Дом

      Кейл аккуратно вставляет небольшой золотой ключ в дверную скважину, держа в свободной руке пакет с продуктами. Уже отсюда он слышит крики и музыку, доносящиеся из его квартиры.       Улыбка растекается по лицу Хенитьюза, когда он представляет картину, что предстанет перед ним, как только он откроет дверь. На лицо падает белый пушистый помпончик, заставляя юношу тряхнуть головой. Перед тем, как отправить Кейла в магазин, Альберу напялил на своего названного брата эту нелепую шапку, а дети замотали его в красно-зелёный шерстяной шарф. Пока проводились все эти процедуры, Хенитьюзу в лицо прилетела гирлянда от Розалин, за что та получила чхве хановский подзатыльник. Извинения, как ни странно, принёс Лок.       Как только дверь в квартиру отваряется, в лицо Кейлу ударяет тепло и запах мандаринов, свежей выпечки и ёлки, которая почему-то находилась в горизонтальном положении. Вокруг неё в хаотичном порядке валяются игрушки и мишура. Рядом сидят поникнувшие дети, вокруг которых кружит Чхве Хан.       Хенитьюз вздыхает и перешагивает порог, забирая всё внимание на себя. – Ну и что вы уже успели натворить, пока я ходил в магазин, который находится буквально через дорогу? – Кейл критическим взглядом осматривает беспорядок, царящий в гостиной. – Человек! – Раон налетает на юношу с объятиями, повторяя слово «человек» несколько раз. На Новый Год Розалин предложила нарядить каждого в определённые праздничные костюмы. Чхве Хану достался олень, Альберу эльф, Розалин ангел, Локу волчонок. На детях же красуются одинаковые костюмчики с новогодними шапочками. Кейлу не досталось костюма, так как он последний узнал о своего рода костюмированной вечеринке от Розалин. По этой причине его решили оставить человеком, просто напялив на голову такую же шапку, как и у детей. Честно, Хенитьюз был даже рад этому. – Что случилось, Раон? – юноша хватает налетевшего на него ребенка и сажает на стоящее рядом кресло. – Человек-Кейл, извини нас! Мы честно не хотели ронять ёлку! – после этих слов из-за стены показались Он и Хонг. – Да, Кейл, прости нас! – Мы сейчас же всё исправим! – Я не сержусь, золотые мои, но вы можете объяснить, что всё таки произошло? Как вы умудрились уронить вон ту махину? – Хенитьюз указывает на лежащую ёлку, которая действительно была довольно большой. – Давайте лучше я объясню, Кейл-ним, – Чхве Хан подходит к юноше с детьми, улыбаясь уголками рта. – Вот! Олень-Хан сейчас тебе всё объяснит, а мы побежали восстанавливать ёлку! – дети пошуровали к Рону, ждущему их, пока Хенитьюз хихикал над обращением Раона к Чхве Хану. – Олень-Хан? Серьёзно?       Кореец надулся и что-то пробормотал, недовольно сверкая глазами в сторону Розалин. Кейл потрепал Хана по голове, заставляя того буквально засветиться от счастья. – Ёлку то вы как уронили?

***

      За одним большим столом сидит десяток человек, весело общась между собой, кидая шутки и улыбаясь друг-другу радостными физиономиями. Новый год через пять минут, животы уже все набили стряпнёй Бикроса, что сейчас довольным взглядом осматривает пустой стол. За окном сверкают салюты, освещая тёмную заснеженную улицу цветастыми искрами. Снежинки кружат свой вальс под задорную музыку, доносящуюся из квартиры Кейла.       Ёлка стоит целёхонькая, украшенная самыми разными игрушками. На её верхушке сияет красная, как волосы Хенитьюза, звезда. Этот цвет был выбран как символ бесконечной любви по отношению к главе их одной большой семьи.       Под большим деревом гора подарков, которые будут открыты первого января. Хонг и Раон пытались выкрасть разноцветные коробочки, подписанные их именами, но были успешно остановлены Роном, что зорким взглядом следил за порядком в эту новогоднюю ночь.       Кейл широко улыбается, наслаждаясь атмосферой, царящей в комнате. Эти люди – его дом.