Место встречи - заброшка, гитара на крыше, а поцелуи всё ниже

Ибо садится на неровную, полуразбитую кирпичную кладку и наблюдает за парнем в метрах десяти от себя. Тот, кажется, не замечает присутствия постороннего и что-то ищет, а потом перегибается через торчащие из бетона толстые жестяные прутья арматуры и смотрит куда-то вниз. - Если ты собрался спрыгнуть с крыши, то это здание не лучший вариант, - громко говорит Ибо, щёлкает зажигалкой и прикуривает. - Высота маленькая, не убьешься. Парень оборачивается, но Ибо не может разглядеть его лица. Солнце светит прямо за спиной парня, и он превращается в один сплошной чёрный силуэт. Парень приставляет руку ко лбу наподобие козырька и смотрит на Ибо. - Я и не собирался. Парень пожимает плечами и приближается к Ибо. - Ты не видел тут мою гитару? Я вчера её здесь оставлял, а теперь её нет. Парень приближается к Ибо практически вплотную и теперь смотрит на него сверху вниз. Высокий, должно быть, чуть выше Ибо, худощавый. Потертые серые джинсы, ветровка чёрного цвета и футболка с кривоватым смайликом и надписью Nirvana. "Наверное, фанат", - думает Ибо. Волосы чуть отросшие, чёрные, падают на выразительные глаза и длинные ресницы. Кроссовки в пыли и кирпичной крошке от того, что он лазил по этому заброшенному зданию. "Красивый, - решает Ибо. - Я бы такому дал. Или взял. Ай, пофигу". Ибо выдыхает сигаретный дым парню в глаза, тот хмурится и машет рукой перед лицом. - Вот эту? - спрашивает Ибо и приподнимает чёрную гитару с лакированной декой и плетеным ремнём. - Ага, её! - глаза парня загораются, он тянется к грифу, но Ибо отводит руку. - Ты чего? - возмущается парень. - Я нашёл её вчера ночью, тут на крыше. Значит, она моя, - заявляет Ибо. - Я забыл гитару здесь вчера, - голос парня звучит раздражённо. - На ней есть моё имя, - парень показывает пальцем в сторону грифа. На грифе, действительно, вырезаны два иероглифа и выкрашены золотистой краской. Но Ибо так просто сдаваться не собирается. - Покажи документы, что это твоё имя. - Да пожалуйста, - закатывает глаза парень и достаёт права. Это права на мотоцикл и у Ибо загораются глаза. Он бы хотел прокатиться. Но нужно проверить имя. Ибо губами зажимает сигарету, одной рукой держит запястье парня, чтобы тот не убрал документ, а второй рукой держит гриф гитары. Иероглифы совпадают: "Сяо Чжань". Ибо нехотя отдаёт гитару. Сяо Чжань бормочет "Спасибо" и перекидывает ремень через грудь, цепляя инструмент на себя. - Эй, почему ты забыл её здесь? - Ибо не хочет, чтобы Сяо Чжань уходил. - Напился да забыл. - А зачем напился? - Ибо выдыхает сигаретный дым, бросает окурок на пол и растирает носком кеды. - Вчера была годовщина смерти отца... - отвечает Сяо Чжань совсем тихо, но Ибо его слышит. - Хочешь курить? - спрашивает Ибо и достаёт из кармана пачку. Сяо Чжань пожимает плечами и садится рядом. Сяо Чжань увидел этого парня минут пять назад, но делает вид, что не замечает. Вчера он жутко напился и потерял бумажник и гитару на этой заброшке. К счастью, бумажник удалось найти сразу, из него даже ничего не пропало. Хотя не то чтобы кого-то заинтересуют 50 юаней и купон на скидку в лапшичную, который истёк полгода назад. А вот гитару было жалко, её он никак не мог найти. Он не видел этого парня прежде и не знал, зачем ему гитара, поэтому просто решил спросить: - Почему ты хотел забрать мою гитару? Парень молчит, протягивая сигарету Сяо Чжаню, и щелкает зажигалкой. Сяо Чжань никогда не курил и не знал, зачем согласился. Этот парень выглядит интересным, и Сяо Чжаня почему-то тянет к нему. На нём вязаная чёрная шапка, длинные чёрные волосы закручиваются на концах и лезут в глаза, а у парня красивые глаза. Чёрная майка с глубоким вырезом оголяет ключицы и грудь, обычные голубые джинсы и потрёпанный чёрный пиджак, явно не по размеру. Парень прикладывает сигарету к губам, и Сяо Чжань замечает, какие они упругие и припухшие. "Наверняка, с ним приятно целоваться", - предполагает Сяо Чжань. Он затягивается сигаретой, предложенной парнем, и закашливается. - Ты ведь не куришь, правда? - усмехается он. - Зачем соглашался? - Не знаю, - жмёт плечами Сяо Чжань. - Я немного умею играть, - говорит парень, отвечая на вопрос Сяо Чжаня. - Но предки так и не согласились мне её купить. Я знаю всего пять аккордов и немного умею управлять медиатором, но было бы круто научиться. Научишь меня, Чжань-гэ? - Чжань-гэ? - Я видел твоё имя и дату рождения на правах. Ты старше меня на два года. Меня Ван Ибо зовут. - Приятно познакомиться, - отвечает Сяо Чжань и широко улыбается. И Ибо понимает, что пропал. Они встречаются снова через два дня, уже по договорённости. Сяо Чжань заканчивает с подработкой в пять, а у Ибо занятия в колледже до трёх, так что он приходит раньше и просто ждёт Сяо Чжаня на крыше. Он притаскивает с нижнего этажа два более-менее целых кресла, стряхивает с них пыль и ставит в углу крыши, в самом, на его взгляд, безопасном месте. Сяо Чжань приходит около шести с пластиковым пакетом в руках. Сегодня на нём форменная куртка с большим мультяшным баоцзы на спине. - Тут на списание были баоцзы, у них сегодня заканчивается срок хранения. Будешь? - Давай, - соглашается Ибо и хлопает по соседнему креслу. - Пока тебя не было, я создал тут уют. Сяо Чжань смеётся и садится рядом. Какое-то время они просто едят паровые булочки с мясом и запивают колой. Ночь в Китае наступает быстро. Словно чья-то неведомая рука выключает солнце в 18:50. Заброшенное здание находится в безлюдном квартале. Здесь даже фонари не горят. Ибо тянет руку в пакет за баоцзы, но случайно промахивается и накрывает ладонью пах Сяо Чжаня. Ибо неловко убирает руку, а Сяо Чжань делает вид, что ничего не случилось. Какое-то время они сидят в тишине, а затем Ибо спрашивает: - Ты можешь рассказать мне об отце? Сяо Чжань молчит некоторое время, и Ибо думает, что тот не хочет поднимать эту тему, но Сяо Чжань отвечает: - Он был хорошим человеком. Немного строгим, немного неряшливым. Мы не часто общались, он постоянно был на работе. Но однажды он предложил мне научиться играть на гитаре, и я стал ходить на занятия. - Это он тебе подарил ту гитару? - Ага. Но однажды он заболел. Сначала было похоже на обычную простуду, но потом у него нашли опухоль. Врач говорил, что это всё из-за нервов. В компании, где работал отец, был кризис, а он был в Совете директоров. Мы потратили много денег на его лечение, влезли в долги, продали дом.. Меня лишили музыкалки, а через полгода он внезапно умер, хотя я слышал версии про самоубийство. Сяо Чжань ненадолго замолкает, постукивая пластиковой бутылкой себя по острым коленкам. - Мама купила маленькую квартирку на окраине с двумя комнатами