Санта по вызову

Вообще-то на праздники Мин Юнги собирался к родителям в Тэгу. Но все планы ему испортил противный профессор Ким. Теперь Юнги предстояла пересдача экзамена двадцать восьмого числа. Ехать домой на три дня не было смысла. К экзамену Мин готовился, но и отметить праздник тоже хотелось. Только вот у студентов редко водятся деньги, а потому, как только Намджун предложил ему подработку в компании своего дяди, Юнги согласился. Суть работы заключалась в том, что нужно было надеть костюм Санты и ездить по домам, куда его приглашали родители для своих детей, дарить подсунутые родителями исподтишка в коридоре подарки после того, как ребёнок расскажет стишок, споёт песенку или станцует. Текст был заготовлен и заучен заранее. Автомобиль тоже полагался. Деньги были хорошие, так что Юнги, не раздумывая, согласился. По сути ему предстояло отработать неделю, а потом можно было и отдохнуть. Сначала не было ничего необычного. Всё было так как Ким Минджун щи и рассказывал: Юнги приезжал по адресу, его встречали, быстро совали ему подарок в мешок, в котором лежали муляжи «других подарков», и потом довольный ребёнок показывал «Санте» свои таланты. В день было по шесть-семь заказов. Так прошло три дня. Вечером третьего дня Юнги поехал в центр. Детки богатых родителей с Каннам-Гу тоже ждали подарков от Санты. Дом, в котором предполагалась работа, был навороченный, — охрана у ворот, охрана у входа, консьерж с беспристрастным лицом королевской охраны. Впрочем, скоро Юнги уже ехал в лифте на семнадцатый этаж многоэтажки элитного жилого комплекса. Мин точно помнит, что он проверил номер квартиры в заметках в телефоне и имя мальчика, к которому он направлялся, — Донхён. Двери лифта раскрылись, и Юнги очутился на лестничной площадке, на которой были четыре двери, но почему-то все без номеров. По подсчётам Мина нужная ему квартира была в самом углу. Юнги позвонил в дверь, и ему открыл необычайно привлекательный мужчина. Только вот не было похоже, что он заказал Санта Клауса для своего ребёнка. Мин учуял лёгкий запах алкоголя, да и рубашка на хозяине квартиры была расстёгнута почти до пупка. Впрочем, парень не был склонен осуждать. Мало ли, кто как живёт. Может быть маленький спиногрыз довёл своего секси папашу до такого состояния, что он решил, что лучшим выходом будет как следует выпить. Хозяин квартиры лучезарно улыбнулся, бросил на Юнги быстрый взгляд и жестом пригласил войти внутрь. В квартире играл ненавязчивый джаз, приятно пахло дорогим парфюмом и чем-то цитрусовым. Юнги увидел на столе открытую бутылку шампанского и два бокала, а вот ребёнка нигде не было видно. — Хосок, — произнёс мужчина приятным низким баритоном, протягивая руку для рукопожатия. — Можно без формальностей. — Юнги, — зачем-то ответил Юнги, хотя знакомиться с клиентами ему было вообще-то не нужно. Мин быстро огляделся. Квартира была большая, обставленная во вкусом и выдающая в хозяине дома небедного человека. И хотя она скорее походила на квартиру одиночки, чем на домашний очаг семьянина, Юнги всё ещё думал, что, может быть, Хосок вот-вот скажет что-то вроде: «Донхёни с мамой скоро будут». Но вместо этого Хосок снова лучезарно улыбнулся, подошёл к столу, где стояла бутылка, и разлил шампанское по бокалам. Один он протянул Юнги, другой взял себе. Юнги успел рассмотреть Хосока получше: тот был как раз в его вкусе, — Мина привлекали мужчины постарше, загадочные, тонкие, с красивыми руками и чёткими чертами лица. Ничего вычурного в стиле одежды, но выглядит дорого. Мужчина смотрел на Юнги неоднозначным взглядом, и Юнги, в принципе, уже начал подозревать, что его приняли за кого-то другого. Наверное, лучшим вариантом было бы уйти сразу, но то ли шампанское ударило в голову, то ли привлекательность Хосока сыграла свою роль. В скромном студенте Мин Юнги вдруг проснулся авантюрист. Старший улыбнулся ему и спросил: — Тебе включить какую-то музыку или у тебя есть что-то с собой? Под что будешь танцевать стриптиз? Вот значит как. Хосок вызвал Санту-стриптизёра. Юнги отхлебнул большой глоток из бокала и смело ответил: — Меня вполне устраивает джаз. Мин судорожно вспоминает, какие на нём сегодня боксеры и кладёт мешок на пол. Хосок устраивается на диване и с интересом смотрит на