Black Velvet

      Стоя в переулке, Пит все еще не мог осознать смысл происходящего. Когда он согласился прийти в бар, он думал, что это будет способ отвлечься и перестать думать о Вегасе и, может быть, наконец-то вернуться к нормальной жизни.       А теперь Вегас был рядом с ним, и мало того, Вегас целовал его. Это чертовски сбило его с толку, потому что все то время после его побега, было изнурительным размытым пятном, которое едва ли имело смысл, и его мозг не знал, как теперь все воспринимать. Этот поцелуй тоже не был похож на другие поцелуи Вегаса — он не собственнический и не всепоглощающий, он просто теплый и наполненный чем-то, что Пит не мог описать, чем-то, что заставляло его думать, будто Вегас хотел, а может, даже нуждался в таком поцелуе с тех пор, как он покинул убежище.       Это осторожно, нежно и как-то даже немного мило, и совершенно не похоже на Вегаса, и все же это все равно безошибочно он, тот, кто был рядом, касался Пита и целовал его.       Это сбивало с толку, и Пит не мог отделаться от мысли, что он находился в полной заднице, когда дело доходило до Вегаса, потому что это никак не помогало справиться с его погаными эмоциями. Более того, это только усугубляло их. Спустя несколько мгновений он все же не смог удержаться от того, чтобы не шагнуть чуть ближе, и его руки каким-то образом оказались на талии Вегаса, и он понял, что отвечал ему, хотя знал, что не должен был этого делать.       Голова немного кружилась от мысли, что в любой момент поцелуй мог измениться, что Вегас прижмет его к стене и даст понять, что речь шла только о сексе или, может быть, о попытке впечатлить его и заставить Пита вернуться к нему. Секс был тем, что привлекло Вегаса с самого начала, единственное, что ему было нужно или хотелось от Пита.       Но он этого не делал. Вместо этого поцелуй продолжался, немного углубляясь и задерживаясь, пока Пит не осознал, что его сердце бешено колотилось в груди, а дыхание сбилось, и он даже не был уверен, что понимал, что чувствовал, и мог ли он вообще справиться с тем, что Вегас целовал его таким образом. Все, о чем он мог думать, — это то, что он не хотел, чтобы это заканчивалось, и что он ненавидел то, что Вегас просто добавил еще один пункт к списку вещей, к которым Пит пристрастился.       В конце концов это, конечно, произошло, хотя казалось, что только потому, что им обоим нужно было дышать. Пит сделал глубокий вдох и выдохнул, не зная, хотел ли он открыть глаза, ощущая тепло, которое оставил после себя поцелуй. Вегас все еще рядом, руки осторожно касались его лица, и Пит слышал, что его дыхание было таким же неустойчивым, как и его собственное.       — Просто хотел убедиться, что все сказал тебе, — наконец произнес Вегас.       Его голос низкий и хриплый, настолько тихий, что Пит едва разобрал слова, и ему потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, что Вегас сказал ему, что он извинился за то, что произошло. Но в словах Вегаса была какая-то странная законченность, что-то такое, из-за чего Питу хотелось спросить его, что он имел в виду. Но у него не было такой возможности, потому что Вегас снова поцеловал его, так же тепло, как и раньше, и Пит придвинулся еще ближе, скользя руками по спине мужчины.       Он так близко, что слышал и чувствовал, как дыхание Вегаса на мгновение сбилось, и Пит заметил это со слабым намеком на удивление. Он не был уверен, что когда-либо помнил, чтобы Вегас так на него реагировал, разве что когда они целовались утром накануне, и Вегас выглядел таким неуверенным, таким удивленным. Это ощущение повторялось снова и снова, и было в этом что-то такое, что заставило живот Пита слегка затрепетать, как тогда, когда Вегас назвал его «деткой».       