I feel you right there (in the heart)

Глава 44 За несколько дней Алексеева забрала свою работу, книга была уже почти готова, осталось дождаться, когда её наконец-то опубликуют, ещё она сходила в парикмахерскую и подровняла волосы, сделала их сантиметров на десять короче, теперь они немного ниже плеч, как удлинённое каре. Виолетта всё время была рядом, они вместе гуляли, куда-то ездили, просто лежали в обнимку. У них было куча времени, чтоб насладиться друг другом, Максим больше не появлялся в их жизни, поэтому было ещё и спокойно. Проснувшись утром, Лена умылась, а потом ушла в столовую. Она собрала быстрый завтрак и принесла его в номер, поставив на тумбочку. Погладив любимую по животику, младшая чмокнула Виолетту в носик. — Доброе утро, солнышко, вставай, — шёпотом произнесла Алексеева, а время уже близилось к десяти. — Доброе утро, зай, — Малышенко повернулась на бок и уткнулась носиком в подушку. — Я завтрак тебе принесла, покушаешь? — Моя ж ты умница, пару секунд буквально, — сонно сказала Ви, а потом приподнялась, заправляя взъерошенные волосы назад. — Просыпайся, солнышко, я встала, а ты спишь да спишь, — Лена проговорила это с такой интонацией, будто пришла будить ребёнка, отчего шатенка усмехнулась. — А надо со мной спать, а не вставать рано. — А я и не вставала рано, минут двадцать назад, — Елена села на ноги младшей, а поднос поставила на её ляшки. — Кушай давай. Малышенко начала неспеша есть, иногда пытаясь накормить и возлюбленную, но та отказывалась. Виолетте, конечно, это не нравилась, но та оправдывалась тем, что уже перекусила. — Чего ты так смотришь? — с ухмылкой спросила Лена, поглаживая колено старшей. — Я люблю тебя, — спокойно сказала Ви, а звучало это так мило, отчего на лице Алексеевой появилась улыбка. — И я тебя люблю, — шатенка улыбнулась, а потом протянула девушке бутерброд. — Я не хочу. — Быстро, — с улыбкой на лице, но в приказном тоне сказала старшая, и Елена откусила. Малышенко довольная улыбнулась, а потом протянула девушке чай, от которого та отказалась, тогда Виолетта убрала поднос на ближайшую тумбочку и потянула возлюбленную к себе. — Ползи ко мне, — довольно проговорила старшая, а потом обняла Лену, когда та легла рядом. — Я соскучилась. — Я тоже, завтра уже домой поедем, будем там с тобой вместе, — поглаживая светлую голову, говорила старшая. — Да, только я в другой вагон от тебя сяду, мало ли помучать меня захочешь, — с ухмылкой в голосе проговорила Алексеева, приподняв голову, чтобы посмотреть в зелёные глаза. — Неее, не пересядешь, я тебя обнимать буду, ты со мной будешь, — Виолетта чмокнула младшую в носик, а девушка поморщила его. — Милашка. — А ты вредина, — широко улыбаясь, Лена чмокнула возлюбленную в шею, поудобнее размещаясь на плече. — Нет, ты вредина, молчи. — Ах, ты меня затыкаешь тут... Я тебе припомню это, — произнесла Алексеева и ущипнула любимую за бедро. — Сказала же припомню, вредина. — Ты да, — вскрикнув, ответила Ви, а потом чмокнула младшую в губы. — Да иди ты нафиг, — Елена показала язык, а потом отвернулась, вытянув одну согнутую ногу перед собой. Малышенко обняла в этот раз со спины, повернувшись на бок, а потом начала оставлять лёгкие поцелуи на тонкой шее. — Иди ты, — вновь сказала Алексеева, прижавшись щекой к подушке. — Куда? — В пизду, — первое, что пришло в голову, ляпнула младшая, а потом почувствовала на своей ноге горячую руку. — Кыш. Брысь говорю, — раз поглаживания не останавливались, говорила светловолосая, а потом прижалась задом к старшей. Малышенко подняла ногу возлюбленной, укладывая свою руку на внутреннюю сторону бёдра и поглаживая. Лена смотрела в стену, сжимая край подушки, она догадывалась, что делает шатенка, и мешать ей не хотела, только вот вздрагивала, от неожиданности, так как не видела ничего, что делает Ви. — Тише. — Мг, — сильнее сжимая край подушки в руке, промычала девушка, облизывая губы. Проводя рукой по животу, Ви прижимала возлюбленную к себе, чувствуя её волнение, будто в первый раз, а также слышала тяжёлое дыхание, но лишь слушала, ничего не говоря. — И вот что ты делаешь? — отпустив искусанную губу, спросила Елена. — Иду постепенно в пизду, — гордо сказала старшая, запуская руку под шорты. — В следующий раз я подумаю над своими словами, и вообще, я тебе не дам, — сбивчивое дыхание выдавала неизвестное волнение девушки, но Виолетта лишь ухмылялась. — Сама возьму. — Когда-нибудь я всё же тебе припомню это, — после этих слов Ви нажала на клитор, отчего светловолосая резко простонала, начиная медленно опускать ногу. Не позволяя как-то менять положение, Виолетта стала оставлять манящие поцелуи на шеи и двигать пальчиками по клитору, добиваясь нужного количества смазки. — Виолетт... Я люблю тебя... — Я тоже тебя люблю, — медленно вставляя палец, шатенка начала оставлять засосы. Кусая губы, младшая глубоко дышала, смотря в дальний угол номера, пытаясь не застонать от удовольствия, которое получала от простых и привычных уже движений. Алексеева завела свою ногу за чужую, чтоб было удобнее, и та не опускалась, а когда почувствовала внутри и второй