Второй круг рая

      — Гермиона… Гермио-о-она-а-а!.. — пропела Джинни, призывно размахивая рукой перед лицом подруги. — Салфеточку дать?              — А? Что?.. — Грейнджер растерянно моргнула, переводя взгляд на рыжеволосую девушку. — Какую салфетку?              — Слюнки вытереть, — ехидно ухмыльнулась Джинни, откидываясь на грудь Люциуса и выгнув бровь в лучших традициях Малфоев. — Понравился? А ведь кого-то он мне напоминает… Черные волосы, темные глаза, а нос… Это же не нос, а ястребиный клюв!              Грейнджер усилием воли отвела взгляд от незнакомого волшебника, который сидел за столиком ярусом ниже их ВИП-ложи и неторопливо потягивал огневиски, беседуя со своим спутником.              — Действительно, мисс Грейнджер, — поддержал свою спутницу Люциус, укоризненно глядя на Гермиону. — Во «Второй круг рая» приходят в поисках плотских удовольствий. И только Вы раз за разом покидаете мое прекрасное заведение в прискорбном одиночестве.              — Прекратите вы оба свои дурацкие, ни разу не прозрачные намеки! — возмутилась Грейнджер, испепеляющим взглядом прожигая чету Малфоев. — Я просто задумалась. И вообще, мистер Малфой, я сюда прихожу не в поисках случайных связей, а провести время с лучшей подругой. И так уж вышло, что теперь она — Ваша жена, так что мне не остается ничего иного, чем регулярно посещать это распутное заведение.              — Какая экспрессия… — хмыкнул Люциус, абсолютно не убежденный оправданиями Гермионы. — Но для встречи с моей милой супругой Вы могли выбрать любой из девяти «Кругов рая», не говоря уже о бесконечном множестве «нейтральных территорий». Ночной клуб «Первого круга» куда как лучше подходит для танцев и распития коктейлей. А для приятного ужина идеально подошел бы «Третий круг», где работают лучшие повара волшебного мира. Но Вы раз за разом выбираете именно «Второй круг», где все наслаждаются похотью и сладострастием.              Последние слова Малфой произнес интимным, низким голосом, глядя при этом не на Гермиону, а на свою рыжеволосую жену. Джинни в ответ не сдержала игривой улыбки и, не стесняясь подруги, провела ноготками от колена мужчины по бедру вверх, до самого паха, что вызвало горловое одобрительное рычание с его стороны.              — О Мерлин… Держите себя в руках, я все еще здесь! — Грейнджер швырнула полотняную салфетку в подругу, но та лишь рассмеялась.              — Мисс Грейнджер, позвольте себе хоть раз расслабиться, — Люциус одним движением кисти отлевитировал салфетку обратно на столик. — Как только Вы перестанете быть ханжой…              — Я не ханжа, ясно? — возмущенный возглас девушки перекрыл тихий хлопок аппарации. Возле столика появился домовой эльф, одетый в чистый зеленый передник. Он с поклоном подошел к владельцу клуба и что-то тихо зашептал ему на ухо, нервно дергая себя за длинные уши.              — Спасибо, Донни, ты свободен, — Малфой кивком отпустил эльфа и тот исчез с тихим хлопком. — Прошу прощения, дамы, я должен вас покинуть.              Люциус нежно коснулся губами виска супруги и поднялся.              — Я знаю, что проблема в Вашей конфиденциальности, мисс Грейнджер. Джинни мне рассказала кое-что, — увидев, что глаза Грейнджер сузились и возмущенно сверкнули, Малфой выставил руки в примирительном жесте. — Не волнуйтесь, юная леди, только самую суть и в самых общих чертах. И поверьте, Вы не одиноки в этом.              — Я тебя убью, Джин… — процедила Гермиона сквозь зубы, наградив подругу убийственным взглядом.              — Не стоит, мисс Грейнджер. Ведь Ваша проблема подала мне идею нового сервиса в этом клубе, — Люциус достал из складок мантии бархатную коробочку и положил ее на стол. — Только что Донни сообщил, что все приготовления завершены.              — Ты уверен, что все готово… в полной мере? — Джинни округлила глаза, выразительно глядя на мужа.              — Я сейчас лично проведу последнюю проверку заклинаний и… — он ухмыльнулся, бросив хитрый взгляд в сторону Гермионы. — …я был бы безмерно счастлив, если бы Вы, мисс Грейнджер, проявили немного гриффиндорской храбрости и опробовали нашу новинку. Поверьте, Вы не пожалеете. Джинни расскажет Вам все подробности.              Попрощавшись легким кивком, Люциус покинул ложу. Грейнджер перегнулась через столик и прошипела:              — И что именно ты рассказала своему слизеринцу? Что он знает, а, следовательно, может использовать против меня?              — Мерлин, Гермиона, прекрати паранойю, — Джинни откинулась на спинку дивана и, взяв бокал с коктейлем со столика, неторопливо сделала пару глотков. — Я понимаю, что ты ему не доверяешь, но поверь хотя бы мне. Люциус правда хочет тебе помочь.              — С чего бы такая забота? — недоверчиво фыркнула Грейнджер.              — С того, что с твоей работой тебе жизненно необходим хороший секс для снятия стресса. Быть заместителем Министра Магии — это не цветочки выращивать, я же понимаю, — Джинни лукаво прищурилась. — Я волнуюсь за тебя, а волнение портит мой характер…              Гермиона рассмеялась, поневоле проникнувшись малой долей сочувствия к Малфою. Джинни всегда отличалась взрывным и взбалмошным нравом, а уж если была не в духе, то начинала сыпать проклятиями направо и налево. Даже ее старшие братья не рисковали попадать под горячую руку этой рыжей ведьмы.              — Ладно, допустим, что Люциус заботится о сохранности собственного здоровья, — хмыкнула Грейнджер, гоняя соломинкой льдинки в своем бокале. — Но чем он может мне помочь? Если только подсидеть и добиться моего увольнения? Тогда, конечно, все эти придурки, что набиваются ко мне в любовники в расчете, что я решу их проблемы с помощью Кингсли, от меня отстанут. И поклонников останется… примерно ноль.              — Ноль — это твоя самооценка, — фыркнула Джинни и толкнула бархатную коробочку, оставленную Люциусом, в сторону подруги. — Но мы ее исправим. Возьми это.              Гермиона покрутила в руках коробочку, пару секунд размышляя, а потом осторожно приоткрыла крышку.              — Эм… Джинни… — она ошарашенно захлопала глазами, глядя на изящное кольцо с изумрудом и россыпью мелких бриллиантов. — Во-первых, у нас многоженство запрещено, а во-вторых, прости, но твой муж не в моем вкусе…              — Мерлин, нет… — расхохоталась рыжая, едва не расплескав содержимое своего бокала. — Это кольцо поиска. Просто Люциус, как всегда, не может без пафоса…              — И что оно ищет? Идеальный секс? — хмыкнула Гермиона, достав кольцо из коробочки и внимательно его разглядывая.              — Именно, — широко улыбнулась Джинни. — Если помнишь, то при первом визите в клуб каждый гость заполняет анкету о своих сексуальных предпочтениях. Стоит тебе надеть кольцо на руку — и оно покажет есть ли в клубе в данный момент партнер, который тебе идеально подойдет.              — И приведет меня к нему? «Тролль» за конфиденциальность, — вздохнула Грейнджер, разочарованно поджав губы.              — Не к нему, а… Тебе знакомо такое понятие, как glory hole?              — В мире магглов это анонимный секс через специальные отверстия. Чаще всего, между кабинками туалета. Не слишком вдохновляющая история, если честно… — поморщилась Гермиона.              — Ну, принцип верный, но мы же говорим о клубе Малфоя… Секс в туалете — не его уровень, — фыркнула Джинни. — Кольцо приведет тебя в специальную комнату с двумя входами. Кольцо, которое надето на твоем партнере, приведет его ко второму входу, так что вы не будете видеть друг друга ни при входе, ни при выходе.              — А что в комнате? — Гермиона старалась сохранять бесстрастное выражение лица, но подруга слишком хорошо ее знала, чтобы не заметить чуть подрагивающие от волнения пальцы, в которых Грейнджер нервно крутила поисковое кольцо.              — А там — шикарный траходром, разделенный по центру специальным барьером. Это уже изобретение Люциуса на основе Протего и порошка перуанской тьмы.              — То есть мы друг друга не увидим, как при распылении порошка? — заинтересованно вскинула бровь Грейнджер.              — Верно. Каждый может видеть только свою часть комнаты и ту часть тела партнера, что находится на его половине.              — А если он попытается меня как-то… Дернуть на себя… Ну… — Гермиона замялась. — Всякое бывает в процессе…              — Барьер зачарован так, что он пропускает только тело ниже груди или руки. Так что анонимность гарантирована — и при этом в максимально комфортных условиях.              — Допустим… — задумчиво протянула Гермиона. Ее мозг лихорадочно работал, просчитывая риски. — А как быть с голосом? Если моим партнером кольцо выберет кого-то из знакомых, то меня могут узнать по голосу…              — А это самое интересное… — ухмыльнулась рыжая и выдержала паузу для интриги, потягивая через соломинку свой напиток. Лишь когда колено подруги дернулось в нетерпении, она усмехнулась, понимая, что Грейнджер действительно заинтересовалась предложением, продолжила. — Люциус придумал не только специальный барьер, но и совершенно новое заклинание изменения голоса. Вы можете разговаривать друг с другом, но каждый из вас будет слышать не настоящий голос партнера, а голос того человека, чья манера говорить вам кажется возбуждающей в реальной жизни.              Гермиона задумалась, вновь и вновь анализируя полученную информацию и в итоге сдалась, понимая, что идея Люциуса выглядит действительно блестяще.              — Ну давай, попробуй, — подзадорила ее Джинни. — Что ты теряешь, кроме своего затянувшегося воздержания?              — Ладно, — махнула рукой Грейнджер и, боясь передумать, быстро надела кольцо на палец. Основание фаланги плотно обхватил прохладный металл, изумруд сверкнул один раз и потух.              — Поиск активирован, но подходящего партнера пока нет, — пояснила Джинни и, увидев разочарование на лице подруги, преувеличенно бодро щелкнула пальцами, обновляя содержимое бокалов. — Давай пока подумаем какие платья будем выбирать для Новогоднего бала в мэноре…       