Казалось, что поцелуй длился целую вечность, но Пит не был уверен, что хотел, чтобы он вообще закончился. Но когда это все-таки произошло, Вегас прижался к нему лбом, а Пит просто закрыл глаза, чувствуя себя еще более противоречиво, чем когда-либо. Он должен был бы уйти отсюда к чертовой матери, сказать Вегасу, чтобы он убирался, но они просто стояли, и в какой-то момент Вегас пошевелился, и его руки легли на спину Пита, чтобы прижать его к себе.       — Вегас… — начал говорить Пит и тут же замер, сглатывая, так как горло сильно жгло.       — Я люблю тебя.       От этих слов Пит замер, его глаза распахнулись, когда он смотрел на Вегаса. Их глаза встретились, и Пит не мог отвести взгляд, вглядываясь в выражение лица Вегаса, в глубину эмоций, которые он демонстрировал. Вегас никогда не проявлял эмоций, по крайней мере не так, как сейчас, но в данный момент он их выражал, и Пит не мог отвернуться от этого. Его голова кружилась, слова не укладывались в голове, потому что… неужели Вегас только что сказал, что любит его? Это казалось невозможным.       — Вегас… — он снова попытался заговорить, но остановился, просто делая глубокий вдох. Черт, он вообще когда-нибудь сможет закончить предложение?       Он только осознал, что поднял руку, даже не зная, что собирался с ней делать, как вдруг мимо их голов пронеслась пуля, попав в стену позади него.              Они оба среагировали практически мгновенно, хотя Пит чуть быстрее, так как он стоял лицом в нужном направлении и достал пистолет раньше. Меткий выстрел заставил остальных членов группы броситься в укрытие — ненадолго, но это дало Питу возможность проскользнуть за ближайший мусорный бак, чтобы остаться незамеченным.       Вегас прямо перед ним, и Пит бросил на него быстрый взгляд, а затем снова отвел глаза. При виде Вегаса в памяти всплывало слишком много дерьма, о котором он просто не мог сейчас думать, ведь они находились в переулке, где люди пытались убить одного из них или обоих.       — Ты кого-нибудь видел? — спросил Вегас. Его голос был все еще немного неустойчив, но в нем появилась новая нотка, стальная решимость, которая привлекла внимание Пита.       Какая-то часть Пита хотела ответить, что он был слишком занят разглядыванием Вегаса, чтобы разглядеть кого-то еще вокруг, но не сделала этого. Нападавшие шли из более темного района, но он все равно успел их частично рассмотреть.       — Думаю, их трое, — тихо сказал он, медленно выдыхая. Он слышал голоса, приближающиеся шаги — кто бы это ни был, они уже двигались в переулок, несомненно, решив, что двое из них в ловушке.       — Всего трое? — пробормотал Вегас через мгновение.       Несмотря ни на что, Пит не мог сдержать внезапно вырвавшийся смешок, потому что слышал насмешку в тоне Вегаса и вынужден был признать, что согласен с ней. Даже если бы Вегас был один, три человека — это ничто, и уж никак не респектабельное количество, чтобы справиться с наследником Младшей семьи.       — Мы можем их взять, — сказал он через мгновение. Слова прозвучали инстинктивно, хотя на мгновение он подумал, что совсем не уверен в том, что они делали. Каким-то образом он прошел путь от выхода покурить до поцелуя с Вегасом и до перестрелки, но добавление еще одной вещи к этому беспорядочному дню казалось уместным.       Шаги становились все ближе, и он слышал, как один из мужчин переговаривался с другим. Пит сместился, делая вдох и повернув голову, чтобы посмотреть на Вегаса.       — Я пойду первым, постараюсь сбить их с толку, — прошептал он, желая убедиться, что их не подслушивали. Они пришли сюда, ожидая увидеть Вегаса, а переулок темный — его появление из ниоткуда должно хоть немного запутать их, даже если они видели его с Вегасом раньше. Возможно, они даже подумали, что он сбежал за это время — большинство людей так и поступили бы.       