I feel you right there (in the heart)

Глава 42. Уже когда девчонки были дома, они переоделись и легли на кровать, а Лена закинула ногу на возлюбленную. — Спать? — спросила Малышенко, сжимая бедро девушки. — Даже не знаю, — с ухмылкой произнесла Лена. — После твоих стараний я точно не усну. Отменяется? — А может и нет, — Виолетта ухмыльнулась. — Что ты хочешь этим сказать? — Я всё ещё хочу тебя, — залезая под футболку, девушка смотрела на младшую в свете бра. — Зай, ты же мне разрешишь? — Да. — Отлично, — Алексеева нависла сверху, смотря на девушку. — Но я первая, — ухмыльнувшись, Ви положила руки на бёдра младшей, смотря также в её зелёные глаза. — Почему? Дай хотя бы пометить, — не дожидаясь ответа, светловолосая начала оставлять засосы на теле возлюбленной, задирая её футболку. Малышенко начала сама раздевать девушку, стягивая с неё верх и умещая руки на груди той, проводя по соскам. Лёгкий стон вырвался из уст Елены, а потом она сняла с Виолетты футболку, целуя её в груди и проводя руками по бёдрам, пристраиваюсь между ног. — Продолжу? — достаточно возбудив старшую, спросила девушка, всё ещё целуя её ноги, поднимаясь к промежности. — Угу, — вскоре вырвался такой же звучный стон, от которого на лице Алексеевой появилась ухмылка, и она начала водить языком по клитору, сжимая бёдра старшей. Играясь с горошиной, девушка немного впивалась ногтями в белоснежную кожу, которая была перекрыта разными прекрасными татуировками и была великолепна в руках Елены. Виолетта прикусила губу, тихо постанывая и закатывая глаза, на опьянённый разум возбуждение действовало просто превосходно, не понятно, чего стоило ожидать, лишь приятные мурашки по телу и чертовски приятное удовольствие, которое получала старшая от ощущений, а младшая от процесса. Вставив палец в девушку, Лена начала двигать им, добавляя второй и ускоряя движение ими. Виолетта сжимала простынь, немного приподнимая таз, когда подушечки пальцев начали натирать стенки, а девчонка неожиданно поцеловала в низ живота. — Я люблю тебя... — И я тебя, зайка, — нажимая и массируя клитор, сказала Алексеева, а потом вновь вставила пальцы, но гораздо глубже. — Виолетт, ты прекрасна. Услышав слова любимой, Малышенко дёрнулась, пытаясь не сложить ноги вместе, а потом кончила, громче простонав. Виолетта начала переводить дыхание, чувствуя, как возлюбленная водить языком по клитору, и обеими руками поглаживает бёдра, вымазывая на них всю смазку. — Солнышко..., — тихо произнесла Ви, а когда младшая поднялась, то заключила её в поцелуй, обхватывая шею руками и переворачивая их. — Виолетт, я люблю тебя, — запустив руки в волосы и отстранившись, произнесла Лена. — Я тоже тебя люблю, — спускаясь поцелуями по телу светловолосой и спуская с неё остатки нижнего белья. Пристроившись между ног, Малышенко провела по клитору языком, а потом облизала им собственные губы, смакуя родной вкус. — Зай... Поцелуй меня пожалуйста..., — томно вздохнув, произнесла Елена. Виолетта вошла пальцем, а Алексеева сильнее сжала свои бёдра руками, немного приподнимая таз. Виолетта нависла над девушкой, вовлекая её в поцелуй, на который та сразу же ответила, жадно целуя губы старшей и постанывая от слегка резких движений внутри. Всё было хорошо, горячее тепло разливалось по телу, и девушка выгибалась в спине, но перед пиком Малышенко остановилась, смотря в глаза возлюбленной. — Кис... Что такое? — Лена приподняла голову, а потом привстала на локтях, вымотано смотря на любимую девушку. — Тебе было интересно, какое наказание? — Только не говори, что это оно..., — прикусывая губу, Алексеева поправила свои волосы. — Зайка, пожалуйста. — Я тебе прошу, брось курить, — поставила условие Виолетты, смотря на изнеможённую девушку. — Я не хочу бросать, — нервно прикусив губу, произнесла Лена, а потом протяжно замычала, не желая прощаться с пальцами внутри себя, которые уже начали выталкиваться. — Шантаж это плохо... — Жду обещания, что бросишь, — твёрдо сказала Малышенко, не собираясь прогибаться под девушку, ведь плохого она всё равно ничего не делает. — Виолетта, ты сама тоже куришь, хотя обещала, что не будешь. — Теперь точно брошу, с этого дня, — пообещала Ви, но только если Лена сама бросит. — Хорошо, договорились, я тоже бросаю, — и только девчонка дала это обещание, как старшая резко вставила пальцы до конца. — Хоть бы предупреждала... Алексеева резко вскрикнула, запрокидывая голову, полностью опираясь на свои локти и томно хватая