***

             — Исключено, — безапелляционным тоном отрезал Снейп, закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди, являя миру воплощение упрямства.              — Друг мой, — мягко продолжал Люциус увещевать упертого зельевара, прекрасно зная, что нахрапом его не взять. — Ты же разумный человек. Чем ты рискуешь? Не ты ли говорил мне недавно, что тебя утомил поиск случайных связей с магглами?              — Это говорил не я, а огневиски, — буркнул Снейп. — И я рискую своей годами наработанной репутацией, которая держит от меня на почтительном расстоянии всех ненужных личностей.              Люциус закатил глаза, мысленно матеря упрямца на все лады.              — То есть всех, кроме меня, — фыркнул он.              — Не всех, — поджал губы Северус. — Например…              Малфой вскинул бровь, изобразив на лице самую саркастичную из обширного арсенала своих ухмылок. Снейп молчал, сдвинув брови и пытаясь найти в памяти хоть кого-то, кого мог бы назвать близким человеком… Или хотя бы приятелем… Хотя бы с натяжкой…              Молчание откровенно затянулось и лицо Снейпа становилось все мрачнее, а Люциус, наоборот, улыбался все шире, понимая, что на этот раз контраргументов не предвидится. Небрежным жестом Малфой отлевитировал выброшенное Северусом в угол кольцо прямо в руки зельевара. Тот страдальчески поджал губы и сомкнул пальцы на блестящем ободке украшения, наконец, принимая его.              — Ладно, драккл с тобой… — проворчал он, надевая кольцо на средний палец и демонстрируя его Малфою в откровенно непристойном жесте. — Доволен? Все равно не найдется та, которая…              — Уже нашлась, — Люциус даже привстал со своего места, рассматривая ленту зеленого тумана, что недвусмысленно закружила возле двери, стремясь увести своего нового хозяина к цели. — Поговорим в другой раз, друг мой. Не заставляй женщину ждать…       

***

             Облачко зеленого тумана привело Гермиону в одну из комнат третьего этажа, где она раньше не бывала. Окинув интерьер мимолетным взглядом, девушка не сдержала усмешки — фирменный малфоевский пафос проявлялся в каждой детали — в баснословно дорогой антикварной мебели, в бархатных подушках на креслах, старинных гобеленах, украшавших стены, ну и, разумеется, в огромной кровати, где без усилий разместилось бы пять человек. И это была только половина комнаты. Вторая же половина, как и обещал Малфой, была скрыта за угольно-черным барьером.              — Это не кровать, это какой-то монстр… — пробормотала она, медленно подходя к монументальному произведению мебельного искусства и проводя ладонью по упоительно мягким бордовым простыням.              С другой стороны разделяющей комнату тьмы послышался сдержанный смешок. Испуганно вздрогнув, Гермиона впилась взглядом в преграду, но не могла уловить даже смутных очертаний того, что скрывалось с другой стороны. Это было непривычно, но — одновременно — успокаивало. Они не увидят ничего, что могло бы выдать им личности друг друга. И это сейчас было главным.              Стряхнув туфли, Грейнджер забралась на кровать и подползла на четвереньках к самому краю темноты. Осторожно протянув руку, она коснулась барьера и ее пальцы, не встретив ни малейшего сопротивления, утонули в чернильной тьме.              Мгновением позже ее ладонь сжала чья-то большая теплая рука. Гермиона едва не отдернула рефлекторно руку, но сдержалась, с любопытством ожидая дальнейших действий незнакомца. Кончики чужих пальцев очертили несколько кругов на тыльной стороне кисти, затем, перевернув ее руку ладонью вверх, мужчина легко провел кончиками ногтей по ладони от основания пальцев к запястью и уже жестче, с нажимом, — вверх по тонкой коже предплечья, от чего Гермиона непроизвольно шумно выдохнула, чувствуя, как по руке побежали мурашки.              С другой стороны барьера Снейп довольно ухмыльнулся, услышав женский вздох совсем рядом, на расстоянии протянутой ему сквозь тьму руки. Нежная кожа рук и выступающая на запястье косточка давали повод думать, что его незнакомка была молода, очевидно, значительно моложе его самого, и обладала хрупким телосложением. Склонившись к ее руке, Северус бесшумно втянул аромат ее кожи и невольно облизнулся. Чуткий нос зельевара безошибочно определил легкий аромат сладкой ванили, оттененный свежими нотками апельсина.              — Сладкая девочка… — одобрительно пророкотал он и провел на пробу по ее ладони кончиком языка. Тонкие женские пальцы тут же подцепили его подбородок, нежно прошлись по шее, скуле, очертили край челюсти, лаская и исследуя. Он чуть отстранился, не оставляя незнакомке даже призрачного шанса на изучение его лица, и поймал губами два ее пальца. С той стороны послышался резкий шорох простыней, будто она попыталась отстраниться, но Северус не позволил ей. Он сжал девичье запястье своей рукой и легко прикусил первые фаланги, тут же пройдясь по следам укуса нежными, дразнящими касаниями языка.              Грейнджер вздрогнула, услышав знакомый баритон своего бывшего профессора. Его невозможно было ни с чем перепутать. Шелк и бархат, скрывающие под собой жесткую сталь.              «Это просто иллюзия…» — напомнила она себе мысленно. — «Драккл раздери Люциуса и его чертово заклинание подмены голоса…»              Снейп давно был объектом ее фантазий, но Гермиона не питала иллюзий, что настоящий профессор был бы таким же развратным, как в ее воображении. Напротив, его никогда не видели в обществе волшебниц. На всех мероприятиях, где он был обязан появляться как герой Войны, он старался держаться особняком и уходил раньше всех. Так что Грейнджер готова была поставить все свои деньги, до последнего кната, на то, что в реальной жизни Снейп был возрастным девственником и единственной его страстью были зелья. И уж, конечно, он ни за что не стал бы проводить досуг во «Втором круге рая». Скорее уж Невилл отбросил бы свою скромность и станцевал на пилоне главной сцены клуба.              «С другой стороны, что мне мешает просто представить?..»              Эта мысль была крайне соблазнительной, а главное, что теперь ее фантазия подпитывалась не только собственным воображением, но и непредсказуемостью чужой воли, помноженной на тот самый голос, что она столько раз себе представляла в тишине своей спальни… Прекрасная, волнующая и абсолютно безопасная в своей несбыточности мечта.              Снейп почувствовал, как от его укуса по коже девушки побежали мурашки. Усмехнувшись, он выпустил её руку из плена своих пальцев, но лишь для того, чтобы запустить обе руки сквозь барьер и поймать тонкие щиколотки незнакомки.       — Попалась… — прорычал он, дернув её ноги на себя. Тихий испуганный писк с другой стороны завесы тут же сменился звонким смехом.       — И что мне за это будет? — поинтересовалась Грейнджер, откидываясь на спину и устраиваясь поудобней.       — Хм-м-м… — задумчиво протянул Северус, осматривая свою добычу. От рывка платье задралось и полностью обнажило бёдра его партнёрши. Он заскользил взглядом по её ногам — узкие стопы, изящные голени, подтянутые бёдра… На боковой части правой стопы девушки он заметил магическую татуировку. Три сверкающих серебром снежинки бесконечно кружились в танце, время от времени меняясь местами. — Для начала избавимся от всего лишнего… Моя маленькая Снежинка.       Он повёл ладони по ногам девушки, время от времени сжимая кожу и оставляя лёгкие царапины. И от каждого касания ногтей её ноги слегка подрагивали, а с другой стороны барьера Снейп слышал тихие, но отчётливые вздохи.       — Если я Снежинка, то кем ты будешь сегодня? — её голос стал чуть более низким. Снейпу он казался очень знакомым, но он никак не мог поймать нужную мысль за хвост. Да и не слишком это его интересовало. Какая разница, чей голос ему подсунула магия?       — Санта Клаус, конечно, — усмехнулся он. — Ты будешь хорошей девочкой, верно?       Дойдя до края платья, он легко, для проверки, шлепнул её по ягодице.       — Вверх, — это уже не звучало как просьба, это был однозначный приказ. И Грейнджер моментально вскинула бёдра, подчиняясь знакомому голосу раньше, чем суть приказа дошла до её разума.       — Да… Хорошая девочка… — промурлыкал Снейп, задирая край платья выше талии, и убирая его за разделяющий их барьер.       Гермиона сжала зубы, сдерживая стон возбуждения, что разлилось горячей волной внизу живота от этих слов, произнесённых тем самым голосом. Сам того не зная, незнакомец уже претворял в жизнь её фантазии. Все годы обучения в школе она старалась услышать похвалу именно из уст профессора зельеварения, но, конечно, этому не суждено было сбыться… До этого момента.       — Не смей сдерживаться. Накажу, — отреагировал Снейп на приглушённый женский стон и, не церемонясь, парой резких движений стянул с неё трусики, отбросив их куда-то в сторону. — О, маленькую Снежинку так возбуждает одна мысль о наказании?       