Пит — не большинство людей.       Выйдя из укрытия, он улыбнулся во весь рот и с удовлетворением наблюдал, как на лице ближайшего к нему человека мелькнула растерянность. Однако он мгновенно забыл об этом, когда почувствовал движение за спиной — Вегас вышел, чтобы присоединиться к нему, хотя Пит буквально только что сказал ему, что он пойдет первым.       Пит даже не успел бросить на Вегаса разочарованный взгляд из-за его дурацких суицидальных наклонностей — он покачал головой, сосредоточившись на других мужчинах. Сначала он нацелился в того, в кого ему удалось попасть раньше, — его рука слегка дрогнула, когда он пытался прицелиться, и Пит успел сбить его удачным выстрелом. Вегас аккуратно расправился с одним из оставшихся, и они оказались лицом к лицу с двумя оставшимися — похоже, Пит пропустил одного из них, хотя винить себя в этом не собирался.       Пит сделает ложный выпад влево и нанес удар, который, как он уверен, попал одному из них в бедро, после чего нырнул за другой контейнер, прижимаясь к стене. Вегас занимал аналогичную позицию по диагонали от него, и, когда они переглянулись через переулок, Пит почувствовал странную, всепоглощающую ярость — Вегас проделал весь этот путь, чтобы извиниться перед ним, а кто-то думает, что посмеет убить его и увезти с собой?       Нет.       Его внимание привлек металлический блеск, и как только Пит повернул голову и понял, что это такое, он начал двигаться. Лестница, прислоненная к стене, — безопасная, но достаточно удобная, чтобы обеспечить ему точку обзора, которую остальные не ожидают увидеть. Он слышал, как приближались остальные, но он уже поднялся на ноги, и скрежет металла о бетон дал ему прекрасную возможность. Один из мужчин поднял голову в замешательстве, когда звук донесся до него, и это все, что было нужно Питу, — его следующий выстрел превратил голову мужчины в брызги крови и серого вещества.       Другой мужчина, стоящий за ним, машинально повернулся в сторону шума, и Пит испытал чувство злобного удовлетворения, когда увидел, как Вегас мгновенно воспользовался этим. Мужчина даже не видел выстрела, который сбил его с ног, — он все еще в замешательстве смотрел на человека, которого Пит только что убил, когда выстрел Вегаса поразил его в спину, заставляя пошатнуться, прежде чем он упал на землю, где кровь быстро растеклась темным пятном по его телу.       На какое-то время они с Вегасом замерли, глядя друг на друга через переулок, но звук голосов, доносящийся в их сторону, заставил их обоих очнуться. Пит спрыгнул с лестницы и устремился вслед за Вегасом: они вдвоем выбежали из переулка, а затем попали в другой, петляя и бежав со всех ног, пока наконец не оказались в более промышленном районе, где вокруг все было тихо и спокойно, никаких признаков или звуков присутствия посторонних.       Пит ухмыльнулся, пытаясь отдышаться, но все вокруг словно замедлилось, когда он посмотрел на Вегаса, и их взгляды встретились. В выражении лица Вегаса было что-то такое манящее и завораживающее, и Пит настолько потерялся, глядя на него, что к тому времени, когда его мозг осознал, что Вегас приближался к нему, мужчина уже оказался прямо перед ним.       — Вегас, — начал он, но не успел договорить, как Вегас прижал его к стене позади себя и наклонился, чтобы поцеловать его, горячо и страстно. Пит на мгновение задумался, но быстро забыл об этом, когда бедра Вегаса прижались к его собственным, дав понять, что он уже был возбужден — они оба были возбуждены, адреналин быстро сменился похотью. Контакт посылал искры удовольствия через него, и когда он начал задыхаться, Вегас тихонько засмеялся, издав низкий и удовлетворенный звук.       