Миссия: выжить

До фестиваля все было спокойно. Джули стала частым гостем на собраниях Тосвы. А началось все с обычного разговора: — Такемучи, а что ещё знает Джули? Майки кидал ей игрушку уже минут десять и был абсолютно доволен жизнью. — Ну, она знает команды: охранять, фас, защита, преследуй, ищи, нельзя, можно, вперёд, беги, жди, тихо, сидеть, лежать. И трюковые разные. — Ого, как круто! А она может, например, во время драки защищать тех, кто не может драться? — Если я дам команду, то может. — Удивительно, у меня ощущение, что вы с ней понимаете друг друга с одного взгляда! Я усмехнулся, ну да, эта собака была со мной всю свою жизнь, я ее выкормил, воспитал, я для нее и родители, и вожак, и друг. — Такемучи, а бери ее с собой на собрания! Пусть выучит своих, вдруг пригодится? Майки оказался чертовым пророком. Ибо на фестиваль я попал с Джули, искал Доракена, но это оказалось не так то просто. Мицуя сказал про парковку и в голове прострелила мысль, точно! У меня же его резинка для волос. Достав нужное из сумки, я протянул резинку собаке: — Джули, ищи! Прибежали мы вовремя, Ханма и его гоп-стоп компания уже стоят тут, а вот Майки ещё нет. Тихая команда и кивок на Доракена: — Защищай, Джули. Собака встала перед парнем и раскалилась, теперь любой незнакомец, лезя к ним рискует жопой и руками. А я встал вперёд и, глядя на Ханму, достал сигарету, закуривая: — Дожили, толпой одного забивать. Ты точно Бог смерти, а не крыс? Ответ парня услышать мне было не суждено, примчался Майки. Наблюдая за их перепалкой я покурил и, услышав, шум моторов, хмыкнул: — Да начнется шоу. А дальше понеслась. Захват, уклонится от удара, ударить под ребра в болевую точку, захват, черт, не успел. Нос сломан. Снова удар, захват. Все сливалось. Из этой карусели меня вывел чей-то вопль боли. При чем за нашими спинами. Я кинулся туда и застал интересную картину, Доракен в шоке, орет Киёмаса, а Джули лишь сильнее смыкает зубы на его руке, на земле лежит нож. Молча заломав вторую руку бугая, я ударил его под колени и отдал команду: — Джули, плюнь, ещё заразиться чем-то. Собака послушно отпустила искалеченную руку, а я невозмутимо снял с парня ремень и, пользуясь тем, что он не пришел ещё в себя, связал ему руки за спиной. — Доракен, ты как? — Благодаря Джули и тебе цел. — Обращайся. Бой закончился сам собой. К нам стекалась толпа. Главы и заместители так точно, подходили, смотрели, хмыкали, гладили довольную таким внимание Джули и пасть измазанная в крови их не пугала. А мой пленник решил побрыкаться, за что и получил ногой по спине: — Затихни, чучело, тебе и так пиздец. Наконец к нашей компании подошёл Майки, оценил обстановку и занёс ногу для удара: — Майки, не напрягай Джули, я слишком близко к месту удара. — Ну так отойди. — И позволить тебе его прибить? — Нет, спасибо, ради такого ушлепка жаль в тюрьму сесть, разве нет? Манджиро опустил ногу: — А знаешь, ты прав, жалко. Пусть катится от сюда. Правда теперь, если его заметят на территории Тосвы ему конец. — Услышал, чучело? Киёмаса сдавленно прохрипел: — Да. — Отлично, вали отсюда. Я развязал парню руки и убрал ногу с его спины. Он медленно побрел прочь, а мы решили разойтись по домам, всем надо было отдохнуть. Правда, Чифуя и Баджи пошли со мной: — Хей, Такемучи, а к тебе на ночёвку можно? — Можно, Баджи-сан, а зачем? — Да так… — Экзамены плохо сдал? — Ага… — Ясно все с тобой. Пошли. Джули, домой! Собака радостно приручила вперёд пока мы шли и обсуждали возможность пересдачи японского и «да нафига эти иероглифы вообще нужны?!»