Независимо от обстоятельств

Микки вваливается в дом, как только Йен открывает дверь. На улице большими пушистым хлопьями падает снег, покрывая землю под ногами пуховым одеялом, отчего снаружи становится намного светлее. — Привет, Рыжик! — выдыхает Микки, будто он не ехал на машине, а бежал от Канадской границы на своих двоих без передышки и остановок. Йен шокирован и так рад появлению Милковича, что стоит в ступоре и не верит своим глазам. —Микки..? — Иди сюда, сучёныш, скучал по тебе, что пиздец! — Милкович сгребает тормозящее тело в охапку и втягивает запах Йена, утыкаясь носом в его шею. Йен обнимает Милковича, дабы убедиться, не глючит ли его в сочельник. — Ты так вкусно пахнешь, Мик, — пробубнил Йен, не отрываясь от шеи парня, Микки же упёрся носом в его ключицу. У Милковича бегут мурашки по спине, а его губы опередили его мысли: он тихонько коснулся ими шеи парня, потом ещё раз и ещё. Йен шумно вдохнул носом и тихо промычал, чуть крепче прижав Микки к себе и начав водить большими ладонями по его спине. Микки продолжал целовать его шею, зарывшись рукой в рыжий затылок, нежно массируя пальцами кожу головы. Йен в это время запустил руку под рубашку брюнета и начал гладить пальцами кожу, слегка сжимая и царапая её. Микки громко дышал носом и его поцелуи перешли от лёгких к интенсивным. Йен застонал и, слегка прикусив мочку уха, провел языком за ухом парня. — Бля, Йен... — прошептал Микки. — Прости, что без предупреждения. Сорвался в последний момент. Хотел сюрприз сделать. Йен касался губами шеи, виска, щеки и скулы Микки, нежно выцеловывая его кожу и приближаясь к губам. Через мгновение он уже приоткрытым ртом водит по пухлым губам парня. — Чёрт, Йен... — Милкович притягивает голову рыжего за затылок и погружает губы Йена в свой рот, нежно посасывая его губы, водя настойчивым языком, с каждым разом всё глубже погружая его в тёплый рот Йена. Рыжий мычит, втягиваясь в поцелуй и переплетет свой язык с языком брюнета, пока у обоих не заканчивается кислород. Йен отрывается от губ парня, хватая его лицо в ладони и прислоняя свой лоб ко лбу Микки. Они тяжело дышат, их носы соприкасаются, а глаза закрыты. — Боже, Мик... — Заткнись и поцелуй меня снова! — О, да! Так хотел тебя увидеть... Они медленно перемещаются в гостиную зону лофта, не разрывая поцелуя. Йен вслепую садится на диван, а Микки садится сверху на Йена, плотно прижимаясь своими бёдрами к его паху. Йен хватает Милковича за задницу и тянет на себя, слегка раскачивая его на своих коленях и оглаживая ягодицы Микки под тканью штанов. Мик стонет ему в рот и жмётся своим стояком к ширинке Галлагера. Йен кладёт одну руку на пах парня и начинает гладить его крепко стоящий член через штаны. — Йен, сраный боже... Ещё! — стонет Микки, подаваясь в руку парня под собой. Йен запускает ладонь в штаны и белье брюнета и начинает водить по стволу вверх и вниз, гладя большим пальцем текущую головку. — Ох, сука! Пиздец... Хочу... — скулит Микки, закатывая глаза и засовывая язык в глотку рыжего. — Не останавливайся, прошу, малыш... — ёрзая на коленях у Йена. Микки цепляется одной рукой то за шею, то за плечо Йена, кусает и постанывает, иногда что-то неразборчиво бормоча и охая. Его член так течёт, что становится мокрым полностью и никакой дополнительной смазки не надо. Йен распределяет рукой влагу по стволу то ускоряя темп, то снова замедляя, то сжимая сильнее, то снова нежно касаясь. Микки начинает подаваться в его кулак, ища ещё большего трения с большой умелой ладонью рыжего. Йен понимает, что от него требуют и ускоряет темп, периодически выкручивая кулак и не снижая скорость. — Оох, да, вот так, бляяяяя... Через пару минут Йен начинает чувствовать, как тело