Поцелуй становился все интенсивнее, все глубже, пока у Пита не начала кружиться голова, а все тело не напряглось от жара и потребности. Рот Вегаса горячий и требовательный, зубы впились в губу достаточно глубоко, чтобы вызвать жгучую боль и захотеть большего, а затем язык Вегаса начал дразнящие движения по той же коже, легкие и слишком манящие, чтобы быть чем-то близким к удовлетворению. Его руки тоже двигались, грубо задирая рубашку Пита, проскользнув под нее на его талию, и от их тепла Пит дрожал.              Когда Вегас резко отстранился от поцелуя, Пит отшатнулся, издав звук протеста, но быстро оставил это, когда Вегас схватил его за руку, впиваясь пальцами так сильно, что от тупой пульсации Пит начал задыхаться. Все остальное вылетело у него из головы, и в итоге он не сопротивлялся, когда Вегас развернул его и прижал к стене, а через мгновение сам прижался к его спине.       — Скажи мне, что ты не хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо сейчас, Пит, — голос Вегаса низкий, вызывающий и немного грубый — Пит слышал, что он все еще дышал немного быстрее, чем обычно, может быть, из-за драки, а может, просто из-за желания, подпитываемого адреналином, он не знал. Да и ему, собственно, было все равно, потому что, если бы его собственная кровь не бурлила так сильно после драки, она бы бурлила сейчас от этих слов, и, если честно, голос Вегаса звучал так же горячо, как и всегда, когда он так требовательно обращался к Питу.       К тому же он был прижат к стене — позиция, которая, как ему казалось, могла ему понравиться. Вегас словно прочитал его мысли, потому что Пит услышал, как он тихонько засмеялся ему в ухо, прежде чем его рука скользнула к ногам Пита. Невозможно скрыть, насколько он был напряжен, и он застонал, когда рука Вегаса обхватила его член через брюки и сжала — сильно, а не слегка, в то время как его губы скользили по шее Пита.       — Тебе нечего сказать, Пит? — спросил Вегас, и после этих слов он так сильно прикусил плечо Пита, что тот подпрыгнул, из него вырвался сдавленный звук, а по телу пробежала дрожь удовольствия. — Ответь мне.       Пит колебался еще мгновение, но даже кратковременное размышление о том, чтобы попытаться уйти или попросить Вегаса остановиться, делало его решение очевидным. После адского тумана последних нескольких часов, ощущения Вегаса за спиной казалось таким насыщенным, ярким и реальным, как ничто другое, словно переход от серого к яркому цвету.       — Я не могу, — наконец признался он, и хотя слова прозвучали тихо, в них чувствовалось облегчение, но это была простая правда, потому что сказать «нет» вдруг стало невозможно, и от этого его возбуждение только усилилось. В тишине переулка они казались почти громкими, но у него не было времени беспокоиться об этом, когда он ощутил, как тело Вегаса слегка вздрогнуло, а в ухе раздался тихий стон. — Вегас, пожалуйста, — вдруг показалось, что ему это было необходимо, и он инстинктивно прижался к Вегасу, намертво вжимаясь в него.       Он слышал, как Вегас резко втянул воздух, и через мгновение он начал двигаться, его руки нашли руки Пита, чтобы поднять их так, чтобы они уперлись в стену.       — Оставайся в таком положении, детка, — пробормотал он, после чего прикусил ухо Пита — достаточно сильно, чтобы тот издал задушенный звук. — Черт, ты знаешь, как мне хотелось сделать это в ту первую ночь? По тому, как ты на меня смотрел, я знал, что в конце концов ты пойдешь со мной.       