Оперевшись на локти, он опустил голову между женских бёдер и с нажимом, широким движением провёл языком от входа во влагалище до клитора.       Грейнджер непроизвольно дёрнулась и застонала в голос, но жёсткие пальцы сжали её бёдра, не позволяя ускользнуть. Горячий язык изучал её тело, скользил между половых губ, время от времени, дразня, проникал во влагалище, но тут же сменялся губами и зубами. Незнакомец так восхитительно, на грани лёгкой боли, прикусывал чувствительный клитор, проходился жадными поцелуями по всей промежности, собирая капли её смазки, что уже через несколько минут Гермиона совершенно потерялась в ощущениях и могла только кусать губы, вопреки его приказу сдерживая особо громкие стоны. Услышав это, Снейп отстранился и болезненно прикусил кожу на внутренней стороне её бедра.       — Я предупреждал… — Грейнджер вскрикнула от укуса и попыталась податься бёдрами ему навстречу, безмолвно умоляя о продолжении, но жёсткая ладонь наградила её звонким шлепком между ног. Взвизгнув больше от неожиданности, чем от боли, Гермиона замерла в нерешительности. — Что нужно сказать?       — П… Простите? — неуверенно прошептала она, стараясь унять дрожь в перевозбужденном теле.       — Ты можешь лучше, — сразу три звонких шлепка один за другим обожгли её вульву и клитор.       — Ай!.. Сэр!.. Простите, сэр! — поспешно протараторила девушка, поджимая пальцы на ногах, но не двигаясь с места и чувствуя как смазка горячими каплями стекает между её ягодиц и чувствуя одновременно и стыд и возбуждение от того, что незнакомец прекрасно видит и понимает, что ей до безумия нравится его грубость и властность.       — Хорошо, моя Снежинка, — уже более мягким голосом произнёс Снейп и протянул руку сквозь барьер. — Сядь.       Гермиона послушно села, едва не уткнувшись носом в преграду.       — Дай мне руки, — она беспрекословно повиновалась, протянув обе руки за завесу тьмы. Он положил её ладони на ремень. — Расстегни.       Грейнджер послушно ощупала пряжку дрожащими пальцами и, повозившись немного вслепую, всё же сумела расстегнуть ремень и молнию и стянуть плотные на ощупь шерстяные брюки с его бёдер.       — Умница, — похвалил Северус и, взяв её руку в свою, положил её ладонь на напряжённый член, наконец освобождённый от тесного плена одежды.       Гермиона с готовностью обхватила член рукой, сомкнув пальцы в кольцо, и пару раз провела от основания до головки, оценивая размер. Губы девушки невольно изогнулись в довольной улыбке. Габариты впечатляли.       «Годриковы яйца… Это просто джекпот!..»       Ощутив на пальцах влагу от его смазки, она очень осторожно, но настойчиво потянула его на себя.       — Сэр… Позвольте мне… — мужчина поддался и придвинулся вплотную к барьеру так, что его член оказался с её стороны. Картина была достойна полотна Дали — гордо стоящий член на фоне беспросветной тьмы. Едва сдержав неуместный и, безусловно, разозливший бы её партнёра смешок, Грейнджер слизнула солоноватую каплю предэякулята, отчего член дёрнулся, а с той стороны завесы она услышала тихое нетерпеливое рычание.       Не желая испытывать терпение мужчины, она, не мешкая, прошлась языком вдоль всего ствола, тщательно его увлажняя, и сомкнула губы вокруг головки. Втянув щеки и создав вакуум, она стала раскачивать головой, постепенно принимая член все глубже.       Рука мужчины протянулась сквозь барьер и обхватила сзади её шею, зафиксировав на месте и не позволяя отстраниться. Бёдрами он стал аккуратно, но настойчиво толкаться вперёд, заставляя девушку давиться членом. Она протестующе замычала, но он лишь немного отстранился, дав ей пару секунд передышки.       — Расслабь горло и дыши носом, — скомандовал он, снова начиная двигать бёдрами и продолжая удерживать Грейнджер за шею. Она послушно сделала вдох через нос и на выдохе постаралась расслабиться и не обращать внимание на рефлекторные спазмы горла. Смаргивая выступающие слезы, она чувствовала, как крупная головка проникает всё дальше и задерживается на миг. Вскоре Гермиона ощутила, что с каждым движением ей становится всё проще впускать его в себя. Она была уверена, что от крепкой хватки на шее наутро проявятся синяки, но ей слишком нравилось ощущение передачи контроля кому-то другому, нравилось ощущение полного отсутствия ответственности за всё происходящее, нравились хриплые стоны, что доносились до её слуха.       Снейп наслаждался своей покорной Снежинкой, ему нравилось ощущение тесных стенок горла, плотно сжимающихся вокруг головки, нравилось чувствовать всё усиливающийся запах женского возбуждения, нравилось слышать влажные звуки каждый раз, как он покидал её восхитительно горячий рот. Возбуждение нарастало с катастрофической быстротой и, как бы он не желал продлить эти ласки подольше, но он не планировал завершать это рандеву так скоро. Отпустив девушку и отстранившись от барьера, он хрипло скомандовал:       — На живот. Живо.       