Юнги. Следующие несколько минут становятся теми самыми, о которых люди долго вспоминают, как о «несколько минутах позора». Мин пытается сексуально двигаться под музыку, судорожно вспоминает свои скудные знания в стриптизе, а потом неловко развязывает пояс на красно-белом костюме. — Признайся, — смеясь произносит Хосок, — тебя взяли на эту работу недавно. — Признаюсь, — почти с облегчением отвечает Юнги. — Тогда не мучайся, бери бокал и присаживайся, — Хосок показывает ему на место рядом с собой. Юнги послушно садится. Сначала они разговаривают, фактически не о чём. С Хосоком легко, он не давит ни своим возрастом, ни своим авторитетом. Они оба примерно одинаково, но не так чтобы очень сильно, пьянеют, что развязывает обоим язык и делает более раскованными. В какой-то момент Хосок ставит свой бокал на столик рядом, потом берёт бокал из рук Юнги и делает то же самое и с его бокалом. Он придвигается ближе и поворачивается к младшему корпусом. Хосок протягивает руку к лицу Юнги и нежно касается тыльной стороной ладони скулы и щеки. Мина слегка ведёт, и он прикрывает глаза. Рука Хосока спускается ниже на подбородок, он берёт за него Юнги и придвигает своё лицо к его лицу. Когда до их губ остаётся миллиметр, Хосок застывает как бы давая Мину шанс передумать. Но Юнги и не собирается передумывать, — его тянет к этому мужчине с какой-то непреодолимой силой. Губы Хосока прикасаются к его собственным, нежно, слегка мажут. А потом старший берёт губами его верхнюю губу чуть оттягивает и тут же переключается на нижнюю. Он не спешит проникать языком в рот Юнги, но даже уже на этом этапе младший чувствует возбуждение. Юнги сам приоткрывает рот, приглашая, и Хосок неспешно проникает языком внутрь, медленно исследуя дёсны и проскальзывая языком к языку Мина. Младший издаёт стон, и Хосок едва заметно ухмыляется. Поцелуй начинает быстро набирать обороты от нежного и медленного к страстному и жадному. Юнги немного неудобно тянуться вот так через диван, и он привстаёт, не размыкая губ со старшим, и оседлывает его колени. Руки Мина обвивают шею Хосока, и он прижимается пахом к паху Хосока, что посылает ещё один заряд тока по его позвоночнику. Штаны Санты плотные, но, тем не менее, Юнги может ощутить своим стояком бугорок на паху Хосока, и от этого его ведёт ещё сильнее. Этот мужчина слишком хорош, чтобы быть правдой. Целуется как бог, а этот вырез на торсе…под ним виден плоский живот и кожа медового оттенка. А запах… какой от Хосока исходит приятный запах! Юнги не уверен, то ли это аромат парфюма старшего, то ли его собственный. У них обоих по очереди вибрируют телефоны, но они слишком заняты, чтобы обратить на это внимание. Весь мир остался за пределами этой квартиры, — и Мину, и Хосоку абсолютно плевать. Хосок переходит губами от губ Юнги к подбородку и челюсти, спускается на шею и проводит по ней горячим языком. Юнги снова постанывает. Его дыхание учащается, он чувствует, как от возбуждения у него твердеют соски. Хосок выцеловывает его шею, долго и неторопливо, ведёт носом по яремной ямке, а руками расстёгивает пуговицы на верхе от костюма и развязывает пояс. Вскоре красно-белая куртка падает на пол, на Юнги остаются только футболка и штаны. Ну и, конечно, боксеры. Хосок стягивает с него футболку и внимательно смотрит на его тело. Юнги немного неловко, — он вовсе не спортивен. К тому же ещё и бледен. Но Хосоку явно нравится то, что он видит. Он проводит по торсу Юнги тыльной стороной ладони и припадает к одному из уже давно твёрдых сосков. Соски у Юнги чувствительные, и от прикосновения губ и языка Хосока к ним член в штанах Юнги подрагивает от нетерпения. Хосок не скупится на ласки, увидев реакцию младшего. Целует, покусывает, лижет то один, то другой сосок, придерживая Юнги за голую спину руками, сжимает младшего, оставляя красные следы на коже. Мин прогибается в талии и закидывает голову назад. Хосок продвигается ниже, ведёт языком от грудной клетки, по рёбрам и до пупка, проводит им по низу живота, а потом неожиданно, всё ещё придерживая Юнги одной рукой, вторую кладёт на пах и начинает массировать стояк через ткань. Юнги вздрагивает, рефлекторно подаётся бедрами к руке и стонет уже громче. Вскоре Хосок шепчет ему на ухо: — Давай перейдём в