парня дрожит и напрягается. — Близко? — Ща кончу... — Давай, синеглазый! — Оххх, ебать... — Микки выгибает спину, подаётся пару раз в руку парня и Йен чувствует, как тепло разливается по его ладони. Микки тяжело дышит и его голова падает на плечо Йена. —Блять, блять... — шепчет Мик. Он трётся щекой о щеку Йена, потом сползает на пол и пытается расстегнуть пуговицу на его джинсах. — Помоги мне, Йен, хочу отсосать тебе... Йен рычит и быстро расправляется со своими джинсами, скидывая их на пол. Микки раздвигает его ноги и устраивается между ними на полу. Он берёт в руку член парня и проводит ею по стояку. Не мешкая, он тут же погружает член Галлагера в свой рот сразу на половину и тот стонет, откидывая голову на спинку дивана. Микки сосёт и закручивает свой язык вокруг ствола, а Йен запускает пальцы в волосы Микки и нежно надавливает, цепляясь за чёрные пряди. — Господи, Микки... — стонет рыжий, подаваясь бёдрами вверх и толкая свой член всё глубже. Микки расслабляет горло, максимально заглатывая. — Микки... Я близко! Микки!! — он пытается снять голову Микки со своего члена, но тот протестующие мычит и вжимается плотнее. — Я кончу сейчас, Мик... — Микки одобрительно мычит и Йен резкими толчками доходит до грани. — Мик, блять, Мик! Ох, бля... Микки глотает и высасывает Йена до суха, пока тот не начинает дёргаться всем телом от гиперчувствительности. Милкович обхватывает рыжего за талию руками и утыкается носом ему в низ живота. Они оба находятся в какой-то прострации, в коконе из вакуума, и когда приходит осознание только что произошедшего, каждому слегка не по себе. Всё случилось неожиданно и спонтанно, как-то само собой, но теперь эйфория рассеивается и вот, голова Микки лежит на голом животе Йена, синеглазый трётся носом о кожу и касается губами. Боже... Это так... Такого с Йеном давным-давно не случалось, а может и вообще никогда такого не было. Он и забыл уже эти ощущения тепла, ласки, близости. Да просто даже когда ему в последний раз делали минет! Господи... Может это вовсе... Может Микки уже и жалеет, что они зашли немного дальше, чем кто-либо из них рассчитывал? Но Микки продолжает выцеловывать низ живота Йена, нежно касаясь кожи губами, своими ахуенными губами. Его глаза закрыты и он втягивает носом запах кожи Йена. Галлагер запускает руку в мягкие волосы и пальцами проходит по чёрным прядям, опуская взгляд на лицо брюнета. Красивый! Пиздец какой! Микки поднимает глаза, отрываясь от живота рыжего и смотрит на него снизу вверх. — С Рождеством, веснушка! И глаза красивые, сейчас синие, с поволокой, а губы припухшие и влажные. И если Йен его больше никогда не увидит, то у него на подкорке отпечатается этот самый образ. — Я тебя когда первый раз увидел, то сразу понял, что ты нереальный, —х рипло говорит брюнет. — Какое-то наваждение... — Ты... У тебя очень красивые глаза, Мик. А я... Обычный я. Обыкновенный. — Обыкновенное чудо! — глаза смеются искорками голубого цвета. — Как твоё плечо? — переводит Йен разговор на другую тему, краснея маковым цветом. — Нормально, почти прошло уже, — Микки прислушивается к своём ощущениям — Не болит. — Давай, вставай, посмотрим. Микки осторожно поднимается и пытается натянуть штаны. Йен застёгивает джинсы и встаёт с дивана, чтобы осмотреть его плечо. Микки не даёт ему этого сделать, а просто берёт за руку и тащит на кровать. — Потом. Давай потом посмотрим, — он толкает Йена на кровать, а сам осторожно ложится рядом. Они лежат близко, лицом друг к другу, Микки гладит Йена по голове и проводит пальцами по его щеке. — Ты не один, слышишь? Ты не одинок, — тихо говорит Микки. — Ты снова уедешь, а я останусь здесь. — Я если и уеду, то вернусь. Я всегда сюда