воздух ртом, а потом стоном выдыхала, согнув ноги в коленях. Оргазм начал охватывать девушку, а Виолетта двигала пальцами, заметно ускорившись, целуя шею возлюбленной. — Я люблю тебя. — Сучка..., — вместо взаимного ответа, вскрикнула Алексеева. — Я тебя убью, если остановишься... — Не отвлекайся. — Виолеттаааа, — возмущённо и довольно вскрикнула Лена, обтекая на пальцах старшей и ложась на кровать. — Больше я тебе не дам, — с улыбкой проговорила младшая, переводя всё ещё сбитое дыхание и стараясь его нормализовать. — Пизди больше. — Всё равно не дам, — ухмыльнулась, Лена прошипела от шлепка по бедру. — За что? — Да просто так, — Виолетта улыбнулась, садясь на кровать и перекладывая ножки девушки на свои колени. — Иди ка ты нахер. — Заай. — Что? Ты меня тут доводишь... Что я ещё скажу... Иди ко мне, — Алексеева вытянула одну руку, пытаясь дотянуться до Ви. — Скажи, что любишь! — А если не скажу? — играючи произнесла девушка, а потом увидела, как Малышенко сжимает челюсть, отчего стало не по себе. — Да я люблю тебя, очень сильно. — Я тоже тебя люблю, — нависая сверху и закидывая ноги на свою талию, Виолетта поцеловала возлюбленную. Сжимая бедро младшей, татуированная страстно целовала, вновь ощущая любимые губы и вкушая их вкус. — Ещё хочешь? — отстранившись, спросила Лена, сдерживая стоны. — Мне очень сильно нравится твоё тело. — Тогда чего ты ждёшь? — с ухмылкой спросила девушка, прижимая Виолетту к себе ногами. — А чего делать нужно? — А что хочешь, хоть целуй, хоть кусай, я же обещала тебе, — прикусив собственную губу, Алексеева смотрела в глаза любимой. Малышенко ухмыльнулась и лишь легла рядом. — Эй, я думала ты меня будешь обнимать и целовать, а ты... Эх ты, вредина, — Лена усмехнулась и накрыла их с Виолеттой одеялом, а потом сама залезла под него. — Куда ты полезла то? Может я поцеловать хочу, — на это светловолосая ничего не ответила, а лишь уткнулась носиком в живот Виолетты. — Зааай. — Голенький кто-то. — Скоро оденусь. — Не нужно, мне так нравится, — Алексеева ущипнула девушку за бедро, а когда та вскрикнула, то чмокнула её в низ живота. — Не кричи, — Елена укусила за бедро, а потом туда же чмокнула. — Кусалка ты. — Иди в баню. Давай лучше раздвигай ноги, покусаю, — с насмешкой произнесла младшая, а потом хихикнула. — Хуй тебе, — Ви посмеялась и откинула одеяло, открывая их обеих. — Одеяло верни, я тут голая лежу. — Я тоже. — Ты то ладно, одеяло пожалуйста обратно, мадама, — в более приказном тоне произнесла девушка, приподняв взгляд на возлюбленную. — Хочешь смотреть, как я тут нагло тебя лапаю? — Да, мне же можно, — услышав слова, младшая сразу же стала поднимать руку по внутренней бёдра Малышенко. — Ай-яй-яй, может быть я против того, что ты меня сейчас так нагло лапаешь. — Дай хоть маленько, ты мне не даёшь даже лишний раз полапать тебя, и вообще почему я каждый раз спрашиваю, — немного обиженно произнесла Лена, ведь прекрасно знала, что если начнёт сама что-то делать, то старшая её с большой вероятностью оттолкнёт. — Лен, давай спать, — Алексеева тяжело вздохнула, а потом обняла Ви за живот, утыкаясь в него носиком, не желая больше мусолить эту тему. Когда Алексеева заснула, Виолетта осторожно вылезла из объятий той и оделась. Девушка сходила на кухню и выпила воды, а потом вернулась в кровать, обнимая возлюбленную и укрывая их одеялом. Утром Лена проснулась первая, умывшись, она начала одеваться, стоя спиной к Виолетте. — Доброе утро, — проснувшись, произнесла Малышенко, потирая сонные глаза. — Доброе, как спала? — Алексеева подошла к кровати и села на край. — Хорошо, а ты? — Нормально. — Я рада, — Виолетта переползла на колени младшей. — Зайка моя, ты хочешь куда-нибудь сходить? — Никуда не хочу, — вытащив телефон из кармана и запустив руки в волосы шатенки. — Дома? — Не знаю, — неохотно ответила девушка, смотря куда-то в стену. — Пойдём, покажешь мне Москву, интересно же, да и вместе прогуляемся. — Сама посмотришь, не маленькая, — грубо ответила Лена, убирая руки и наклоняясь назад, и опираясь на ладони. — Ты чего такая злая? — Да не злая я. — А что тогда? — с непониманием спросила Виолетта, усаживаясь на свои колени и поправляя взъерошенные волосы. — Да ничего блять, — снова грубо ответила Алексеева, заправляя прядь волос за ушко и недовольно бегая глазами по всему, за что можно зацепиться. — Зай, скажи, что случилось? — Да отстань ты от меня, — светловолосая резко встала с кровати, желая уйти вообще из