Его руки все время двигались, расстегивая пуговицу на брюках Пита, затем стягивая молнию, и как только они немного спустились, за этим последовал рывок за бедра Пита, который заставил его немного прогнуться, выставив задницу в сторону Вегаса. От одного этого положения адреналин в крови Пита начал бурлить, и он застонал, его дыхание стало учащенным и неровным, когда он привыкал к положению, в котором его руки упирались в стену.       — Нетерпеливая маленькая шлюшка, да? — бормотал Вегас, посмеиваясь. Слова звучали мрачно, но в них все равно чувствовалось тепло, и Пит только сдерживал очередной стон, когда мгновение спустя почувствовал, как пальцы впились в него, грубо растягивая. Он уже понимал, что будет немного больно, потому что слюна — ужасная смазка, но ему все равно — с учетом того, сколько они трахались в последнее время, он сможет это вынести, и, возможно, ему даже понравится.       Прошла, кажется, целая вечность, прежде чем Пит ощутил, как Вегас прижался к его спине, но почему-то ощущение члена, толкающегося внутри него, оправдывало все усилия, заставляя грызущую пустоту, которая росла в нем весь день, немного отступить, когда он тихо застонал, впиваясь пальцами в стену. Это обжигало так, что только разжигало его возбуждение, и дрожь прошла через него, когда он немного извивался, принимая тот факт, что Вегас не ждал, а просто входил глубже, ожидая, что его тело приспособится. Несмотря на это — а может, и благодаря этому — быть с ним вот так, как сейчас, казалось правильным, возможно, даже ценным, и Пит инстинктивно поддался назад, хныча от небольшой вспышки боли, которая возникла, когда он почувствовал, как бедра Вегаса прижались вплотную к его собственным.       — Вегас, блять…       — Ты соскучился по мне, малыш? — спросил Вегас. Питу казалось, что эти слова должны быть насмешливыми, но вместо этого в них было что-то еще, что-то более глубокое, нить эмоций в тихом тоне голоса мужчины, которая заставила Пита издать тихий звук в ответ. Руки Вегаса легли на его талию, когда он медленно вышел, а затем снова вошел, и быстро входя в ритм, который напоминал Питу, как хорошо Вегас знал его, знал, как трахать его так, как не знал никто другой, с кем он был.       Тем временем Вегас продолжал говорить, прижимаясь губами к уху Пита, грубым и бездыханным голосом, густым от возбуждения.       — Ты был рад, что ушел, как ты и хотел, Пит? Раньше ты так не выглядел. Ты несчастен. Думаю, я нужен тебе, детка, как бы ты ни хотел этого.       Пит уже не был уверен, какие эмоции он испытывал — возбуждение и адреналин все еще били ключом, но в голове все плыло, а грудь сжималась, когда он пытался дышать. Какая-то его часть хотела возразить и сказать, что он никогда не думал, что будет рад уйти от него, но в основном он просто терялся в словах, не в силах отрицать, насколько правдивы хотя бы некоторые из них, а тем временем Вегас чувствовал себя в нем так хорошо, что Питу трудно было думать о чем-то другом, кроме желания, чтобы это продолжалось вечно.       — Вегас…       — Черт, судя по тому, как ты сейчас говоришь — я думаю, ты знаешь, что я прав, Пит, я думаю, ты мой, — Вегас сильнее толкнулся в него, пока говорил, и все, что Пит мог делать, — это принимать его, выдыхая и всхлипывая, пока слова заставляли его голову кружиться, а тело вздрагивать в ответ. Услышав, как Вегас произнес слово «мой», только усилило этот эффект — оно собственническое, но под ним скрывались эмоции, вызывающие дрожь во всем теле Пита, когда он принимал его.       — Ты не ответил, Пит, — рука внезапно обхватила шею Пита, и он удивленно ахнул, прежде чем это произошло, потому что рука сжала еще сильнее, заставляя его спину выгнуться дугой. Он оказался в таком положении, что едва мог пошевелиться, и возбуждение Пита только возрастало в ответ, он всхлипывал, когда Вегас продолжал грубо трахать его, глубоко и сильно, заставляя Пита беспомощно дрожать. — Скажи мне, что уход стоил того.       — Вегас, — Пит задыхался, хватаясь руками за горло, что в значительной степени лишило его возможности даже подумать об ответе. Этого достаточно, чтобы перекрыть ему доступ воздуха, и это ощущение быстро усилило его возбуждение и потребность. Голова шла кругом, и все, о чем он мог думать, — это о том, насколько правильное это ощущение, совершенное в том смысле, который он не мог объяснить. — Вегас, пожалуйста… Еще, сильнее…       — Это ведь не так, правда? — рука Вегаса сжалась еще сильнее, настолько сильно, что Пит был уверен, что теперь он не сможет говорить, даже если бы был достаточно вменяем. Впрочем, это не имело значения, потому что Вегас делал именно то, о чем он просил, и трахал его еще сильнее, а его вторая рука с силой сжимала бедро Пита. — Тебе там не место, Пит, больше нет. Посмотри на себя, ты умоляешь о большем. Я знаю тебя. Кто-нибудь там может дать тебе это?       Пит тут же покачал головой, не желая даже пытаться спорить, и услышал глубокий стон Вегаса, поток слов на мгновение прекратился, когда его тело дрогнуло за спиной Пита. Интенсивность реакции заставила его возбуждение нарастать еще сильнее, и он хныкал, слегка задыхаясь. Его зрение затуманивалось, и возникла смутная мысль о том, где они находились, что кто-то мог их увидеть… Но какая-то часть его тела любила эту мысль, любила мысль о том, что Вегас делал свое дело прямо здесь, под открытым небом.       Бедра Вегаса двигались навстречу его бедрам, и следующий толчок получился таким, что Пит увидел звезды, а из глубины его горла вырвался отчаянный, придушенный стон. Он слышал, как Вегас издал удовлетворенный звук, но его это не волновало, не могло волновать, когда скорость только возрастала, и каждый глубокий толчок снова и снова ударял по его простате. Ощущения невероятные, и вскоре Пит почувствовал, как все его тело напряглось, мышцы дрожали от напряжения, от того, что Вегас прижимался к нему, входил в него, обхватывал шею. Казалось, что все остальное отступило, что ничто больше не имело значения — был только Вегас, и все, что Пит мог делать, — это держаться, бредить от всего этого, пока наконец все не распалось на части, и он кончил, издав рванный звук.       Рука, обхватившая его горло, ослабла, когда его снова прижали к стене, и он слабо цеплялся за нее, задыхаясь и хватая ртом воздух, голова кружилась, когда он чувствовал, как Вегас глубоко входил в него снова и снова, пока наконец он не застыл, и это ощущение вызвало у Пита стон, а дрожь пробегала по его телу.       Вегас прижимался к нему, и что-то в ощущении того, как он прижимался к спине Пита, заставляло его дрожать, эмоции просачивались внутрь, чтобы смешаться с затянувшимся интенсивным удовольствием. Он не знал, как Вегас это делал, но никто и никогда не воздействовал на него так, не заставлял его чувствовать себя так, и от одной мысли, что скоро ему придется уйти, у Пита так сильно болело в груди, что было трудно дышать.       Он не был уверен, сколько времени прошло, но вдруг Пит ощутил тепло губ, прижавшихся к его шее, прежде чем Вегас отстранился от него. Потеря контакта вызвала у него тихий звук, но он просто остался на месте, не уверенный, что сможет сделать что-то еще, сможет ли повернуться и посмотреть на Вегаса.       В конце концов он лишился выбора, потому что руки Вегаса нашли его плечи и мягко развернули Пита так, что они оказались лицом друг к другу. Пит потянулся вниз, чтобы подтянуть штаны, но как только они оказались на нем, он не знал, что делать дальше, что сказать, и поэтому просто зафиксировал свой взгляд на шее Вегаса. Он знал, что, вероятно, уже должен пытаться уйти, поскольку остальные будут его искать, но не мог заставить себя двигаться, делать что-то еще, кроме как просто стоять, прижавшись к Вегасу, ощущая слабый запах секса, пота и одеколона Вегаса.       