Гермиона, слегка потерянная в ощущениях, не сразу смогла понять, чего от неё хочет партнёр, и замешкалась, но он не был настроен ждать. Его руки сомкнулись на её бёдрах и одним легким движением, словно она была невесомой, уложили её обратно на кровать и перевернули на живот. Горячая тяжёлая ладонь легла ей на поясницу, прижимая к постели, а правую ягодицу обожгло сильным шлепком. Он явно не собирался её щадить. Грейнджер вскрикнула, прогнувшись в спине, и сделала несколько глубоких вдохов, ожидая, пока боль спадёт. Ещё пара мгновений — и не менее болезненный удар по левой ягодице заставил её снова дернуться.       — Санта Клаус не ошибся с твоим желанием, маленькая хорошая девочка? Не так ли? — с лёгкой насмешкой в голосе поинтересовался Снейп. Не дождавшись ответа, он шлепнул её ещё дважды. — Не слышу…       Ещё шлепок. Грейнджер заскулила, сжимая бёдра и чувствуя, как смазка стекает вниз, пачкая простыни.       Ещё один удар. Он раздвинул её ноги коленом, тут же втиснул второе и заставил максимально широко раскрыться, не позволяя ничего утаить от его внимательного взгляда.       И снова удар, ещё сильнее, на самой границе её предела…       — Да! Да! Не ошиблись!.. — сдаваясь на милость победителя, вскрикнула Грейнджер, уткнувшись лицом в скомканные ею же простыни и запоздало добавила. — Сэр…       — Прекрасно… — довольным голосом проурчал Снейп. Эта девушка была просто подарком — как и обещал Люциус, она идеально подходила ему. В меру покорная, но не до скуки. В меру упрямая, но не настолько, чтобы разозлить его по-настоящему. Да, он не видел её лица, но ноги и задница были великолепными.       «В следующий раз выпорю её стеком» — мелькнула в голове зельевара соблазнительная мысль, но он тут же одернул себя. — «Если он будет, конечно. Если я захочу.»       Но в глубине души он знал, что уже хочет. Хочет эту девушку себе. Но признать это Снейп был не готов. Мягко огладив ладонью пылающие красным ягодицы, он потянул её вверх, заставляя подняться на колени, и прижал рукой спину девушки. Она послушно прогнулась, открывая его взгляду блестящие от смазки раскрытые половые губы.       Гермиона призывно покачивала бёдрами, мысленно умоляя его поскорее войти. Порка усилила возбуждение и сделала его практически болезненным. Мужчина, словно издеваясь над ней, напротив, не спешил. Продолжая придерживать ее одной рукой, второй он держал член у основания и водил головкой вокруг входа во влагалище, размазывая влагу по вульве, скользил членом вдоль половых губ, касаясь клитора, от чего Грейнджер прогибалась еще сильнее, пыталась податься назад и насадиться на член самостоятельно, но он каждый раз отстранялся, заставляя ее играть по его правилам.       — Ну пожалуйста… — проскулила она, окончательно потеряв терпение. — Пожалуйста, сэр…       Снейп не заставил себя просить дважды и, направив себя рукой, несколькими сильными толчками вошел в нее полностью. Грейнджер хрипло застонала, вцепившись дрожащими пальцами в простыни. Долгожданное восхитительное ощущение заполненности кружило голову, а мужчина, не давая ей привыкнуть, сразу выбрал жесткий темп, вбиваясь в горячее тело сильными размашистыми движениями.       Они оба теряли остатки самоконтроля, погружаясь в пучину общего безумия, слушая влажные, все ускоряющиеся шлепки тел друг о друга, свои и чужие стоны и крики. Он едва сдерживал глухой животный рык, зарождающийся в глубине горла. Она сходила с ума от каждого движения его рук, крепко удерживающих женские бедра.       Она отдала бы сейчас все за возможность прижаться спиной к его груди, ощутить его поцелуи и укусы на шее.       Он стискивал зубы от желания прижать эту женщину к себе, зарыться носом в ее волосы, оставить багряные следы на чувствительном местечке под краем челюсти.       Чувствуя, как ее тело все сильнее сотрясает мелкая дрожь, и что сам он уже едва балансирует на грани оргазма, Снейп опустил руку к клитору, обильно покрытому влагой, зажал его между указательным и средним пальцем и несколько раз перекатил, с силой сжимая. С губ девушки сорвался хриплый крик, все ее тело напряглось, подобно натянутой струне. Резкий шлепок по клитору кончиками пальцев — и она сорвалась в бездну удовольствия. Северус сам не сдержал низкого горлового стона, чувствуя, как пульсируют стенки влагалища, умопомрачительно сжимая его член. Крепче сжимая в руках ее бедра и удерживая извивающееся тело стальной хваткой, он, наконец, позволил себе последовать за своей партнершей и в несколько резких, отрывистых толчков достиг кульминации, продолжая по инерции двигаться, но уже неспешно и лениво, оставляя сперму глубоко в теле девушки.

