

Проснулся Дамиано от пришедшего сообщения на телефон. Еле как открыв глаза, юноша заметил бумажку на стороне Итана. А самого учителя нет. Юноша грустно хмыкнул и принялся читать записку. Каллиграфический почерк Торкио, такие красивые буквы… «Дамиано, доброе утро! Надеюсь, что у тебя ничего не болит, а сам ты в порядке. Мне позвонила сестра и я уехал на пару часов. Завтрак на столе. В квартире можешь делать, что хочешь.» Как мило с его стороны… Да, его знакомый Итан никуда не делся. Он всё такой же заботливый и милый… Так, стоп! Сколько время? Часы в телефоне показывают час дня. Вот это он поспал… Также там был два сообщения. От Джорджии и от Беллы. Джо подождёт, сначала Де Сантис.

*** Bell(issima)

— Меня из школы отчислили…

— Белл, ты как? Что случилось, милая?

— Кто-то рассказал директору, что встречаюсь с Луной Пассос. Её уволили, меня исключили.

— Ты как?

— На удивление неплохо. Жаль, конечно, что я не смогу больше быть с тобой одноклассницей, но не страдаю.

— Бель, если что, то я на твоей стороне. Ни в коем случае я тебя не осуждаю. Могу помочь?

— Честно, не знаю. Ты как?

— Вчера меня чуть не изнасиловал родной отец, потому что я им признался, что я гей. Теперь живу у Итана. Планирую ему признаться в своей любви.

— Ужас! Но за то, что ты принял это, я очень рада.

— Давно хотел спросить… Почему произошла та драка?

— Джо подумала, что из-за меня ты расстался с ней. Типо ты изменяешь ей со мной. Вот таким образом решила мне насолить.

— Прости…

— Не стоит. Это она больная. Давай, пока, мне ещё с родителями на этот счёт разговаривать…

— Удачи!

***

Да уж… Не сильно весело. Его лучшую подругу отчислили. Бедняжка… У неё безумно строгие и консервативные родители. Другие ориентации не принимают, об отчислении дочери думают, словно о самом страшном сне. Не сладко же придётся Белле. Дамиано встал с мягкой постели, на которой лежал всё это время. Безумно не хотелось, но надо было. Хотя мягкая кровать так и манила к себе. Но без Итана там холодно. Юношеское сердце уже тосковало. Тело приобрело тяжесть, глаза начали снова закрываться. Надо встать хотя бы поесть. Липкая тоска приковывала к кровати, противными щупальцами сковывала душу и тело. — Так… Принять душ… Поесть. А потом можно снова спать. Сука, здесь всё пахнет им! Какой же сладкий аромат! — вслух проговаривал парень. Он все же пошёл в душ. Ученик аккуратно снял с себя одежду. Её ему дал учитель, потому Дамиано бережно относиться к ней. Кожа Давида в некоторых местах раскрашенна чернилами. Ему нравится, Итан, когда узнал об этом, тоже был рад. Да блять, снова Итан! Юноша зашёл в душ. Включив воду, настроил её на нужную температуру и встал под струи. Тёплая вода ласкала измученное тело Давида, смывая утренний сон и тоску. Мысли затихают, умиротворение словно витало в воздухе, давая столь нужный покой. Тишину разрезал лишь звук воды, но он не раздражал, как раньше, а давал спокойствие. Разум начал переживать. За Беллу, что прибью родители. За своих родителей. Где-то рядом телефон просто разрывается от звонков. Но это всё потом. В голову закралась Джо. Джорджия… Эта мразь изменила ему, лгала, обвиняла во всех своих проблемах юношу. Даже думать о ней не хочется. Давид заканчивает свои процедуры, проходя на кухню. Там стоит заботливо приготовленный салатик и яичница. Он разогревает в микроволновке яйца, наливает воды и садиться за стол, беря в руки телефон.

1 сообщение от Джо. 12 пропущенных от Мама. 3 пропущенных от Отец.

Да уж… На звонки он даже отвечать не будет, а вот сообщение бывшей прочитает. Но сначала поесть. Еда оказалась очень вкусной. Давид быстро её съел и пошёл снова на кровать. Лёг на мягкую кровать, что ещё хранила тепло юного тела. Мягко одеяло окутало его, словно кокон. Глаза тут же начали закрываться, но он воспротивился этой неизменной потребности. Вместо этого он открыл переписку с Солери.

*** Джорджия

— Итан такой заботливый… Вчера мы смотрели какую-то мелодраму. Потом я уснула, а он укрыл меня тёплым пледом и отнёс на кровать.

—Джо, мне теперь кристально плевать на твои новые отношения

— Дамиа…

— Солери, реально, хватит! — Хотя… — Пока!

*Вы заблокировали данного пользователя*

Теперь Дамиано удовлетворённости буркнул что-то себе под нос, заблокировал телефон и тут же провалился в сон.