для нас двоих и гостиной. Я лишился возможности учиться в университете, а матери пришлось найти работу. Она работает в хорошей фирме, секретарём, а я просто коплю себе на учёбу. Если удастся сдать гаокао следующей весной, то с сентября буду студентом. - Это круто, - искренне радуется Ибо и хлопает Сяо Чжаня по плечу. - Жалко твоего отца. - Мне тоже, - кивает Сяо Чжань. - Чжань-гэ, а у тебя есть девушка? - Не-а, а у тебя? - Тоже нет. - А парень есть? - спрашивает Сяо Чжань, и Ван Ибо закашливается сигаретным дымом. На прощание они обмениваются ви-чатом и договариваются встретиться на выходных. Ибо просит принести гитару, и Сяо Чжань соглашается. Ибо притаскивает с помойки столик и тщательно протирает его тряпкой, которую смочил бутылированной водой. Затем протирает и кресла. Сегодня Ибо слегка принарядился: надел чёрную рубашку с белой футболкой, тёмные джинсы и помыл любимым шампунем голову. Сегодня он без шапки и с хвостиком на затылке. Ибо хочет послушать игру Сяо Чжаня на гитаре и так волнуется, что покупает несколько бутылок пива, закуски к нему и прихватывает толстую свечу, ну так, для атмосферы. - Расскажи что-нибудь о себе, - просит Сяо Чжань, пока подкручивает колки, настраивая гитару. - Не знаю, что сказать. Я из простой семьи с достатком чуть ниже среднего. Даже комнаты своей у меня нет, приходится делить её с дядей. Он работает вахтовым методом, так что часто уезжает на несколько месяцев, и тогда я могу жить один. - Слушать любимую музыку и дрочить, когда приспичит? - шутит Сяо Чжань. Ибо усмехается. - Типа того. Я учусь в колледже на ветеринара. Самим врачом я не буду, но могу ассистировать при лечении пушистиков. - Это круто, - одобряет Сяо Чжань и перебирает струны, прислушиваясь к звуку. - А ещё у меня есть собака. Сиба-Ину по кличке Рыжик. - Покажешь потом? - заинтересованно спрашивает Сяо Чжань. - Приходи в гости на неделе. Дяди не будет дома до четверга, а предки работают до позднего вечера, - хитро улыбается Ибо. - Будем слушать музыку и дрочить, когда вздумается? - ляпнул Сяо Чжань. - Ну-у, если тебе этого хочется... Сяо Чжань заканчивает с настройкой гитары. Они немного выпивают и закусывают чипсами и копчеными сосисками. Ибо зажигает сигарету и затягивается. Он нервничает. - Сыграешь что-нибудь? - Могу, - отзывается Сяо Чжань. Он закидывает ногу на ногу и кладет гитару на колено. Он некоторое время разыгрывает разные аккорды, а потом кашляет, прочищая горло. Ибо прикрывает глаза и откидывается на спинку кресла, слушая медленные переливы струн и мелодичный, ласковый голос. Ибо никогда не слышал этой песни раньше. Это была история о мальчике, который однажды увидел цветок необычайной красоты и хотел сорвать его, но утром обнаружил, что на клумбе этого цветка больше нет. Мальчик отправился по свету искать цветок, но сколько бы он ни искал, так и не смог найти, а всё потому, что тот ему приснился. Песня была волшебной сказкой, но закончилась довольно грустно. Сяо Чжань исполняет красивый проигрыш, завершая песню, а затем кладет гитару себе на бёдра, декой наверх. - Наверное, слишком грустно получилось, да? - спрашивает Сяо Чжань. Но Ибо не отвечает. Он садится ровно, отводит руку с сигаретой в сторону, а другой обхватывает шею Сяо Чжаня, притягивая к себе за затылок. Сяо Чжань вздыхает от неожиданности и чувствует мягкость