Ты и Я

      Шумно, ярко, громко. Все песни Би давно отпела, следя лишь за состоянием своих гостей, за тем, чтобы никому не было плохо или сложно в этот момент жизни.       — Луна-а-а-а, привет, милая моя сучка! Как ты? — Грех тут же подлетела к ней, блестящая и заметная, словно кто-то превратил звёзды в мёд и накормил её самой что ни на есть первой, от чего та собрала в себе всю сладость этого мира и теперь заражает этим других.       — Привет, Би, отлично, какой-то больно хороший алкоголь на этот раз достала. Вижу, ты вовсю раскачала топлу, да? — немного неловко находиться среди тысячи гончих, снующих туда-сюда, однако присутствие Квин в какой-то степени утешает, даёт шанс слегка расслабиться и позволить себе хоть немного повеселиться. Как же часто Би их организует, хотя, как Луна недавно узнала, это буквально её работа… Удивительно.       — О да! Все зажигают, этот сладкий аромат повсюду, прямо чувствую, как вырабатывается мёд, ах, мой сладкий мёд! — она радостно сжалась, будто котёнок, от неё и вправду веет восторгом и милотой. — Тут, к слову, есть твои знакомые, иди зажги, детка!       — А ничего, что я тут на халяву? Или я особый гость? — парировала Луна. Почему-то то, как она отказала, заставило её хихикнуть. Пошутила и сама посмеялась. Что-то показалось ей забавным в этом.       — Конечно, особенный гость, ты же №1 подруга Квин Би, Властительницы Чревоугодия, самой Вельзевул! — девушка осторожно хватает под руку такую бледную, серую по сравнению с ней волчицу и осторожно ведёт куда-то к её знакомым. Тревога окончательно ушла, расслабляя и давая всё же почувствовать себя в своей тарелке. Многие танцевали, и было забавно, даже мило наблюдать, как кто-то ошибается, делая неверный шаг в движении. Ох, бедные парни, им, наверное, все лапы отдавят такими темпами… Сама Луна не умела танцевать ни на йоту и потому стояла в стороне, ожидая чего-то другого и повеселее.       — Не умеешь танцевать? — опять она появилась, как из воздуха, чем слегка напугала волчицу, немно-о-ого до смерти. Особенно учитывая тот факт, что Луна в тот момент пила алкоголь. Поспешно извинившись, Би осторожно похлопала по спине подругу, дабы та быстрее пришла в себя. — Бля, я же не похвалила тебя за платье! Не могу не отметить, какое оно у тебя сегодня ахуенное, этот чёрный цвет прекрасно подчёркивает фигуру, а золотая пентаграмма так вообще улёт! — от такой неожиданной похвалы она, кажется, покраснела и смутилась. Всё же ей редко говорят хорошее, хотя, если подумать, Вельзевул, что немного неожиданно, делает это часто, безумно часто.       — Смущаешь, спасибо, а ты как всегда оделась под стиль хип-хоп, яркая и сладкая, — кажется, она сейчас сгорит от смущения, если прямо сейчас не упадёт замертво. У неё вообще получилось сказать комплимент?       — Ха, блять, ахуенный подкат. Спасибо, милая, ты делаешь их редко, но метко, — так, её сердце остановилось или ещё нет? Ощущение, что прямо сейчас оно остановилось, если не сжалось до уровня атома. Где вообще кровь, что должна быть в её сосудах?       — Хах, да-а-а, но это был комплимент. Плохо вышел, да? — Би с секунду смотрела на Луну, ласково и умилённо, будто вообще ничего неловкого не случилось. Затем её осторожно, но быстро приобняли: Би запомнила, что Луна не очень любит всякие прикосновения и нежности, поэтому старается свести их к минимуму; это льстило и приводило в тихий восторг, даже Блиц такое правило любит понарушать.       — Нет-нет, Луна! Мне было очень приятно, у тебя отлично выходит, — удивляет до упада, она умудрилась отрицание в похвалу превратить! Магия, да и только. Луну удивляет во Властительнице, наверное, всё? Яркая, шумная, громкая и всеми любимая, впору завидовать, если честно. А прикосновения Квин Би приятны, они осторожные и ненавязчивые, ласковые, но полны энергии. Греют.       — Спасибо, учусь у лучших!       — Так как тебе идея, что я научу тебя танцевать? Я умею. Мне вообще кажется, что у твоей милой мордахи всё выйдет легко.       — А я не отдавлю тебе все ноги насмерть? Я совершенно не умею танцевать, знаешь ли, — это было сказано не со злостью, а с искореним удивлением и небольшой самоиронией.       — Да ладно, я умею летать, так что если что-нибудь случится, смогу спокойно увернуться от удара. За кого ты меня принимаешь? — конечно, грех иронизировала, и в этом было нечто забавное и милое.       — Пф, ладно-ладно, уговорила, не отделаюсь ведь от тебя.       В ответ послышался звук ликования — кажется, это был радостный возглас, полный триумфа. Би явно упивалась своей маленькой победой. Хотя она всегда такая, за любой движ.       — Так, смотри: левую руку мне на талию, правой возьмись со мной за руки. На счёт «раз-два-три» повторяешь мои движения, но отзеркаливаешь их и наступаешь на меня.       — Какие чёткие инструкции. Мы чё, будем, как те вафельно-сопливые сучки из драм? — Би посмеялась над колкостями подруги. Все указания были выполнены. Луна, смущённая от неловкости и небольшого страха оплошать, следовала точь-в-точь за Квин.       — Супер, милашка! У тебя отлично выходит, — похвалила партнёрша по танцу, явно чувствуя неловкость и скованность друга. И даже не благодаря своей силе…       — Стараюсь, хотя никогда не умела и не пыталась. С-страшно, — ответила Луна слегка дрожащим от волнения голосом. У неё вообще нормально выходит? Она не выглядит как посмешище? Господи, хоть бы не засмеяли.       — Если не расслабиться, то танец плохо будет получаться. Из-за скованности могут возникать самые жёсткие ошибки. Выдыхай, позволь себе плыть здесь и сейчас.       — Легко говорить тебе-то, ты ж не буйный подросток с проблемами агрессии, — слегка надуто проворчала волчица, высказывая таким образом некие опасения своей души.       — На самом деле мне тоже страшно, — грех слегка подмигнула, а после чуть ближе наклонилась, шепча: — Я никогда не танцевала медляк, — вау, как неожиданно… Что блять?!       — Что? Но ты же сказала, что уме…       — Рассла-абься, — почти пропела в своей привычной манере властительница.       Луне чертовски хотелось высказать своё недовольство, но она и звука издать не успела, ведь её тут же закружили на месте. Голова пошла кругом от такого резкого поворота событий, она даже не заметила, как её вновь взяли за талию, а после они начали быстро кружить по всему помещению. Активно, юрко и проворно — это точно медляк щас? Многие в зале были восхищены границей девушек, судя по звукам и тому, что толпа замерла. Такие элегантные, сказочно-лёгкие и воздушные. Мечта, наверное. Она и вправду плыла, не было никаких напрягов, зажимов и иных проблем в танце. Тело словно само знало, куда идёт и движется, словно эти движения были в самой крови, но она забыла это, забыла, каково это — танцевать. Под конец яркого, неожиданного танца её наклонили к земле. На этом моменте, казалось, мир взорвался радостным писком и кричащим восторгом. В уши больно било.       — Очаровательно! — крикнул кто-то из толпы. Вельзевул осторожно вернула волчицу в вертикальное положение. Ноги слегка дрожали от волнения, от переизбытка чувств, ибо так сильно её вообще-то ещё никто не кружил.       Яркая, сладкая, цвета нежной ванили, с яркими неоново-розовыми узорами, с похожими на лавовую лампу или мёд частями своего тела в виде гривы, хвоста и самого сладенького — живота. В, как и обычно, одежде в стиле хип-хоп. Властительница Чревоугодия победоносно улыбнулась, слегка злорадно проговорив, когда гул толпы поутих:       — Видишь, а ты боялась.