возвращался, помнишь? — По бизнесу. Теперь, видимо, ваш бизнес немного пиздой накрылся. — Хуйня всё это. Я... Тот раз, когда я встретил тебя, бегущего вдоль дороги, это была первая моя вылазка в эти края. Вообще в этом направлении работают Игги и Колин. Мои дела в Чикаго. Но Иг тогда сильно заболел, а Колин был занят делами в другом штате. Мне пришлось ехать вместо них. — И что? — И вернувшись я сказал, что теперь в эту сторону я буду гонять тачки. — Почему? — Потому. — Ёмко. — Тебя хотел видеть, вот почему! — Ты меня не знаешь. — Не знал. А теперь знаю. — Не настолько. — Достаточно. И потом, я твой должник. — Нет, Микки, ты мне ничего не должен, я тебе это уже говорил. — Ты не берёшь мои деньги, мне придётся расплачиваться с тобой как-то по-другому. — Не придётся. — Упрямый рыжий баран, — хихикает Микки. — Бываю. — Хочешь, чтобы я уехал и не возвращался?! — хмурится брюнет и сверкает глазами. — Не хочу, чтобы ты что-то делал, потому что считаешь себя должным. — Независимый? — С недавних пор. — Поэтому деньги не хочешь брать? Думаешь, что я такой же, как тот уёбок? — Нет, я не думаю, что ты такой. Но деньги не возьму. — Что мне для тебя сделать в таком случае? — Не уезжай. Никогда. — Я только что приехал. Я буду тут, пока ты меня не выгонишь или пока в Чикаго не случится какой-нибудь пиздец, с которым мои недалёкие братья не смогут справиться сами. — Я так... Так скучал по тебе, Мик... — Не верю. Покажи мне, как ты скучал. Микки аж потряхивает от близости и запаха Йена, не смотря на то, что он 15 минут назад кончил, в его теле снова нарастает дикое возбуждение и он снова не чувствует удовлетворенности. Йен наваливается сверху с тихим стоном и впивается в шею Микки. — У меня тут ни смазки, ни резинок. — Блять! — шипит Микки и соскакивает с кровати, быстро несясь к своей сумке, которую оставил у порога. Он роется в большом боковом кармане и в кулаках тащит всё, что может унести. — Вот, — выпаливает он, кидая всё это на кровать. — Всё, что тебе нужно. Давай, малыш, выбери всё, что надо и, блять, раздевайся скорее... — Микки просто трясет, как наркомана в ломку. А Йен — доза. Йена не нужно просить дважды, у него секса не было почти полгода. Он скидывает за полминуты всё, что можно с себя снять, хватает Микки и снова валит его на кровать. Брюнет на ходу стягивает футболку, а Йен стягивает с него всё остальное. Микки дышит глубоко и часто, очень шумно, чуть ли не со свистом. Господи, какой он горячий, просто охрененный. Они оба полностью голые, кожа горит и покалывает. Пиздец. Микки невменяем, Йен в полном ахуе. — Микки, милый. Что ты хочешь, чтобы я для тебя сделал? — Йен открыл какое-то второе дыхание, где есть функция говорить ртом то, что у тебя на уме. Отличный ресурс. — Он ещё спрашивает?!! — фальцетом поёт брюнет. Йен уже вжимает Микки в матрас, лёжа между его раскинутых ног. Он нежно целует его шею, ключицы, плечи. — Йен, займись со мной любовью. Жёстко, глубоко, долго и пиздец горячо. Так понятно? —рычит Милкович. — Понял. Держись, красавчик, выебу тебя так, что завтра ты не встанешь. Член Микки дёрнулся и выдал порцию смазки в таком количестве, что она потекла с конца на живот. Он услышал пошлый грудной стон и понял, что это его собственный. — Мик, блять, у меня полгода не было. Я могу кончить в любую секунду. — Заткнись, Йен. Я сам ментально кончил уже сорок раз. Подуй на меня и я кончу физически. — Замолчи нахуй! Я щас потеряю ориентиры. — Ох, малыш, как же я хочу тебя. Это какой-то пиздец. Мне щас сорвёт крышу. Сделай мне больно и сейчас это будет оргазм. Я выебал тебя мысленно за всё это время так, что удивительно, что ты ещё жив... — Да ты похотливый засранец... — Йен берёт всё в свои руки, забрало падает