палец, начала стонать. Виолетта прекрасно знала, как доставить неимоверное удовольствие, её горячие дыхание на шее выводило из себя, заставляя забыть обо всём на свете, пальчики, которые постирались о стенки влагалища и чувствительный клитор, делали отдельные вещи с телом светловолосой, та с ума сходила, потихоньку насаживая на длинные пальцы, которые, итак, проникали глубоко. Потираясь задом о ляшки Виолетты, Лена сжимала край подушки. Такого у них ещё не было, но зато так приятно тоже не было. Каждая поза, каждый день что-нибудь происходит, чего они ещё не пробовали, да даже если и пробовали, то ещё более приятно. — Зай... Я скоро... — Угу, — Малышенко ускорила свои пальцы, проникая на всю длину и надавливая на одну из стенок, вызывая очередной резкий стон. Не позволяла опускать ногу, наоборот отодвигала её локтем назад, расширяя влагалище, из которого текла смазка, не обращая внимание на татуированные пальцы. — Я... Я не могу уже... — Можешь, — Ви оставила ещё один засос, вставляя третий палец. Лена слегка выгнулась в спине, хватая руку старшей, но вытащить не могла, лишь сладко стонала, медленно насаживаясь на пальчики, вставляя их глубже в себя, а внутри всё уже начало сжиматься от приближения. Буквально ещё через минуту таких приятных действий Алексеева кончила, громко простонав и зажмурив глаза. На лице появился лёгкий, жгущий румянец, а дыхание было сбито. Увидев перед собой мокрые пальцы, девушка, не раздумывая их облизала, сжимая руку Виолетты в своей, а потом положила её на свою грудь. Малышенко сжала грудь, чувствуя всё ещё набухшие соски через футболку, отчего вновь появилась ухмылка. — Я не для этого положила..., — прикусив губу, произнесла светловолосая, всё ещё нормализуя дыхание. — А для чего? — Сердце чувствуешь? — Лена прекрасно чувствовала это биение, кажется даже через руку старшей, а та промычала, мол "да" сказав. — Вот до чего ты меня доводишь. Виолетта хихикнула, прижимаясь к возлюбленной и поглаживая её животик, который был немного напряжен после оргазма, а ногу девушки стала медленно опускаться, смыкаясь со второй. Алексеева отдышалась и повернулась лицом к любимой, укладывая руку на татуированная щеку и поглаживая, смотря в глаза, которые сводят её с ума уже на протяжении многих месяцев. — Красавица моя... — Твоя, малышка, — Виолетта чмокнула алые губы, прикрывая глаза и прикасаясь носиком к лицу Лены. — Завтра домой. — Мне кажется, ты путаешь, я вот думаю, на какое у нас билеты, потому что что-то не то..., — задумалась младшая. — Билеты на тринадцатое. — Зай, оно сегодня. — Ой, блять, а как я перепутала... Нам тогда собираться нужно будет... После хорошего оргазма Алексееву потянуло в сон, да и проснулась она как-то резко, вот и вырубило её. Виолетта уснула следом, также обнимая возлюбленную со спины, а когда та повернулась, то уже лежала лицом к старшей. Через буквально два часа Малышенко проснулась где-то через час и просто лежала, смотря на светловолосую и поглаживая её талию. Такое сонное, спокойное лицо, которое было милее всего на свете, Елена была тем человеком, ради которого Виолетта готова пожертвовать даже жизнью, она не стала отбивать её у Макса, так как думала, что младшая реально любит его, а портить её счастье не хотелось, в ущерб самой себя. Ви понимала, сколько всего они сделали неправильно, и было больно, что потеряли столько много времени, но это ничто, по сравнению с тем, что ещё будет впереди, они обязательно будут счастливы, шатенка это точно знает, ведь рядом с ней её малышка, её солнышко, которое даже спящая, светит ярче любого природного солнца. Ссориться с ней Малышенко просто ненавидела, даже когда что-то происходит в шутку, до такой степени неприятно, больно, хотелось убить себя, лишь бы не причинять ей боль словами или действиями в таких ситуациях. В какой-то степени не нравилось, что Лена может так легко и быстро простить, словно Виолетта недостойна этого, тоже корила себя, но сама Алексеева так не считала, она любила татуированную красавицу, нравилось даже в тишине лежать с ней, смотреть со стороны, как она чем-то занимается, как говорит и шутит. Это тот самый человек, которого она ждала, но так долго избегала... — Не спишь, да? — с ухмылкой спросила Елена, приподняв голову, когда проснулась, а затем сразу же пересеклась с взглядом зелёных глаз. — Да, давай ещё полежи немного, да собираться будем, — поглаживая талию, Виолетта продолжала смотреть в глаза, а потом чмокнула в носик, который сразу же сморщился. — Вииил, не делай так, — возмущённо произнесла младшая, а потом потёрла кончик носа о чужую футболку. — Можно я в твоих вещах поеду? — Можно, кис, ты можешь даже не спрашивать меня об этом, тебе можно всё, что угодно, — широко улыбаясь, произнесла шатенка, а потом приподнялась на локте, несколько раз целуя младшую в губы. — Ты вставай, я покушать нам возьму. — Я не хочу, бери себе, или там ешь, а я полежу пока что. — Тогда я не пойду, я не хочу, не голодная как-то. — Покушала бы, перед отъездом, — Лена протёрла глаза и села на край кровати, а Малышенко обняла её сзади. — Мне тебя хватит.