запах мандаринов

      — Олег, ну я же тебе сказал о том, чтобы ты не вешал стеклянные шары на нижние веточки, — негодовал Дима, смотря на разбитую елочную игрушку и рядом лежащую собаку, которая виновато опустила уши.       парень в комнату заходит и картину маслом видит, как возлюбленный около добермана стоит и в руках держит несколько осколков шарика стеклянного, печальным взглядом карих глаз одаривая Шепса.       — ну, Дим, прости меня, забыл совсем, что Фоукс любитель смахнуть все, что видит перед собой лапой, — ответил шатен, подходя ближе, и приобнимая за неприлично тонкую талию Матвеева, — не волнуйся, котенок, сейчас уберём и все будет хорошо.       а Олег полностью спокоен. не волнуется за произошедшее ни на миг и знает, что парень на него не в обиде, просто делает вид, чтобы к нему подошли и обняли. и игрушка елочная тоже не была большой потерей, обычный кусок стекла, который не несет в себе ничего, кроме символичности к новогоднему празднику.       Дима супится, когда к нему подходят и обнимают нежно, слегка поглаживая. действительно не обижен на чужую опрометчивость, знает же, что возлюбленный это сделал не со зла. они обязательно уберут все вместе, снимут остальные шары, которые висели на том же уровне, куда может дотянуться пес.       Новый Год был придуман не для того, чтобы ругаться по мелочам, а попрощаться со всем, что произошло за 365 дней. забыть все слезы, которые были пролиты, ненастья, подкравшиеся так незаметно. даже мимолетные улыбки и поцелуи украдкой стоит оставить там же, чтобы создать место для новых.       в последнюю неделю и без того шумный столичный город оживал по новой: заливались катки, украшались улицы, квартиры. магазины были переполнены толпами людей, спешащих купить недостающие продукты и заполнить свой дом запахом хвои и мандаринов. а они не особо то и спешили. елка была поставлена еще в начале декабря, когда Диме в голову ударило новогоднее настроение, а под столом лежали целые вязки этих оранжевых шариков, которые исчезнут уже через день-два.       они словно выпали из этого мира, не выходя из дома несколько дней, не считая выгула общей собаки, завести которую было полностью инициативой Димы, но кто Олег такой, чтобы отказать своему мальчику осуществить давнюю мечту детства? уживаются спокойно с этой черной мордой, хоть иногда со стороны четвероного и бывают напады в виде ревности, которые Олег тактично игнорирует и надеется, что проснется с сухими тапками.       — давай скорее убирать, новый год уже через несколько часов, и я не хочу откладывать на потом, — готовит Дима, еще раз оценивая взглядом все происходящее.       — уберем, обязательно уберем, — все так же спокойно говорит Шепс, целуя кратко любовника в щеку и сразу же ощущая на себе пристальный взгляд более мелких карих глазок.       конечно, чувствовать соперничество с домашним питомцем за своего парня — бред полный, но иногда Олегу очень нравится видеть это недовольство, словно перед ним не собака, а настоящий человек, который все понимает.       это их первый совместный Новый Год, на котором не будет крупных семейных застолий, громкой музыки и всего прочего, свойственное для празднования в кругу семьи. и Шепс этому очень даже рад, имея за собственными плечами неимоверное количество родственников, которые собираются в не особо просторном зале и веселятся по полной. сейчас такого не будет. в их доме не будет громкой музыки и разговоров, пьющих и кричащих людей, посиделок до самого рассвета. лишь тишина и уют, которую так любит Дима, а Олег не имеет права отказать и не выполнить хоть и столь маленькую, но значимую прихоть.       Дима как на иголках сидит, считая последние минуту до полночи. вот-вот начнется поздравление президента со словами о том, как же тяжелый был год и сколько всего они пережили, прозвучат куранты, и можно сказать, все начнется с чистого лица. вот кажется, что просто несколько сотен лет назад люди просто так символичную дату для праздника придумали и охарактеризовали рождением Христова, но нет. ощущаешь этот мандраж, словно сам сейчас переродишься и минуты на минуту.       Олег видит, как возлюбленный не понимает, за что ухватиться: за бокал вина, телефон, или пальцы стоит переплести. правой рукой краешек собственного новогоднего свитера сминает и куда-то в сторону смотрит расфокусировано. берет татуированного за руку, большим пальцем аккуратно начиная поглаживать бархатную кожу, в попытках в карие глаза заглянуть, которые в темноте совсем черными кажутся. улыбку мягкую не сдерживает, одаривая ею возлюбленного. кажется, в этой улыбке собралось все то добро, которое под масками злости прячут злые люди изо дня в день. и эта улыбка светила только для Димы и никого больше. годами копил положительные эмоции, чтобы вручить их тому самому, а теперь до конца жизни уж точно хватит.       по телевизору кухонному уже слышится до боли знакомый голос президента, и да, как и следовало ожидать, поздравление тоже не особо отличаться от всех предыдущих будет. даже безэмоциональная подача остается той же. Дима взглядом вперяется в экран, но не слушает вовсе. боковым зрением наблюдает за тем, как Олег дорогое игристое по бокалам разливает, чтобы праздник символически отметить, а затем в свою комнату уйти, позабыв про все салаты и прочие закуски.       начинают раздаваться звуки фейерверков, куранты пробивают, а часы показывают полночь. Дима улыбается и уже бокал в руку берет, желая пару глотков сделать, пока на телефон летят множественные сообщения с поздравлениями на Новый Год. вот только опомниться не успевает, как вдруг Олег к чужим губам склоняется, начиная в поцелуй утягивать. ждал этого трепетного момента, слегка волнуясь как школьник. широкую ладонь на чужую щеку кладет и к себе поудобнее разворачивает, блаженно глаза прикрывая, когда на этот поцелуй отвечают. решил вместо тысячи слов поздравлений и признаний в любви выразить это через одно, на первый взгляд, незначительное действие, но очень значимое для них двоих.       

      осколки убраны в мусорное ведро, гирлянды включены, а свет потух.

из приоткрытой форточки сочится прохладный ветерок, желающий заморозить и застудить.

хочет пробраться в квартиру, испугать своим приходом, пробраться в легкие.

но именно их это обходит стороной.

      горящие и переполняющиеся от любви сердца не способны замерзнуть, даже в морозный январский день.

не подвластно холоду спугнуть эту влюбленность и испугать тех, кто свой семейный очаг хранит,

прячась от родственников и знакомых, чтобы не дай бог не узнали.