      ***

      Снейп стоял в тени колонны в бальном зале Малфой-мэнора. У него не было ни малейшего желания общаться с другими гостями, впрочем, видя его мрачное выражение лица и враждебный взгляд бездонных черных глаз, другие волшебники и сами предпочитали обходить его стороной. И это его более, чем устраивало. Единственное, чего он сейчас желал — это исключительно из уважения к Люциусу соблюсти приличия и поскорее дождаться полуночи. Затем потерпеть еще пару минут, пока все будут бурно поздравлять друг друга с наступившим Новым годом, — и можно будет незаметно покинуть очередной ненавистный прием и отправиться домой в Коукворт.       Северуса жутко раздражало, что он вынужден тратить время на очередные социально необходимые действия, когда он мог бы заняться тем, что ему действительно нужно — поиском хозяйки трофейных трусиков.       Той ночью во «Втором круге рая» он определенно нашел ту женщину, с которой хотел бы, как минимум, делить постель на постоянной основе. А если она окажется не слишком раздражающей, то как знать… Но незнакомка, едва отойдя от оргазма, исчезла за барьером. Все, что он успел, — это услышать шорох простыней, затем поспешный стук каблуков и хлопок двери. Она исчезла, не сказав ему ни слова, и единственной зацепкой были маленькие черные трусики, что он сорвал с нее в тот раз.       Конечно, Северус предпочел бы пойти простым путем и повторить встречу в клубе, воспользовавшись кольцом. Он рассчитывал на этот шанс, надеялся, что сможет уговорить ее раскрыть анонимность и сам был готов к ответному шагу. Каждый вечер теперь он проводил в одной из ВИП-лож клуба и мрачно цедил огневиски, гипнотизируя тяжелым взглядом проклятое кольцо, надеясь увидеть долгожданную вспышку и тот самый зеленый туман, что приведет его к ней. Но провидение было глухо к его желаниям и камень в кольце вечер за вечером оставался тусклым и мертвым.       Он попытался узнать личность незнакомки у Люциуса, но тот заявил, что кольца в тот день были отданы всем посетителям «Рая» и что смысл услуги в полной анонимности. Без исключений. Так что даже владелец клуба не мог узнать эту информацию — магия надежно ее хранила.       С каждым днем его желание найти незнакомку становилось все сильнее. Северус твердил себе, что это только потому, что запретный плод всегда слаще, но это не помогало. И сегодня он твердо решил, что, вернувшись домой, перевернет вверх дном свою библиотеку, а если надо — и библиотеку Малфоя, но найдет нужное поисковое заклинание, которое приведет его к владелице забытого нижнего белья.       С головой погрузившись в свои мысли, Снейп вздрогнул, услышав где-то рядом женский голос. Тот самый голос, что он слышал в клубе. Встрепенувшись, он закрутил головой по сторонам и безошибочно нашел его обладательницу.       «Салазар…» — он страдальчески закатил глаза, понимая, какую свинью ему подложило дурацкое заклинание Малфоя. В нескольких метрах от него стояла самая раздражающая из его многочисленных учениц — Гермиона Грейнджер — и что-то обсуждала с не менее раздражающим Гарри Поттером, ее неизменным спутником на всех мероприятиях.       Пренебрежительно фыркнув, Снейп отвернулся, скучающим взглядом блуждая по танцующим парам в центре зала, но, стоило ему отвлечься, как он ловил себя на том, что снова и снова следит за бывшей гриффиндоркой.       Гермиона непринужденно улыбалась и даже умудрялась поддерживать беседу с Гарри, но глаза ее то и дело возвращались к волшебным часам, отсчитывающим оставшиеся минуты и секунды до полуночи. Момент наступления Нового года, что был таким волнующим и любимым когда-то в детстве, сейчас она просто ненавидела. Теперь это был момент тотального одиночества в толпе, который все проживали с дорогими людьми, сливаясь в поцелуях и объятиях, но она в этот миг была одна. Всегда одна.       — Мисс Грейнджер, позвольте пригласить Вас на танец, — она обернулась на голос и увидела Люциуса, который приглашающе протянул к ней руку и замер в ожидании ответа. Увидев изумленно вскинутую бровь девушки, Малфой улыбнулся одними глазами и шепотом добавил. — Моя милая супруга считает, что наши с Вами отношения недостаточно дружеские, и обещала проклясть меня самым неприличным из проклятий, если я не смогу уговорить Вас на танец.       Рассмеявшись, Гермиона покачала головой и вложила свою руку в ладонь мужчины.       — Только потому, что она действительно знает много неприличных проклятий, мистер Малфой, — воображение, помимо ее воли, подкидывало Грейнджер различные варианты магии, которые разгневанная подруга могла бы применить к супругу, и едва сдерживала ухмылку, что не ускользнуло от внимания Люциуса.       — Да Вы жестокая женщина, мисс Грейнджер, — с шутливым возмущением произнес он, уверенно ведя девушку в круге вальса. — Мне даже легилименция не нужна, чтобы услышать какие страшные кары в мой адрес Вы сейчас себе представляете. И, судя по Вашей улыбке, получаете от этого немалое удовольствие.       — Простите, — не выдержав, рассмеялась Гермиона. — Это неуместно, но, почему-то, очень смешно…       Со стороны они казались прекрасной парой — элегантный и аристократичный Люциус, бережно сжимающий в объятиях сияющую Гермиону и глядящий на нее с ответной лукавой улыбкой. Все окружающие видели в них символ перемен и забытой вражды. И только Северус почему-то ощущал неприятное саднящее чувство в груди. Ему иррационально хотелось оттащить Малфоя от кудрявой ведьмы.       «Чертовщина какая-то… Будь ты проклят, Люциус, со своими дурацкими экспериментами…» — в сердцах подумал Снейп, не в силах оторвать мрачного взгляда от танцующей пары.       Видимо, на этот раз демиург был в хорошем настроении и внял желаниям зельевара. Не успели танцующие завершить очередной круг вальса, как каблук у Грейнджер подломился и она оступилась, едва не упав. Малфой поспешно прижал девушку к себе, спасая от падения, и, только убедившись, что она обрела равновесие, мягко подхватил ее на руки, направившись в сторону Снейпа.       Усадив гриффиндорку на банкетку буквально в метре от зельевара, он присел перед девушкой и аккуратно снял изящную туфлю с ее ноги.       — Прошу прощения, мисс Грейнджер, вероятно, это я был недостаточно аккуратен и сделал слишком резкий поворот. Позвольте… — Люциус достал палочку из складок мантии и за пару секунд восстановил каблук усиленным Репаро. Он что-то еще говорил кудрявой ведьме, пока возвращал туфельку на ногу хозяйки, но Северус его уже не слышал. Все его внимание было приковано к узкой женской стопе, на боковой части которой кружились в бесконечном танце серебристые снежинки.

***

      До полуночи осталось меньше минуты и Гарри, извинившись, отправился разыскивать свою возлюбленную Пэнси, чтобы разделить с ней традиционный новогодний поцелуй. Почти все гости уже нашли свою пару и весело смеялись и возбужденно переговаривались, не сводя глаз с обратного отсчета.       Гермиона подхватила новый бокал с шампанским с пролетающего мимо подноса и незаметно для окружающих отступила назад, скрываясь за колонной.       00:00:05       Она сделала глоток шампанского, обреченно глядя на сияющие цифры, уже состоящие почти из одних нолей.       00:00:04       Она ощутила, как кто-то прижался к ней со спины.       00:00:03       Чьи-то руки обвили ее талию и крепко прижали к твердому теплому чужому телу.       00:00:02       — Попалась, Снежинка, — знакомый голос прозвучал над ухом, чуть всколыхнув ее кудри дыханием.       00:00:01       Гермиона развернулась, даже не попытавшись освободиться, и, подняв глаза, с изумлением увидела знакомые черные глаза, крючковатый нос и изогнутые в ухмылке губы.       00:00:00       Со всех сторон загорелись огни, послышался смех и восторженные крики, но она словно оглохла и ослепла. Весь мир заслонил мужчина, что держал ее в объятиях и жадно и требовательно целовал, проводил языком по ее губам, призывая раскрыть их и впустить его. Послав все к черту, Гермиона закрыла глаза и поддалась. Секунду спустя, она почувствовала, как он улыбнулся в поцелуй и ощутила внезапный рывок трансгрессии.       Исчезновение героев войны прошло почти незамеченным окружающими. Только две пары глаз хозяев поместья следили за ними и, едва пара исчезла, Люциус вздохнул с облегчением.       — Ну хоть раз он использовал право на трансгрессию в моем доме с пользой, а не чтобы вламываться в мой кабинет с утра пораньше, — ухмыльнулся Малфой и поцеловал свою рыжую жену в висок, обнимая ее за плечи. — Кстати, шикарное Редукто, дорогая. Твоя подруга так и не заметила причину поломки ее прекрасной туфельки.       — Спасибо, милый, — Джинни задумчиво покрутила палочку в пальцах. — Как думаешь, они скоро поймут, что кольца были настроены друг на друга, а заклинания изменения голоса вообще не существовало?       — К сожалению, мы имеем дело с одними из лучших умов магической Британии, — обреченно вздохнул Люциус. — Так что… Может отдохнем месяцок на вилле в Италии, дорогая? Или лучше махнем куда-нибудь подальше? Ну так, на всякий случай. Например, в Аргентину? Помнится, у меня там тоже был какой-то особнячок…