и упругость губ Ван Ибо. Они именно такие, какими Сяо Чжань их себе представлял. Дыхание Ибо горячее, обжигает верхнюю губу. Поцелуй горьковато-кислый из-за сигарет, а потому кажется Сяо Чжаню порочным, опасным. Ибо целует медленно, но уверенно, ведет в поцелуе, не позволяя отстраниться. Кончиком языка Ибо проникает в рот Сяо Чжаня, осторожно лаская, заставляя снова ощутить горечь табака на своём языке. Сяо Чжань чувствует напор Ибо и отдаётся во власть ощущений. Поцелуй откровенный и горячий. Ибо ласкает язык Сяо Чжаня в его рту, а тот стонет в поцелуй и сжимает в кулаке майку Ибо. Они встречаются вновь на следующей неделе, Ибо просит Сяо Чжаня взять с собой гитару, но Сяо Чжань не дурак и понимает, к чему ведёт Ибо, а потому берёт с собой смазку, презервативы и на всякий случай немного растягивает себя в душе. Ибо понимает, что слишком спешит, но ничего не может с собой поделать. Всё утро он прибирается в комнате, застилает кровать свежим бельём с разномастным рисунком и даже делает вкусные бутерброды с поджаренным яйцом. За час до прихода Сяо Чжаня он идёт в душ, надевает лучшее бельё и домашние джинсы и белую майку. Сяо Чжань звонит в дверной звонок, и Ибо тут же оказывается на пороге. - Привет! - Заходи, - приглашает Ибо внутрь и немного волнуется. К нему редко приходят в гости. - Давай гитару сюда. На звук звонка выбегает рыжая сиба-ину и весело прыгает вокруг гостя, так и норовя толкнуться носом то в бедро, то в ладонь. Сяо Чжань приседает рядом и чешет собаку за ухом. Рыжик просто вне себя от восторга и лидер щеку Сяо Чжаня. - Рыжик, не переставай к людям! - строго говорит Ибо и грозит собаке пальцем. Та смотрит на него, наклонив голову, и не понимает, о чем он толкует. Ибо вздыхает, бережно берёт чехол с гитарой и относит в свою комнату, а затем возвращается к Сяо Чжаню. Тот в это время находится в ванной и моет руки. - Я сделаю кофе. Перекусим? - кричит он Сяо Чжаню. - Давай. Рыжик, не прекращая, продолжает вертеться между парнями, пока Ибо строго не говорит ему идти на место. Сяо Чжаню нравится стряпня Ибо. Они болтают о пустяках, пьют кофе и едят тостовый хлеб с сыром и глазуньей сверху. Сяо Чжань постоянно пачкает руки в жидком яйце, а затем облизывает испачканные пальцы. Ибо протягивает ему салфетки. Это слишком соблазнительно. - Слушай, ту песню, что ты мне играл на крыше, кто её исполняет? Я раньше её не слышал. - Я сам её написал, - смущённо отзывается Сяо Чжань. - Круто! - Ибо, действительно, восхищён. Ему хочется узнать, что ещё написал Сяо Чжань и просит его сыграть. Они запираются в комнате Ибо, и Сяо Чжань вытаскивает гитару из тканевого чехла, осторожно, чтобы не вытащить тканевую сумочку, в которую он спрятал презервативы, смазку и сменные трусы. Сяо Чжань усаживается на постель Ибо, а тот садится рядом. Сяо Чжань вот уже несколько лет пишет песни, и мог бы уже сыграть целый сольный концерт, если бы только нашлись слушатели. Сяо Чжань говорит, что эта песня новая и ещё сырая, но Ибо просит сыграть. И Сяо Чжань поёт песню о мечущейся душе, которая никак не может отыскать свой путь. Она ищет, чем бы ей заняться в этой жизни, пока не натыкается на такую же ищущую душу на пустынной крыше. И Ибо понимает, что эта песня о них. Ибо хватает Сяо Чжаня за руку, струны дрожат, и их расстроенный звеньк режет уши, но ему всё