и он с рыком прижимает Милковича своим телом к матрасу. — Ну что, синеглазый, готов? — Йен садится на пятки и одну ногу Микки отводит в сторону, а вторую сгибает в колене и прижимает к его груди. Он хватает первый попавшийся тюбик со смазкой, открывает колпачок и выдавливает на пальцы лубрикант, чуть растирая, чтобы согреть её. Он касается пальцами кольца мышц и начинает распределять смазку, постепенно надавливая. Через пару минут два пальца легко скользят внутрь Микки, а сам он рычит и извивается от нетерпения и возбуждения. — Рэд, блять, я тебя умоляю, не томи... Я ща с катушек слечу... — Ещё один и всё. Подожди, Мик, не хочу, чтобы тебе было больно. — Я сейчас тебе въебу и больно будет тебе, — Йен проходит пальцами по простате и Микки стонет, выгибаясь в спине. — Ебаааа... Ооооох... Йен быстро вытаскивает пальцы, резким движением разрывает фольгу от резинки. — Не хочу с резинкой. Я чист. — Микки, бля... — Йен задыхается от такой перспективы, рычит, отшвыривает гандон и закидывает ноги брюнета себе на плечи. — Да, так малыш, именно так тебя хотел... — выдыхает Микки. Йен приставил головку ко входу Милковича и начал аккуратно толкаться внутрь, крепко держась за бёдра брюнета. — Мать твою! Конь, бля! Давай... Ещё... Не тормози, рыжий! — Горячий. Дьявол! Йен входит на всю длину и Микки стонет в голос. Галлагер останавливается и ждёт, когда парень под ним привыкнет к давлению. — Давай, тут стоянка запрещена, — нетерпеливо подначивает Микки. Йен хватает его за ягодицы, приподнимает чуть выше и начинает набирать темп. Микки стонет в голос, матерится и подаёт бёдрами ему навстречу. — Как же, блять, ты хорош, Микки. Пиздец, горячий. Такой узкий, такой красивый... — Йен не может остановить поток похвалы. Микки выгибается и насаживается, снова и снова. — Кончу так, прекрати ёрзать! Кончу, блять! — Мик хватается за свой член и за несколько движений доводит себя до грани. — Йен! Йен! Щас, Йен! Ох, бля... Йеееее... — тело Микки напрягается, дрожит и его грудь и живот покрываются белесыми полосами спермы. Этот вид толкает Йена с края. — Мик, я щас... Кончу... — Не смей выходить, кончай в меня! — рычит Микки, понимая, что тот хочет сделать. — Ох, да ёб твою ж... — стонет Йен и в несколько глубоких толчков заливает в Микки плоды своего экстаза. Галлагер падает сверху на парня и стонет тому в шею. Микки в прострации, он почти в отключке, автоматом заключая Йена в объятия. Так они лежат минут пятнадцать, приводя дыхание в норму. Йен выскальзывает из Микки и сползает, ложась рядом. — Микки... — Рэд? — Ещё минут десять и мы продолжим. — Святое дерьмо! Откуда ты такой ахуенный взялся? Двумя руками только ЗА. Через ещё 4 раунда и 3 часа Микки действительно не смог встать с постели. Йен тащит всю еду из холодильника в постель и они полулежа сметают половину запасов, целуются жирными от индейки губами, и пьют шампанское из горла. Всё, что брюнет умудряется пролить на себя, Йен с готовностью слизывает. Он всё время смотрит на Микки и касается его, все ещё не веря, что тот реально сидит голышом в его постели и ест с диким аппетитом всё то, что приготовил Йен сам. — Чего ты так смотришь на меня, Рэд? — Никак не могу поверить, что ты здесь. Я так счастлив... — Я здесь, Веснушка, здесь. Не мороси! — Даже не сказал, что приедешь, засранец! — Говорю ж, сюрприз хотел сделать. — А вдруг я бы тут был не один? — хихикает рыжий. Микки перестаёт жевать и лупит на Йена. — Ну, тогда бы пришлось сначала убить твоего гостя, а только потом тащить тебя в койку. Просто время бы потеряли, — с серьёзным видом отвечает Микки. — Ты же даже не думал, что так может быть. Правда? — Не хотел так думать. — Это правильно. Я только о тебе думаю всё