Он как раз думал о том, что должен что-то сказать, когда Вегас наконец пошевелился, наклоняясь ближе. Это заставило Пита инстинктивно посмотреть на него, и, хотя у него было мгновение, чтобы осознать, что сейчас произойдет, он не сопротивлялся, хотя была мысль, что, возможно, стоило бы. Вместо этого он просто остался на месте, чувствуя, как руки Вегаса легли на его талию, а мужчина наклонился и поцеловал его, мягко, тепло и медленно. Это совершенно контрастировало с сексом, не было похоже на то, что он мог бы ожидать, и через мгновение Пит перестал даже притворяться, что нужно сдерживаться. Вегас прямо здесь, целовал его так нежно, и внезапно все, о чем Пит мог думать, — это то, что Вегас также сказал, что любит его, и поэтому в этот момент он просто ответил на поцелуй, обхватывая руками Вегаса, чтобы прижать его к себе.       Когда поцелуй закончился, оба тяжело дышали, и Пит сглотнул, чувствуя, что горло снова сжалось.       — Вегас, я… — начал он и тут же остановился, не зная, что сказать.       — Малыш, пожалуйста, не уходи от меня снова, — голос Вегаса тихий, но в нем была какая-то нотка, намек на крайнюю нужду и отчаяние, от которых у Пита перехватило дыхание. Он не привык слышать такой голос Вегаса, но должен признать, что какая-то его часть любила это, любила мысль о том, что, возможно, он действительно особенный, что он мог слышать такой голос Вегаса, а кто-то другой — нет. Он каким-то образом инстинктивно понял, что это не то, что Вегас показывает всем.       — Я… — найти нужные слова так сложно, и Пит сделал паузу, и пальцы сжали рубашку Вегаса, а сам он на мгновение задержал дыхание. — Ты это серьезно?       Он не собирался спрашивать об этом, но слова вырвались сами, и он не мог взять их обратно. Вместо этого он просто ждал, его сердце внезапно заколотилось. Если Вегас говорил это серьезно, если Вегас любил его… Это могло все изменить.       Он чувствовал и слышал, как Вегас колебался, но потом ответ прозвучал.       — Да.       От этого ответа Пит вздрогнул, голова шла кругом. Какая-то его часть понимала, что это безумие, что Вегас пытался запереть его, но все остальное было сосредоточено на том, что всего несколько минут назад они могли умереть, что он почувствовал, когда понял, что люди пытались убить Вегаса, и он мог больше никогда его не увидеть. Это и то, каково это — вот так стоять рядом с Вегасом, зная, что он извинился за все и, кажется, не шутил, чувствуя напряжение в теле мужчины.       — Скажи мне еще раз.       Он ожидал, что Вегас сделает паузу, начнет спорить с ним, но вместо этого ответил сразу, произнося тихим голосом.       — Я люблю тебя. Пит, сегодня утром… Прости меня. Я не должен был…       Пит покачал головой, инстинкт взял верх, и он наклонился к нему, обрывая слова поцелуем. У него все еще кружилась голова, но Вегас проделал весь этот путь только для того, чтобы извиниться и сказать, что любит его, и вдруг ему показалось, что все остальное не имело никакого значения, как будто ничто и никогда не имело значения, раз Вегас сказал ему это. Пит чувствовал, как Вегас слегка напрягся и задыхался от его губ, но когда Пит отошел к стене, чтобы опереться на нее, Вегас оказался рядом с ним, прижимая его к ней, и поцелуй затянулся.       Он не уверен, сколько времени так прошло, но в конце концов они оторвались друг от друга, и Пит медленно выдохнул, дрожа, когда почувствовал, как рука Вегаса коснулась его щеки.       — Вегас… — начал он, затем на мгновение задумался, прежде чем вздохнуть. — Что, черт возьми, мы будем делать? — наконец спросил он, не в силах удержаться от внезапного, немного неуверенного смеха. — Ты просто… Ты даже не представляешь, как ты мне голову морочишь. Ты как будто переворачиваешь все с ног на голову.       Он не понимал, как может быть так, что вроде бы все изменилось, а вроде бы и нет? Он не знал, как это осмыслить, но внезапно мысль о том, чтобы отвернуться от Вегаса, казалась невыносимой и даже совершенно невозможной.       — Пойдем со мной.       Голос Вегаса мягкий, невероятно мягкий, но эмоции, которые он слышал в нем, заставили Пита сглотнуть и на мгновение задуматься, прежде чем открыть глаза и посмотреть на него. Интенсивность, которую он видел на лице Вегаса, почти заставила его отвести взгляд, но в то же время он не мог этого сделать, он просто застыл.       — С тобой? Вегас…       — Мы возьмем Макао и уедем, — голос Вегаса слегка дрожал при этих словах, но Пит почти не заметил этого, просто наблюдал за ним, изучая его лицо. — Мне все равно, как мы доберемся и куда поедем, лишь бы ты был рядом, Пит.       — Я… — голова Пита кружилась, и через мгновение он просто поднял руки, чтобы притянуть Вегаса к себе и яростно поцеловать его, пальцы скользили по волосам, которые теперь были так хорошо ему знакомы. Вегас предложил им оставить все это позади, чтобы быть вместе? Это невозможно, и все же эта мысль привела его в восторг, мысль о том, что Вегас предлагал сделать это для него. Для них. — Ты ведь понимаешь, что это безумие, правда? — сказал он, когда наконец отстранился от него, и неожиданно засмеялся.       — Скажи мне «нет», и я больше никогда тебя не побеспокою, Пит, — тихо ответил Вегас. — Я уйду и буду держаться на расстоянии.       Пит вздрогнул от этого и увидел, как губы Вегаса слегка изогнулись, улыбка стала почти ироничной.       — Скажи, что не хочешь меня больше видеть, и я выслушаю это, — повторил Вегас. — Но я не думаю, что ты сможешь.       — Я… — начал говорить Пит, но остановился, и потом просто посмотрел на Вегаса, впиваясь в него взглядом. Утром он был полон дикой паники, но сейчас он просто… мягок, отчаянный, немного полный надежды, и такого выражения он никогда не видел. Он уверен, что никто другой не смотрел на него так за всю его жизнь, и это заставило его чувствовать себя увиденным, нужным и… любимым.       Он сделал вдох, а затем наконец улыбнулся, и сердце его внезапно начало бешено колотиться.       — Лучше бы ты был чертовски хорош в придумывании планов побега в кратчайшие сроки.       Вегас моргал, все еще глядя на него, и Пит чувствовал, как его улыбка росла по мере того, когда он увидел момент, когда до Вегаса действительно дошло, когда все встало на свои места. Конечно, даже если бы он этого не увидел, то, скорее всего, все равно бы узнал, потому что через мгновение его снова прижали к стене, а губы впились в поцелуе, который, кажется, будет длиться вечно. Сначала он горячий, требовательный и яростный, но потом он смягчился, став мягче, слаще, и Пит просто держался за все это до конца, обхватывая Вегаса за плечи, чтобы прижать его к себе.       Когда Вегас отстранился, он просто смотрел на Пита, но, наконец, сделал шаг назад, явно колеблясь, прежде чем протянуть руку.       — Тогда пойдем, — сказал он, хотя слова произнеслись почти вопросительным тоном. — Эти ублюдки, с которыми мы только что разобрались, в конце концов, могут кому-то помешать.       Пит замолк, еще раз пристально глядя на Вегаса, прежде чем протянуть ему руку.       — Они рассчитывали, что ты будешь один.       На это он неожиданно ожесточенно улыбнулся, а затем они вместе ускорили шаг и исчезли в ночи.