равно. Ибо убирает гитару в сторону, на пол, приставляя грифом к краю кровати. Сяо Чжань не понимает, что происходит, пока его не толкают на подушки. Он удивлённо ахает, а затем чувствует вес Ибо на себе. - Чжань-гэ, - шепчет Ибо и жадно целует, оседая горьким вкусом на языке Сяо Чжаня. Ибо целует жадно, мокро, неистово, забирается ладонью под футболку Сяо Чжаня и не даёт ему возможности опомниться. Тот стонет, тяжело дышит и рвёт резинку на хвостике Ибо, заставляя волосы рассыпаться по лицу. - Чжань-гэ, я люблю тебя. Ты веришь мне? - шепчет Ибо, глядя в помутневшие глаза Сяо Чжаня. - Верю, - улыбнулся Сяо Чжань. - Вот только как ты успел так быстро влюбиться? Вопрос повисает в воздухе. - Не знаю, - честно отвечает Ибо и пожимает плечами. - Наверное, это наша биохимия. Сяо Чжань неспешно раздевается до пояса и снимает майку с Ибо. - Поцелуй меня, - шепчет Сяо Чжань и притягивает парня к себе. Губы терзают губы, не в силах дарить нежность, Сяо Чжань осторожно потирается бедром о пах Ибо, ощущая твёрдость его члена. Они оба ни в чем не уверены, но прыгают в омут с головой. Ибо вытягивает покрывало из-под Сяо Чжаня и бросает его на пол разноцветным комком. Ибо опаляет горячим дыханием кожу Сяо Чжаня и едва касается губами, вдыхая аромат его кожи и пота. Сяо Чжань притягивает Ибо к себе за затылок, тот усмехается и целует шею за ушком. Сяо Чжань равно вздыхает и прикрывает глаза. Ибо, не торопясь, опускается поцелуями всё ниже и ниже: целует местечко у сердца, языком обводит сосок и опускается всё ниже и ниже, пальцами скользя по линии пояса джинсов, заставляя Сяо Чжаня приподнять бёдра от нетерпения. Сяо Чжань млеет от ласковых рук на своём теле, от того, где и как длинные внимательные пальцы и губы ласкают его. Он упирается щекой в жестковатую подушку и чувствует запах свежих простыней. Ибо чуть надавливает ладонью Сяо Чжаню между лопаток, побуждая прогнуться. Он медленно заполняет его собой, заставляя Сяо Чжаня протяжно и сладко стонать. Чуть позже они лежат вдвоём в постели, лицом к лицу на расстоянии меньше ладони. Их ноги переплетены между собой, а тёплые руки согревают в объятиях. Сяо Чжань обводит по контуру губы Ибо, а Ибо кончиком пальцев скользит по лицу, касаясь всех точек-родинок, которые заметил ещё при первой встрече. - Я люблю тебя, - шепчет Ибо и кончиками пальцев скользит по плечу вниз к длинным изящным пальцам на маленькой ладони. - Я люблю тебя, - вторит Сяо Чжань ласково улыбаясь, будто утреннее солнышко. 🎶 Праздно шатаясь по крыше, видишь мир совсем иным, 🎶 И привычный пейзаж отныне отчего-то стал другим. 🎶 Шагая вперёд и вперёд, без целей, а просто так, 🎶 Видишь мир не таким уж унылым, а проблемы теперь пустяк. 🎶 Я вечно ищу кого-то, или что-то, не знаю сам... 🎶 Пока не наткнусь на кого-то, одиноко сидящего там. 🎶 Сизый дым ползёт мимо пальцев, так медленно и не спеша, 🎶 Я иду к тебе медленным шагом, кирпичной крошкой шурша. 🎶 Ты делаешь вид, что не видишь, но я взгляд твой ухватил, 🎶 Ухмылка на пухлых губах, и гитара, что я позабыл. 🎶 На той крыше время, как будто, течёт своим чередом, 🎶 Но я бы его замедлил, чтоб был повод для встречи потом. Двое парней сидят на крыше: один курит, другой играет на гитаре. И есть что-то цельное в их дуэте. Минорные аккорды рассыпаются о стены разрушенных зданий, скрывая от мира их секреты.