спальню? В спальне Хосок снимает с себя пиджак и рубашку, снова тянет к себе Юнги, положив ему руку на талию. Они целуются страстно и горячо, а потом Хосок толкает младшего к кровати, тот падает на спину, а Хосок пользуется этим и быстро стягивает с него красные штаны на резинке, оставляя Юнги в чёрных боксерах. На Хосоке всё ещё надеты чёрные джинсы, и теперь Юнги может хорошо рассмотреть его узкие бёдра и идеальную небольшую задницу. Хосок нависает над ним, снова целует шею, прокладывает поцелуями дорожку от неё до паха и снова возвращается тем же путём к шее. Его рука, тем временем, снова массирует член младшего, проникает под боксеры и гладит влажную головку, сжимает ствол крепко стоящего органа. Ещё немного, и Юнги оказывается абсолютно голым, а Хосок стаскивает с себя джинсы. Взяв откуда-то тюбик со смазкой, Хосок принимается растягивать младшего. Он делает это медленно, неторопливо, постоянно посматривая на лицо Юнги и спрашивая того, не больно ли ему. Юнги не больно, но и не так уж приятно. Долгое отсутствие секса даёт о себе знать. Чувство дискомфорта присутствует. Но Хосок терпелив и нежен, к тому же, явно опытен и знает, что делает. Вскоре Юнги привыкает к его длинным пальцам внутри себя, и неприятные ощущения сменяются другими. Хосок нащупывает точку внутри которая при надавливании пускает мурашки по телу Юнги и массирует её и давит. — Трахни меня, а? — просит Юнги, когда с кончика его члена начинает сочится эякулят. Хосок довольно быстро расправляется с трусами и презервативом, и вот уже Юнги чувствует, как ко входу в его анальное отверстие приставили член. Хосок входит медленно и мягко, не толкаясь и не суетясь. Он делает первый толчок лишь тогда, когда Юнги сам идёт к нему навстречу бёдрами, нетерпеливо желая более глубокого вхождения. Член старшего проезжается по простате, и Юнги вскрикивает, Хосок входит до конца и почти выходит, снова проезжаясь по ней, заставляя Юнги заскулить и прогнуться. Мин обхватывает бёдра Хосока обеими ногами и начинает двигаться бёдрами навстречу ритма толчков. Хосок, в отличие от него, более тихий, но, когда он входит в Юнги первый раз до упора, с его губ тоже срывается низкий стон. От слишком ярких впечатлений Юнги подбрасывает на постели, он елозит по простыне задницей и невольно стучит пятками по ногам Хосока, будто бы подгоняя того, побуждает двигаться в нём быстрее. Хосок чуть меняет позу, раздвигает ноги Юнги шире, обхватывает бёдра обеими руками и двигается резче и быстрее. В какой-то момент он останавливается и, продолжая держать одной рукой левое бедро Мина, второй берёт его член и начинает быстро его ласкать вниз-вверх. От такой стимуляции Юнги стонет громче, периодически вскрикивает. Хосок при этом делает несколько круговых движений бёдрами, и его член головкой снова массирует простату Юнги. — Дааа...... — выдыхает Мин. — Вот так, пожалуйста…ещё… Хосок прибавляет темп ласки члена, специально задевая головку большим пальцем. Он двигается короткими толчками, давя на простату изнутри. Вскоре он чувствует, как по его пальцам правой руки начинает стекать горячая жидкость. Юнги крупно вздрагивает, выкрикивает гортанно и громко, и выталкивает из себя ещё одну струю белой мутноватой жидкости. Дав ему немного передохнуть, Хосок делает несколько толчков внутри, а потом выходит из младшего, стаскивает презерватив и доводит себя рукой до пика. Его сперма брызгает на живот, ноги и грудь Юнги, Хосока потряхивает, он закрывает глаза и на минуту будто бы теряет сознание. Придя в себя, Хосок ложится на кровать рядом с обессиленным Мином. Утром Юнги просыпается в чужой квартире и никак не может вспомнить, как он всё-таки уснул. Хосока рядом нет, но с кухни слышится какой-то шум и доносится запах свежего кофе. — Проснулся? — Хосок стоит у плиты и делает омлет. Сейчас он совсем другой, чем был вечера: в домашних штанах и футболке. Но всё равно красивый. — Как самочувствие? Задница не болит? — шутит старший. — Ты так говоришь как будто я девственник — бурчит Юнги под нос. — Можно мне принять душ? — Конечно! Намджун потом месяц не разговаривает с Мином, потому что получил нагоняй от дяди. Юнги же нисколько не огорчён тем фактом, что потерял подработку. Зато обрёл красивого и богатого бойфренда.