***

Итан встал часов в восемь. Самочувствие было довольно плохое. Поэтому он быстренько написал математику, чтоб отмазал от начальства. Уже хотел продолжать спать, но ему написала Элеонора с просьбой помочь. Торкио не смог отказать сестре. Быстро написал записку, приготовил завтрак и помчался к сестре. Надо мебель перенести, так как сестра переезжала. — Итан! Так давно не виделись! — радостный возглас сестры разрезал тишину безлюдного места. Торкио тепло улыбнулся девушке. — И тебе привет, Эль. С чем тебе помочь? — Итан обнял сестру и с полной готовностью приступил к выполнению поручения.

***

Несколько часов спустя. — Ну вот… Так я влюбился. — подвёл итоги рассказа учитель. Элеонора всё внимательно слушала. — Повезло пареньку с тобой. Ты такой заботливый. А что дальше было? — У него была девушка. Но она поцеловала меня. Из-за этого парню стало плохо морально. Он резался, ревел, не отвечал на звонки. Мне было больно видеть его грустные глаза. Он попытался наложить на себя руки. Лес, у него лезвие в ладони, а сам он целился в свою шею. Но его спас, но этим сделал ещё хуже. Он не разговаривал ни с кем. Потом он расстался со своей девушкой из-за её многочисленных измен. Я поймал его я мы поговорили. Короче, помирились, теперь всё хорошо. — Треш… Как много произошло… Ты что ничего своей сестре не рассказываешь?! — с толикой возмущения в голосе девушка пихнула его в бок. — Прости, работа была. — Ладно, проехали. Что дальше со своим возлюбленным планируешь делать? — Признаться. И… — И потрахаться! — перебила его Элеонора. — Нет! Не сейчас! Как ты могла такое про меня подумать?! Мы даже не целовались ни разу! — возмущённо спорил Итан, активно жестикулируя. — Ну, мало ли… Давай, брат, ползи к своему этому… Как его? Диамано? — Дамиано! —Да-да, Дамиано! Ну все, давай, вали к возлюбленному! Уверена, он тебя ждёт.

***

Дамиано проснулся от нежных касаний к своему телу. После этого тёплые руки обвили талию, прижимая, в порыве объятий. Родное тело рядом безумно успокаивало, поэтому Давид чуть не промурчал от этого удовольствия. Перевернулся в сторону учителя. Уткнулся носом в грудь мужчины, обвивая своими руками. — Разбудил? — прошептал Итан. — Ага… Но я не против. — Дамиано поднял глаза на мужчину. — Прости… Как ты? Как поспал? — Всё просто замечательно. Ты как? — Всё хорошо, Дами. Кушать хочешь? — Не особо, а что? — Могу предложить прогуляться и зайти в кафе. Конечно, если ты не против. — Я не против. — Окей. Когда будешь готов выходить, позови. — Итан собирался вставать, но Дамиано протянул его обратно. — Дами? — С тобой тепло, — буркнул в грудь мужчине ученик. — Замёрз? — какой-то звук, видимо, означал «Да», — Бедняжка. — Ещё чуть-чуть и встану, честно.

***

Это «чуть-чуть» растянулось на пару часов. Они лежали, обнимались, так как обоим было прохладно. Разговаривали на различные темы, успели снова поспать. Так хорошо… И вот они уже идут по тропинкам парка. Дамиано укутался в шарф, Итан идёт рядом. Учитель о чем-то, думает. И, видимо, о чем-то серьёзном. Давид не отвлекает его, а наслаждается прекрасностью момента. Снежики падают с неба, солнышко светит. Вокруг так волшебно! Они словно в сказке. Такую зиму в Италии не часто встретишь, если не живёшь на севере страны. А уж в Риме — это вообще редкость. Но в этом году повезло. — Дами. — Да, Ит? — остановился Дамиано и заглянул в глаза учителю. Тот слегка смущен, взволнован. — Мне нужно признаться… Я тебя люблю. Не как хорошего ученика, а как человека. Понимаешь? — Я тоже тебя люблю, Ит. Как прекрасного человека. Только вот у меня такая любовь, что я хочу просыпаться с тобой, отношений. Как у остальных пар. С тобой. — Я чувствую то же самое… Давай встречаться? — Как пара? Вот прям серьёзно?.. — Давид не верил своему счастью. — Да, Дами, как пара. — Конечно! — Mio caro Dami… Ti amo! Губы учителя приблизились к губам Давида, но не касались, давая право выбора. И Дамиано поддался, выбрав правильную сторону. Нежный поцелуй передавал все чувства, что носили в себе два сердца. Так хорошо, так правильно. Так чувственно… Двое влюблённых. Такие окрылённые… Теперь у них точно всё будет хорошо.