время. Не могу выкинуть тебя из головы. — Нихуя себе!!! Чего это ты меня пытаешься из головы выкинуть? Я протестую! — У меня всё равно нихера не получается! — улыбается Йен. — Смотри у меня, Веснушка! — рычит брюнет, отламывая от индейки ещё одну ногу. — Я тебя в плен возьму, буш мне готовить, — хихикает Микки. — Возьми, яне против. — Я тебе не Эшвуд: насмерть зацелую, не успеешь от меня съебаться. Йен убирает с колен Микки блюдо с ополовиненной птицей, отставляя его на пол. Сам ложится головой на ноги Микки, обхватывая его руками. — Слышь, пряник, ты чего? — Микки отгрызает за раз полноги. — Я скучал по тебе, Микки Милкович, — тихо говорит Йен. — Вот. С этого надо было начинать. Я тоже скучал. Гнал, как мог. Штрафов за превышение придёт уйма. — Я оплачу. — Я чё, твоя сучка, штрафы за меня платить? — Моя, — хихикает Йен. — Долбоёб, — Йен слышит теплоту и улыбку в голосе парня. — Твой долбоеб, — тихо подтверждает Йен. — Мой, если тебя это не пугает. Не хочу, чтобы ты думал, что я как он, — также тихо отвечает Микки. — Перестань, я даже не думал сравнивать. — Пошли в душ. Я весь в сперме, смазке и индейке. — Давай, иди. Я пока еду уберу. Микки кряхтит, аккуратно вставая с кровати. — Тебе помочь? — улыбается Йен. — Иди в жопу, юморист. Нет, чего это я... Какое в жопу. Йен заливается смехом и Микки нехотя улыбается в ответ. — Придурок. Нихуя не смешно. — Это я ещё старался. А если бы тебя слушал, ты б вообще как поролоновая крыса был — разорвал бы тебя в клочья. — Заткнись, рыжий конский член! Микки, хромая на обе ноги и покрякивая, пошёл в ванную. Йен убрал еду в холодильник и сменил постельное белье. Потом зашёл в ванную и залез к Микки в душ. — Давай я тебе спинку потру, — Йен водит руками по телу Милковича. — Ты мне уже простату так потёр, что я еле на ногах стою. — Претензии? — Ни в коем разе. Я в восхищении. — То-то же! Давай мочалку сюда. Они завалились на чистую постель и Йен обнял Микки, положив на него сверху и ногу. — Ты красивый, Мик. — Я обожаю тебя, Рэд, — гладя того по лицу, сказал Микки. — Я от тебя просто без ума, — шепчет Йен в темноте. — Мне это нравится. Потому что это взаимно, печенька. ------------------------ — Господи, Йен, я сейчас кончу! — Милкович просыпается от жара внизу живота и надвигающегося, как локомотив, оргазма. Йен с чпокающим звуком выпускает член Микки изо рта и подтягивает его бёдра ближе к своему лицу. — Хм, в этом весь смысл, не так ли? — урчит лохматая медная голова между ног брюнета. — Или может ты не хочешь? Кончать. Пока, — хитро жмурится конопатое лицо. — Йен подтягивает подушку и запихивает её Микки под бедра. — Что ты заду...? Ооооххх, бляаать! — рыжий ныряет ниже и запускает свой горячий юркий язык между ягодиц Милковича, настойчиво проводя им от копчика до члена. — Йен, Йен... Это... Пиздеее... — стонет брюнет во весь голос, сжимая в кулаки простынь. Йен максимально разводит согнутые ноги парня в стороны и толкает их вверх, к груди, полностью открывая себе доступ. Он разводит ладонями ягодицы и жадно вылизывает, покусывает и целует. — Что ты... д-делаешь... со мноооохххх.... — Милковича трясет и выгибает навстречу ненасытному рту. — Съем тебя, — бубнит рыжий, отрываясь на секунду от ласк. — Тебе нравится? М? — кружит языком, засасывает нежную кожу. — Я... Мне пиздец, —уже мало что соображая выдыхает Микки. — А если вот так? — и Йен запускает язык в кольцо уже расслабленных мышц, с каждым разом погружаясь всё глубже, максимально глубоко. Микки уже ничего не может сказать, он только хнычет и подаётся навстречу горячему мокрому дыханию. — Нравится, — констатирует Йен. Ещё пару минут он вытворяет что-то такое, от чего у Микки начинают дрожать бёдра, а по щекам