комнаты. — Блять... Что началось? Это из-за вчерашнего? — с непониманием и раздражением Ви схватила возлюбленную за руку, приподнимаясь на ногах. — Нихуя не началось, да, из-за вчерашнего, потому что следить за собой и своими поступками надо, — дёрнув рукой, Лена подошла чуть ближе, чтоб девушка не сжимала с такой силой, но нужен был тот момент, когда татуированная рука ослабнет, чтоб просто вскоре уйти — В смысле следить? — Малышенко нахмурилась, с самого начала не понимая ситуации, пока девчонка не подала ей телефон с фотографией, которую только что включила. — И откуда ты вообще это фото взяла? — Отправили, никогда не думала, что ты так поступишь, — Елена всё же смогла вытащить свою руку и вновь отойти к выходу из комнаты. На кровати остался включённый телефон с фотографией Виолетты, с какой-то девушкой, которую она держала за бёдра, прижимая задом к себе. Ещё около часа назад девушка увидела эту фотографию, только говорить Ви пока ничего не хотела, но она не выдержала, внутри всё кипело и было жутко неприятно это всё осознавать. — Да блять, Лена, твою мать, это старое фото, ты не видишь, что ли, — Малышенко рассматривала фотография, наклонившись немного. — Ты ещё скажи, что твой Макс отправил. Или подруги его какие-то. И знаешь, твоё решение, верить мне или нет. — В любом случае я не ожидала такого от тебя, особенно после всего, что между нами было..., — Алексеева уже обулась, она вышла из номере, не надев курточку. Вернулась девушка лишь через два часа, она была в одной толстовке и джинсах, поэтому замёрзла. Куртку надевать она не стала, так как хотела посидеть внизу в кафешке, но поняла, что забыла карточку, а она была в телефоне. Возвращаться не хотелось, поэтому девушка сидела в ближайшем парке. Хорошо, что на улице был не сильный минус, а толстовка была тёплая, но в любом случае было холодно и руки заледенели. Вернувшись, она зашла в номер, и к ней сразу же вышла Малышенко, подходя ближе и обнимая любимую. — Дурочка моя, раздетая ещё ушла, — прижимая к себе девушку, Виолетта поглаживала её спину, пытаясь согреть. — Отстань... — Лена, почему ты мне не веришь. эта фотография старая, когда ты к своему Максу уехала. Ты меня слушать даже не хочешь. Там блять даже тату на руке нету. хотя я набила её перед новым годом только, — Ви отстранилась, смотря в глаза младшей. — Да блять... Какая любовь тогда, ты даже это время не могла без... Ты меня Максом подъебывала, хотя у меня вообще с ним ничего не было..., — обиженно проговорила девушка, ведь сейчас ей было крайне неприятно, и обиделась она именно из-за этого. — Я прогуляться, — Малышенко схватила куртку и надела кроссовки, а потом вышла из номера, захлопнув дверь. — Виолетт..., — вслед сказала девушка, но увидев закрытую дверь, тяжело вздохнула, и сняв обувь, пошла на кровать. В номере сразу же образовалась пустота, девушка поникла сильнее, а потом села на кровать и поджала к себе ноги, утыкаясь в колени. Слёз не было, но и на душе печаль, тоска. Хотелось кричать от боли внутри, она же даже не выслушала Виолетту, правда эти фотки или нет, они в любом случае старые, и даже то, что у Елены ничего не было с Максом, не обязывает Малышенко не иметь связей, ведь тогда даже о чувствах друг друга не знали, приходилось лишь догадываться. Алексеева сама сделала выбор и уехала, хоть и боялась своих чувств к Виолетте, сама оставила её, и теперь не должно быть никаких проблем, претензий и ревности за тот период времени. Младшая наблюдала Виолетте, прикладывая телефон к уху, также прислушиваясь к гудкам. — Что? — резко проговорила Малышенко, когда взяла трубку. — Потом, погуляю сначала. — Хорошо..., — девушка не стала настаивать на возвращении, а молча прошла в ванну, оставив телефон на кровати. На душе в любом случае было не по себе, эти дурацкие фотографии, вспышка агрессии, хотя это всё можно было спокойно обсудить, да и в любом случае фотографии были старые, а Лена хорошо видела это с самого начала, только ревность всё же завладела ей. Виолетта зашла я номер разуваясь, а взгляд бросила на девушку, которая снова сидела на кровати, поджав к себе колени. — Тут я, — произнесла старшая, по голосу было понятно, что она немного выпившая, но по всей видимости что-то некрепкое. Малышенко начала переодеваться, а Лена внимательно наблюдала за ней, опустив ноги на пол, а руками опёрлась на край кровати. Виолетта повернулась, как только переоделась в более комфортную одежду. — Продолжаешь мне не верить?