текут слезы от экстаза и невероятных ощущений. Йен отрывается от задницы парня, погружая в него один палец до самого конца и чуть сгибая его в нужной точке, а ртом насаживается на член. Микки вздрагивает и тут же бурно кончает в умелый рот. Он жмурится, закатывает глаза и хрипло стонет, откидывая голову назад, задыхается и практически плачет. Йен полностью высасывает из него всю сперму, душу и сознание. Он прижимает Микки сверху стоим телом, аккуратно вытаскивая палец и покрывает шею и плечи Микки лёгкими поцелуями, нежно гладя рукой по бедру. — Такой хороший, — поцелуй, — такой сексуальный, — поцелуй, — чувствительный, — поцелуй, — отзывчивый, — поцелуй. Микки дышит через приоткрытый рот. Его глаза закрыты, а к виску ползёт слеза из внешнего уголка глаза. Йен подбирает её губами, целуя мокрое от слез лицо. — Мик, ты чего? Микки..? — Ммххрм... — Господи, ты чего?! — Рядом... — единственное, что он смог внятно прошептать и похлопал рукой по матрасу рядом с собой. Йен аккуратно ложится рядом, натягивая на себя и Микки одеяло. Он недоумённо и испуганно смотрит на брюнета, а тот как желе распластался и лежит, не двигаясь и не открывая глаз. — Водички принести? — Просто заткнись и полежи рядом, — бубнит Микки. Йен тихонько лежит на подушке на боку, вглядываясь в лицо Микки. Через 20 минут Милкович открывает глаза и поворачивает к Йену голову, глядя ему в глаза. — Я что-то не то сделал? Да? — шёпотом спрашивает рыжий демон, округлив свои малахитовые блюдца. — Ага. — Что? Почему ты не остановил меня? — Сломал меня для всего остального мира... —Микки... Я не... не понимаю... Прости, что я... что я не так? Микки толкает Йена на спину и наваливается сверху, утыкаясь лицом в его шею. Йен аккуратно обнимает его за плечи, боясь снова накосячить. — Почему ты... плакал? — Не знаю, — глухо бубнит Микки ему в шею. — У меня такое впервые. — Какое такое? — Ну, то, что ты делал. И слёзы тоже. — Прости, я больше не буду. — Не-а, будешь. Ещё как будешь. Теперь это твоя блядская миссия в этом бренном ёбаном мире, — Йен чувствует, что Микки улыбается. — Так что? Тебе понравилось? — Галлагер, ты дурак что ли? Ты меня своим языком до слез довёл. Я, блять, сознание потерял! — Я? Оуу... Так это? Это потому что приятно было? — Приятно?! Приятно, это когда спинку чешут там, где сам достать не можешь. Это было пиздецово-ахуительно, волшебно! — О, Мик, ты просто немного напугал меня. — Я сам мальца испугался. — Тебе раньше никто никогда..? — Нет! — Лестно, что я первый, — ухмыляется Йен. Микки всё таки отрывает голову от его шеи и смотрит ему в лицо. — Надеюсь и последний. — Было бы идеально. — Давай посмотрим, что я могу для тебя сделать, чтобы было все идеально, — хитро жмурится Микки, сползая вниз и ныряя под одеяло. Через десять минут утро Рождества стало совсем идеальным. ------------------------ Пару дней парни провели не вылезая из дома. Еды было навалом, а у Йена была пара выходных, так что они прекрасно провели эти праздничные рождественские деньки: трахались, ели, спали. Животный примитив — настоящее человеческое счастье! Утром 27-ого декабря Йен встал рано, стараясь не разбудить Микки. Он тихонько собрался и вышел из дома, решив не шуметь и перекусить на работе, благо кофе и сэндвичей на заправке было в достатке. "Хей, Микки! Я на работе, смена до семи. Вернусь домой к половине восьмого. Не скучай, синеглазый, до вечера! Целую. ЙГ." Когда в девять Йен так и не появился дома, а его телефон уже с обеда отвечал автоответчиком и не было ответа на сообщения Микки, парня начало тихонечко потряхивать. У него было скверное предчувствие чего-то очень нехорошего. Микки быстро оделся, прыгнул в тачку и полетел в сторону заправки.